Жить снова

— Расскажи как мне еще раз, что ты знаешь о моем женихе, — пора выдвигать тяжелую артиллерию… Завтра все-таки помолвка, и может мы с женихом хорошо знаем друг-друга а и не в курсе. «Зачем ты бередишь рану, Суа, деточка, ты же его ненавидишь и боишься». Я скривилась, «Да, Хёрин, но может со временем привыкну, ведь вся жизнь впереди, мама и папа никогда бы не позволили мне выйти замуж по любви», грустно вздохнула я. По словам Хёрин, мой жених, Ким Тэхён приносил в жертву девственниц и ел младенцев то ли на завтрак, то ли на ужин, она запамятовала. Страшнее и ужаснее человека не было во всем королевстве. Происхождения он был самого жалкого — то ли бастард мелкого берга, то ли вообще простолюдин, что являлось самым тяжким, по мнению Хёрин, из всех его многочисленных грехов. Уродлив до безобразия из-за шрама на все лицо. Единственным его положительным моментов во всем этом кошмаре являлись несметные богатства, которые Тэхён награбил во время последней войны, убивая невинных и грабя обездоленных. На войне он сделал блестящую карьеру, начав ее солдатом, а закончил уже в чине генерала. И ту войну, кстати, мы выиграли, во многом благодаря жестокости и военному искусству моего жениха. Титул Тэхён купил после, на ворованные деньги, но это его не спасло, на него все равно смотрели как на плебея. Почему этого убийцу и негодяя так приблизил к себе наш король, Хёрин точно не знает, может поставляет во дворец невинных девиц, для участия в дворцовых оргиях, ей неизвестно. «Если хоть половина из этого правда, то бежали бы мы к заветному прудику с Суа наперегонки». Нет, я подозревала, что в рассказе Хёрин слухов и домыслов предостаточно, но мне было непонятно, почему же родители так рады сбагрить свою старшую дочурку этому чудовищу. Хёрин разъяснила и это. За право первородства (а я, как старший ребенок в семье, наследовала какой-то там жутко высокий титул, которым могла поделиться с мужем и своим первенцем) моей семейке монстр отваливал огромную кучу золота (даже Хёрин не знала точную сумму), а золото родители очень любили, и его постоянно не хватало. Предки не особо утруждали себя зарабатыванием денег, в основном, как и мои родители прожигали жизнь в праздности и кутежах, и мое теперешнее поколение столкнулось с угрозой бедности. «А хорошо, что у них первой родилась девочка, как бы они мальчика то продавали?», — подумала я. Со слов Хёрин стало понятно, что с женихом мы ни разу не встречались — все договоренности о помолвке пересылались магической почтой. Тэхён должен будет прибыть завтра утром для окончательных переговоров, подписания брачного договора и заключения помолвки в местном храме. И сразу же уедет назад, в столицу. Три в одном за одно утро — занятой человек, мой будущий муж. Помолвка у знатных людей длилась от полугода до года, успокоила Хёрин, значит у меня есть время морально подготовиться. Около полугода назад, когда прибыло прошение о помолвке от Тэхёна, отец даже не обратил на него внимания, у него тогда на примете было несколько потенциальных женихов, которые уже передали документы на рассмотрение, высокородных и родовитых. С одним из них уже почти подписали предварительный договор, когда вызвали в столицу. После поездки (и видимо аудиенции с монархом) папаня был сам не свой, в замке месяц царила чудовищная атмосфера. Все ходили на цыпочках, боялись лишний раз посмотреть в его сторону. Наверное он очень жалел, что ждал моего семнадцатилетия, и не заключил помолвку ранее. Тем паче, Тэхён со своими деньгами перебил все ставки… да и король вмешался. «Вот с того времени и начался кошмар в нашем доме и в нашей семье», сказала Хёрин и добавила «Поздно уже, давай ка ложись в постель, милая». После сегодняшних событий голова у меня была похожа на шар, наполненный гелием — гулко, пусто, тянет взлететь и смыться по-дальше. Но вместо этого я послушно легла в кровать и закрыла глаза. Главными задачами, определила я себе на ближайшие месяцы- по-больше слушать, по-больше молчать, по-меньше говорить. И учиться-учиться-учиться. Сейчас я никак не могу повлиять на сложившуюся ситуацию, меня сорвало с дерева, как одинокий листок и унесло в бушующее море — авиакатастрофа, новая жизнь, вокруг меня неизвестный мир, чужие люди, непонятные события, все происходит без моего участия или влияния, что же — будем плыть по течению. Я лежала без сна в огромной кровати и панические мысли никак не хотели покидать голову. Нужно успокоиться и хоть немного поспать, но не получалось. Столько событий за прошедшие сутки — мозги кипели и плавились, сердце стучало как сумасшедшее — какой там сон! Промучившись почти до рассвета, я буквально на пару минут отключилась, как нужно было уже вставать и одеваться. * * * Лихорадочный быстрый завтрак, дерганые горничные, дрожащие руки, причитающая Хёрин — нервировало все! Казалось, сейчас зарычу. Все вокруг помешались на этой помолвке. На пару минут заскочила родительница — надавала ЦУ и упорхнула. Из волос сделали пизанскую башню, украсили нитками розового жемчуга. Но больше всего времени заняло облачение. Сначала на меня надели две сорочки — длинную и коротенькую, чулки, корсет, потом напялили что-то типа каркаса из какой то жесткой ткани, как будто железной (видимо здесь процветает стиль рококо, когда очередь наконец дошла до платья — сил возмущаться уже не было никаких. Меня облачили во что-то розовое, пышное, с оборками и воланами, расшитое драгоценными камнями, нет — булыжниками, а платье со всей амуницией весило на вскидку килограмм десять, корсет немилосердно впился в ребра (никогда в прежней жизни его не носила и не знала, что это так больно). Если доживу до помолвки — будет подвиг, кажется умру гораздо раньше от любящих родных и близких. Меня потащили на выход. Вздрогнула, зацепившись взглядом за отражение в зеркале. Бессонная ночь отложила таки печаток на внешности Суа — болезненная бледность, красные опухшие глаза, нездоровый вид. «Теперь уже ни у кого не возникнет подозрений», — хмыкнула я мысленно, «На лицо глубокая и безутешная скорбь, именно так я и должна выглядеть сегодня, по мнению многих». Сказать, что я не боялась — это будет чистейшей воды вранье. На самом деле я была в ужасе. Воображение разыгралось не на шутку. Вчерашний откровенный опус Хёрин, свои собственные страхи, не знание мира, нездоровая атмосфера вокруг, перепуганные горничные, нервничающая мать — не