Vanilla Latte

~ Юнги конечно хотел бы сделать вечеринку дома, но сегодня не тот день. Сегодня он хочет пойти куда-то один. В Хондэ есть несколько гей-баров, и он уверен, что они обычно немного грязные и полны парней, которые просто хотят отдохнуть, но среди них есть и те многие, кто ищет что-то более реальное. Так Мин и познакомился с Донгуёном, и немного сомневается, что его бывший уже будет искать нового парня, тем более здесь. Прошло несколько месяцев с тех пор, как Юнги выходил на улицу один, и его пробивает волнующая дрожь, когда выбирает наряд, который хочет надеть. Сегодня он не оденет что-то слишком сексуальное, потому что.... ладно, НО он не ищет переспать с кем-нибудь. Он просто хочет снова побыть уверенным в себе и немного пофлиртовать. Прошло много времени, и вначале всегда самое захватывающее. Все может быть возможно. В гей-баре много разных «сортов» парней - от пчеловодов до генерального директора. Есть также несколько туристов, что приехали в Хондэ, и на них забавно смотреть. Юнги одет в узкие чёрные джинсы и тёмные берцы, чёрную водолазку и толстое фланелевое пальто сверху. На улице холодно, его дыхание виднеется в воздухе. Он засовывает руки в карманы и быстро бредёт по тротуару, бар недалеко. Люди шаркают мимо него по оживлённой улице, завязанные в слои с шарфов, в воздухе витает рождественская дружелюбность. Праздник не длится больше нескольких недель, но вокруг деревьев, выстилающих улицу, и перед витринами магазинов обвешаны рождественские гирлянды. Это болезненно романтично, думает Юнги, когда видит пару идущих рука об руку, смеющихся с красными носами и щеками. Его грудь немного сжимается, но он пытается напомнить себе, что сейчас ему лучше, чем было раньше. Кроме того, Юнги же очень хотел выйти на улицу. Это также для Юнги праздник, главные продюсеры действительно насладились его текстом и постановкой "Голые кости", которую он написал. Они собираются продвигаться вперёд с его треком, дюжина продюсеров доберутся до него ещё до того, как айдолы услышат его имя. Рабочее название - Кофе, и Юнги думает, что это, скорее всего, так и прилипнет. Это то, что чувствует Юнги каждый раз, когда передаёт песню, зная, что она будет изменена до неузнаваемости. Даже несмотря на это, он благодарен за то положение, которое у него есть. И по мере того, как он продвигается по карьерной лестнице, он надеется, что сможет принимать больше управленческих решений. Может быть, даже быть тем, кто решит, когда трек будет завершён, может быть, тет, кто работает непосредственно с айдолами в компании. Его команда хороша, и он доверяет им принимать достойные решения, но все же. Юнги любит свои песни. Бар - это маленький «тайник», спрятанный под тайским рестораном. Нужно спуститься по бетонным ступенькам в переулок, единственная вывеска - маленькая, нарисованная прямо на стене здания. Юнги слышит громкую музыку, когда ноги ведут вниз по ступенькам. Это довольно уютное место, вот почему это его любимое. Вышибала внизу лестницы большой и буйный, он смотрит на Юнги вверх и вниз на мгновение, прежде чем открыть красную деревянную дверь и пропустить его ( гораздо) побыстрее. Музыка играет громко, над лицом Юнги струится горячий воздух, и кончики пальцев дрожат, когда они возвращаются в тепло и нормализуется кровообращение. Свет почти полностью выключен, с потолка и вокруг столбов свисают диско-шары. Там танцпол с диско-балом и стробоскопами, стуки басов и десятки парней, зажимающихся под музыку. Юнги никогда не присоединяется к массе движущихся тел, если только когда кто-нибудь не попросит его потанцевать, и он не выпьет пару стаканчиков. Иначе это просто потное дыхание от алкоголя. Под потолком немного тумана, как будто люди что-то курят внутри. Конечно, здесь не самые лучшие клиенты или стандарты здоровья, но напитки дешёвые, а в баре есть открытые места, и это все, что нужно для Юнги. Он расстёгивает молнию пальто, снимает его и вешает на крючок под прилавком бара. Он осматривает всё помещение, пытаясь разглядеть свои шансы на сегодняшний приятно проведённый вечер. Ещё рано, только 10 вечера, так что, вероятно, позже будет ещё одна волна покровителей. -Что вам налить?