Theater 12.

Я проснулся и увидел Майю, стоявшую около кровати. В руке она держала телефон и улыбалась. Я понял, что Фрэнк все еще лежал рядом, обернув одну руку вокруг моей талии. Я слегка улыбнулся, обняв его в ответ. — Знаешь, он не спал всю предыдущую ночь, — сказала Майя, усаживаясь на кровать. — Серьезно? Почему? — спросил я. — Он волновался из-за тебя. Особенно после того, что нам рассказал Майки. — Он следил за мной всю ночь? — прошептал я, боясь разбудить Фрэнка. Она кивнула и улыбнулась. — Мне кажется, ты ему нравишься, Джи, — тихо проговорила она. Сначала я улыбнулся, но потом поток навязчивых мыслей стер с моего лица радостное выражение. «Такой как ты ему бы никогда не понравился.» «Он слишком хорош для тебя.» «Не будь глупым.» — Он просто мой хороший друг, Майя. Она закатила глаза и отрицательно покачала головой: — Ты разве не видишь, как он на тебя смотрит? Ее интонация подразумевала, что каждый человек на Земле уже знает о том, как именно Фрэнк смотрит на меня. Я медленно покачал головой. — Это так очевидно, Джерард, — прошептала она. — Я не знаю, — мягко ответил я, пока Фрэнк начал ворочаться во сне. Она выглядела озадаченной, и тогда я вздохнул. — Никто не смотрел на меня так, как ты говоришь. Поэтому я не знаю, — грустно прошептал я. Ей передалась моя грусть, так что она села рядом со мной, потом широко улыбнулась и взяла мое лицо в свои ладони. — Он смотрит на тебя именно так, Джи. Каждый день. Я ничего ей не ответил, лишь взглянул на Фрэнка и понял, что не заметил, насколько уставшим он выглядел. Все из-за моей головной боли, на которой я сосредоточил все внимание. И вот она снова здесь. Я вздохнул и потер виски пальцами. Майя заметила это и протянула две таблетки аспирина со стаканом воды. Я поблагодарил ее и проглотил таблетки. — Он сказал мне о том, что случилось на работе. Теперь ты знаешь, почему я так настаивала на том, чтобы ты ему рассказал, — рассмеялась она. Я не знал, что ответить, так что снова промолчал. Скоро проснулся Фрэнк. Он перевернулся на спину и потянулся, издавая слишком милые звуки. Я улыбнулся ему, когда он поднял на меня глаза. — Доброе утро, — прошептал я. Он улыбнулся мне в ответ и сел. — Как ты себя чувствуешь, Джи? — спросил он хриплым после сна голосом. — Лучше. Ты правда не спал всю ночь, наблюдая за мной? — спросил я, когда он снова лег на кровать. Он кивнул, уткнувшись лицом в подушку. Очевидно, он все еще чувствовал себя уставшим. — Зачем? — тихо спросил я. — Я волновался за тебя. Ты был очень расстроен вечером. Я хотел убедиться, что ты в порядке, — сказал он перевернувшись и закрыв глаза. Майя посмотрела на меня, подняв брови. — Я же говорила, — одними губами сказала она. Я покачал головой, когда в комнату вошел Майки. — Джерард, мы можем поговорить? — он выглядел расстроенным. Я взглянул на Фрэнка и Майю. — О чем? — с недоверием спросил я. — Просто приходи в гостиную, когда оденешься, ладно? — сказал он, бросая взгляд на Майю. Она кивнула ему и, тряхнув Фрэнка за плечо, позвала его с собой. Все трое вышли из комнаты. Теперь мне было страшно. Майки звучал очень серьезно. Я давно не слышал его таким. Это беспокоило меня. Я неторопливо поднялся с кровати и оделся. Потом спустился вниз и вошел в гостиную. Три пары глаз были прикованы ко мне: Майки выглядел крайне серьезным, Фрэнк усталым, а Майя встревоженной. — О чем мы будем говорить? — тихо спросил я, садясь рядом с Фрэнком. — О прошлой ночи, — ответил Майки, хмуря брови. — А что тебя беспокоит? — спросил я, чувствуя нарастающее внутри раздражение. — Джерард, ты сорвался вчера, — он говорил