добавляло мне уверенности в себе. Жених уже представлялся этаким уродливым монстром, местным франкенштейном и по совместительству синей бородой. «Включай мозги, Суа. С любым можно договориться. Страх это только мое воображение, мои мысли о предполагаемом будущем. И чем ярче работает фантазия — тем сильнее страх. Успокойся! Пока плывем по течению, дальше видно будет…». Большой и дружной компанией невесту вывели из комнаты. Впереди шла Хёрин, меня с двух сторон поддерживая за руки две девушки-горничные Ли и Миа (наверное боялись, что грохнусь в обморок от волнений, они были недалеко от истины — корсет жал беспощадно, дышалось с трудом). Наша процессия миновала анфиладу богато украшенных комнат. Высокие стрельчатые окна, сказочные витражи, я не успевала рассмотреть это великолепие, глаза разбегались в разные стороны, стараясь охватить все и сразу, дух захватывало от изящных статуэток, картин на стенах, богатой мебели, правда на первый взгляд присутствовала некая толика запустения и пыльности, но я была в восторге! Дом был изумительно хорош изнутри, стены из красновато-коричневого камня, без покрытия из обоев и панелей, казалось были теплыми и нежными на ощупь, я даже незаметно мазнула ладошкой по стене, действительно, как живые. Мы спустились по широкой каменной лестнице на первый этаж. Там уже ждала меня родительница в окружении нескольких богато одетых женщин. Мать опять шикарна. прекрасна и опять вся сверкает драгоценностями. И как ей не тяжело все это носить? Наверное привычка. «Бедная моя девочка» — утерла платочком несуществующую слезинку, на лице неподдельная скорбь и страдание. Актриса из нее явно лучше, чем из меня… Все как будто ждали толчка — женская братия разом запричитала, и так настроение не к черту, еще эти завывания…Скорее бы уже все закончилось и меня оставили в покое. Наконец дверь слева открылась и нас пригласили в кабинет. Первым кого я увидела войдя в комнату был поразительно красивый мужчина, сидевший за массивным письменным столом напротив входа. Наверняка папаша. Реально похож на девчонку в зеркале. (я пока не могла совместить в голове мою новую внешность и себя любимую в одно лицо, поэтому нынче у меня раздвоение личности — была «я» и «девчонка в зеркале»). На вид так же лет 30 с хвостиком. Мужчина небрежно держал в руке несколько листов бумаги и читал. Увидев нас он махнул рукой на кушетку слева от себя и процедил сквозь зубы «Мы скоро закончим, садитесь». Двигаясь к дивану я сразу и не заметила сидящего в глубоком кресле человека, так же читавшего бумаги. А когда он резко встал, приветствуя нас, вполне натурально вздрогнула и отшатнулась. На мой испуг он насмешливо скривился, царапнул острым взглядом по моему платью, небрежный поклон и опять уткнулся в бумаги. Наконец я увидела своего жениха. Что ж, не так страшен черт, как его малюют. С меня начала потихоньку спадать паника. На первый взгляд — уродств не наблюдалось, Две руки, две ноги. На вскидку лет 25-30. Высокий, худой, темные волосы, ровный нос, сжатые губы, хищное темное лицо, то ли загорелое, то ли смуглое по природе, цвет глаз не разглядела, он сидел к нам боком, да и шрам таки был — на правой щеке белым тонким росчерком. Классический образ злодея. Мужчина был явно не в моем вкусе. — Я настаиваю на 50 % предоплате и сегодня, — отец дочитал договор и отложил бумаги. — Вы смеетесь? Я и так вам плачу огромные деньги только за предварительную помолвку, а если что случится с невестой? Я просто распрощаюсь со ста тысячами золотых, Вы сами настояли, первым пунктом в договоре стоит, что аванс не возвращается, — донесся из кресла низкий голос будущего мужа. — Да если бы не король, и его приказ, я бы никогда допустил этой помолвки, — если мой папа решил немного поторговаться, то он явно просчитался с объектом. Так как объект даже бровью не повел. — Вы хотите сказать, что в этом королевстве, да и не в этом тоже, вам кто-то даст больше миллиона золотых? — голос гостя звучал насмешливо и вызывающе, и до ужаса, обидно. — Дело не в деньгах… — Не смешите меня! — грубо прервал хозяина Тэхён, — А в чем же? Боковым зрением я увидела как мать слегка покраснела. До этого момента она успешно мимикрировала под мебель, сидела тихо как мышка, периодически поднося платочек к глазам. Тут походу жесткий патриархат. Женщинам слова не дают. А я что — сижу и молчу, тиха, послушна, молчалива — настоящее сокровище. — Через пару лет вам за долги придется не только дочь, но и замок продать, — продолжал издеваться жених. — Да лучше пусть ее мужем будет обычный берг, чем такой как вы… — Вы подписываете или нет? Да за сумму в половину меньшую я куплю хоть завтра десяток девиц по-покладистей. Просто королю взбрело в голову, чтоб я стал именно Льером. И поверьте, если вы откажитесь — я не обижусь. А вот, что будет с вами и вашей семьей? «Мне показалось или в голосе прозвучала еле уловимая фальшь? Да нет, дорогой, тебе эта помолвка тоже нужна, не знаю правда зачем, но не менее необходима, чем деньги моему отце. Может тебе и удастся убедить в своей незаменимости предков, но меня не обманешь, у меня нюх на вранье. Проверено опытным путем. — Итак, окончательное решение — сто тысяч золотых вам переводят авансом сегодня, остальные девятьсот сразу перемещают в сокровищницу после заключения брака в храме, через месяц. — Какой месяц?! — тут же закричала мать. — Да нас все засмеют! — Год, не меньше, должна длиться помолвка! — Все вопросы к его величеству, через месяц в столице собирается совет и у меня, как у исполняющего обязанности главного советника монарха должен быть к тому времени титул. Я надеюсь на ваше благоразумие и на благоразумие невесты, — небрежный кивок не глядя в мою сторону. — И постарайтесь, чтобы через месяц она была как минимум жива, а как максимум здорова, до меня дошли кое-какие слухи о вчерашнем инциденте. Мне еще наследника от нее получать. «Дульку тебе с маком, а не наследника», я мгновенно вскипела, как чайник. Бессонная ночь, головная боль, еще этот корсет… Такое откровенное пренебрежении и хамство коробило. Ни как меня зовут, ни как я выгляжу жениха не интересовало. «отец тоже хорош, так ненавидит будущего зятя, что даже дочь не представил». На смену утренней панике пришла здоровая злость. Значит месяц. За месяц я мало что успею… времени в обрез. — Да, и что младшая льера тут делает? Привели показать? Совсем было не обязательно. Мне