Грабить и убивать не мешая окружающим

** Я пребывал в довольно растрепанных чувствах. Проспавшись после вчерашних приключений, я с удивлением понял, что помню произошедшее не очень четко. Помню, что мы договорились с Мишон о совместных действиях, но что именно она должна была сделать, я не помню. Такое ощущение, словно моя память разделилась на два независимых потока, а затем слилась вновь. И вот в этой второй памяти была какая-то откровенная ахинея. А еще меня обеспокоили мои излишне частые потери сознания. Ну ладно, во время вчерашнего подрыва тут не прикопаешься, чудо уже, что не убило, а вот мой отруб после зашивания Рика вот там прямо вопросики появляются. Вырвав из блокнота очередной листок, я уже наученный горьким опытом, тривиально его порвал и укрылся за холодильником. Несчастная сумка в очередной раз затрещала, и из ее горловины высыпались очередные предметы. Сердце кровью обливалось, но вчерашние события таки доконали мой инвентарь. Я ведь не подумал даже, что в отличие от техники моего мира, это эрзац устройство здесь одно и диапазон у него громадный. Из-за нарушения процедуры забора предметов, не только взрыв получился, но ещё и изнанку встряхнуло. И так как селективность невысокая, все это задело и ячейки инвентаря. Благо, что данную проблему я обнаружил сейчас. Поэтому и занимаюсь тем, что последовательно вынимаю предметы, которые положил до этого на изнанку. Процедура долгая, муторная, но необходимая. После того как я выложу все вещи, я уничтожу поврежденный пробойник и эти локальные проблемы с изнанкой прекратятся. Вырвав следующий листочек из блокнота, пронаблюдал, как из горловины вылетел поток книг, они словно птицы крыльями шелестели страницами и беспорядочно разлетались по комнате. Судя по всему часть импульса, который был в «карманах», которые содержали в себе кирпичи, перешел на книги. Сильно повезло, что их было в складке довольно много. И в отличие от банки фасоли, которая чуть не проломила мне голову, они лишь захламили собою гостиную, в которой я занимался этим муторным делом. — Ты ещё не закончил? — поинтересовалась Мишон из коридора. — Там Рик смог машину оживить, так что мы вполне сможем съездить за необходимыми тебе деталями как белые люди. — Как «белые» люди? — хмыкнул я и, пересчитав оставшиеся листочки блокнота, положил его прямо на пол. — Я ещё не закончил, но оставшиеся вещи они мягкие или маловажные, думаю, они могут и подождать. — Вот и хорошо, — обрадовалась девушка и с любопытством заглянула в комнату. — Ни фига себе завалы! У тебя, случайно, среди родственников конгрессменов не было? — Это у отца надо спрашивать, я о таких подробностях теперь не в курсе. Вздохнув, я выудил из барахла кобуру с береттой и поместил её на положенное место. Из той же кучи выудил аляповатую коробочку с какой-то птицей на этикетке. Сдвинув крышку по аналогии со спичечным коробком, я получил доступ к содержимому этой столь странной тары. Девять на девятнадцать полуоболочечные. После вчерашнего взрыва разорвало не только наших неприятелей, но и все то, что у них было при себе. Поэтому новых стволов у нас не прибавилось. Разве что отец смог восстановить что-то отдаленно напоминающее FN FAL, но под более мелкий калибр. У этой полуавтоматической винтовки был оторван приклад, но все остальное в принципе работало. Однако было уничтожено только то, что банда имела при себе. А вот их специфические запасы почти не пострадали. Вот из этих самых запасов мне и перепало шесть полновесных коробок с патронами к моему пистолету. Ну, а отец стал счастливым обладателем той самой винтовки и почти двух сотен патронов к ней. Не бог весть что, как по мне, но минут на пять боя хватит. И это если с настоящими кадровыми военными схлестнешься. Хотя, что это я такое говорю? Не приведи господи с военными схлестнуться, нашу гопкомпанию любое регулярное формирование на раз обнулит. Даже мяукнуть не успеем. Тряхнув головой, отогнал наваждение и принялся набивать магазины. Делал я это не спеша, вдумчиво, с большим интересом разглядывая полуразобранный пистолет. Я много про него слышал, часто видел в роликах и фильмах, но вот владеть лично им не