You are my bad dream.
8 октября 2019 г., 20:33
Soundtrack: Tame Impala — The Less I know the better.
Glass Animals — Gooey.
Следующий день начался с визита Саймона. Зейн уехал на репетицию рано утром, а я, как обычно, пошла на пробежку, и вернувшись, увидела мужчину. Он сидел на диване, закинув ногу на ногу и смотрел утреннее ТВ.
— Доброе утро, Мия.
— Доброе утро. Вы давно ждете? — я очень смутилась, когда увидела его.
— Нет, всего… — Саймон посмотрел на свои дорогие часы, — …полчаса.
— Извините, я не знала, что вы здесь, я вы вернулась раньше. Может, кофе?
— Да, будет отлично. Ничего страшного, я не хотел тебя беспокоить, — он откинулся на спинку дивана и посмотрел на меня. — Ну, я слышал, дела обстоят более чем прекрасно.
Я поставила турку на плиту и заметила утреннюю газету на стойке. Первая страница пестрела нашими фото со вчерашней вечеринки. Черт возьми, когда они успели их напечатать?
— Я рад, что ты серьезно отнеслась к нашему делу. В свою очередь, я так же честно выполняю свою часть договора, — он протянул мне конверт.
Я заглянула в него. Денег хватит на то, чтобы оплатить первый семестр. Что ж, моя первая неделя была вознаграждена.
— Я думаю, тебе стоит сегодня съездить и оплатить учебу, — он словно услышал мои мысли.
— Да, я так и сделаю, — я поставила перед ним чашку с кофе и вновь уставилась на заветный конверт. Это так мерзко, получать деньги таким способом. Уже в который раз чувствую себя проституткой.
— Боюсь, мне нужно ехать. Спасибо за кофе, — Саймон в два глотка выпил горячий напиток, а после поднялся и направился к двери. Затем повернулся и произнес:
— Я очень рад, что ты выдержала неделю с Зейном. Это правда, сложно. Ты сильная девушка, Мия. Я надеюсь, ты не сдашься.
— До свидания, Саймон, — бесцветно произнесла я.
Он махнул мне рукой и скрылся за дверью. Да уж, знал бы кто-нибудь, через что мне приходится проходить.
***
— Скажи мне только одно. Тебя приняли? — Да, да, меня приняли! — Черт, Мими, я поздравляю тебя! — Найл крепко стиснул меня в своих объятиях. Я пискнула, что мне нечем дышать, но он стиснул меня еще сильнее и расхохотался. — Это нужно отметить! — Только не Нандос! — завопила я. — Эх… ну, ладно, — Найл сделал вид, что расстроился, но затем на его лице вновь засияла улыбка, — твой день. Выбирай ты. — Мне бы хотелось устроить пикник. Ну, как в школе, помнишь? Наше место, возле озера. — Я за! Поехали. Мы отправились на «наше» место. «Нашим» оно называлось потому, что там мы, будучи детьми, впервые познакомились. Там мы часто встречались и туда мы приходили, когда нам нужно было поделиться друг с другом своими переживаниями или секретами. Захватив корзину с сэндвичами, фруктами, напитками и прочей вкусностью, мы расстелили плед и улеглись на него. Найл сразу же схватил сэндвич, и, яростно его жуя, будто не видел еды целый век, рассказывал про то, как прошла репетиция. Я лежала и смотрела на небо. Облака проплывали мимо, одни округлые, другие рваные, но все такие свободные. Я попыталась прислушаться к тому, что говорил Найл, но заметила только то, что он ест уже третий сэндвич. — Эй, саранча, мне хоть оставь! — завопила я. — Там еще две штуки, тебе что, не хватит? — обиженно пробурчал он. — И ты девушка, тебе за фигурой следить нужно. — Это не значит, что ты все должен сжевать, — я посмотрела на его набитые щеки и расхохоталась. — Ты такой смешной, Хоран. Ты похож на беременную хомячиху. — Почему? Тогда лучше на хомяка! — Нет, определенно на хомячиху! — я расхохоталась еще громче. Найл кинулся на меня и начал щекотать. Знает же, что я боюсь щекотки. Мерзавец. Вдоволь нахохотавшись и набесившись, мы лежали голова к голове и смотрели на небо. — Скажи, как так выходит, что никто из твоих друзей не понимает, что мы с Зейном не пара? Вы ведь знаете друг друга как облупленные. Почему они не видят, что у нас не настоящие отношения? Какие же вы друзья после этого? — Ты странно рассуждаешь. Мы доверяем друг другу все на свете, мы все знаем друг о друге, как ты упомянула, мы братья, не по крови, но по духу. Но тема личных отношений у нас редко обсуждается. Какие-то проблемы с парнями, какие-то разборки – да, личные отношения – нет. Это вы, девчонки, любите трепаться о том, как он поцеловал тебя, и сколько раз он сказал тебе, что любит. — Эй, я попрошу! — Ладно, ты к таким не относишься. Но ты поняла, что я имею в виду. Просто никто не лезет и не задает вопросов. Кроме Лиама. — А что Лиам? — я встрепенулась и попыталась говорить безразлично. — Ну, судя по тому, что я видел, ты ему очень понравилась. И, Лиам, в отличие от Зейна, парень очень постоянный и серьезный. Так что будь аккуратнее, Мия, он может иметь на тебя серьезные виды, — блондин улыбнулся, — хотя он ведь считает, что ты с Зейном, а девушку брата он отбивать не станет, это уж явно. — Откуда только эти глупости в твоей голове, — я нахмурилась, но его слова были мне словно бальзам на душу. — На вот, лучше, съешь мой сэндвич. — Это я могу, — Найла и уговаривать не нужно было. Он моментально откусил огромный кусок, а я в свою очередь, снова засмеялась.***