абсолютно неинтересно, как она выглядит. Мне от нее нужен только титул. Пусть идет в храм и ждет меня там., — чуть заметный налет брезгливости и пренебрежения изогнул губы Тэхёна… «Ничего, мы очень злые, и память у нас хорошая»… Мать торопливо вывела меня из кабинета. Блин, чувствую себя предметом мебели, передвинули туда, задвинули сюда. Естественно, после оглашения условий помолвки среди присутствующих в гостиной дам начался откровенный хаос. Я стояла в центре ока бури и со всех сил силилась не заорать. В обморок что-ли хлопнуться? Этого, видимо от меня и ждут все. — Как месяц, это же позор, да за это время даже платье не пошить! Что скажут соседи? — Что значит человек неблагородного происхождения, никакого понятия о приличиях! — Бедный ангелочек! Столько потрясений! Сама помолвка заняла от силы минут пять. До храма я шла под руку с матерью, внимательно смотря под ноги, чтобы с непривычки не запутаться в длинных юбках и не упасть. Вся наша женская братия причитая и стеная, топала следом. Жених с отцом нагнали нас уже на подступах. Судя по мрачным физиономиям примирением и дружбой между ними и не пахло, но договор, по всей вероятности, подписали. Само помещение храма оказалось просто пустой круглой комнатой с куполообразным высоким потолком. В центре стоял постамент с чашей, наполненной водой. Нас попросили опустить в воду руки, не касаясь друг друга (типа мы соединены пока через воду), дедушка-священник прочитал небольшую вступительную речь, о том, что мы подтверждаем перед Богиней свои намерения сочетаться браком и соединиться навеки через месяц. Всего-то! Как то пугающе звучит «навеки». Интересно, а разводы здесь предусмотрены? Все время пока я стояла рядом с Тэхёном, меня не покидало стойкое ощущение, что я лишний элемент в храме, что жениху плевать на меня с высокой башни, он со сосредоточенным видом решал в уме какие-то глобальные задачи, а мы тут со своей помолвкой навязались, и если бы было можно, он бы взял один титул без прицепа вроде меня… Даже моя красота и молодость его не впечатлили, если его взгляд иногда и останавливался на мне, то лицо принимало такое брезгливое и хмурое выражение, как будто мы уже лет тридцать женаты и я надоела ему хуже горькой редьки. Я усиленно пыталась соответствовать образу глупой блондинки, хлопая глазами, и охая в нужных местах, Образ незабвенной куклы Аллочки прописался у меня перед глазами. По презрительно кривящимся губам жениха можно было понять, что впечатление я произвела на него незабываемое. «Не тряситесь, льера. Я не ем маленьких девочек» — процедил он сквозь зубы. «Ага, вы на них женитесь» — мысленно ухмыльнулась я, едва держа себя в руках — ненавижу корсеты!.. Уехал Тэхён сразу, как только представилась возможность, по-английски, не попрощавшись. Вот уж действительно — невоспитанный и неблагородный плебей. Стоп… я сутки только льера, а уже высокомерие моих предков бурлит во мне. Вот теперь можно и в обморок, зато сразу в комнату отнесут и в покое оставят. Главное — точный момент подобрать. После прекрасно сыгранного беспамятства, меня предоставили самой себе, посчитав, что для бедной девочки сегодня впечатлений было достаточно. А я и не против… Хоть осмотрюсь в спокойной обстановке. Но видимо бурные события прошедших суток подкосили мой организм основательно, потому, что после того, как я оказалась в горизонтальном положении — уже ничего не помню. * * * Как потом поведала Хёрин — проспала я почти сутки.Родители укатили в соседнюю Ромулу тратить сто тысяч, переведенные за помолвку Тэхёном. Просили передать, что вернуться накануне свадьбы, а местной портнихе было дано указание прибыть для пошива свадебного платья. Ждали ее завтра. Возможно настоящей Суа и не хватало родительских тепла и заботы, наверное ее убивало пренебрежение матери и алчность отца, но мне это было только на руку. И началась новая жизнь. Что очень радовало в моем теперешнем положении — одевали, причесывали, наводили лоск на меня любимую без моего непосредственного участия. Нужно было просто тихонько сидеть перед зеркалом и иногда открывать рот, чтобы Хёрин впихнула туда кусочек пирожного или влила глоточек чая. Пока горничные кружили вокруг, как стайка воробышков, я продумывала стратегию и тактику на ближайшие дни. Цель 1 — подружиться с парой-тройкой слуг (свои люди нужны везде, а также сплетни, слухи, свежие новости и т. д.), Цель 2 — найти библиотеку и наконец понять, умею я читать или нет, я все-таки очень надеялась, что перенося в этот мир, мне не только дали способность понимать язык, но и читать и писать, иначе мое обучение может затянуться на долго, что не радует. Цель 3, плавно вытекающая из 2 — изучить историю этого мира, веру, нравы, обычаи, если уж я застряла здесь на долго. Попыталась проанализировать свои впечатления от вчерашнего дня. Решила, что жених мне совершенно не подходит. Не нравилось мне в нем абсолютно все — внешность, голос, его тяжелая аура, раздражающая кривая ухмылка. Если даже я, со свои богатым опытом общения с противоположным полом нашла Тэхёна злобным, черствым сухарем, как же бедная запуганная семнадцатилетняя летняя мышка Суа была охвачена ужасом, если решилась на такое. «Не буду об этом думать сейчас — подумаю об этом завтра, а лучше через месяц!» — У меня есть более насущные проблемы, чем будущая гипотетическая свадьба — выжить и адаптироваться. Этим и займемся. Сначала я выяснила, что в замке живут несколько учителей, нанятых для обучения моих братьев. Девочек по минимуму (чтение, письмо, танцы, музицирование, вышивка, этикет и еще пару-тройку таких же бредовых предметов). Мальчики удостаивались еще географии, математики и истории. Обучение Суа закончилось в прошлом году и Хёрин искренне не понимала, зачем мне еще какие-то знания, кроме уже имеющихся, но все-равно я потихоньку пробиралась с вышивкой в руках в комнату для занятий, мотивируя тем, что напоследок, хотела бы побыть с братьями по-дольше, перед тем, как я покину семью на всегда. Сидя в углу, и больше путая нитки, чем что-то вышивая, я как губка впитывала знания по истории и географии. Только лишь задавать уточняющие вопросы мне было нельзя, приходилось молча слушать и вникать. Только математика не смогла завлечь меня на свои уроки. В моем мире эта наука продвинулась намного дальше, чем здесь. Максимум, что преподавали — таблицу умножения и основы геометрии. Мальчишки искренне