- Бармен спрашивает, стучит по стойке и привлекает внимание Юнги. Он поворачивается, улыбаясь человеку, которого, как он помнит, видел здесь раньше. -Я возьму виски, - решает он. Бармен кивает, вытаскивает бокал и наливает в него на пару пальцев. Юнги благодарит его и, уставившись в зеркало за барной стойкой, уставился на людей, толком и не видя их. Конечно, просто сидеть здесь вот так и не пытаться вступить в контакт, наверное, не поможет ему в отделе флирта. Но он делает детские шаги. Приспосабливается к атмосфере такого места и пытается вспомнить, как он сюда вписывается. Что он обычно делает, чтобы привлечь внимание парней? Чаще всего это они обращаются к нему. Юнги не уверен, что это о нём говорит, но это всегда означало, что ему не приходилось так усердно работать, чтобы найти отношения. Через некоторое время он поворачивает барный стул и пристально смотрит на ребят, сидящих в кабинках или играющих с настенными бликами. С одной стороны комнаты находится прихожая, ведущая в ванную комнату, а с другой - зона отдыха с бильярдным столом и диванами. Юнги смотрит, как пара ребят спускается туда, и думает, стоит ли ему тоже туда сходить. Он решает против, зная, что люди обычно возвращаются туда только тогда, когда хотят избежать того, чтобы бармены что-нибудь увидели. Юнги никогда не видел, чтобы кто-то действительно занимался сексом на открытом воздухе, но большинство из них курят в задней комнате и становятся немного более откровенными. Юнги почти кричит, когда кто-то кладёт руку ему на плечо, готовый спрыгнуть с сиденья. Он поднимает голову, чтобы увидеть кто это, несколько раз моргая в замешательстве, когда пытается рассмотреть знакомого человека. -Юнги-щи? Это я Чонгук. -Чонгук-щи? - В темноте лицо мужчины не видно, но наконец-то на него попадает свет, и рот Юнги шокировано открылся. - О! -Привет, как дела? - Мужчина спрашивает с доброй улыбкой. - О, хорошо. Что ты здесь делаешь? - Юнги мысленно ругает себя в тот момент, когда слова вылетают раньше чем он об этом подумал, чувствуя себя тупым. - Примерно то же, что и ты, я полагаю. Он заказывает пиво, затем садится рядом с Юнги и присоединяется к нему, наблюдая за толпой. - Ничего, если я присяду здесь? - Да, конечно. - Ты часто сюда приходишь? - Чонгук спрашивает, потом кашляет, и Юнги думает, что, возможно, он тоже краснеет, когда добавляет: -Я не это имел в виду, в смысле слова "подцепить". Юнги смеётся: - Ничего страшного. Я знаю, что ты имеешь в виду. И нет, я здесь уже давно не был. - О, точно, потому что у тебя только недавно была вечеринка в честь перерождения. - Боже, - Юнги прячет лицо одной рукой, - Можем мы просто забыть ту ночь? Притвориться, что этого никогда не было? - Если хочешь. - Что ты ищешь здесь сегодня вечером? - Юнги спрашивает, пытаясь быть смелым. Чонгук молчит, уходя в мысли. Сейчас он намного лучше, чем когда Юнги видел его в последний раз. На нем большая кожаная куртка, накинута на мощные плечи, серебряные серьги в ушах и джинсы, греховно затянутые на бёдрах. Не то, чтобы Юнги смотрел на бедра, просто трудно не посмотреть туда. Его боевые ботинки большие и коренастые, и Юнги думает, что это как бы очаровательно. Не то, чтобы он тоже это заметил. - Я ещё не уверен, но может, пойдём потанцуем? - Ах, я не очень-то хорошо танцую, - признаётся Юнги. - Нет? - Похож ли я на того кто умеет танцевать? - Юнги указывает на себя, недоверчиво. - Я имею в виду, - глаза Чонгука осматривают Юнги перед встречей с его глазами, - Я думаю, у тебя есть несколько движений в запасе. - Правда? Думаешь, робот может быть сексуальным? - Если робот - это ты, то это может быть так, - улыбается Чонгук. Юнги чувствует волнующий трепет и пульсацию, так как адреналин подталкивает его к продолжить флиртовать. Это именно то, зачем Юнги пришёл сюда сегодня вечером, он просто не ожидал делать это с Чонгуком среди всех людей. - Да? Ну и что есть у тебя? - с вызовом говорит Юнги. Брови Чонгука удивлённо приподнимаются: - Хочешь, я тебе покажу? - Если сможешь, - Юнги ухмыляется очень смело. - О да, - Чонгук опускает своё пиво, не выпив, встаёт с места и подаёт Юнги руку, помогая встать со стула. Юнги берет его руку, успокаивает ладони, чтоб только не потели. Чонгук проводит их на танцпол, становясь прямо среди тугой массы народа. Мужчина не делает много для начала, но Юнги заметно видит, когда другой улавливает ритм и чувствует музыку телом. Юнги смеётся: - Я не могу этого сделать! - Давай, - осторожно берет в руки кончики пальцев Юнги, подтягивает его ближе и пытается передать движения более медленными качками тела. - Ты можешь это сделать. Закрой глаза и слушай бас. Юнги делает то, что