Другая Усаги

Мой дорогой Мамо-чан… Хотя, какой ты дорогой — сволочь ты бессовестная. Я устала смотреть новостные сводки о разбившихся самолетах — это единственная уважительная причина, по которой я могу простить то, что ты не удосужился позвонить мне по прибытии на новую квартиру. Как дела, спрашиваешь? Как и обычно, если слово «обычно» применимо к нашей жизни. У нас тут объявились новые сейлоры, сразу четыре штуки: одна мелкая пигалица с мышиным хвостиком, но явно не мышиным поведением, вроде как играет за плохих. Но крыса она знатная, это да. Остальные трое темные лошадки. Появляются, исчезают, смотрят как на пустое место, диалога вести не хотят, но, вроде как «приходят на помощь», хотя всю работу как обычно делаю я… Что ж, надеюсь, у тебя тоже все хорошо, и ты не сильно там борзеешь, вырвавшись из нашего дружного женского коллектива. Смотри, а то пожалуюсь Харуке, она быстро из тебя всю эту дурь выбьет. С любовью, твоя Усако.       Убрав дописанное письмо в конверт, я откинулась на спинку стула и закинула руки за голову. До звонка еще оставалось десять минут, десять минут, чтобы хоть немного расслабиться и попытаться абстрагироваться от оживленного гвалта школоты.       Да, кстати, забыла представиться: я — Цукино Усаги, хотя это еще не точно. Вроде, я была всю жизнь Усаги, но вот с отбытием моего благоверного начинаю в этом сомневаться. Однажды я проснулась с мыслью, что до сегодняшнего дня была другим человеком, с другой жизнью и кардинально иным взглядом на мир. Мне было странно вспоминать все нелепости жизни Цукино Усаги, еще больше стыдно за безалаберность, непроходимую блондинистость и неизлечимую жажду справедливости. Я думала, что, возможно, это такая странная форма раздвоения личности. Покопалась в библиотеке, проштудировала медицинскую литературу в книжных магазинах, вспомнила про Интернет (которого не существовало в том виде, в каком я его помнила (знала?)). Это натолкнуло меня на мысль, что со мной все намного сложнее, чем диагноз из справочника по психиатрии.       Мои перемены не были не отмечены подругами. К счастью, те сами были не слишком далекими. Девчонки в шестнадцать лет больше интересуются собой и своими проблемами, будь они хоть четырежды супер-мега-крутыми воинами.       О воинах, кстати, тема отдельная. Первое мое осознанное перевоплощение произошло в городском парке. Единодушно приняв то, что у меня произошел запоздалый гормональный всплеск, спровоцированный внезапным отъездом Мамору, верные подруги пообещали сделать все, чтобы к ним «вернулась прежняя Усаги», и на этой ноте потащили меня в парк, где шли съемки к какому-то фильму.       «Возвращать» собрались. Ага, как же. Поглазеть на звезд просто хотели, а тут такая удачная оговорка подвернулась, что ради меня выходным жертвуют. По дороге изначально благородные мотивы они, кажется, позабыли.       Пришли мы позже всех, когда съемки были в самом разгаре. Девочки пришли поглазеть на актеров-красавчиков, о чем пищали всю дорогу, а оказавшись так близко к своим айдолам, завизжали как стадо недорезанных хрюшек, да и ломанулись в толпу, чтобы поближе посмотреть на кумиров.       Мне же смотреть ни на кого не хотелось. Позагорать бы в тенечке на тихой, неприметной лавочке где-нибудь подальше от орущих похлеще котов по весне девиц. С таким вот воодушевлением я и поплелась претворять задуманное в жизнь. — Ты в курсе, что здесь вход только для сотрудников?       Остановил меня черноволосый парень с нелепой прической. Правда реакция у него была странная: он поднялся с лавки, стянул с носа очки, с удивлением глядя прямо на меня. — Мы, кажется, уже виделись где-то…? — задумчиво проговорил он, больше спрашивая у себя, чем интересуясь моим мнением на этот счет.       А я смогла увидеть болтающийся низкий хвост у него за спиной, взметнувшийся за ним от того, что парнишка слишком резко повернулся ко мне. Странная мода. И это японец. Хотя, у японцев ведь не бывает таких сине-сапфировых глаз, какими обладал этот парнишка, да и японок-блондинок тоже в природе не существует. Но город назывался Токио. Видимо, я просто чего-то в этой жизни не понимаю. Или это те странные штучки — происки моей второй загадочной личности. — Ну, Земля-то круглая, может, и встречались где, — равнодушно пожала я плечами. — А сам-то, кто будешь? — Ты серьезно не знаешь, кто я? — он даже не скрывал то, как был обескуражен. Понимаю, наверное, мнит себя большой шишкой, может, таковым и являлся, а тут я со своим невежеством. Испортила ему настроение, видать, на целый день. — Прости, конечно, но на лбу у тебя не написано ни имени, ни должности. И вообще, сидишь тут в одиночестве, видимо, от работы отлыниваешь? — Смешная ты, — фыркнул парень, а потом ловко перемахнул через спинку лавки и зашагал к трейлерам за оградительными знаками. — Ладно, бывай, Оданго.       