Другая сторона

Питер Паркер сошел с корабля, на котором он и его учитель летали на другую планету для выполнения задания. Их не было дома пару недель, и сейчас мысли юного падавана занимали лишь его кровать и хороший обед. Тони Старк, его наставник и магистр ордена джедаев, был куда дисциплинированнее в этом плане. На счету мужчины были сотни успешных миссий, редко проходившие в хотя бы сносных условиях. — Учитель Старк, вы идете доложить магистру Фьюри о нашем прибытии? — Питер замедлился, окликнув своего наставника. — Да, — немногословно ответил тот. — Мне пойти с вами? — Это совершенно необязательно, Питер. Я вижу, что ты устал. Иди к себе, — сдержанно ответил Старк. — Хорошо. До встречи на утренней тренировке, учитель. Юноша кротко поклонился и направился в соседний корпус, где располагались комнаты падаванов. Питеру было всего восемнадцать, но его уже считали весьма и весьма способным. Однако, многие также дополняли эту характеристику и другими эпитетами: слишком энергичный, порой несдержанный, сующий нос не в свои дела и иногда пренебрегающий мудростью и авторитетом старших. У Паркера не было друзей. Справедливо будет отметить, что джедаи вообще не имели привычку заводить друзей, проводя львиную долю своего времени на тренировках и миссиях. Но парень был особым случаем: он предпочитал вообще ни с кем не общаться, если это не необходимо. Отчасти, это происходило из-за того, что еще с самого начала обучения юнлинги и другие падаваны сторонились Питера. Иногда он был неуравновешен и ярко проявлял свои эмоции. Его чувствительность к Силе была обнаружена еще в раннем детстве (именно из-за этого мать и отдала его на обучение), это делало Паркера очень способным, что выделяло его на фоне других. Он был не только хорош в управлении Силой, но и обладал прекрасными физическими и умственными способностями, хорошо разбирался в технике и биологии. Однако вышеперечисленные недостатки часто мешали ему. Возможно, Питер не продвинулся бы выше статуса юнлинга, если бы Тони Старк не взял его в ученики. Все младшие джедаи бесконечно уважали Старка и хотели попасть на обучение именно к нему. Выбор тогда еще рыцаря-джедая добавил дополнительное очко в копилку особенностей Паркера, в плохом смысле этого слова, ведь многие хотели быть падаванами Старка и не могли понять, почему тот принял к себе в ученики неуравновешенного пацана. Но никто и никогда не высказывался против Питера в открытую, это было просто не по Кодексу. Лишь Тони Старк мог совладать с буквально искрящимся темпераментом своего ученика и направить его в нужное русло. Все в Ордене отметили, что в статусе падавана Питер стал более уравновешенным, быстрее осваивал искусство боя и управления Силой, вел праведный образ жизни, учился искать гармонию в хаосе. Старк тоже видел это и безмерно гордился своим учеником. Вот только он не знал, что юноша так старался лишь для того, чтобы порадовать своего учителя. Тони Старк был истинным джедаем с нелегкой судьбой. Еще будучи совсем маленьким ребенком, он остался сиротой, бродил по улицам, обчищая карманы прохожих, а если парнишку ловили, мог закричать, что его хотят убить или надругаться. Чаще всего верили маленькому мальчику с жалостливым взглядом. Его нашел молодой Ник Фьюри и привел в Орден, убедив магистров взять на обучение уже слишком по их меркам взрослого для этого ребенка. Тогда Фьюри, теперь считавшийся главой Ордена, буквально спас юного Тони от смерти на улице. Старк до сих пор был крайне признателен за этот шанс стать кем-то большим, чем просто воришкой, и делал все, чтобы не потратить свою жизнь зря. В Питере же он видел себя в молодости, думающего, что его никто не понимает, и считающего себя лучше всех. Тони хотел вырастить из своего ученика достойного человека и пока, на свое усмотрение, вполне неплохо справлялся с этой задачей. Возможно, где-то он даже перестарался. Паркер вот уже несколько лет нарушал постулаты Кодекса джедаев, говорящих о том, что джедай не может находиться в плену у эмоций, должен контролировать их и не позволять чувствам брать вверх над собой. На самом деле, юноша пытался забыть о своей пылающей любви к учителю на заданиях и ни коем образом не показать, что готов отрубить голову безоружному