Pussy Power

Петра даже не думала, что однажды будет вот так стоять в мастерской перед мисс Старк, облаченной в домашний наряд. Ни капли косметики. Её естественность выглядела очень, очень непривычно, и если бы Петра не знала мисс Старк столь долго, она бы спутала ее с другой женщиной, просто очень похожей. Волосы собраны в небрежный пучок, из которого выбивались пряди, растянутая майка также неаккуратно болталась, колыхаясь при каждом движении, а штаны и вовсе сползли на бедра. Мисс Старк была перепачкана в, кажется, золе или машинном масле; по ее крепким рукам распылялись черные сухие пятна. То, что видела Петра, в корне отличалось от Антонии Старк, которую знали остальные: нарядную, готовую к вечным фотосьемкам и невероятно красивую. Женщины завидовали ей или пытались быть похожи. Мужчины хотели ее; некоторые из них берегли единственный выпуск «плейбоя» с Антонией на обложке как зеницу ока. Петра не причисляла себя к фанатам. Точнее, она была фанаткой мисс Старк, но оценивала исключительно ее гениальность и героизм, с которыми она готова бороться со злом. Сама Петра считала такие высоты недостижимыми для себя: еще со средней школы она коротко стриглась и носила бесполые вещи, которые не выдавали бы в ней ни мальчика, ни девочку. Она всегда считала себя… Не самой красивой, а ее интересы и вовсе отпугивали от нее всех одноклассниц. Влиться в женский коллектив не получилось. Тётя Мэй обычно утешала ее, говорила разумные вещи, подбадривала, но Петра была слишком увлечена своими проблемами, чтобы прислушиваться. Ей казалось, что её не понимают. Несколько лет общения с мисс Старк перевернули ее реальность: она даже начала носить юбки! Пусть не такие короткие, но ей даже нравилось, как мило ее ноги смотрелись под плиссированным клетчатым подолом. Мисс Старк заботилась о ней. Однажды она отчитывала Петру и в пылу разговора заикнулась о том, что чувствует за нее ответственность. А затем посоветовала отрастить волосы. С тех пор Петра не стрижется под мальчика. В другой раз ей под дверь пришла посылка с ужасно дорогим комплектом одежды… Где-то на дне коробки лежало кружевное белье, и Петра долго краснела, стыдясь взглянуть на него и уж тем более примерить. Со временем она заметила, что перенимает чужие привычки: например, начав разбираться в косметике, она купила бюджетный комплект и начала учиться краситься. В школу она в таком виде, конечно же, не пошла, зато обеспечила себя хорошим настроением. Нед сказал, что Петра начала говорить и жестикулировать «по-женски», поспешно отметив, что это «ни в коем случае не плохо». В тот день она просияла, думая лишь о том, что становится лучше. Еще немного, и она сможет сделать уверенный шаг навстречу мисс Старк. Петра влюбилась, безоговорочно влюбилась, совсем не стесняясь ни возраста, ни пола. Девчонки привлекали ее уже довольно давно… А возраст просто терялся на фоне поведения и внешнего облика мисс Старк. Даже без макияжа она выглядела лет на тридцать; как она сама говорила, весь секрет в правильной диете и физических нагрузках. Кстати, мысли о диете Петра подцепила тоже от нее. Впрочем, это не мешало им обеим уплетать пиццу и пончики в перерыве между работой, радостно хохоча и увлеченно обсуждая строение очередного Марка. А уж о поведении говорить и вовсе не приходилось: мисс Старк умела дурачиться, порою вытворяя вещи, казавшиеся излишне детскими даже Петре. Например, иногда она корчила смешные рожицы у зеркала или накрывала бюстом лицо, когда собиралась задремать в мастерской. Петре было уютно в ее компании, тепло и даже беззаботно, хотя ей было странно ощущать себя подружкой взрослой состоявшейся женщины. Завтра у Петры выпускной. Она собиралась поступить в Массачусетс после окончания школы, и мисс Старк одобрила ее идею. Петра подумала, что выпуск из МТИ поможет ей стать еще ближе к своей любви. Возможно, ей даже удастся признаться.  — Мисс Старк, — начала она, делая еще один шаг в сторону пыхтящей женщины. Та моментально развернулась, с такой кошачьей грациозностью, что Петре пришлось подавить в себе восхищенный вздох:  — Ох, Питти, — она отбросила в сторону инструменты, которые сразу же, бряцая, покатились по столу. — Я так давно тебя не видела! Как дела? Как пожилые доминиканки? Все еще угощают тебя чуррос?  — Я тоже, эм, соскучилась по вам, — вжимая голову в плечи, Петра приняла объятия. — Дела… Хорошо. Относительно. Мисс Старк пахла мускусом и машинным маслом, но все эти запахи перекрывал какой-то цветочный гель для душа. А еще она не носила бюст, пока работала в мастерской. Петра надеялась, что ее обнюхивание и разглядывание не слишком очевидны. Ко всему прочему, она всегда сильно нервничала, находясь слишком близко к Старк.  — Что-то случилось? — как только Петра разомкнула руки, Старк отошла на два шага, продолжая возиться с, кажется, одним из Марков. — У меня тут подруга прихворала, вот, залечиваю её раны. Можешь присесть, где удобно.  — Ничего не случилось! — Петра зачем-то помахала перед собой руками. — Просто, как бы так сказать, — она опустилась на раскладной стул в уголке мастерской. — Я все еще очень плохо подбираю одежду… Ну, знаете? Все эти штуки с цветосочетаниями. Очень хотелось бы завтра на выпускной одеться удачно. Только мне ничего не нужно! Я могу показать, что у меня есть… Петра услышала, как на слове «выпускной» по мастерской пронеслось очередное бряцанье. Ее голова все еще была опущена, потому что говорить о таких вещах ей было стыдно даже с тётей Мэй. А тут мисс Старк — светская львица и королева банкетов… Петра собралась с силами и после своих слов подняла взгляд, сразу же бросаясь в жар: женщина смотрела прямо на нее, прищуриваясь и барабаня пальцами по столу.  — Боже мой, когда ты успела так повзрослеть? Тебе же вчера было пятнадцать, — она вздохнула, качнув головой. — Во сколько у тебя?  — Эм. Завтра… Ничего не нужно, правда! Просто помочь немного с выбором одежды, — Петра достала телефон, судорожно листая галерею, где помимо глупых скриншотов переписок сохранила часть своего гардероба.  — Цыц. Я сама решу, что нужно, а что не нужно, — отвлекшись от экрана, Петра заметила, как мисс Старк начала вытирать руки салфетками. Лучше бы она обратилась к тёте Мэй.