радовались моему обществу. Совсем еще дети, им тоже не хватало заботы и внимания от родителей, а я как старшая сестра взяла на себя ответственность за их досуг вне учебы. Мы носились по дому, как банда разбойников, играли в прядки, море волнуется раз, салочки…Хёрин с умилением глядела на наши шалости, очевидно думая, что ее подопечная слегка помешалась на почве помолвки, но разрешалось нам абсолютно все. Видимо напоследок… Заодно, под видом игр, я исследовала весь замок сверху до низу. И влюбилась в него искренне и на всегда! Дом был прекрасен. Четыре этажа, огромные светлые комнаты, широкие коридоры, изящные балкончики, милые пейзажи на стенах. Великолепные виды открывающиеся из окон — бескрайние луга, вдалеке стеной стоял лиственный лес, блестел на солнце пруд (да-да, тот самый), отсюда из окна он был совсем не страшный. Ни какой крепостной стены вокруг замка и рва с водой не наблюдалось. Очень мирное, пасторальное жилище. Рядом, в метрах 500 от дворца, виднелся храм — небольшое круглое строение, где проходила помолвка. Оказалось, что нам строго-настрого запретили выходить на улицу, особенно мне. Хёрин запричитала, что им головы снесут, если со мной что случится, поэтому следующий месяц я проведу в доме. Да я и не против. Библиотеку я разыскала быстро, книги магнитом притягивали меня всегда, поэтому мой любопытный нос сразу привел на первый этаж, в комнату, по соседству с кабинетом отца. Огромной радостью было узнать, что читать я тоже умею. Правда сначала меня чуть инфаркт не хватил — раскрыв первую попавшую книгу, перед глазами предстали круглые непонятные закорючки. Да и бумага была не привычна, какие то тонкие гибкие листы серого цвета. Я похолодела… пару секунд тупо пялилась на страницу, но потом в мозгу что-то перемкнуло и взгляд начал выхватывать отдельные слова, слова складывались в предложения, и через минуту я прочитала свой первый абзац. Это была победа! Библиотека в доме была шикарна, огромное помещение, с бесконечным количеством полок до потолка, несколько лестниц стояли для недоступных участков — просто рай для такой фанатички как я. В тот же день я просидела до ночи выбирая себе обучающую программу на ближайшие недели — атлас мира, несколько книг по истории, географии, экономике, так же прихватила фамильную книгу нашей семьи. Мироустройство здесь очень похоже на наше, и ориентировочно застряло в 17–18 веке. Королевство, где мы жили называлось Латаней. Форма правления — монархия. Трон в данный момент принадлежал королю Пак Чимину. Вдовец. Есть сын. Государство наше было достаточно цивилизованным и развитым. В столице находились несколько университетов, школа магии, общественная библиотека…Рабства уже не было около трехсот лет… Как гласила легенда, льеры вели свое происхождение от самих богов, когда то давно живших среди людей. Потом боги куда-то свалили (или на небо или подальше), а их потомки остались на земле самыми могущественными и сильными существами, почти все были волшебниками, умели излечивать любые заболевания и перемещаться на дальние расстояния. Потом, видимо растеряв генофонд за пять тысяч лет от льерства остались только отменное здоровье и какой то Сирен. Магов в их семьях рождалось столько же, сколько и в обычных, суперспособности утратились, да и самих семей в нашем королевстве сохранилось только три. Полный мой титул звучал так — льера Мин Су А. Несколько раз наш род пересекался с королевским, женились и выходили замуж за моих предков младшие ветви королевской семьи. Поскольку титул строго переходил только первенцу, самым страшным божьим наказанием было бесплодие у родителей (что случалось очень редко) или война, забирающая жизни (что случалось чаще). Итого в данный момент сохранилось только три ветви льеров в нашем королевстве — монарший род Пак, наш — Мин и еще одна семья неких Квон, так же много раз пересекавшихся с нами. Короче — все мы между собой кузины и кузены. Интересно, а они знают об опасности генетических заболеваний — гемофилии, например? Хотя есть и положительные моменты — посмотреть на внешность родителей, селекция на лицо. Женились то на самых красивых представителях рода человеческого. Да, и еще один неприятный момент, браки льеров устраивал сам король высочайшим указом, то есть в любом случае Суа не позволили бы выйти замуж по ее желанию. Занятная аналогия прослеживалась между этим и моим родным миром — то, что здесь заменяла магия, в моем мире называлось высшими достижениями научно-технического прогресса. Электростанций и соответственно электричества здесь не было, зато примерно раз в три месяца к нам приходил местный маг и заряжал светильники и кухонные и бытовые приспособления. Так же прикладывался к шкатулке-телепортеру, служившей магическим почтамтом (письма и мелкие предметы могли телепортироваться в эту шкатулку из другой, находящейся как угодно далеко). Камины в домах аристократии служили только для интерьера, и зажигали в нем настоящий огонь редко, скорее для украшения… Маги здесь излечивали почти любые заболевания, проводили пластическую коррекцию внешности (т. е. из богатых уродин делали красавиц), за большие деньги, конечно. Но ведь и у нас, цены за жизненно важные операции были запредельны. Магия в этом мире была дорогим удовольствием, и использовалась она в быту только высшей аристократией. Хотя король и обязал магов иметь своего представителя в каждом городе, в основном они сидели без работы, их услуги были не по карману большинству населения. Я спросила Хёрин, как же лечатся простые люди? На что она мне ответила — кто же ходит к этим крохоборам! У нас есть знахарка, которая любую болезнь травами излечит, к ней и ходим. Как я поняла из книг, поверхность земли покрывала некая магическая сеть, кружево. В пересечениях узлов этой сети и ставили порталы. На месте маленьких узлов (пересечение двух или трех нитей) ставили шкатулки, в пересечении большого количества нитей (от десяти и более) строили большие порталы, способные переносить людей, животных или тяжелые грузы. Но все-равно, мощности порталов хватало только на нескольких людей. Максимум трое-четверо. Поэтому такой способ перемещения был не только дорог, но и не удобен. Даже если король захочет воспользоваться порталом, то он сможет с собой взять не более одного-двух телохранителей, что действительно мало. Поэтому те, кому были доступны порталы по деньгам, не часто ими пользовались, только