Часть 1
13 марта 2020 г., 01:35
Встал я рано - почти с первыми лучами солнца, нетактично вошедшими в окно без приглашения. Дети светила, отразившись от многогранной вазы, собранной в студенчестве из разбитых зеркал моим хорошим другом, нахально скакали по лицу, не оставляя ни малейшего шанса досмотреть сон.
Раздосадованный, я сел в кровати и хмуро осмотрел полупустую комнату. Узкая полоса света пробивалась через щель между плотными холщовыми шторами и брызгами разлеталась на осколки при встрече с отражающей поверхностью. Ваза переливалась всеми оттенками радуги, а на стенах, тщательно выкрашенных прошлым летом в глубокий зелёный оттенок, пятнами расселись солнечные зайчики. Особенно нахальные особи облюбовали мою кровать, вовсе не стесняясь соседства с грозой их лесных собратьев.
Подойдя к окну, я собрался выгнать оккупантов и в законный выходной окунуться в сладкую дрёму до девяти утра - а то и до обеда, но крик соседки Нюры резко изменил планы на день.
***
- Может, всё-таки куница? - сведя брови к переносице, повторил Дмитрий Валерианович, задумчиво вороша перья на очередной курице. - Куницы же пьют кровь. - Это было бы возможно, - осторожно, опасаясь встревать в рассуждения взрослых, подал голос юный натуралист Павел - внук пострадавшей от внезапной напасти. - Если курица была бы всего одна. Но разорен весь курятник! - Лиса бы утащила, да и стаями они не охотятся, - я помогал сужать круг подозреваемых настолько, насколько позволял мой скромный охотничий опыт. Я не был слишком опытен в силу юности (или дурости, или ленности, или всего вышесказанного разом), но немного разбирался в повадках местного зверья. - И следы не похожи. - Собаки молчали, - также задумчиво осматривая следующую курицу, подметил дядя Митя. Он, пожалуй, был единственным, кому под силу разгадать загадочную историю. По молодости Дмитрий Валерианович работал лесничим, а ныне был заядлым охотником. Правда, ходил он в основном на уток и зайцев, избегая крупного зверя. Впрочем, в число его трофеев волшебным образом вошло с десяток лисиц, молодой кабанчик и медведь-шатун, гулявший по деревне лет так с десять назад. Я тогда ещё мальчишкой был, но видел это чудище почти нос к носу. Как жив остался - сам не понял. Память услужливо стёрла подробности, но шкура мишки, по сей день хранящаяся в местном музее такседермии в качестве чучела, была изрядно потрепана. - Следы вообще на волчьи похожи, - я присел и тщательно осмотрел вереницу больших - с мою ладонь (прошу заметить, мальчик я крупный, хоть ростом и не вышел) отпечатков. В дискуссии о природе твари мы исследовали весь двор, проверяя каждый уголок целехонького забора. Ни единого следа проникновения, только земля в одном месте взрыта когтями, характерно выделяя место прыжка. - Итак, что мы имеем, - собирая трупы, подытожил результаты наших детективных происков Дмитрий Валерианович. - Собаки с прошлого дня как в рот воды набрали. Следы - как бы волчьи, но слишком вытянутые, что нехарактерно для псовых. Курицы просто обескровлены, как будто на них напал сам Дракула. Я согласно кивал на каждое замечание, подбирая тушки цыплят. Жалко молодняк... Крохотные, пушистые желторотики. - Постой, дед Мить, - Пашка пересчитал тушки птенцов, прикидывая что-то на пальцах. Затем, указав пальцем в небо, поделился умозаключением. - Цыплят поели. Может, остальных зверь оставил на потом? А убил - чтобы переполох не подняли? - Ты фантастики перечитал похоже, - я похлопал его по плечу, качая головой в сочувственном жесте. И как ему в голову такое пришло? - Животные есть животные. Оценка последствия своих поступков и уж тем более стратегическое планирование это из разряда сказок. Паша обиделся, резким движением плеча скинул мою руку и ушел в избу, к бабке, демонстративно хлопнув дверью. Понимаю, хотел помочь. Но впредь будет думать, что говорит. - Слушай, Тимофей, - обратился ко мне старший охотник, отряхая руки от пыли и перьвев. - Есть у меня мысль. Вечером жду у себя. А пока дела надо закончить, они никуда не испарились. Я согласно кивнул, помещая последний труп в общую кучку. В двух ящиках разместились все обескровленные туши, и теперь мы понесли их в дом. Да - сам не поешь, но баба Нюра придумает куда пустить. Тем же собакам да кошкам. Не пропадать же добру.