ему говорят, отключая ту часть его мозга, которая просто хочет критиковать смешивание и производство песни. Вместо этого он слушает подсказки в ритме; в течение нескольких секунд он чувствует, как вибрации басов направляют его тело. Чонгук отпускает его, как только он начинает понимать, но Юнги почти хочет, чтобы они были ещё ближе. - Посмотри на себя! - Чонгук с энтузиазмом хлопает: - Ты можешь танцевать! - Благодаря тебе, - сообщает ему Юнги, тоже довольный собой. - Эй, - Чонгук начинает: - Что происходит в задней комнате? - О, это игровая комната. Бассейн и дартс, знаешь ли. Хочешь поиграть? - Может быть, - отводит взгляд, а потом возвращаются к Юнги. - Всегда так? - Всегда так? - Юнги хмурится: - Каждый раз, когда я был здесь, всё примерно одно и то же. - Наверное, я имею в виду, ну, толпа. Воняет, - добавляет Чонгук, все ещё танцуя. Его и Юнги иногда стучат коленями, тепло их тела делится между ними и с массой. Чонгуку должно быть жарко в пиджаке, ведь передняя часть все ещё застёгнута на пуговицы. - О, - смеётся Юнги над милым сморщенным носом Чонгука, - они всегда курят траву сзади. - И здесь это позволяют? - Я имею в виду, - пожимает плечами, - Их просто ещё не поймали. - Ты это делаешь? - Чонгук спрашивает. Юнги качает головой: - Я не доверяю траве этих людей. Кто знает, откуда она берётся. - Хорошо, хорошо. Юнги качает головой: - Не поклонник курильщиков? Чонгук качает головой, танцует медленно и больше не смотрит на Юнги. Он поворачивает голову, чтобы увидеть, на что Чон смотрит, а это просто группа ребят, которые болтают и идут по направлению к коридору. Там другой мужчина, прислонившийся к столбу и уставившийся почти в ответ на них. - Юнги-щи, - Чонгук вдруг близко наклонился, говоря прямо в ухо Юнги: - Оставайся здесь. - Остаться здесь? - спрашивает Юнги, не зная, что это значит. Он идёт в уборную? А потом Чонгук пристально смотрит на него, и быстро уходит, спускаясь по коридору. Юнги видит мужчину у поста, сразу за ним идёт кто-то другой, одетый в жилетку. Там отчётливый звук сирены, слышный даже над музыкой. Половина толпы, танцующей, слышит его и делает паузы, осматривая зал. Остальные слишком пьяны, чтобы заметить, и продолжают качаться. - Вот дерьмо, - кто-то чертыхается рядом с Юнги, указывая на бар. Бармен... Живот Юнги скручивает. Это полицейский рейд. Музыка резко обрывается, бармен, сделал это, как мужчина в кожаном пальто, сталкивается с ним за барной стойкой. Стоит шум, когда остальные танцоры просыпаются от своего транса, а потом бармен спорит с мужчиной. Человеком, который должен быть копом. Вспышка серебра, глухой звук, наручники вокруг запястий работников, толпа встревожена. Некоторые люди делают рывок к выходу, уходят так быстро, как только могут. Начинается хаос. Юнги застрял на месте, слушая безумные шаги людей и какофонию голосов, эхо которых звучит в низкопотолочном подвале. Дыхание Юнги застревает в горле, голова кружится, когда он пытается понять, что происходит. Снаружи раздаются полицейские сирены, которые громче слышны каждый раз, когда кто-то выбегает за дверь. Красная и синяя сирены виднеются через одно маленькое окно в верхнем углу, в паре со стробоскопами, которые до сих пор мигают над танцполом. Во рту пересыхает, Юнги пытается взять себя в руки. Он не сделал ничего плохого, но в такой обстановке у него начинается приступа паники. Шум, люди, страх в воздухе. Это слишком. Он пытается сделать глубокий вдох, но не может идти. Наконец, он делает шаг к выходу, так же отчаянно пытаясь уйти, как и все остальные вокруг него. Тогда он может поклясться, что мир движется в замедленном режиме. Вон Чонгук спускается по коридору со вспышками света, пересекающими его каменистое лицо. Что ещё важнее, перед ним он толкает человека, на которого надели наручники. Они арестовывают дилеров, по крайней мере, Юнги уверен. Двое других парней толкают ещё больше арестованных, следуя за Чонгуком. Теперь всё понятно. Чонгук здесь не потому, что он кого-то ищет, или даже потому, что он гей, он пришёл на работу. Черт, даже когда он разговаривал с Юнги, он получал информацию. Знал, что бар вот-вот закроют на неопределённый срок. Он играл роль, и его флирт с Юнги ничего не значил. Всё происходит так быстро. Чонгук проходит мимо него, не обращая внимания, люди расходятся, и копы уезжают. Сирены всё ещё слышно громко, а Юнги остаётся в оцепенении, не имея сил двинуться дальше.....