приходилось. Система оказалась хоть и непривычная, но не сложная, а даже изящная. Вообще этот итальянский пистолет был на удивление красив. Пока я занимался этим делом в помещение вошел Рик. Он задумчиво насвистывал какую-то незнакомую мне мелодию и одновременно с этим оттирал руки от масла. — Снаряжаешься? — спросил он и одобрительно кивнул. — Я сейчас тоже магазины набью и поедем. Кстати, ты уже ел? — Нет. — Ну что же ты так? — вздохнул он и обернулся к девушке. — Мишон, ну хоть ты ему скажи. — Травить детей своей стряпней мне совесть не позволяет, — вскинув руки в защитном жесте, улыбнулась она. — Кстати, Карл, а ты почему шоколад не ешь? Раньше ты его сметал при первой возможности, а сейчас он уже второй день пылится без дела. — Надо соблюдать уровень сахара в крови, — без всякой задней мысли произнес я привычную ещё по прошлой жизни мантру. Вставив очередной патрон в магазин, я вложил его в специальный кармашек на поясе и пораженно замер. — Сахар! — Мелкий, у тебя сейчас такой вид, словно ты привидение увидел, — подмигнула девушка. — Так что там с шоколадом? Проигнорировав вопрос девушки, я только головой покачал. Мне надо было додуматься об этом с самого начала. Это тельце существовало в условиях доступности сладкого. Я так понимаю, мальчонка мог есть шоколадки до тех пор, пока задница не слипнется. А значит, организм привык к этому. А тут я со своими старческими замашками. Мозги работают на полную катушку, а снабжать я их не снабжаю. Мозг выгребает необходимое ему из крови и когда я перетруждаюсь, меня тривиально выключает. Пораженно ругнувшись, я поднял взгляд и обнаружил, что моего ответа все ещё ждут. — Я забыл, что шоколад это вкусно, — не придумав ничего более умного, ответил я. — Что, правда что ли? — хохотнула моя собеседница. — Вот бы мне так в стародавние времена, глядишь и спортом заниматься не пришлось бы, чтобы поддерживать фигуру в приемлемом состоянии. Ладно, склеротик, твоя доля сладкого на столе, давай трескай да поедем уже. ** Назвать этот агрегат машиной язык не поворачивался. Лично мне на ум пришло старое доброе слово — рыдван. Однако, невзирая на свой, откровенно говоря, угребишный вид, данный агрегат вполне себе тарахтел движком и резво нес нас по трассе. За рулем сидела Мишон как самая невооруженная из нас. Я, конечно, предлагал ей свой пистолет, но она отказалась. Ну, отказалась и отказалась, я настаивать не стал. Вот и ехали. Мишон вела, Рик крутил головой, выискивая противника и время от времени поглядывал в карту, ну, а я просто развалился на заднем сидении и ждал. И ждал я не того момента, когда мы приедем, а момента, когда меня отпустит. Воистину, торопливость хороша только при ловле блох. Вот я торопился, употребил шоколадку, не подумав, а теперь ощущаю себя натурально наркоманом. Мне было до такой степени хорошо, что ещё немного и можно было бы говорить об оргазме. С ужасом понимаю, что после такого отказаться от сладкого будет чудовищно сложно. Мне даже и в голову не приходило, что детские организмы так предрасположены к сахару. А может быть это и не так, может быть я частный случай. В любом случае в ближайшие пять-десять минут я был абсолютно бесполезен и потерян для общества. И только когда мы уже подъезжали, я более или менее пришел в норму. Потерев глаза ладонями, я сделал пару больших глотков из бутылки с чистой водой и приготовился к десантированию. Память моей прошлой жизни в очередной раз подложила мне свинью, так как помятая малолитражка это не БТР и вылезают из этих машин совершенно по-разному. К счастью мои спутники не обратили никакого внимания на то, как безобразно я раскорячился в дверном проеме. Сверившись с картой, они обменялись не очень понятными для меня фразами, и Рик обратился ко мне: — RadioShack, довольно уважаемая сеть магазинов, которая продает товары для радиолюбителей. Всё как ты и заказывал. Если уж здесь нет, то я даже и не знаю где искать. Не успел я проникнуться моментом, как мои напарники кабанчиками ломанулись вовнутрь этого самого магазина. Кинувшись за ними, я даже холодным потом покрылся, так как не дай боже внутри был автоматчик, он бы нас одной короткой очередью