Абьюз

Пасмурно. На улице идет дождь. Я встаю из машины с родителями и направляюсь в судебное здание. Чувствую себя очень некомфортно, опустошено. Моя мать начала говорить с каким-то человеком, который был одет в полицейскую форму. Он что-то сказал и нас провел в зал заседания. Но когда я шла, в этот момент я увидела Германа – моего бывшего парня, на нем были наручники, его взяла под стражу полиция, из-за той причины почему я тоже здесь – он меня изнасиловал и избивал на протяжении долгого времени. Я с ним познакомилась на вечеринке у моего друга. Сероглазый брюнет тогда подошёл ко мне чтобы познакомиться, ну а потом пригласил меня на свидание. И все закрутилось, мы начали встречаться. Он при знакомстве был очень добрым, можно сказать идеальным, но до покуда времени. Со временем он оказался не тем человеком, кем казался. Нежность сменилась на грубость. Однажды я не сказала Герману, что пошла с другом моего детства, его звали Алекс. Мы с ним прогуливались по парку, обсуждая разные темы, и тут я замечаю моего парня. Алекс и я останавливаюсь и к нам подходит разъярённый Герман. Он резко Алекса ударил, что тот от неожиданности упал. После чего, как Алекс приходил в чувства, мой парень очень больно хватает за руку и отводит в нелюдное место, окраина парка, там никогда никого нет поблизости. У нас с Германом началась ссора. Он был в таком бешенстве и со всей силы меня ударил по лицу. Конечно, у меня началась истерика, но когда он увидел слезы, сразу бросился меня успокаивать, потом Герман чтобы загладить свой поступок, купил напиток с мороженым. Но я не подозревала, что это только начало. Я была в по уши влюблена в Германа, и все ему прощала. Не обращала внимания, что он был очень ревнивым, эгоистичным, грубым. Но с каждым днём становилось всё хуже. При каждой встрече Герман поднимал на меня руку. Оставались синяки, ссадины, царапины. И все это я качественно скрывала от всех, особенно от родителей, не хотела чтобы они за меня переживали. Раны прикрывала одеждой, если на шее, то шарфом, а если не получалось – замазывала тональным кремом. Пик настиг, на вечеринке у моей подруги Анжелики. С самого начала я пришла одна, снова решив скрыть от моего парня. Одела очень короткое облегающие платье черного цвета и каблуки. Все шло хорошо, но в разгар вечеринке мне звонит Герман и спрашивает, где я есть. Он услышал, что на заднем фоне играла громко музыка и все шумели. Он начал орать в трубку, что сейчас подойдет. И оказывается, что Герман тоже здесь был и мне ничего сказал. Мы встретились на улице, возле бассейна, который стоял вблизи дома. Он был пьяным и пахло от него перегаром. Произошел, как всегда большой скандал. Мой парень был в гневе от того, в чем я была одета, лишь сказал, что была похожа на шлюху. Он кричал со всей мочи на меня и ударил, что аж я упала на землю. Герман начал продолжал бить меня руками, а потом ногами, обзывая меня в тоже время разными мерзкими словами. Я прикрывала свою голову от ударов, съёжившись калачиком. И Герман ужарил меня в последний раз и я отключилась. Через некоторое время я пришла в сознание. Поняла, что нахожусь в чьей-то спальне, на кровати. Я встаю с кровати и в этот момент, в комнату входит Герман. Я пытаюсь выйти, но он не пропускает меня, отталкивает со всей силы, и я ударяюсь об стену. Сам он закрыл дверь на замок и начал подходить ко мне. Он схватил за обе руки и кинул снова на кровать. И тут сердце в пятки ушло. Герман был в нетрезвом состоянии. Он начал раздевать меня, но я сопротивлялась, кричала о помощи. От этого Герман еще сильнее разозлился, ударил меня по лицу. Платье он рвал на куски. Дальше он снял с меня нижнее белье. Всеми силами я сопротивлялась, билась, царапала его, но он связал мои руки за спину. Он снял штаны… И резко вошёл в меня. Я из всей мочи кричала, рыдала, а ему было всё равно, одним словом – наплевать. Герман темп ускорял, и пошлепывал меня. Он дошёл до высшей точки, и кончил. Его тело упало от истощения сил на меня. В этот момент я чувствовала себя униженной, оскорблённой. Через полчаса он оделся и вышел, оставив дверь на распашку. Я не могла встать, даже руки была неспособна развязать, все тело от побоев болело. Только оставалось лежать на кровати полностью обнажённой. Но кто-то потом вошёл в спальню, это была Анжелика. Она была в полном шоке. С ее лица начали стекать слезы, но а у меня перестали, больше не могла реветь. Я чувствовала себя вывернутой на изнанку. Никогда не думала, что близкий человек, которому ты доверился, сможет сделать такое. Моя подруга бросилась искать мое платье, но оно было порвано Германом. И она начала рыться в ящиках и нашла одежду своего брата. Анжелика подошла ко мне, чтобы развязать руки, но когда она это делала, увидела мое изуродованное тело ранами. Подруга сильней начала рыдать, но помогла одеться. Потом я легла на бок и смотрела в одну и туже точку, не отрывая глаз. Лишь слышала, как Анжелика набрала мою маму и в трубку кричала. Потом мои родители приехали вместе с полицией. Они все начали забрасывать меня вопросами, но я продолжала смотреть в пол. Я не могла разговаривать ни с кем больше полутора месяцев. Меня водили к психологам, и сейчас хоть как-то могу разговаривать. Поставили мне диагноз – депрессия, прописали антидепрессанты, но они никак не помогают. Еще после всего произошедшего, на следующий день я с родителями поехали снимать побои. Даже те, люди , к которым мы приехали, были полностью ошарашены. 