Лабиринт

Сцену у двери Сириус видел мутно. И едва слышал. Мир пришел в фокус, только когда Эванс захлопнула дверь. И распахнула ее тут же, но, разумеется, за ней была совсем другая комната. — Ох, — Эванс схватилась за голову. — Что я наделала. Я его убила. Я… — Ты сделала, что хотела, — глухо сказал Ремус. — И он. Тоже сделал, что хотел. «Я же знал, ему нельзя доверять», — мог бы сказать Сириус. Но не сказал. Ничего он не знал. — Я не хотела, — прошептала Эванс. — Он же не убивал. Он правда прыгнул. Я не хотела, чтобы еще и он… Так разозлилась. Что же теперь делать? Да. Что же теперь делать — без Джеймса? Совсем без Джеймса? Насовсем? — Найдем Сопливуса, — сказал Сириус. — Потом… потом найдем Джеймса. А потом пойдем домой. «А потом я сдохну». Эванс закрыла дверь. Открыла. Коридор. Закрыла-открыла. Зал с черными закопченными балками, с очагом в центре. Закрыла-открыла… — Это я во всем виновата, — всхлипнула она. — Это я… — Эванс, — сказал Сириус, — виноваться про себя. Я не буду тебя утешать. И говорить, что не ты. Мне — пофиг. Сейчас — совсем. Занимайся дверью, пока Сопливус там еще стоит. — Да. Конечно. — Не плачь, — сказал Ремус. — И ты не плачь, Бродяга. Джей… он еще жив. Он жив. Пока мы не нашли доказательств обратного. Мы должны верить, что он жив. Да. Пока мы не нашли его. Пока не увидели тело. Он — живой. У него была палочка. Он мог затормозить. Спастись. «Бред, — чуть не сказал Сириус. — Только чудом!» Но удержался. Не произнес. И решил — Ремус прав. Прав совершенно. Он не верил в чудо, но они же восстановили сад из пыли и пробовали панацею. Чудеса — бывают. Бывают! Пусть будет чудо. Пусть. Ну пожалуйста. — Это ведь здесь? — нерешительно спросила Эванс спустя долгое молчание. Он вынырнул из воспоминаний о Сохатом, отделился от стены, посмотрел через ее плечо. Да, за дверью лежал определенно лабиринт с решетками. Но никакого Снейпа там не было.