Последний дракон

Он бежал, но не мог скрыться, не мог спрятаться в окружающей темноте, и сердце бешено колотилось от страха. Улицы, заполненные монстрами, у которых нет лиц, лишь желание поймать его, растерзать на куски и заставить умирать, долго и мучительно. Джейми не мог убежать от них, как бы ни старался, как бы быстро ни двигался. Тронный зал замка встретил его пустотой и кровью, расползающейся по полу, стекающей по стенам, капающей с потолка. Он увидел темную фигуру возле трона и окаменел от ужаса, узнавая силуэт. Отец с распоротым горлом шагнул ему навстречу. Он ничего не говорил, но в его глазах сверкала ненависть, упрек и разочарование, настолько острое, что распарывало душу и без слов. — Я не хотел, — беспомощно пролепетал Джейми, отступая, дурея от страха и животного ужаса. — Я не хотел. За спиной отца показался Вэй. Изуродованный до неузнаваемости, с едкой ухмылкой на окровавленных губах. — Это ты сделал, — прошипел он. Скрежет крюка, который он тащил за собой, разрезал натянутые нервы. — Ты, ничтожный омега! — Нет, — едва шевеля дрожащими губами, Джейми снова сделал шаг назад. Он не мог закричать, не мог вырваться отсюда, уйти. Рядом с Вэем появился Трис и Рэмзион, Лиар, а за ними Хантер, мать и сестра. Они все двигались на него с пустыми, мертвыми лицами. Джейми поскользнулся на полу и упал. Отец приближался, медленно и угрожающе, подавляя и заставляя дрожать от ужаса. Из его горла текла кровь. Не подходи! Немой крик застревал в горле, тело стало невыносимо тяжелым. Джейми заметил еще одну фигуру сбоку. Дарион. Он стоял в стороне ото всех. Неподвижный, сильный и живой. — Дарион, — чувствуя слезы на щеках, взмолился Джейми. Он смотрел в сторону демона, отчаянно моля его о помощи, с надеждой, которой суждено было умереть. Дарион не шевелился, он просто стоял и смотрел равнодушным, холодным взглядом. Слезы начинали душить. Мертвые набросились на него всем скопом, протягивая посиневшие, изъеденные жуками руки, и Джейми закричал. — …Джейми! Чей-то оклик и прикосновение испугали еще больше. Джейми рванул в сторону, просыпаясь и падая с кровати. Его било лихорадкой, он не мог понять, где находится и что происходит. Он все еще ощущал леденящее душу присутствие мертвых, тех, кто ненавидел его, тех, кто хотел от него избавиться. Задыхаясь от кошмара, Джейми нервно обхватил себя руками и хвостами, словно в попытке спрятаться, зажмурился, не желая ничего больше видеть, но перед глазами снова встал отец, тошнотворный запах гниющего тела Вэя и жадный, отвратительно-мерзкий взгляд Триса, выпускающего шидэ. И не было никакого спасения. — Это сон. Тебя никто больше не обидит. Дарион говорил так тихо и спокойно, подбираясь все ближе и ближе. Джейми, судорожно вздрагивая, вспомнил о том, как этот демон стоял в стороне. Стоял и смотрел с безразличием. — Не приближайся ко мне, — хрипло выдавил из себя Джейми, отползая дальше. Он не хотел видеть Дариона, только не сейчас, когда слабость и уязвимость овладели им без остатка. Джейми не мог заставить себя быть сильным, только не в эту минуту, но присутствие Дариона ощущалось всей кожей, нутром, оно душило, выворачивало наизнанку, вызывая горькие слезы. В памяти проносились воспоминания о ласковых прикосновениях, улыбках, нежных поцелуях, шепоте и обещаниях безопасности. Джейми так хотел, чтобы это все было правдой. Дарион, словно чувствуя, как ему тяжело находиться рядом с ним, сжалился и поднялся. — Я позову Нэлли, — произнес он и покинул комнату. Как только за ним закрылась дверь, Джейми задрожал сильнее, слезы против воли хлынули безудержным потоком. Он никак не мог прийти в себя, рыдания душили, а отголоски страха резали его острыми клинками, но постепенно сила давления кошмара спадала, словно что-то вытягивало из него дурные воспоминания. Дышать становилось легче. — Господин Джейми? — Дверь спальни