***

За час до выпускного Петра нервно ерзала на стуле, уже одетая в сверкающее темно-синее платье и наблюдавшая за мисс Старк, которая примеряла к её лицу различные палетки. Петре всегда было интересно, чем мисс Старк красится, и этот интерес, наконец, был утолен, но не так, как хотелось бы: женщина довольно небрежно (но все еще элегантно) вытряхнула перед ней целую кучу люксовой косметики, которая стоила… Петра прекратила считать где-то после пятого продукта.  — М-может, я сама? — робко спросила она, все еще пытаясь откреститься от радушной заботы мисс Старк. Её уже перестал смущать сам факт того, что Старк одевает и красит ее. Петра просто боялась сорваться, сделать неверный шаг или жест. Выдать чувства раньше времени.  — Я тебе сейчас рот клеем смажу, — грозно буркнула мисс Старк, роясь в целой куче различных черных и золотистых упаковок. — Нашла! Подставляй свою мордаху. Петра закрыла глаза, чувствуя прикосновения спонжа к её лицу. Ладно, это было очень приятно, прямо до покалывания в пальцах. Сердце брало разгон, Петра боялась открыть глаза, ведь так она увидит лицо мисс Старк и обязательно захочет поцеловать, потому что за сегодняшний день она уже раза три тянулась к приятному аромату и волшебной нежности чужой кожи. Она растворилась в щекочущих и нежных прикосновениях, начиная тянуться к рукам, когда они отстранялись, и сохраняя последнюю выдержку, чтобы не уложиться щекой в чужую ладонь. Но все струны облетели, когда она, все-таки раскрыв глаза, столкнулась с внимательным разглядыванием. Петра не сразу поняла, что мисс Старк просто оценивает ее макияж, она попросту утонула в карих глазах, мямля что-то вроде:  — М-мисс Старк? Все хорошо? Напряжение между ними (которое Петра, скорее всего, просто придумала) совсем вскружило голову, поэтому она, судорожно вздохнув, потянулась вперед, отпуская себя и неуклюже прижимаясь своими губами к чужим. Это нельзя было назвать полноценным поцелуем — просто соприкосновение губами — но даже так Петру закружило в торнадо эмоций и ощущений. Она сделала это! О боже, действительно сделала! Мисс Старк вдруг отмерла и начала испуганно осматривать Петру:  — Петра? Послушай, милая, я, — она хлопала глазами со своими длинными-длинными ресницами и словно пыталась вникнуть в суть. А затем, нахмурившись, прижала палец к губам. — Сколько у нас времени?  — Полчаса, мисс Старк, — Петра похвалила себя за героизм, потому что ее голос почти не дрожал. — П-простите. Я не знаю, что на меня нашло.  — Мне остались только глаза. Потом поговорим… Об этом. После твоего выпускного. В машине они ехали молча; мисс Старк настояла отвезти. Петра то и дело ловила сосредоточенный, непривычно серьезный взгляд в зеркале заднего вида. Мисс Старк была озадачена, и Петра корила себя за ту маленькую импульсивность, которую она себе позволила.  — С-спасибо, мисс Старк! — поспешно начала говорить Петра, чтобы забить паузу. — Ваша помощь… И, эм, забота… Короче, все, что вы делаете для меня — это очень-очень важно! Она поправила волосы и поспешила выйти из машины. К ее удивлению, мисс Старк вышла следом, жестом маня к себе. Игнорируя громкий свист и шепотки подростков, столпившихся у крыльца школы, на негнущихся ногах Петра подошла ближе. Её сердце почти взорвалось, когда около школы, перед расставанием, мисс Старк обняла ее, игриво укусив за ухо. Значило ли это, что..?