Последний дракон

Рэмзион не видел причин для паники, но… — Он пробил тройной магический барьер? — переспросил он ошарашенных стражников, которые выглядели так, будто увидели небывалое чудо. — Между уровнями? — Очередной кивок. — Барьер Вамилии? Нашей столицы, которая сейчас охраняется так, что даже восставший из ада лунный дракон с его голубым пламенем его бы не пробил, верно? — Да, ваше величество, — дрогнувшим голосом подтвердил стражник. — Лорд Дарион прошел их. — О боги! Для чего вы все вообще мне нужны? — закатил Рэмзион глаза. — Где он? — Внутри, ваше величество, — склонил низко голову главный страж. — Мы… мы не смогли его задержать. Рэмзион весело хмыкнул. Хотел бы он посмотреть на эти попытки «задержать». — Как мы успели выяснить, у господина Джейми начались роды, — оправдываясь, произнес стражник. — Магия лорда Дариона может выйти из-под контроля. — Приведи сюда несколько высших демонов, восстановите барьеры и успокойте жителей, — отдал Рэмзион приказ. — А я пойду навещу брата, от которого столько проблем. Оставив стражников, которые вздохнули с облегчением оттого, что им не снесли голову, Рэмзион направился в лечебницу. Магия Дариона и в самом деле выходила из-под контроля, она разливалась вокруг, подминая под себя все. Казалось, она хочет охватить весь город, вычистить его, чтобы его паре ничего не угрожало. Иногда Дариона серьезно заносило. Войдя в здание, Рэмзион ожидал наткнуться на еще более воинственную и агрессивную энергию, но реальность оказалась еще более жесткой. Для тех, кто не был близко знаком с Дарионом, эта энергия была ужасающей. Персонала даже видно не было в коридоре, лечебница словно вымерла. — Ну и кто тут такой беспорядок развел? — подойдя ближе к источнику беспокойной магии, с насмешкой спросил Рэмзион. Было забавно увидеть Дариона таким потерянным. Он сидел на скамейке в коридоре, напряженный, готовый к атаке, но взгляд его был туманный, рассеянный, наполненный тревогой и волнением. — Привет, — бросил устало Лиар, стоящий тут же, прислонившись к стенке. — Хорошо, что пришел. Дэй словно с катушек слетел. — Со мной все в порядке, — процедил тот в ответ. — Я поставил несколько блокирующих символов, но это мало помогает, — пожал Лиар плечами. — Неудивительно. Наш брат скоро станет отцом. — Рэмзион прошел вперед и сел на скамейку рядом. — Как там хвостатый? — Не знаю, — мотнул Дарион головой, стиснув пальцы в замок. — Ему больно. — Томас недавно выходил, сказал, все в порядке пока, — сообщил Лиар. Энергия Дариона была нестабильна, а браслет-сигнализатор всплеска магии, который они надели на его руку после возвращения с седьмого уровня, накалялся. И это был нехороший знак. Рэмзион переглянулся с Лиаром, который тоже заметил это. Дариона нужно было срочно отвлечь. — Что-то я все забываю спросить. Как вы сына-то решили назвать? — поднял Рэмзион тему, которая безошибочно могла отвлечь брата от всего на свете. Энергия Дариона мгновенно отреагировала, успокоилась. Рэмзион заметил, как тихо выдохнул Лиар. — Арон. Ответ Дариона был наполнен такой теплотой, что даже завидно стало немного. — Ну неплохо. Хотя с фантазией у вас так себе, — небрежно бросил Рэмзион. — А мне кажется, хорошее имя для великого воина, — чуть улыбнувшись, возразил Лиар. — Какой сущности ребенок? — Томас так и не смог определить, — ответил Дарион. — Он может быть демоном, а может и небожителем. Его энергия неоднозначна. — Было бы здорово, если бы он оказался небожителем-омегой, — произнес Рэмзион, уже воображая себе племяшку. — Представляете, каким он будет миленьким? Лиар и Дарион улыбнулись, явно представляя себе подобное чудо. — Говорят, небожители в младенчестве очень быстро развиваются, — сообщил Лиар. — Да. Пара недель, и они уже могут передвигаться на своих двоих, — подтвердил Дарион с таким видом, словно успел изучить эту тему