Почему в будние дни по ТВ не показывают совершенно ничего интересного? Какие-то сериалы, а-ля тем, кому за…, индийские фильмы и документальное кино про инопланетян. Что, серьезно? Я лениво щелкала каналы. Ну совершенно нечего смотреть. И нечем заняться. Я уже сходила на пробежку, рисовать сегодня нет никакого желания, а сейчас только половина одиннадцатого, спать не хочется. Ну, и чем мне заняться, черт возьми? Я закинула в рот еще одну виноградинку и вновь уткнулась невидящим взглядом в экран. Ну, хорошо, просто попытаюсь расслабиться. Я думаю, это не составит никакого труда, так как источника моей ненависти нет дома, и никто не будет раздражать меня. Сейчас, наверное, трахает какую-нибудь шлюху в клубе и напивается, пока я тут тухну от тоски! Ну, что за несправедливость! И Найл, как назло, занят сегодня. Ненавижу скучные вечера. Вселенная словно неправильно меня услышала, заворочался ключ в замке, и на пороге появился Малик. Я закатила глаза, но уходить в свою комнату не спешила. Он кинул ключи на тумбочку и прошел в гостиную. Увидев меня, он хмыкнул, и, как обычно, съязвил: — А что, детское время еще не кончилось? Кажется, тебе пора быть в кровати и видеть миллионный сон. — Попридержи свои «очень смешные и остроумные» шуточки для кого-нибудь другого. — Ох, кажется, кто-то не в настроении. Что так? — он сел рядом и положил руку на спинку дивана. Его рука была моментально сброшена. — Просто дай мне насладится вечерним ТВ, — прошипела я. — О, это же так интересно наблюдать за тем, как какая-то тетка за сорок пять, которая, скорее всего, разведена, имеет троих отпрысков, и у которой не было секса как минимум год, впаривает тебе прекрасный итальянский диван. Я вижу, у тебя прекрасный вечер. — Ты отвратителен, Малик. — Да, я где-то это уже слышал, — он сделал вид, что задумался. Я раздраженно попыталась подняться и уйти. Конечно же, я ушла, размечталась. Малик схватил меня за конец свитера и притянул к себе. Я уперлась рукой в его грудь. — Отпусти, кретин! Ты не имеешь права... — Касаться тебя? Так я и не нарушаю правила, это ты разлеглась на меня. Аккуратнее, а то я могу поддаться искушению и поцеловать тебя. И я вижу, что ты этого хочешь, — перешел он на шепот. На этот чертов горячий и манящий шепот. — Только попробуй, — прошипела я, стараясь не растерять остатки самообладания. Мои ладони все ещё упирались в его грудь, но я не спешила вставать с пакистанца. — Тебе понравилось? — Что? — мое сердце предательски ухнуло вниз. Конечно, я понимала, о чем он говорит, это даже дуре было бы понятно! Малик качнул головой, как бы подтверждая мои мысли в голове. Его карие глаза были словно окутаны какой-то дымкой, которая так привлекала меня. Оторваться невозможно. Моя ладонь все еще находилась на его крепкой груди, и, когда я, наконец, поняла это, то одернула ее, словно обожглась. Малик усмехнулся. — Мне казалось, что ты довольно умная девушка и прекрасно все понимаешь. Или мне нужно озвучить, что именно тебе понравилось? Ну, что ж, если ты настаиваешь... Я же помню, как ты наблюдала. Хотела бы оказаться на ее месте, Мия? — Ты меня не знаешь, Малик, — я собрала волю в кулак и прямо посмотрела ему в глаза. Не смей отводить взгляд, Джонсон, он только этого и добивается! — Тебя нет. Но твое тело, да. Забавно, но мне даже не нужно касаться тебя, чтобы это понять, — он, вновь очерчивая пальцами линии в воздухе, провел ими вдоль моей оголенной руки, от плеча и до кончиков пальцев. Я чувствовала их жар, хотя они находились в миллиметре от моей кожи. Мгновение — и на моей руке появились мурашки от этих ощущений. Он усмехнулся, а затем взял один из моих локонов и накрутил его на свой палец, наблюдая за мной. Я продолжала смотреть на него, задержав дыхание. — Ты даже не представляешь, на что я способен, Мия. Я, замерев, смотрела, как он наслаждается моей беспомощностью, моим желанием. Я позволяла ему проникнуть в мою голову, сама не понимая, почему я это делаю. Ты что, сумасшедшая? Он же мерзавец, черт возьми! — Только попробуй тронуть меня, Малик, и очень пожалеешь об этом, — я оттолкнула его и поспешила в свою комнату. Мое тело горело, а руки колотились в мелкой дрожи. Малик смотрел мне вслед. На его лице играла улыбка, и они оба понимали, что Мия еще вернется.***