Оданго… черт подери, пойду в парикмахерскую, сделаю себе каре. Ну их, эти нелепые хвостики.       Решив, что, может, было бы лучше осуществить свои планы по смене имиджа прямо сейчас, я уже хотела отправиться на поиски ближайшего салона, как под ногами завертелась черная кошка. — Усаги! Вот ты где!       Говорящее животное само по себе большое событие в жизни каждого алкоголика, заставляющее задуматься, по той ли он идет дорожке и, что стоит сделать что-нибудь со своей жизнью. Вот только я алкоголя не употребляла, да и кошка была вроде как моей и говорить с ней могла не только я. Моргнула раз, другой, вспомнила, что кошка — Луна, живем мы с ней под одной крышей третий год уже, и именно она осчастливила меня новостью, что я — реинкарнация почившей Лунной принцессы и теперь должна нести в мир добро и чинить справедливость.       Пока я думала о белой горячке и, что, все же стоит показаться доктору, услышала, как кто-то кричал. Вот тут включилась старая Цукино Усаги, призывая на помощь свою космическую силу раньше, чем я вообще успела подумать, а что там быть-то могло.       Там фильм, вообще-то снимают, может, по сюжету сейчас нападение маньяка, а тут я такая появляюсь, крича о мире во всем мире. — А покороче юбки не было? — как бы между прочим поинтересовалась я, бросив придирчивый взгляд на разноцветный элемент одежды. Я же воин, в конце концов, где мои доспехи, меч, щит, да, на худой конец, сапоги без каблука? Зато были серьги, макияж и диадема. Вот без диадемы точно никак не обойтись. И без белых перчаток. Точно. Вообще никак.       Но мой костюмчик оказался еще не так уж и плох. Появление троих воинов в черных кожаных бикини, вызвало у меня нервную икоту.       Хотелось бы мне поинтересоваться, где они брали такие костюмчики: в секс-шопе или все-таки заказывали через Интернет, а, может, самим фантазии хватило сшить? Как бы там ни было, но пришелицы как раз представлялись, и я подумала, что было бы невежливо перебивать.       У одной из них был знакомый мне низкий черный хвост. Грудь, правда, все портила, чтобы назвать Воина тем типчиком-сотрудником съемочной группы. Хотя, мало ли… я же в штаны ему не заглядывала. Но у этой Воительницы размах плеч явно уступал тому актеришке. Может, фанатка? — … покойся с миром, — говорила самая рослая, готовясь нанести последний удар. — Эй, ты постой-ка, красотка, — успела вмешаться я в намечающееся убийство. — Ты же в курсе, что это уголовно наказуемо? — Тот, кто стал фагом, уже не сможет снова стать человеком, — бросила она мне, но при этом одарила таким взглядом, что, если бы могла испепелять им, я уже была бы кучкой пепла. Потом она снова решительно вскинула голову, поднимая руку с зажатой в ней звездой, направленную в сторону уже очухавшегося фага. — Вот черт, — процедила я, — что же ты борзая-то такая…       Внутреннее чувство справедливости, моей новой личности, кстати, совершенно не присущее, вопило во мне, что так делать плохо и убивать никого позволять нельзя ни в коем случае. Тут, как в сказке Пушкина во лбу зажглась звезда, а в руке появился жезл. Энергия пошла по рукам через мое, так называемое оружие. Из него забил теплый свет, озаряя фага целиком, и, вот, уже на месте монстра бесчувственная актрисулька, которая через мгновение просто рухнула на землю. Наверное, стоит скорую вызвать…       А обернувшись к этим трем девицам, обнаружила, что их и след уже простыл. — И что они тут забыли?       Помнится, Харука и Мичиру как-то распинались, что задача внешних воинов оберегать границы планеты, как же так они проморгали появление сразу четырех Сейлоров?       Надо бы всерьез озаботиться нашей командной работой, а то я лидер только номинальный, а все вокруг творят, что хотят. А из планеты проходной двор устроили. Непорядок, однако… _____________________________________________________________________ Жду ваших отзывов ^^ Стоит ли продолжать работу?)