вдоль и поперек. Рэмзиона все больше забавлял такой брат, но он был рад за него. Дарион заслуживал счастья, и Рэмзион втайне молил богов, чтобы они были благосклонны к брату и его семье. — Думаю, из тебя получится хороший отец, — поделился Рэмзион своими мыслями. — Надеюсь, я не стану таким, как Фэйтон. Разговор о сыне отвлек Дариона, энергия, что грозила вырваться в город, постепенно успокаивалась. — Даже не сомневайся, — Рэмзион хлопнул брата по плечу. Грудь неожиданно сдавило вспышкой негодования и волнения, болезненные ощущения разлились по телу и сконцентрировались на сердце. — Что такое? — заметил его состояние Лиар. — Райн, — не стал юлить Рэмзион. — Вы все еще не поговорили? — спросил Дарион. — Нет. Мы все еще не разговариваем, — мрачно сообщил Рэмзион. — Даже несмотря на то, что этот купидон, — кивнул он в сторону Лиара, — привел его в Совет. — Я бы не стал доверять ему, — произнес Дарион. — В точку, — щелкнул Рэмзион пальцами. — Райн раскаивается, — заступился за него Лиар. — И вам в самом деле не помешало бы поговорить. Вы пара. — Знаешь, мелкий, перед тобой сидят два примера того, что пара — не значит легко и просто, — раздраженно ответил Рэмзион. Учить их тут удумал! — Неудачники, — самодовольно бросил Лиар с гаденькой улыбкой. Судя по довольному личику, со своим рыжим младший отношения наладил. — Неудачник тут только один, — хмыкнул Дарион нагло. Рэмзион оценил брошенный камень. Лиар рассмеялся, отчего хотелось хорошенько долбануть его головой о стену. — Да пошли вы! — Поговори с ним, Рэмз, — неожиданно серьезно произнес Лиар. — Ему не хватает тебя. Рэмзион не был в этом уверен. Если бы они только знали, как сильно он однажды ошибся и сколько боли принес своей паре. Даже думать об этом было невыносимо, хотелось избегать Райна до конца дней, закрываться от их связи и лишь иногда прислушиваться, чтобы узнать, как он, все ли в порядке, жив ли, здоров. Внутри снова болезненно сжалось, в этот раз Рэмзион почувствовал чужую настороженность и потер грудь. Боги, да что сегодня такое с Райном? — Что-то не так? — снова проницательно заметил Лиар. — Не знаю. Рэмзион уже и сам начал волноваться. Райн не из пугливых. Ему кто-то угрожает? Отчего так лихорадочно застучало сердце? — Я вас оставлю на пару минут, — Рэмзион поднялся. Лучше он проверит все сам, убедится, что все в порядке, и не будет дергаться из-за какого-то странного, непонятного состояния. Он быстрым шагом направился к выходу, игнорируя озадаченные взгляды братьев, и у самого крыльца использовал уже знакомый символ перемещения. Лиар, проводив его взглядом, постарался скрыть довольную улыбку. Но Дарион все равно заметил. — Твоих рук дело? — Они так будут бегать друг от друга еще по крайней мере вечность, — признался Лиар. — Я нанял несколько демонов, чтобы они инсценировали нападение на Райна. Дарион осуждающе покачал головой. — Райн их всех уложит на лопатки, — уверенно произнес он. Лиар и сам это понимал, но у него было припасено еще кое-что. Лиар заметил еще тогда, когда Райн пришел за Ники, когда он помог им в тот первый, переломный момент. Райн отреагировал на ситуацию с Ники слишком остро, слишком бурно, словно проходил и сам через нечто подобное. Лиар так и не выяснил, что на самом деле произошло в прошлом, но то, как Рэмзион вел себя в последнее время, говорило о проблеме больше, чем все факты вместе взятые. — У них все получится, — сам себе кивнул Лиар, веря в брата и его пару. В спешке Рэмзион немного не рассчитал координаты и объявился прямо в чужом саду. Родовой меч Райна пылал, шидэ агрессивно двигались, а шестеро демонов стонали на земле, связанные и раненые. Рваная рубашка на Райне вызывала настолько чистую и темную злость, что Рэмзион уже был не в состоянии контролировать стену, которой он перегородил путь их связи. — Это шавки Лиара, успокойся, — раздраженно