тихо приоткрылась. Нэлли неуверенно открыла ее шире. — Где вы? — Здесь, — устало отозвался Джейми, опуская хвосты, не в силах подняться и показаться. Нэлли обошла большую кровать. Ее вздох не сулил ничего хорошего. Джейми приблизительно представлял, какой хаос, должно быть, сейчас вокруг него и в каком жалком состоянии находится он сам. — Ох ты ж пучина морская, — Нэлли бросилась к нему. — Джейми, да что же это такое? Что случилось? Господин Дарион там сам не свой, глаза горят, мечется в панике как зверь раненый. Вы тут как призрак болотный! Джейми все еще всхлипывал, вздрагивал и порадовался всем сердцем, когда Нэлли обняла его, прижимая к груди. — Полно вам, полно, — похлопала она его по спине. — Кошмар приснился? — Да, — хрипло ответил Джейми. Дрожь не прекращалась. Его трясло от воспоминаний. — Бедный мой мальчик, — крепче прижала его Нэлли. — Странно, что даже такой ловец не помог, — сказала она, взглянув на потолок. Паутинки ловца снов были такими надежными и крепкими, что должны были забрать все ужасы сновидений безо всякого труда, но почему-то не справились, хотя видно было — Дарион вложил в ловца снов огромную силу. Джейми посмотрел на потолок. Вот почему стискивающий душу холод после кошмара отступал так мягко — все благодаря чужой магии. — Давайте вернем вас в постель, — засуетилась Нэлли вокруг него, помогая подняться. Джейми позволил усадить себя обратно в кровать. Соображать получалось уже немного лучше, сердце отчего-то успокаивалось, стоило осмотреться и понять, что находится он в спальне, в которой заснул вчера так внезапно. Когда вернулся Дарион, он не слышал, хотя собирался лишь немного полежать и спуститься вниз, на диван. — Я достану вам свежую пижаму, — сообщила Нэлли, отходя к шкафу. Джейми только заметил, что весь мокрый от пота. Непослушными пальцами он нарисовал символ очищения, приводя себя в порядок, но от новой спальной одежды не отказался. Нэлли парой символов обновила постельное белье и взбила подушки, щелкнула пальцами, открывая окно и впуская свежий воздух. Джейми немного отошел от кошмара, и ему стало стыдно за свое несдержанное поведение.  — Ну как вы, получше? — Нэлли села рядом с ним, беря в руки его ладони и чуть сжимая их. Джейми кивнул, положив голову на ее плечо. Он уже давно не чувствовал материнской теплоты. — Все в порядке. Хотя в порядке ничего не было — хвосты так и не поменяли свой цвет, а это уже был плохой знак. Знак, показывающий, что с его телом что-то сильно не так. Думать о возможных причинах не хотелось, как и о кошмарах, мучивших его ночью. — Давайте я сделаю вам чаю горячего, — предложила Нэлли спустя время, когда он начал успокаиваться. — Лучше я спущусь с тобой, — засобирался Джейми, не желая оставаться в спальне хозяина дома. — Нет-нет, вы лежите, — надавив ему на плечо, Нэлли заставила его лечь. — Но… — Никаких но. Лежите, я скоро. Нэлли, поправив ему одеяло, вышла за дверь, но в одиночестве Джейми был недолго — в спальню вернулся Дарион. Джейми пожалел, что послушался служанку. Дарион невозмутимо сел в кресло в полной тишине и уставился взглядом куда-то в сторону окна, словно в комнате больше никого не было. Джейми не забыл о том, как Дарион порвал тот последний контракт о фиктивности их брака, оттого начал нервничать. Он никогда не мог понять, что было на уме у этого демона. — Что тебе снится? — внезапно серьезно спросил Дарион, не глядя на него. Облачать в слова образы не хотелось, но воспоминания о них заставляли содрогнуться. Джейми поежился, обхватывая себя хвостами в защитном жесте. — А что видишь ты? — спросил он тихо, пользуясь моментом, когда они оба спокойны. — Ничего. Если бы я мог увидеть, смог бы бороться, но это вот здесь, — Дарион ударил по своей груди. — Лишь чувства. Ты так напуган, что, кажется, сердце сейчас остановится. Когда ты был на расстоянии, это ощущалось слабее. Вроде