врагу за то, что тот хотел выстрелить Старку в спину. Питер был влюбленным, но не безответственным, понимая, что чувства не могли заставить его подвести всех остальных. К тому же, у него не было причин ревновать своего учителя, ведь тот честно соблюдал все правила джедая и никогда не думал о потенциальной семье. Сначала Питер чувствовал лишь сильную привязанность к Старку, потом симпатию, которая была списана на подростковый возраст. Падаван испугался, почувствовав настоящую влюбленность, он даже не мог понять, насколько все плохо, ведь просто не у кого было спросить о чувствах и отношениях. Сейчас юноша мог точно сказать, что испытывает к своему учителю самые нежные и истинные чувства, которые с ним вот уже третий год и не собираются никуда деваться. Он пытался держаться и не показывать свою любовь, ведь сейчас было непростое время. В Ордене постоянно говорили о том, что ситхи начали захват власти на пока что отдаленных планетах их галактики, но, без сомнений, они будут продвигаться вглубь к главной планете, Каладану*, где находится дворец Республики. Чувствовалось, что все члены Ордена напряжены в последнее время. Старк часто уходил на собрания, и Паркер замечал это. Конечно, он постоянно предлагал свою помощь учителю, прося рассказать ему о положении дел, но Старк только отмалчивался, говоря, что, возможно, его и посвятят во все, что твориться в галактике, но попозже, когда придет время. И вот время пришло. Увидеть Тони Старка удалось лишь на следующий день на тренировке. Его учитель часто тренировал Питера, несмотря на занятость. Во время спаррингов мужчина был серьезен и сосредоточен, не делал поблажек, а еще был красив, как черт. Но, несмотря на это, Паркер всегда тренировался усердно, а похвала наставника мотивировала еще больше. Юноша гордился своим фиолетовым* световым мечом. Когда речь зашла о выборе цвета несколько лет назад, Питер не мог определиться: ему нравился синий, как оттенок, но большая часть джедаев имела такой, а второй его любимый цвет, красный, был знаком ситхов. Поэтому он решил смешать эти цвета. Многие в Ордене были не довольны, что еще совсем юный падаван выбрал такой необычный и «кричащий» цвет меча, но Старк убедил их, что цвет в случае с Питером ничего не значит, да и у самого Тони световой меч был желтого цвета*. Световой меч стал еще одним поводом влюбиться в Тони Старка, ведь именно он помог достать ученику нужный кристалл, придающий мечу цвет. Фиолетовый был редким для Ордена джедаев цветом, и это еще больше подкупило Питера, а также показывал, что его обладатель использует агрессивную технику боя, что, по мнению магистра, было присуще юноше. Паркер не страшился даже в столь юном возрасте применять сложные приемы фехтования, которые могли обезоружить противника своей неожиданность и напором. Это не было запрещено, пока все оставалось в рамках Кодекса. Кроме парня фиолетовым мечом в Ордене владел лишь его глава — Ник Фьюри. — Вы сегодня не собраны, учитель. Что-то случилось? — спросил Питер после того, как выбил меч из рук Старка, что при обычных обстоятельствах было сделать практически невозможно. Магистр славился искусными навыками фехтования и за пределами Республики. — Так заметно? — мужчина ухмыльнулся. Тони Старк никогда не вел себя с Питером, как с сыном или кем-то, кто явно младше него и неопытнее. Паркер был ему кем-то вроде младшего брата или даже друга, ведь они почти всегда находились вместе, вдвоем летали на задания, вынуждены были доверять друг другу свои жизни в случае опасности. Поэтому, когда обстоятельства позволяли, старший посвящал ученика в то, что происходит вокруг. — Заметно, учитель. Может, все-таки расскажите мне о том, что происходит в Республике. Слухи уже давно ходят среди членов Ордена, — юноша сказал это тихо, чтобы никто из присутствующих в тренировочном зале не услышал их. Старк мотнул головой в сторону выхода, без слов показывая, что согласился рассказать своему ученику о творящемся на других мирах. Они набросили на себя коричневые мантии и, закрепив световые мечи на поясе, размеренно направились в сторону библиотеки, в которой утром практически никто не бывал, попутно разговаривая. — Обещай, что ни с кем не будешь говорить о том, что я тебе сейчас