мягко, но это все равно злило меня. — И? Это было всего один раз. И этого больше не повторится, — уверенно ответил я. — Джерард, ты говорил мне, что пил с Фрэнком пиво. А теперь это…. — он не закончил предложение, потому что не смог подобрать слов. — И что, Майки? Это тоже было один раз. Я даже не напился. Даже не опьянел! Что ты собираешься сказать этим, Майки? — начал кричать я, чувствуя всю большую злость. — Мы думаем, что тебе нужно обратиться за помощью, Джерард, — ответила за него Майя. Я с непониманием посмотрел на нее. — Нет! — громко сказал я. Я видел на их лицах одно и то же грустное выражение. — Джерард, пожалуйста…. — попытался продолжить Майки, но я перебил его. — Нет! Мне это не нужно! Я в полном порядке! — кричал я, а потом взглянул на Фрэнка, — Фрэнк? — с надеждой на его помощь сказал я. — Джерард, так будет лучше для тебя, — тихо ответил он. — Нет! — я встал на ноги, — Со мной все в порядке! Помощь нужна тем, у кого проблемы! У меня нет никаких проблем! — кричал я, направляясь к двери. — Джерард, куда ты?! — я не знал, кто задал этот вопрос, потому что был слишком поглощен злостью. Я схватил куртку, надел ботинки и открыл дверь. — Джерард, подожди! — Идите вы нахуй! — крикнул я и выбежал на улицу. Я не знал, куда шел, но продолжал почти что бежать. Я был так зол, что не заметил усталости. Вскоре я остановился около какого-то торгового центра где-то в миле от дома. Потом оглянулся назад и понял, что никто не пытается догнать меня. Я зашел в здание и вскоре оказался напротив магазина с напитками. В кармане куртки я с радостью обнаружил телефон и бумажник, так что быстро вошел внутрь и взял первое, что попалось под руку. Потом поставил бутылку на кассу, и кассир внимательно оглядела меня. — Сложный день? — спросила она, пробивая покупку. Я быстро кивнул и достал из кармана свой бумажник. — Можно Ваши документы, пожалуйста? — мило спросила она. Я снова кивнул ей и протянул карточку. Она изучила ее и одобрительно кивнула, возвращая ее мне. Я протянул ей деньги, а она мне бутылку. После я быстро направился к выходу. — Подождите! Вы забыли сдачу! — крикнула она мне вслед. Я обернулся и сказал ей: — Оставьте себе, — сдача была достаточно крупной для того, чтобы она широко улыбнулась мне и поблагодарила. Снаружи становилось темно, но я продолжил идти. Телефон продолжал периодически звонить, но я не обращал внимания. Вскоре я набрел на парк, который был достаточно пустым, так что я нашел скамейку, чтобы сесть. В руке я все еще держал бутылку, но старался не смотреть на нее. Со мной все в порядке. Мне не нужна эта бутылка. Если я выпью, то они будут правы. Я не могу выпить это. Но так сильно хочу. Я вздохнул и опустил взгляд на бутылку. Я не заметил, что сжимал ее горлышко так сильно, что костяшки моих пальцев побелели. Я ослабил хватку. Борясь с самим собой, я просидел час. Я не мог двигаться, меня будто парализовало. Телефон продолжал звонить, и меня раздражало то, что они так настойчиво пытались со мной связаться. Очевидно, я не стану отвечать. Я продолжил пялиться на бутылку, пока не услышал раскаты грома. Я вздрогнул и взглянул на небо. Хоть вокруг и было темно, но дождевые тучи, заполонившие небо, были хорошо видны. Мне везёт, да? Я откинулся на спинку скамейки и запрокинул голову назад, закрыв глаза. Первые капли дождя начали падать на лицо. Сначала они были маленькими, но со временем становились все больше. Я выпрямился и снова взглянул на бутылку. Я понимал, что они заставят меня обратиться за помощью в любом случае, так что я, очевидно, имел право на последний раз. Я медленно