в крайних случаях… Сеть эту видели только маги, и то не все. А стоили так дорого перемещения, потому что чтобы воспользоваться порталом нужен был маг, чтобы направить в нужное клиенту место. Если шкатулку можно было зарядить, и несколько месяцев пользоваться без участия магического вмешательства, то проход через портал требовал присутствия мага. И не удобно и дорого… Поэтому порталы были только в столицах и крупных городах… В соседние страны перемещение порталами не практиковалось. Это было не прилично, не подобающе… Этаким моветоном… Медицина в этом мире была на такой недосягаемой высоте, на какую моему родному техническому миру расти и расти. Излечивались почти все болезни, присущие людям. Кроме, естественно, старости. И то, при должном уходе и магическом вмешательстве, можно было смело жить до ста лет, а то и больше. В хрониках нашей семьи я нашла упоминание о своих предках, умерших в 140–150 лет. Маги вмешивались в генетику, ставили опыты на животных, людях… Я читала об улучшенных лошадях, коровах, собаках. Какие именно индексы и показатели выводили на новый уровень, не известно, данных не было. Но не трудно догадаться. С людьми было все не так однозначно. Физическое здоровье, красота и прочее, это одно. В хрониках случайно нашла краткое упоминание о неудавшихся экспериментах с генетикой какой то жутко титулованной особы, который захотел стать не только самым красивым, но и самым умным. С красивым все было в порядке, а вот с умным… Короче умер этот аристократ с идеальной внешностью, но с умом пятилетнего ребенка… Мне с моим математическим складом ума хотелось во всем разобраться досконально, но во-первых, не было достаточной литературы по магии, не было знаний… И мои догадки и предположения только верхушка айсберга. Магического оружия в этом мире не практиковали. Строжайший запрет на любые военные и членовредительские разработки. Тысячелетие назад закончилась ужасная война с применением магии. Что это было за оружие, и чем маги убивали друг друга и людей — в хрониках не осталось ни единого воспоминая. Уничтожили все записи, учебники и даже мемуары… Полмира лежало в руинах сотни лет, значительно сократилась численность населения, исчезли с карты мира некоторые государства, реки потекли вспять, горы сравнялись с землей… В целом даже слабые отголоски той войны вгоняли в ужас и заставляли задумываться, а нужна ли нам магия? После той войны в мире почти не осталось магов, пришлось воспитывать и обучать с нуля младенцев, родившихся после… И логичным выводом из всего этого стал полный запрет на использование магии в военных целях. И воевали, если приходилось, с помощью почти примитивных пороховых ружей и холодного оружия… Но самое смешное, я обнаружила, открыв атлас мира — планета была как две капли воды похожа на Землю. Те же континенты, те же океаны, то же расположение морей. Создатель, видимо, не заморачивался, выдумывая ландшафты для миров, и все сделал под одну копирку. Наше королевство располагалось в районе Азии, занимая территории Китая, Кореи, Японии, Тайвань, Филиппины, часть Вьетнама и Монголии. То есть таких миров может быть бесконечное множество? Как слои пирога, только разная начинка. Религий в этом мире было под завязку. Так как боги еще недавно (каких то несколько тысяч лет назад) еще ходили по земле и разговаривали с людьми, то у народа еще остались достаточно свежие воспоминая о них. Не было никаких жестких, ограничивающих требований в вере — поклоняйся кому хочешь. Храмы были самые разнообразные, но больше всего (естественно) строили богине матери Суали. Она покровительствовала женщинам, была ответственна за сохранение семьи и продолжение рода. Почему то своим воплощением на земле она выбрала воду (логично, предположила я, вода это жизнь, жизнь всего вокруг, без нее не прорастет семя, не вызреет урожай, даже ребенок зреет в чреве матери в околоплодных водах). Ранее, как писалось в легендах, можно было запросто пойти в храм любому человеку и поговорить с богом, попросить его что-либо для себя, и боги отвечали. Но потом, наверное, люди распоясались настолько, что просьбы стали чаще и наглее и боги однажды просто перестали отвечать, предоставив человечеству разбираться о своими проблемами самим. Только в очень редких случаях (как я прочитала, прошлый случай был более столетие назад, и то фактически не зафиксированный, только легенда) человек получал ответ на свою просьбу, озвученную в храме. Однажды, выходя из ванной комнаты в одной простыне, заметила в зеркале странное изображение на правом предплечье, узор бледно-голубого цвета, почти незаметный, типа тату. Изображал он какую-то птицу, сирен, мелкий с темным цветом, обвивал предплечье полосой где-то сантиметров пять. Спрашивать у Хёрин, что это, я побоялась, сразу откроюсь в своей неосведомленности. Потом вспомнила, на титульном листе фамильной книги видела точно-такое же, да и в доме, постоянно натыкалась на стилизованный рисунок, то на обоях, то в декоре, то в лепнине. Присмотрелась к портретам предков у женщин (редко они изображались в открытых платьях, поэтому и не заметила сразу) и так же обнаружила эту татушку, почти не видимую, сомнений уже не оставалось — что то связанное с льерством. У матери я не заметила подобного, но я и видела ее пару раз на бегу. Брат, которого выловила в коридоре удивленно на меня посмотрел: — Суа, ты что забыла? Нам же об этом с рождения талдычат. Сирен проявляется только у первенцев, значит он есть только у тебя, — и снял сюртучок, отодвинув рукав, продемонстрировал абсолютно чистое правое предплечье. Читая фамильную летопись наткнулась на историю постройки нашего замка. Оказывается вместе с титулом льеров должен был передаваться первенцу и родовой замок. А родовой замок льеров Мин был мрачной неприступной крепостью на севере страны, построенной более четырех тысяч лет назад, а нашему дому всего около двухсот лет. Не стыковка. Я копала дальше и через пару часиков нарыла таки почему мы тут живем, а не в крепости. Жила была девочка, умница, красавица, любимая дочь знатных родителей — Эна. Моя пра-пра-пра бабушка. Так как у нее было два старших брата, титул ей не светил никаким боком. Но даже младшие дети льеров были востребованы на брачном рынке, замуж ее отдали по договоренности в 17 лет, за человека, которого она ни разу не видела. Женихом оказался младший брат короля. А не видел его никто, так