бы и положил. Но, к нашему счастью, внутри оказались лишь два мертвяка, одного из них порубила Мишон, а второму выстрелом из револьвера Рик прострелил голову. Бессистемно побегав по магазину, ребята убедились, что больше врагов здесь нет, и на этом успокоились. Только Мишон прихватила один блистер с батарейками. Вернув пистолет в кобуру, я хмыкнул и, выдав девушке корзинку для покупок произнес: — Забирай всё, это же батарейки, их теперь не выпускают. После моих слов напарников словно включили. Мишон безропотно начала нагребать батарейки, а Рик стал вдумчиво перебирать фонарики, откладывая понравившиеся в сторону. Ну, хоть так, чем никак. Я вообще удивлен их безразличию к столь необходимым вещам. Сделав зарубку на памяти подумать об этом потом, я углубился вовнутрь магазина. По возможности быстро я носился между рядами и внимательно рассматривал предметы, которые стояли на полках. Закончив с этим делом, я сунулся в небольшую подсобку, в которой торопливо начал открывать все закрытые коробки. Я уже даже волноваться начал, как в следующей обнаружил блистеры с разнообразным припоем, флюсом и прочим разным, всем тем, что так необходимо любителям паяльника. Эту коробку я сразу же передал Мишон, которая зашла следом за мной, и принялся проверять дальше. Вот, казалось бы, небольшой магазин, а подсобка так и вообще крошечная, но провозился я достаточно долго. Мой внутренний зверь, хомяк, бился в корчах, требуя вывезти все, но инвентарь был недоступен, а в малолитражку много не погрузишь. Буквально со слезами на глазах я отбрасывал то, что мы явно не сможем забрать с собой. На остатках силы воли, я смог убедить себя, что солнечные панели нам точно сейчас не нужны. Но они были такие симпатичные, герметично упакованные, они словно бы подмигивали нам своими кремниевыми пластинами. — Мелкий, ты это, не расстраивайся, — подбодрила меня девушка. — Починишь свою безразмерную сумку и сможешь хоть весь магазин с собой вынести. Рик лишь головой покачал на все это и, дослав патрон в винтовку, сунулся на улицу с целью отогнать парочку покойников, которые стали проявлять излишнее любопытство к нашей машине. На улице хлопнули выстрелы, а я порывисто отвернулся и подхватил подготовленные к переноске сумки. Выйдя на улицу, я закинул их к себе на заднее сиденье и запрыгнул следом. Скрывать не буду, электроника мне всегда нравилась, но уж когда все пошло прахом, так и вообще из хобби мое занятие превратилось в насущную необходимость. Поэтому чистенькие полочки, заваленные разнообразной рассыпухой, вызывали у меня хватательный рефлекс, с которым было очень сложно справиться. Но Мишон права, инвентарь сейчас в сто крат важнее, чем какие-то солнечные панели. В конце концов, даже если мы их и возьмем с собой, где нам их применять? Куда практичнее та небольшая походная батарея, которая в виде свертка лежит в одной из сумок. На удивление обратная дорога тоже обошлась без приключений. В пути мы не встретили вообще никого. Как сказала девушка, такое на ее памяти впервые. Рик тоже задумчиво кивнул, подтвердив, что обычно такого не встречается. Однако я их словам особого значения не придал, так как уже закопался в одной из сумок и уже начал прикидывать, что можно будет собрать. К сожалению, здесь сейчас 2005-й год идет и электроника по сравнению с той, что была у нас, серьезно уступала привычным для меня образцам, но даже так мои возможности кардинально расширились. Все ж таки запас компонентов и оборудования это всегда лучше, чем гвоздь и телевизор, из которого ты пытаешься выцарапать необходимое. Напарники помогли занести все необходимое в дом и даже над душой стоять не стали. Лишь Мишон ругнулась, когда споткнулась о разбросанные по полу вещи: — Надеюсь, мелкий, этого тебе хватит, чтобы ее починить, — кивнув на сумку произнесла девушка. — Безусловно, — подтвердил я и улыбнулся. Проводив девушку взглядом, я убедился, что она ушла и закрыла за собой дверь, после чего улыбка на моем лице превратилась в гримасу. — А еще этого хватит, чтобы собрать остальное. А то чувствую с вами, распиздяями, меня обязательно подстрелят. Или зомби сожрут, или то и другое одновременно.