Я наслаждалась утренней дремой. Занавески едва колыхались, ветерок мягко пробирался в комнату. Пахло осенью. Прекрасное время года. Я повернулась на другой бок и сквозь сон раскинула руки. Моя ладонь наткнулась на чей-то голый торс. Приподняв голову, я увидела темную макушку. На фоне белой наволочки, темные волосы смотрелись просто восхитительно. Парень тоже проснулся и повернулся ко мне. Я увидела Зейна Малика. Что? Почему он в моей постели? Увидев все эти вопросы, которые были написаны у меня на лице, он остановил меня, положив палец на мои губы. Затем провел рукой по моим волосам. Я, не отрываясь, смотрела на него. Утром он так прекрасен. Растрепанные волосы, милая улыбка, блуждающая на лице, немного сонный взгляд. Он потянулся ко мне и легонько коснулся губами моих губ. Его язык притронулся к моей верхней губе, отчего я вся задрожала, словно через меня пропустили электричество. Он приобнял меня за плечи и уложил на кровать. Склонившись над моей шеей, он начал ласкать ее губами, постепенно его ласки становились все более раскрепощенными. Малик начал покусывать мою кожу, оттягивать ее, оставляя отметины. Другая его рука ласкала мою грудь, нежно касаясь ее и пропуская сквозь пальцы сосок. Я выгнула спину и протяжно застонала. Я не контролирую свое тело, когда он прикасается ко мне. И я не хочу контролировать. К черту все эти предубеждения, к черту мою ненависть к нему, и к черту даже то, что, вероятно, я для него очередная девушка на одну ночь. Сейчас я хочу забыть об этом и просто наслаждаться его ласками. Обвив его тело ногами, я впилась пальцами в его спину, затем провела ногтями по ней. Он выгнул спину и глухо зарычал. Затем его ладони прошлись по моим бедрам, поднимаясь к рукам и заводя их за подушку. — Ты будешь моей, Мия. Ты всегда будешь моей, как бы ты ни противилась этому.***
Я тяжело выдохнула и резко открыла глаза. Бросила взгляд на часы. 06:47. Черт возьми, я вся мокрая и вспотевшая. И мокрая у меня не только одежда, но и трусики. Сев на кровати, я мотнула головой и яростно протерла глаза. Просто сон. Просто дурной сон. Какого черта мне снится Малик? Только этого не хватало. Мне достаточно его в настоящей жизни. Мне приснился сексуальный сон с Зейном Маликом. Господи, что со мной происходит? Я отбросила одеяло в сторону и поспешила в освежающий душ. Мне срочно нужно смыть с себя это сексуальное напряжение, иначе я просто взорвусь. Огонь в низу живота был таким сильным, что, если бы Малик оказался сейчас рядом, вероятно, я бы не удержалась и натворила кучу ошибок, за которые мне потом было бы стыдно. Изрядно помучив себя прохладной водой, я вылезла, дрожа от холода, и поспешила натянуть на себя халат. Так, нужно выкинуть этот сон из головы, нужно забыть его, как кошмар. Решив спуститься вниз и попить воды, я, проходя мимо комнаты Малика, почему-то остановилась. Дверь была приоткрыта. Я уговаривала себя пройти мимо, но что-то внутри заставило меня посмотреть. Он лежал на кровати, раскинув руки, и крепко спал. В отличии от меня. Конечно, его-то наверняка не терзают сейчас сексуальные сны с моим участием. Его лицо были безмятежно и расслаблено, губы были растянуты в подобие легкой улыбки. Похоже, ему все таки что-то снилось. Что-то приятное. Сейчас он совсем не похож на того Зейна Малика, которого я знаю. Он выглядел очень расслаблено и… мило. Я прислонилась к двери, стараясь не обращать внимания на учащенное сердцебиение. Мои глаза блуждали по его обнаженному торсу, который был покрыт многочисленными татуировками, а мои губы так мечтали прикоснуться к его груди... Только раз, всего на секундочку... Я опомнилась, когда уже сделала шаг в его спальню. Ужаснувшись, я попятилась назад, а затем выбежала из комнаты. Желание попить исчезло. Я пулей запрыгнула в свою постель, накрываясь одеялом как можно сильнее, стараясь отогнать от себя это наваждение. Ты сходишь с ума, Джонсон. Просто постарайся уснуть. Но сон так и не вернулся ко мне в это утро.