как жених был калекой с одной ногой и на людях не показывался. У бабушки случилась истерика прямо в день свадьбы. Но все закончилось, как водится, благополучно — через некоторое время они искренне полюбили друг-друга, и как написано в летописи — жили долго и счастливо. Так как своего родового дома у них не было, король свадебным подарком отдал брату приличную территорию с несколькими селами, небольшим городком, немного запущенным лесом и прудом рядом со столицей — провинцию Ласкар, где они и построили этот дом. Муж бабушки был талантливым художником, он сам спроектировал замок, разбил сады вокруг и настоял на отсутствии фортификационных сооружений, что тогда было нонсенсом. И так как искренняя любовь творит чудеса — дом вырос, наполненный светом и любовью. У них родились дети, все было замечательно, и тут случилась война. В этой войне был окружен и взят в длительную осаду северный фамильный замок и самое страшное — по дурости погиб старший брат бабушки, наследный льер, не успев жениться и родить детей. Решил по геройствовать и совершил безрассудную вылазку из неприступного замка в стан врага, где и схлопотал пулю в голову… И тут самое удивительное. Через несколько лет, после его смерти, когда уже все смирились, что род льеров Мин прекратил свое существование, на плече у бабушкиного старшего сына, а ему к этому времени уже стукнуло десять, начало проявляться изображение сирен. Был грандиозный скандал, средний сын Мин рвал и метал, что обошли его, но король объявил это событие проявлением божественной воли и тему закрыли. Тем более, что это был его племянник. Видимо боги благоволили к нашей семье и род продолжился. * * * Мои дни устаканились и приобрели вполне приличный распорядок. Будили около девяти утра, завтрак в постель, одевали, причесывали (примерно час сидела перед зеркалом слушая сплетни горничных), далее вышивку в зубы и на уроки к братьям. Там до обеда познавательные лекции. Обед около часа дня. После обеда досуг — или носимся с мальчишками по замку, играя в ролевые игры (в основном в прядки), или читаем втроем литературу о ратных подвигах наших предков. Далее чай с пирожными в библиотеке. До ужина отдых (обеденный сон). Не знаю как братья, я в любой свободный временной отрезок усиленно штудирую литературу из библиотеки. Ужин. После ужина несколько уроков танцев (для мальчиков, естественно, так как подразумевалось, что я то танцевать уже умею) и примерка свадебного платья. После, я с книгами опять уползала в свою комнату и до зеленых чертиков в глазах читала и училась самостоятельно. Меня немного попустило. Нервяк, трусивший пару дней после воскрешения у пруда и последующей помолвки, сменился более-менее привычным спокойствием. Может этому способствовало отсутствие раздражителей, в виде предков, или чудесное место моего обитания, или мое смирение с существующей ситуацией, а может вместе с переносом разума стирается не только память, но и эмоциональная составляющая души? По крайней мере, у меня попытались, хоть, видимо, и не до конца… Но через пару недель я стала почти своей в замке и никто уже не удивлялся моим ночным посиделкам с книгой или несоблюдением этикета со слугами. Конечно до сих пор вздрагивала, проходя мимо зеркала или ловя отражение в стекле, но постепенно привыкла и к своей кукольной внешности. А поначалу было довольно жутко. Очень похоже на раздвоение личности.Развлекалась наедине тем, что корчила перед зеркалом рожицы, делая из кукольного отражения то обиженную, то удивленную, то испуганную мордашку. Актриса из меня не ахти, поэтому я старалась запоминать мимику, положение бровей, прищур глаз, напряжение лицевых мышц, чтобы потом повторить это выражение перед кем-нибудь. После несметного количества тренировок перед зеркалом, пора было уже «тренироваться на кошках», то есть на людях. Оказывается корчить из себя глупенькую капризную дурочку не такая уж простая задача. Голова пухла от несоответствия формы содержанию. Хотелось нормально поговорить, обсудить интересующие темы, хотя бы с тем же учителем географии и истории, но как представлю, как 17-летняя девица с репутацией пустой глупышки дискутирует о применении магии в сельском хозяйстве, мое желание испаряется как первый снег. Как нибудь потом… на новом месте, я буду зарабатывать себе другую репутацию, тем паче, что нужно помнить о родителях… Какие они ни поверхностные, но могут здорово подгадить, если заподозрят почему вдруг Суа столь кардинально поменяла поведение. Сейчас мои не стыковки в поведении и эксцентричность слуги списывали на нервное потрясение и стресс. Если я не могла адекватно ответить на какой-то вопрос — топала ножкой и капризничала, все сразу забывали, что хотели, охали и жалели меня болезную, а братьев вообще все устраивало, они даже не заметили разницы в поведении. По всей вероятности, ранее Суа не радовала их своим высочайшим обществом. Портниха, как и обещали, переехала с помощницами в замок, и осталась на все время пошива свадебного платья. Сие предприятие было в высшей мере ответственное и долговременное. Женщину звали О Джуна. Милая, добрая, добропорядочная леди. Мне она сразу пришлась по душе, чем то напомнив мою настоящую маму, оставшуюся в Сеуле, такая же воспитанная и тихая, не приемлемая грубости и ругательств. Лет около тридцати с хвостиком, ни детей, ни мужа. Всю жизнь проработала швеей, мечтая накопить денег на свое ателье, но пока смогла финансировать только небольшую каморку в соседнем провинциальном городке и пару девушек — помощниц. Но, бесспорно, уже себя успела зарекомендовать, так как мать поручила именно ей такое эпохальное дело, а может сэкономить решила. — Нет! Никакого каркаса под свадебное платье я не одену! — топнула ногой и надула губы. — Суа, как можно! Сейчас пышные юбки в моде, — Хёрин удивленно (наверное раньше Суа ни разу не спорила с ней) — Это раньше, лет сто назад, мне бабушка рассказывала, можно было даже без корсета ходить, но сейчас это не прилично! Нас засмеют. — Нет! Нет! И еще раз нет! Я не собираюсь грохнуться еще раз в обморок прямо в храме. Джуна с усмешкой наблюдала за нашей перепалкой. Пока мы определились только с цветом платья, оно, по традиции будет белым. — Твоя мать на счет платья дала строгие указания. — Вот пусть она его и одевает, а еще бы за Тэхёна замуж вышла, я была бы в восторге! — Суа, ну что ты такое говоришь, — Хёрин сразу на попятный, голос