ответил Райн, повернувшись к нему. Спрятал меч и шидэ. Рэмзион успокоиться так просто не мог. Ему не почудился чужой страх. — Убирайтесь отсюда, а Лиару передайте: следующим буду отсекать головы, — устало произнес он в сторону демонов. Рэмзион отпускать уродов, посмевших поднять руку на его пару, не хотел, но здравая часть признавала правоту Райна. Лиар, сука. Вот кому надо голову открутить. И Рэмзион уж постарается ответить красиво, но не сейчас. Сейчас его почему-то все еще колотило от непонятных чужих эмоций. Рэмзион заметил, как дрогнули пальцы Райна, когда тот опустился на ближайший декоративный валун. Сняв с себя камзол, Рэмзион набросил его на плечи парня, отчего Райн вздрогнул, но глаз не поднял. Им, наверное, и вправду нужно поговорить. Только Рэмзион не знал как. Ему и стоять-то рядом было тяжело, как и смотреть на идеальную красоту Райна. Под ногами чуть слышно скрипел снег, который дополнял звуки дыхания Райна, а в памяти до сих пор ярко горели воспоминания о том, что показал ему Эри. Прошлое, которое перечеркнуло их жизни. Но даже оно не смогло остановить и задержать его. Желание прикоснуться к своей паре было сильнее всего, оно закрыло весь здравый смысл и решение держаться подальше. Встав рядом с Райном, Рэмзион осторожно прикоснулся кончиками пальцев к холодной щеке. Райн не отшатнулся от него, но и голову не поднял, хотя одно то, что он не отворачивается, уже приносило облегчение. — Мне так жаль, — прошептал Рэмзион, нежно прикасаясь к лицу своей пары. — Мне не нужно твое сожаление, — ответил Райн, прикрыв глаза. Рэмзион убрал руку и сел рядом на валун. Нападавшие так быстро убегали, что оставили огромное количество следов, по которым их было легко выследить. — Ты закрылся от меня, — внезапно произнес Райн. Устало, тоскливо. Словно ему не хватало их связи. — Разве так не проще? — Тебе? Тебе так проще, Рэмз? Или ты, сволочь, как всегда, решаешь за нас обоих? — резко бросил Райн, поднимая голову. В его глазах сверкнуло пламя возмущения, а злость ударила со всей силы. — Я не знал, — процедил Рэмзион, начиная чувствовать не только чужую, но и свою злость. На отца, на себя, на Райна, на вампиров, которых уже нет в живых. — Ты мог мне сказать, объяснить все. Я бы поверил, ты и сам знаешь! — Сказать о чем? Как не смог постоять за себя и позволил им воспользоваться собой, как шлюхой?! — холодно ответил Райн. Рэмзиона рвало на куски от мысли, что сделали с его парой, что сделал он сам. — Заткнись, Райн. Замолчи. Ты не мог им ничего сделать. — Потому что слаб и недостоин такого великого тебя? — едко бросил Райн. — Потому что был ребенком, дьявол тебя дери! — вспылил Рэмзион. Он не мог больше сидеть. Ему хотелось что-то делать, воскресить этих ублюдков и убить снова. — Это я виноват во всем! Я! Не разобрался, не поверил, начал мстить. Я, Райн! Видят боги, я бы отдал все, чтобы вернуться назад и все исправить. Но я не могу. — Ты ничего никогда не можешь! — поднялся и Райн, выпуская шидэ. Он был так прекрасен в этот момент. — Потому что ты жалкий трус, Рэмз. Ты даже самого себя боишься, ублюдок! — продолжал он жалить словами, наступая. Удар от него оказался неожиданным, резким и сильным. Родовой меч влился в руку, и Райн стал похож на настоящего ангела мщения — пылающий, но холодный, красивый до мурашек по коже, до сбившихся мыслей и бешеного стука сердца. На следующий агрессивный выпад Рэмзион ответил на инстинктах, в голове была полная неразбериха, а в крови разгорелся огонь. Райн наступал снова и снова, будто в самом деле собирался убить. Каждый его удар — в полную силу, каждый символ — продуманный, активный, нападающий. — Давай, покажи свою силу, которую ты прятал так долго ото всех, — разъяренно бросил Райн. Рэмзион знал, что Райн чувствовал его магию всегда, только никогда не просил выпускать ее наружу.  — Если бы ты не замкнулся тогда, ты бы стал воином не хуже, чем Дарион, но ты решил спрятаться! Рэмзион вяло отбивал чужие атаки. Он не собирался оправдываться, отступал в сторону, огибая большое дерево, с которого упали комки снега от очередного удара. Рэмзион выпустил шидэ, подавил сопротивление парой символов и уложил Райна на лопатки. Райн зарычал, вновь начиная отбиваться, а Рэмзион внезапно понял кое-что важное, прижимая его своим телом к мокрой земле. — Ты никогда меня не боялся, — улыбнулся он. Райн затих. — Я много вытворял разного, но ты знал, что я не причиню тебе вреда. Ты доверял мне, — пояснил Рэмзион. Осознание этого разливалось внутри приятной теплотой. Почему он не подумал об этом раньше? — Мне казалось, что тебе будет лучше, если я отгорожусь. — Идиот. Они смотрели друг другу в глаза целую вечность, пытаясь справиться с нарастающим огнем внутри. — Возможно. Рэмзион ослабил хватку, но отступать больше не намеревался. Склонившись ниже, он жадно поцеловал, выплескивая радость от возможности вновь прикоснуться, быть рядом. Райн предпринял слабую попытку отстраниться, но довольно быстро затих, отвечая не менее пылко, обхватывая его шидэ и притягивая еще ближе. Рэмзион, почувствовав ответное желание, остановился и посмотрел в шальные глаза. — Как-то так мы и познакомились, помнишь? — спросил он. — Ты сбил меня с ног, сказал, что у меня охренительные глаза, и поцеловал, — хмыкнул Райн. — А потом ты заехал мне по лицу, — улыбнулся Рэмзион давним воспоминаниям. — Райн, давай попробуем быть вместе снова? — Думаешь, это хорошая идея? — Даже у Дэя с его хвостатым получилось, почему бы и нам не попробовать. — Ты — император Ночных Глубин, — напомнил Райн, выползая из-под него. Рэмзион давить не стал, отпустил, но недалеко. — И что? — Я не рожу тебе ребенка, Рэмз. Союз со мной не примет народ, — рассудительно произнес Райн. — Фэйтон позволил Джейми войти в вашу семью, потому что тот омега, способный к деторождению. — Я хотел бы посмотреть на того, кто будет против союза императора с его парой. А что касается наследников, то не беда. У нашей династии уже есть наследник, который вот-вот появится на свет, поэтому мы можем пока не волноваться на этот счет. Поэтому я не вижу причин для того, чтобы нам отказываться от союза. И раз ты согласен, то… — Я еще ничего не говорил, — возразил Райн. — Твое участившееся сердцебиение сказало за тебя, — Рэмзион с полной невозмутимостью положил ладонь на его грудь в области сердца. — А теперь мы можем скрепить наше соглашение в теплой постели. — Только я буду сверху, — внезапно заявил Райн с дьявольской улыбкой. Рэмзион раньше ответил бы какой-нибудь обидной колкостью, ведь он лишь раз позволил Райну быть в активе, еще до того разрушившего все дня, но сейчас его охватывала незнакомая трепетная нежность к своей паре. — Испугался? — пряча неуверенность за бравадой, спросил Райн с вызовом. — Ты чувствуешь мое недовольство? — Рэмзион любовался его красотой и в самом деле готов был на все. — Нет, — немного растерянно ответил Райн. — Ты будто бы даже не возражаешь. — Я и не возражаю. Щеки Райна отчего-то зарделись: — Тебя вообще невозможно ничем смутить? — Нет. Я хочу тебя, ты хочешь мою задницу. Считаю это отличным планом, — весело произнес Рэмзион. — Чего смущаться? — Уверен? — облизнулся Райн плотоядно, отбрасывая неуверенность, едва почувствовав одобрение. — Да, детка. — Еще раз назовешь меня деткой, я оторву твои яйца, — предупредил Райн, опасно сощурив глаза. — Воу-воу, притормози. Мои яйца тебе еще потребуются, детка, — смакуя, повторил Рэмзион и осекся, когда заметил, что Райн начал плести символ льда. — Ты же не серьезно, да? — забеспокоился он. — Райн! Срываясь с места и убегая подальше, Рэмзион слышал заливистый смех своей пары и впервые за очень долгое время чувствовал себя счастливым.