Плюшевый сэнсэй

В последнее время задания все никак не шли по плану и едва ли не каждая миссия оказывалась рангом, а то и парочкой, повыше, чем ожидалось. Вот и на сей раз больницу Конохи пополнило немало шиноби, в числе которых оказался и Наруто, которому обычно удавалось избежать этой участи благодаря невероятной регенерации, дарованной чакрой лиса. Но не в этот раз. Напряжение, казалось бы, повисло в воздухе и весь мир замер, гадая, удастся ли отвратить очередную войну — ведь в прошлый раз за мир и так была заплачена непомерно высокая цена. Но какой окажется цена теперь? Впрочем, кого точно сейчас не беспокоили подобные мысли, так это Наруто, погрузившегося одновременно в беспокойный и безмятежно глубокий сон. Пожалуй, так удавалось не только спать, а и полноценно высыпаться только ему: ведь он ежеминутно крутился, ворчал и, похоже, задавал хорошей трепки воображаемым врагам. Наруто уже практически восстановился после боя и продолжал находиться в больнице исключительно по наставлению Цунаде, поэтому был весьма энергичен — в своей обычной манере. Но так как сейчас враги существовали исключительно во сне Наруто, все тумаки доставались тряпичной кукле Какаши. Эта кукла появилась у него через месяц после того, как была сформирована Команда #7 под руководством Какаши-сэнсэя. Который не преминул сразу же показать снисходительное отношение к своим подопечным, устроив это дурацкое задание с колокольчиками и дав им понять, что их цели и мечты достаточно наивны. Кроме того, он имел наглость не воспринимать Наруто серьезно и как будто бы всегда скорее полагался на способности Саске. А тот, в свою очередь, не упускал возможности уколоть этим товарища. К тому же, Какаши всегда опаздывал и имел наглость читать при своих подопечных мерзкие книги. Чуть позже, правда, Наруто предстояло познакомиться с их автором и убедиться, что сила ниндзя никак не коррелирует с его извращенными пристрастиями. Так что со временем предубеждений касательно учителя в маске стало немного меньше. Но тогда, в самом начале, кукла Какаши была изготовлена из лоскутов старой одежды в приступе упрямой ярости буквально за один вечер. Наруто остался доволен своим творением и принялся яростно оттачивать на ней навыки тайдзюцу. Впрочем, время шло, и кукла сместилась с полки в кровать Наруто, где на ней все реже тренировали навыки ближнего боя и все чаще она становилось объектом не вымещения ярости, а чем-то, на что было очень удобно закидывать ногу во сне. Кукла пережила несколько апгрейдов (что было вызвано изначально жестоким с ней обращением) и стала более анатомичной, приобретая все большую схожесть со своим референсом. Вот и сейчас Наруто, беспокойно метавшийся во сне, прижал ее одним коленом к кровати и отчаянно лупил обеими руками. Но постепенно фаза сна сменилась, и он засопел более ровно, уже нежнее прижимая плюшевого сенсея к груди. Кукла Какаши казалась очень тёплой, словно живой. Где-то на задворках сознания мелькали спутанные мысли... Наруто начало казаться, будто бы он утыкается в спину настоящего сэнсэя и даже слышит, как поднимается от мерного дыхания под его пальцами грудная клетка. Заурчав как-то совсем по-лисьи, он шумно вздохнул и успокоился. — Ну наконец, — устало выдохнул Какаши, развеявший технику превращения с минуту назад, потирая теперь скулу, куда особенно удачно прилетел кулак ученика. Интересно, какой была бы его реакция, если бы он увидел, что обнимает уже не плюшевого сэнсэя? Бесшумно отворилась дверь, и в палату проскользнул клон Какаши, прижимая к себе своего плюшевого двойника. Кукла была выстирана, заштопана в нескольких местах, где нитки уже обветшали, а также обзавелась новой маской — из запасов самого шиноби. Какаши осторожно выпутался из объятий спящего ученика (что оказалось гораздо сложнее, чем предполагалось, ведь он снова начал беспокойно метаться) и быстро сунул в объятия Наруто куклу. Тот снова шумно вздохнул и автоматически притянул ее поближе, обхватывая так крепко... В общем, Какаши обрадовался тому, что это уже не он (и ощутил фантомные боли в грудной клетке). — Этот порошок сильно отдаёт цитрусом... Впрочем, сомневаюсь, что он что-то заметит, — тихо обратился он к клону, прежде чем развеять того. И перед тем, как отправиться к себе в палату, не удержался и потрепал Наруто по светлой макушке.