стал жалобный и заискивающий. Малейший намек на жениха сразу дает плоды. В итоге договорились, что корсет все-таки придется оставить, а каркас под юбки заменить дополнительными двумя или тремя подъюбниками из плотной ткани, чтобы держали платье куполом и давали пышность. Я настояла на простом квадратном вырезе, не слишком глубоком (нечего было показывать лишнего жениху), основная ткань — простой гладкий шелк, без оборок и рюшей. Милостиво разрешила небольшую вышивку по краю корсажа и внизу по подолу. Больше ничего. Хёрин опять запричитала, что платье будет как у простой служанки, ни драгоценных камней, ни воланов, все засмеют и прочая-прочая, но портниха удивила и поддержала меня, сказав, что красоту сильнее подчеркивает простота. Вот интересно, к чему это она? Я попросила Джуна придумать что-нибудь с ворохом розового безобразия, висевшего в двух огромных шкафах у меня в комнате. Почему мне вдруг разонравился розовый? — очередной каприз неуравновешенной невесты. Забегая вперед, скажу, что некоторые платья после переделки даже можно было одеть. Мы выбрали самые приличные — пару розовых и пару голубых, отпаривали оборки и срезали самые вычурные камни, убрали лишние юбки и Джуна уже сама, изменила линию корсажа, чтобы можно было просто носить с поясом. Получились вполне милые платьица. Заручившись моральной поддержкой портнихи, я повеселела. И даже привлекла к свадебным хлопотам горничную Миа, она из всех девушек, вертевшихся вокруг меня показалась мне наиболее адекватной и разумной. Ни тебе бесконечных сплетен о окружающих мужчинах старше 7 и моложе 30, ни глупого восторгания моей неземной красотой, ни двуличного сочувствия от предстоящей свадьбы я от нее, в отличии от многих других, не услышала. Девочка была покладистой и милой, жизнерадостной и веселой, дочь нашего главного лесничего. И пусть я тут на птичьих правах, но взяла под крыло и ее. Неумолимо приближалось время Ч. От родителей было ни слуху ни духу. Платье почти готово. Нервы более-менее приведены в порядок. После месяца ежедневных занятий и гор перечитанных книг, я чувствовала себя не в пример смелее и уверенней. По мне, так багаж знаний сейчас у меня даже больше, чем у Суа, прожившей в этом мире свои семнадцать с половиной лет. Хромали у меня по-прежнему этикет и танцы (этикет, понятное дело никто мне не преподавал, а танцы я видела только издали, наблюдая за братьями, сами фигуры я запомнила, а вот практики нет). Ну да ничего, всегда можно подвернуть ногу и постоять у стены, или пожаловаться на несварение желудка и посидеть на диете. Еще меня беспокоило то, что во всей библиотеке я не нашла ничего из законотворчества королевства. То ли мой отец вообще не интересовался действующими законами, то ли эти книги были припрятаны в другом укромном месте. — Миа, можно с тобой поговорить? — я дождалась когда мы останемся один на один с горничной. — Да, льера Суа. — Мне нужно тебя попросить об одной вещи. Ты ведь догадываешься, что я выхожу замуж не по своей воле? Это… трудно скрыть. — Я что-то слышала об этом, льера, — девушка была на редкость корректна и вежлива. — Так вот, я никогда не была с мужчиной и, правда мне не ловко это говорить, но мне страшно… мама ничего мне не говорила об этой стороне супружества, и я… — льера, простите меня, я тоже девица, я ничего вам не смогу рассказать толкового, — Мия мучительно покраснела. — Нет, ты меня не поняла, я не о том… мне не хотелось…В общем дети пока меня пугают. Может когда привыкну к мужу, пройдет несколько месяцев… Короче — есть ли какое-нибудь лекарство? Я же вижу, что Ли постоянно меняет кавалеров, то она с конюхом шашни крутит, то с помощником повара… Может ты… мне не к кому больше обратиться, — я выдавила слезинку… черт, так жалко себя стало, сейчас реально заплачу. — Конечно я спрошу, льера. В деревне живет прекрасная знахарка, она поможет, не переживайте.. — Только никому ни слова, Миа, я могу на тебя положиться? — Клянусь, я никому не скажу, спрошу для себя, она мне не откажет… Забегая вперед, скажу, что Мия действительно принесла мне через два дня подозрительно пахнущую жидкость, и записку, как принимать. Жидкости было около литра и по рецептуре ее (принимая по столовой ложке раз в день, утром натощак) мне ее бы хватило на полгода… Пока достаточно, дальше будет видно. Бутыль я спрятала среди моих розовых платьев, надеюсь никто не сунется. Свадебный подарочек женишку готов. Не известно как пойдет мое прибывание здесь. Может удачный будет брак, может нет, но мне не хотелось бы отвечать в этом мире за благополучие еще одного человечка, кроме меня, маленького и беспомощного. * * * Первой прикатила мать. Через пару дней нарисовался и глава семейства. У меня вообще было такое стойкое чувство, что родители развлекались по одиночке, так как между ними, даже если очень сильно присмотреться, никакого взаимного чувства заметно не было, причем — ни ненависти, ни любви. Сплошной пофигизм. Хотя смотрелись они преотлично, когда конечно оказывались на одной орбите, недалеко друг от друга — оба изумительные красавцы. Когда мать увидела мое платье — ор стоял такой, что слышно, наверное, было в столице. Досталось всем, и Хёрин (куда глядела) и Джуне (ей больше всего), и мне, как инициатору этого безобразия. Так как в мои планы не входило что-то в платье менять — в ответ она получила от меня истерику ничуть не хуже, в лучших традициях жанра — не зря же я тренировалась перед зеркалом месяц. Тут я припомнила все — и мое безрадостное одинокое детство, и монстра в качестве жениха, и мое нежелание жить, безразличие матери, продажу отцом за деньги. И под конец я разрыдалась так, что меня не могли успокоить всем миром. Мать даже просила прощения, Хёрин плакала вместе со мной, даже Джуна в сторонке тихонько всхлипывала, расчувствовавшись. Платье оставили в покое. Тем более, что времени все-равно что-то переделывать не было — свадьба через три дня. Родителей наверное немного помучила совесть, потому что приготовили мне сюрприз — родовой замок Мин на севере отходит мне в персональную собственность (то есть на него не может претендовать мой муж, только дети). Полуразрушенная четырех-тысячелетняя неприступная громадина, на кой он мне? Должен был этот, где мы сейчас живем, но я не в обиде, не зная, что будет со мной завтра, как можно планировать дальнейшую жизнь? Я еще помнила свою «земную» свадьбу около 4 года