расскажу, — Старк всегда был уверен в здравомыслии своего ученика, но еще одно предупреждение не помешает. — Конечно, учитель. Вы и сами знаете, что мне некому рассказывать. Мужчина ухмыльнулся. Он прекрасно знал, что его подопечный не особо жалует общение со своими сверстниками, хотя и не понимал почему. Сейчас Питер больше не был тем неуправляемым юнлингом, все признавали его таланты, но друзей это почему-то заводить не помогало. — Ситхи начали захватывать аграрные планеты на границе Республики. Некоторых они настраивают против Сената, других убивают или порабощают. Из-за этого поставки на другие миры сократились в два раза, — серьезно сказал Старк. — Сенатор и Орден уже что-то предприняли? — и учитель, и ученик шли медленно, скрестив руки за спиной и стараясь не привлекать внимания своим разговором. — Да, сенатор Лафейсон приказал направить на захваченные планеты несколько легионов солдат и джедаев. Верховный канцлер пока бездействует, что странно, ведь скоро состоятся выборы, а Один хотел переизбираться на второй срок, — задумчиво произнес мужчина. — Вас пока не отправляют на те планеты? Много людей восстало против Республики? Да и зачем им восставать? — На некоторых планетах вроде Арракиса фермеры и рабочие и правда трудятся в плохих условиях, они не знают ничего, кроме такой жизни, поэтому ими легко управлять. На Гьеди Прайм уже были попытки свергнуть местную власть. Остается только надеяться, что после окончания этих мятежей Республика все-таки обеспечит жителям нечто лучшее, чем такое существование, — Старк грустно улыбнулся. — Я отправлюсь туда через неделю. — Я полечу с вами? — Питер хитро ухмыльнулся. — Надеюсь на это. Старк улыбался не так уж и часто, но, когда все же он это делал, его лицо озаряла самая теплая и чарующая улыбка. Питер не мог с собой справиться, он чувствовал, как внутри все то ли порхает, то ли полыхает. Он не задумывался о том, была ли его любовь вызвана оставшейся в сердце детской привязанностью, да и ему было все равно. Сейчас он чувствовал, что готов отдать жизнь за Тони, и этого было достаточно. Он понимал, что не испытывал ничего подобного ни к одному человеку, даже к родителям, которые отдали его совсем маленького в незнакомое место, Орден, где все казалось враждебным. Юноша давно их не видел, не вспоминал, не искал с ними встречи. Ведь у него был Старк.

***

Тони всегда гордился тем, что Питер — его падаван. Он ни разу не пожалел, что взял под свое крыло, как всем казалось, неуправляемого пацана. Юноша был талантливым, умным, изобретательным, хорошо соображал в критических ситуациях, что не один раз доказывал на миссиях и спас своего учителя вот уже шесть раз (хотя сам Старк с этим бы поспорил, насчитав лишь пять раз). На самом деле, мужчина не был слепым и прекрасно понимал, что Питер очень привязан к нему, но и отталкивать от себя не хотел, надеясь, что с возрастом это пройдет. Старк был уверен, что уже совсем скоро юноша пройдет испытания и станет рыцарем-джедаем. Он видел, как в его ученике буквально схлестываются два сильнейших потока: преданность к Ордену и своему учителю, ум, послушание и невероятная эмоциональность, возводящая все чувства в абсолют. Иногда такая смесь могла быть взрывоопасной. Когда Питера только принимали на обучение, магистр Фьюри сразу отметил, что у того присутствует большая чувствительность к Силе и что за ним нужно будет приглядывать. Старк проявил себя как великолепный учитель и смог направить умения и потенциал юноши в нужное русло, вот только сейчас не до конца понимал, что уже стал тем, кто грозится обрушить созданный баланс. С этими мыслями магистр-джедай шел рядом со своим падаваном. Они направлялись на Совет джедаев, куда входил сам Старк, а Питера пригласили, чтобы дать ему «ответственное задание», как выразился мужчина. В большом зале сидели члены Совета, Старк оставил ученика стоять в центре, а сам направился на свое место. Магистр Фьюри пронзительным взглядом посмотрел на парня, тоже самое проделали и другие члены Совета, которые считались самыми мудрыми магистрами во всей Республике, но, несмотря на это, сам Питер часто подвергал их решения критике (конечно, лишь в своих мыслях). Как-то раз он попытался рассказать Старку о своих мыслях