бы раньше Дарион так не реагировал на него. — Когда это началось? — неуверенно спросил Джейми, не зная, нужно ли ему знать. — После твоей течки. Предполагаю, что обострившаяся связь как-то связана с освобождением твоих духовных сил. Так что тебе снится? — Дарион задал вопрос столь мягким тоном, словно и в самом деле пытался понять, что беспокоит его. Джейми поерзал, плотнее прижимаясь к спинке кровати в попытке увеличить расстояние между собой и демоном. — Мертвые. Короткий ответ вздохом сорвался с губ. Джейми вдруг подумал о том, что никому еще не рассказывал о своих кошмарах. Они и ему самому казались какими-то бредовыми, не стоящими того, чтобы так пугаться. Слова терялись, да и как можно было описать то, насколько леденела душа, когда эти монстры вновь приближались к нему? — Ты не виноват в их смерти, — уверенно произнес Дарион. Джейми удивленно выгнул бровь. — Ты чувствуешь все, что чувствую я? — уточнил он. Ему все меньше нравился тот факт, что его читают как открытую книгу. — Только сильные волнения. Так значит, я правильно распознал это чувство? — Нет, — отказался Джейми. Он и себе не хотел признаваться в правде, не хотел думать о том, что поступил неправильно, убив своего отца и позволив другому демону убить брата. Дарион лишь улыбнулся на его быстрый ответ. Джейми уже стал забывать, насколько жалко он порой выглядит рядом с ним, вновь и вновь превращаясь в глупого ребенка. Ему не нравилось, насколько откровенным стал их разговор. Это не та область, которую стоит обсуждать деловым партнерам. Их брак вновь фиктивный союз и таким должен остаться.  — Я никогда не знал этого чувства, — признался Дарион. — Я никогда не испытывал сожаления, убивал без раздумий, подвергал страшным пыткам, невзирая на мольбы и слезы. А сейчас мне приходится знакомиться с этим чувством из-за того, что ты убил ублюдка-тирана, скорее всего, даже по случайности, — с нотками непонимания и раздражения от навязанных эмоций произнес он. — Оно того стоит? Сожалеть о смерти отца, который сотворил с тобой такое? Дарион говорил с небрежностью, словно убийство родного отца было сущим пустяком, не стоящим внимания. Возможно, если бы Фэйтон насолил ему в достаточной степени, Дарион бы убил его без мук совести, а после перешагнул труп и забыл. — Эдмунд заслужил смерть, — внезапно сказал демон, не дождавшись ответа. — Ты готов был простить его, я ловил отголоски твоей души и проживал с тобой ту боль. Если после всего Эдмунд по какой-то случайности смог бы выжить, я пришел бы за ним сам. Он не имел права так поступать с тобой. Джейми поразило то, с какой злостью были произнесены последние слова. Словно для Дариона ничего не ушло в прошлое и тот момент не стерся из памяти. — А потом еще твое похищение. — Дарион посмотрел прямо на него. В его глазах бушевал шторм, настолько завораживающий и смертоносный, что становилось не по себе. Джейми вспомнил о словах Рэмзиона в тех подвалах, когда Вэй просил о снисхождении. Смерть для брата от рук Рэмзиона, наверное, была благословением. Дарион, словно поняв, что пугает, отвел взгляд в сторону и бросил со смешком: — И после этого ты бросил мне контракт о фиктивности нашего брака. — То, что ты его уничтожил, не значит, что я с этим согласился, — предупредил Джейми, вцепившись в одеяло. Он не собирался больше подпускать к себе демона и намеревался драться до последнего, даже осознавая, что не сможет победить. Если Дариону захочется, он возьмет его силой, использует шидэ. — Ты и меня видишь во снах? — Дарион потер виски в жесте, полном усталости, вновь сменив тему. — В твоих кошмарах я тоже причиняю тебе боль? — Ты смотришь, как эту боль мне причиняют другие, — стараясь говорить ровно и спокойно, Джейми заставил себя посмотреть ему в лицо. Слова повисли между ними невидимым барьером, который не сломать и не обойти. Как пропасть между ними.