назад. Правда сквозь пелену забытья все казалось как то смазано и как будто происходило не со мной. Но я сохранила в памяти приподнятое настроение, веселые хлопоты, беготню по магазинам, шуточные споры с мамой, девичник, когда мы приползли с подругами под утро… Воспоминания были самые радостные и светлые. Моя вторая свадьба напоминала похороны. В доме установилась мрачная тяжелая атмосфера, на меня смотрели жалостливо и обреченно. Как будто, действительно прощались на всегда. Возможно у отца на старшую дочь были другие планы? Или он так ненавидел Тэхёна? Или просто считал этот мезальянс позором для семьи Мин? Но миллион золотых, обещанных за меня пересиливал все. Хёрин, когда узнала за сколько меня продали потеряла дар речи на долго. Она проработала в семье двадцать лет и сейчас ей платили один золотой в месяц. Причем, остальным слугам (кухаркам, горничным, конюхам платили намного меньше). Не трудно было подсчитать, что бы ей заработать миллион, нужно было трудиться более восьмидесяти тысяч лет… Сумма невообразимая. Я сделала несколько простеньких выводов — первое, Тэхён очень богатый, и второе, ему позарез нужен титул льера (так как я единственная титулованная этим титулом особа брачного возраста во всем королевстве выбора у него не было никакого, поэтому такая цена). Я как ищейка носилась месяц по библиотеке, пытаясь обнаружить хоть что-то о биографии будущего мужа — тщетно. Такое ощущение, что он появился ни откуда и сразу стал богатым и известным, другом и будущим советником короля. Может действительно бастард? Но пока одни догадки и предположения. Тэхён приехал рано утром в день свадьбы с небольшим отрядом военных. Охрана расположилась недалеко от замка, вблизи леса. Меня разбудила Миа, сказав, что пора завтракать и одеваться. У нас с ней за месяц установились достаточно приятельские отношения, чтобы на короткой ноге перебрасываться шутливыми репликами друг между другом. — Молодая льера, пора вставать. — Ну Миа, еще чуточку… — Ваш жених уже успел всех поднять на ноги и велел быстрее привести вас. Он очень спешит и рычит на всех, мы немного опасаемся, — «немного, это слабо сказано», — подумала я, — «скорее всего все в ужасе разбежались по углам». — Миа, может ты оденешь платье и выйдешь замуж вместо меня, никто и не заметит. — Вы все шутите, льера, — Миа не купилась на провокацию. — Все. Встаю… Эх, раньше встанешь — раньше выйдешь замуж, — пробормотала я. Платье на мне выглядело шикарно. Я и раньше его примеряла, но только сейчас я поняла, что имела в виду Ортензия. Идеальная простота и элегантность. Тоненькая талия, перехвачена широким поясом, завязанным сзади пышным бантом, изящная вышивка на корсаже с крошечными вкраплениями бриллиантов. Огромная копна белокурых волос превратилась в высокую изысканную прическу, с локонами и короной на затылке. Сверху накинули кружевной палантин. Помня о моей «любви» к корсетам, Джуна сделала его не жестким, а просто из плотной ткани со шнуровкой. Я засмотрелась в зеркало. Это была не я — это принцесса из сказки. Если и теперь Тэхён не обратит на меня внимания — буду знать с ним явно что-то не так… Эту девушку в зеркале просто нельзя игнорировать. Это как произведение искусства, которое не оставляет никого равнодушным. Мы уже собрались выходить, как прибежала запыхавшаяся Хёрин и протянула длинную плоскую шкатулку со словами «подарок к свадьбе от жениха». В шкатулке оказалась парюра, состоящая из диадемы, пары колец, двух браслетов, серег, нескольких заколок для волос и колье. Не знаю, как назывались камни, но в своей жизни я не видела ничего более великолепного. Полу задушенный вздох рядом стоящих «Это же голубые азаорские бриллианты, таких даже у льеры Юны нет» и все застыли в ступоре на пару минут. Из всей парюры я одела диадему, серьги и колье, и то, мне показалось, что сверкаю, как лампочка, если бы одела все — мной можно было освещать улицы. Родители, с женихом уже ждали в гостиной. Я спускалась по лестнице и гадала, если упаду, то кто с этом будет виноват. Взгляд, которым прожигал Тэхён можно было пощупать. Гробовое молчание, застывшие фигуры в центре комнаты, короткий хриплый вздох сквозь зубы — у меня мурашки по коже. Я смотрела исключительно в пол, иначе, точно бы грохнулась. «Значит не все потеряно, его все таки привлекают женщины», усмехнулась про себя. Лестница закончилась, я подняла глаза и наткнулась на прежний ледяной ничего не выражающий взгляд. В храм мы пошли пешком, с церемониями в этом мире не церемонились. Свадьба почти ничем не отличалась от помолвки, только руки под водой нас заставили сцепить в замок. Добродушные и милостивые боги в этом мире. Я повторяла слова клятвы и они эхом резонировали у меня внутри. Согласна ли ты…? — Согласна… По своей ли ты воле….? По своей… Будешь ли ты всю жизнь…? Буду… Клянешься ли ты?… Клянусь…Вода забурлила и потеплела, принимаю клятву. От моей руки по руке Ленара поползла голубая змейка. Он приспустил пиджак, и закатал рукав рубашки — все увидели, как лоза доползла до локтя и начала свивать кольца и расцветать бутоны. Все, титул льера перешел к мужу. Всю церемонию родители не проронили ни слова, мать не отрывала завистливый взгляд от колье. После выхода из храма с поздравлениями подошли Хёрин, Джуна и Миа. Мои вещи были собраны еще вчера. Несколько платьев, драгоценности, белье, любимые книги, блокнот с записями (краткие выдержки из истории и экономики государства, где мой муж занимает высокий пост), всякие женские мелочи. Уместилось все в одном сундуке. На дне покоилась заветная бутылочка. Все остальное должны были переправить телепортом позже. Я наскоро переоделась, свадебное платье запихнули в тот же сундук. Так как наш замок построили на месте пересечения нескольких нитей, в доме располагались только несколько шкатулок, большого портала вблизи не было, и в столицу Тэхён решил ехать в карете. Не знаю, было ли мне страшно покидать замок, где прожила последний месяц, буду ли я скучать по Хёрин, Миа, Джуна, братьям? Но знала точно — по родителям не буду точно! Тэхён поторапливал, а я растерялась и разволновалась, как семьнадцатилетняя девушка, в первый раз покидая отчий дом. Еще немного и разрыдаюсь у всех на глазах. Деревянные объятья от матери и отца, более искренние от Хёрин. Шепнула Мие «я тебя вытащу отсюда и заберу себе». Улыбка Джуны, поцелуй в щечки братам. Отдельный поклон дому и я готова ехать.