по поводу деятельности Совета, а потом выслушивал почти часовую лекцию о неоспоримости решений мудрейших. С тех пор парень честно пытался уважать вердикты Совета, повторяя себе, что его ход мыслей может просто отличаться. — Питер, ситуация в Республике сейчас не на нашей стороне. Ситхи постепенно пробираются вглубь к Каладану, но Верховный канцлер бездействует, лишь сенатор Лафейсон пытается помочь ситуации. Но на него было совершено покушение, — Фьюри замолчал, дав юноше время, чтобы переварить информацию. Питер, будучи немного растерянным, посмотрел на Старка. Джедаи не были лишены чувств, как многие думали, и тоже могли бояться надвигающейся бури. — Совет хочет, чтобы ты охранял сенатора, пока не станет понятно, что угроза миновала. — Я? Но разве не рыцари-джедаи обычно выполняют такие ответственные поручения? — парень говорил спокойно, не желая выглядеть трусом, но его слова были правдой. Сенатор — один из самых важных людей на Каладане, столице Республики, такие задания не доверяют падаванам. — Ты прав, но сейчас все наши силы направлены на подавление мятежей и борьбу с ситхами. Сенатору требуется практически круглосуточная охрана. Магистр Старк, — Фьюри указал на мужчину. — Рекомендовал именно тебя. Совет тоже наблюдал за тобой и согласен с выбором твоего наставника. Питер благодарно посмотрел на Старка, тот тепло улыбнулся в ответ. После такого юноша был готов согласиться на любое задание. — Я готов, магистр Фьюри. — Хорошо. Ступай, мы сообщим тебе все подробности позднее. Сенатор Лафейсон возвращается в столицу через два дня. — Да, магистр, — Питер поклонился и вышел из зала Совета. На несколько секунд все замолчали. Тони был доволен тем, как Питер держался, и тем, как амбициозно принял свое задание, хотя, будучи наставником парня, Старк прекрасно видел, что тот немного удивился, что ему доверили такое ответственное дело. — Ты хорошо подготовил своего падавана, Старк, — вынес свой вердикт Фьюри. — Вижу я мощь большую в нем, — сказал Беннер. Он всегда говорил загадками и витиеватыми фразами, но считался чуть ли не самым мудрым существом во всей Галактике. — Справится он, если найдет покой и всепоглощающие эмоции отбросит. Тони на секунду задумался, что же магистр Беннер имел в виду. Тот мог видеть людей насквозь, настолько он чувствовал Силу и мог ей управлять. Старк пообещал себе присмотреть за Питером во время его первого ответственного задания. — На Гьеди Прайм обосновался Дарт Стейн. Отправляйся туда, магистр Старк, — сказал Фьюри. Тони отлично знал Дарта Стейна, вот уже несколько лет срывая его планы по захвату заложников для работорговли или отдельных планет. Ходят слухи, что именно Дарт Стейн стал лордом ситхов и, уничтожив его, можно положить конец этой разгорающейся войне. Тони кивнул. — Когда? — Как и планировалось, через неделю. К тому времени уже должны вернуться джедаи с Арракиса и Салуса Секундус, — ответил магистр Роджерс, который являлся генералом республиканских войск.

***

Тони разыскал Питера в тренировочном зале, куда он всегда ходил, чтобы расслабиться и освободить голову от ненужных мыслей. Почувствовав присутствие наставника, юноша убрал световой меч и снял с головы тренировочный шлем. — Волнуешься? — хитро ухмыльнувшись, спросил Старк. — Конечно, — хмыкнул Питер, почти без сил плюхнувшись на ближайшую скамью. Он точно знал, что мог поделиться с наставником своими страхами, и что его поддержат. — А вдруг я не справлюсь? Я и сенатора-то видел всего несколько раз. Разве он доверит свою безопасность падавану? — Сенатор славится своими неординарными подходами и решениями, а еще он тепло относится к Ордену и уважает джедаев, доверяя им всем, — Старк аккуратно положил руку на плечо ученику. — А если я провалюсь? Это будет стоить сенатору жизни, — почти обреченно спросил юноша. Тони подумал, что Беннер имел в виду именно неуверенность парня в себе. — Питер, помни: нет эмоций — есть покой. Я учу тебя с малых лет и знаю, на что ты способен. Ты справишься, я верю в тебя. Питер был готов броситься на Старка с объятиями прямо сейчас, но вовремя сдержал себя, зная, что джедаи не могут так себя вести. Иногда он не мог понять, что ему дороже: чувства к Тони или долг перед Орденом. — Спасибо, учитель.