86% тела покрыто в синяках и ссадинами. Все не могли поверить, что я еще осталась после такого жива. После вечеринки Германа забрали в полицейский участок, и тогда в тоже вместе с ними поехали Анжелика, в качестве свидетеля. А через два месяца назначили суд. И вот, все уже здесь. Молодая женщина судья вошла в помещение и села за стол и раскрыла мое дело. Попросила привести Германа. И он входит в наручниках, смотря на меня с озлобленным взглядом. Судья начала задавать мне вопросы с очень мягким голосом: - Катрин, главное – не переживай. – успокаивает она. - Хоть я и судья, но с таким никогда не сталкивалась, впервые у меня такое. Я когда увидела снимки твоих побоев, просто… Не могла поверить, кто так мог сделать. Ладно, перейдём к делу. Расскажите, как всё началось с самого начала. - Ну… Эм… - заикаюсь я. – С Германом мы познакомились в компании общих знакомых, девять месяцев назад… Мне было шестнадцать ему девятнадцать… Он позвал на свидание, и все закрутилось… - на глазах появляются, и я смотрю в пол. - Так, продолжай. – говорит судья. – Когда вы были в отношениях Германом Антоновым, он вас поднимал руку? - При каждой встрече… - прерывисто говорю я. – Первый раз ударил по лицу. А в дальнейшем по по-разному… Еще один раз сильно избил меня… И обо всём я молчала… - Почему вы никому не рассказали? Вы должны были рассказать родителям, что вам причиняют боль. – задает женщина. - Я… боялась… В добавок сильно его любила и прощала… - А что если б твоя подруга Анжелика Вавилонская не рассказала об случившемся? Ты бы снова простила? Я молчу. Поднимаю глаза и вижу моих родителей, друзей, знакомых, которые смотрят на меня в ошеломлении, особенно моя мать, у которой слезы текут по морщинкам. И все ждут когда отвечу. Проходит минута, две, три. - Ладно. Пока что, присаживайся. – приказывает судья. – А следующий Герман Антонов. Он встает и идет отвечать на вопросы. Герман до сих пор не сводит глаз с меня, и с таким ненавистным лицом смотрел. - Итак, Герман Антонов, вы и вправду избивали Катрину Высоцкую? - Нет, ну не так чтобы… Поднимал несколько раз руку на нее. – отвечает Герман. - Вы говорите, что несколько раз? А в последний? Вы ее до смерти избили, слава богу без переломов обошлось. – возражает она. – Следующий вопрос: почему вы в последний раз ее избили? - Я увидел ее на вечеринке, она меня не предупредила и в добавок была одета в непристойный наряд. Я был в ярости и не сдержался. - Правда, что Катрин Высоцкая потеряла сознание? И вы ее в спальню брата Виктора Вавилонского отнесли и заперли дверь, и у вас случился половой акт? В добавок вас ещё тогда нашли в нетрезвом состоянии. - Да. Но у нас было по обоюдному согласию. – врет Герман. - Катрин, это правда? – спрашивает меня судья. - Нет. – отвечаю кратко я. - Следующая снова Александра Высоцкая. – говорит женщина. Моя мать встаёт и вытирает платком слезы. - Я всего лишь задам один вопрос. Он звучит так: Почему вы не интересовались жизнью дочери? - Я думала, что у Катрин было всё нормально. Она сама мне говорила. Часто Катрин приходила домой с Германом. И не хотела в отношения их вмешиваться. По виду у них было хорошо. Герман показался с лучшей стороны. Но я не ожидала от него. Еще нескольких судья допрашивала. А я в этот момент вспоминала тот день. Как кричала об помощи.. Как никто не помог… Как я была унижена… - Хорошо. – говорит судья. – Дальше снова Катрин Высоцкая. Я снова на том же месте стою. - Как все произошло в ту ночь? Я имею виду, когда вас он затащил в комнату. - Я очнулась… Хотела выбраться, но Герман вошел в комнату толкнул меня, я врезалась головой в стену… Он запер дверь на ключ… Потом начал снимать одежду…. Я кричала об помощи… Никто не отозвался… А дальше Герман… - Всё хватит! – прерывает она. – Я не могу слушать. Садись. Судья через некоторое время выносит решение по поводу Германа. - Итак, подведём итоги. Впервые с таким сталкиваюсь. Несовершеннолетнюю девушку до смерти избивал и изнасиловал парень, которому девятнадцать лет. Все это очень печально. Это абьюзивные отношения, которые могут довести до смерти. И правда, очень много женщин избивают собственные партнёры и доводят до смерти. И с каждым годом смертность увеличивается. Что делать дальше? Надо сажать таких людей за решётку. По ст.131 У. К. РФ Герман Антонов изнасиловал Катрин Высоцкую, еще и не совершеннолетнюю. И Герман Михайлович Антонов приговаривается к лишению свободы на пять лет. Это окончательное решение. Все встают и начинают хлопать, кроме Германа, а полицейские отводят его в камеру. Неужели все-таки в мире и есть справедливость, и виновного накажут. Но как я буду теперь с этим жить? Смогу дальше ли завести отношения с парнем? А это очень сложный вопрос, на которого нет ответа.