открутил крышку и поднес горлышко к губам, но не стал делать первый глоток сразу же, просто держал бутылку так некоторое время. Из-за дождя она становилась скользкой, так что я взялся за нее двумя руками и сделал большой глоток. Опустив бутылку вниз, я понял, что кто-то сел рядом. Человек был невысоким, в черных джинсах и толстовке. Капюшон закрывал лицо, так что я не мог понять, кто это. Дождь лил так сильно, что я не был до конца уверен в том, что это вообще человек. Я оглядел фигуру и снова вернулся к бутылке. Еще один глоток заставил человека посмотреть на меня. Это был Фрэнк. Он, очевидно, выглядел обеспокоенным, а под его глазами от недостатка сна начали появляться мешки. Я снова опустил взгляд на бутылку, потому что его рука потянулась к ней. Мои руки крепко сжали горлышко, а его ладонь потянулась к основанию. Второй рукой он накрыл мои ладони, заставляя их ослабить хватку. — Пожалуйста, — прошептал он. Я неуверенно убрал руки, а он забрал бутылку. На секунду он взглянул на нее, а потом поднял над головой и бросил на асфальт, заставляя ее разлететься на кучу осколков. Я чувствовал много разных эмоций, но в основном стыд и злость. Я не хотел злиться на него, но все равно злился. Пора бы ему прекратить притворяться, будто он заботится обо мне. Это заставляло меня чувствовать себя одновременно приятно и ужасно. Так что ему точно нужно перестать. Я оглядел осколки, а потом Фрэнка, который выглядел озабоченным. — Хватит смотреть на меня так! — громко сказал я. Выражение его лица изменилось на смущенное, и я чувствовал как злость волнами поднимается внутри. — Хватит притворяться, что заботишься обо мне! Не притворяйся, что не уйдешь! Хватит притворяться, что я что-то значу для тебя! — кричал я, закрыв глаза. Я думал, что заплачу, но не мог заплакать перед ним. — Я не притворяюсь, Джерард, — сказал он, убирая мокрые волосы с лица. — Ты знаешь, что это все из-за тебя? Ты заставляешь меня чувствовать все это, чего я не могу понять. Ты заставляешь меня думать, будто я чего-то стою, но это не так! — я взглянул на него, прежде чем продолжить, — Я так не могу, Фрэнк. Я не могу жить с этой надеждой и этими чувствами. Я знаю, что не смогу сделать тебя счастливым. Я знаю, что тебе со мной надоест, и ты уйдешь, так что сделай это сейчас! До того, как я привяжусь к тебе еще сильнее, чем сейчас. Лишь одна слеза скатилась по моему лицу, пока я наблюдал за тем, как выражение лица Фрэнка меняется со смущенного на какое-то очень странное. Мое лицо уже было мокрым от дождя, так что, не думаю, что он заметил. — Так это из-за меня? — тихо спросил он. Я ничего не ответил, просто пялился на него с чуть приоткрытым от всех переполнявших меня чувств ртом. Он уставился вниз, заламывая руки, пока снова не поднял глаза, оглядывая меня. — Тогда дай мне исправить это, — сказал он, наклоняясь ко мне. Он был буквально в сантиметре от моего лица, а теперь убирал мокрые пряди волос с моих щек. Потом его ладонь оказалась на моей щеке. — Я исправлю это, — повторил он тихо. Он быстро сократил расстояние между нами и нежно, но настойчиво накрыл мои губы своими. Это действие застало меня врасплох, так что я схватился за его ладонь на моей щеке. Потом я расслабился и положил руку на его талию. Я испытывал то же чувство теплоты, разливавшейся внутри, как и тогда, когда пил. Правда, сейчас было намного лучше. Теперь я и не помнил, зачем собирался напиться. Я мог думать только об этом парне, которого теперь целовал. Клянусь, я чувствовал что все мои проблемы только что испарились. В этот момент ничто, кроме Фрэнка, не имело значения.