new owner//новый обладатель

Чимин бежит по коридору, стараясь не шуметь, ловко открывает дверь в свою комнату, после чего лезет в шкаф, торопясь скрыться в одежде и вешалках. Он закрывает рот ручками и внимательно высматривает что-то в щель между дверцами. Ждёт с минуту, после чего видит, как заходит Юнги: — Чимин, мы всё равно пойдём к врачу. Это мой дом, я тебя в любом случае найду, — мужчина ложится и смотрит под кроватью. — Тебе надо сделать прививки, понимаешь? Это важная процедура. Гибрид продолжает стоять, не двигаясь, с задержанным дыханием, не смея выдать себя и сдаться. — Хорошо, — Юнги встаёт, отряхивается и выходит, скорее всего, чтобы поискать в другом укромном месте, которых в доме полно. Вскоре скрип половиц звучит уже на лестницах. «Ушёл» — котёнок шумно выдыхает и не успевает опомниться, как его вытягивают за руку из укрытия и взваливают себе на плечо. — Попался. — Не хочу! Разве я похож на больного? — Чимин царапает чужое тело своими ногтями, которые вчера приводили в человеческий вид домохозяйки. Но Суён ухоженных рук было недостаточно — она принесла из своей косметички несколько нежных оттенков, из которых подросток после долгих уговоров выбрал чёрный. — Ну пожалуйста, Юнги. — Нет я сказал, — мягко улыбается альфа и утыкается в чужой бок своим носом, вызывая смущённый смешок у мальчишки, что до сих пор находился у того на плече в повисшем состоянии. Прошёл месяц со дня свидания Юнги с Чиюн и истерики Чимина. Особо ничего в их жизни не изменилось: старший продолжал заботиться об омежке, ругать за босые ноги и целовать в щёки. Отличие в том, что заботливых замечаний стало вдвое больше, как и поцелуев. В общем, за черту дозволенности отношений между четырнадцатилетним мальчиком и двадцатиоднолетним мужчиной они старались не заходить. — Он опять будет тыкать в меня своей иголкой. Опять будет больно, — недовольно бурчит Чимин уже в машине, когда Юнги фиксирует ремень безопасности. — В том случае, если ты опять будешь разносить его кабинет и пихаться ногами, — мужчина чмокает в носик. — Зато потом мы поедем на пикник. — Пикник? — Да. С Чонгуком, Тэхёном, папой, Намджуном, Джином и, может, мама согласится, — Юнги о чём-то задумывается. Мэй задержалась на более долгий срок, чем предполагалось, но омежка не особо понимает почему. Зато её сыну всё прекрасно понятно. Женщина считает, что своё чадо она растила для кого угодно, но не для гибрида. Ни раз за этот месяц они ссорились и мирились из-за её очередных выходок и намёков на то, чтобы Юнги нашёл себе девушку, чтобы Юнги отдал Чимина обратно в приют, чтобы Юнги делал так, как хочется ей. Но вечно сидеть под юбкой матери, как хотелось бы ей, он не может, поэтому и начинает протестовать, если осторожно перевести тему не получается. Всю дорогу он следит за тем, как Чимин с детским восторгом рассматривает каждую собачку, птичку, скамеечку и детей в соседних авто на светофорах, которые любят построить рожицы. — Мы приехали, — уведомляет Мин и выбирается из машины. Как и ожидалось, котёнок отказался добровольно вылезать, поэтому пришлось вытаскивать, уперевшись одной ногой о выступ, что мужчина установил, чтобы Чимину было удобнее залезать. Ну, разумеется и для того, чтобы вытаскивать его при поликлинике. — Послушный гибрид же не будет устраивать скандалы прилюдно, да? — как ни странно, мальчик постоянно ведётся на манипуляции. Не выпуская маленькую руку из своей ладони, Юнги направляется к уже знакомому кабинету. Оба пытались не дышать хлоркой, из которой, как кажется младшему, поликлиники и строили. Постучав, старший заглядывает внутрь, а позже проходит, здороваясь. — И вам привет, — врач что-то небрежно писал на клочке бумаги. — Проходи и садись в кресло, Чимин. Оторвавшись от бумажки через минуту, он подсаживается к гибриду и просит того открыть рот. Скорее всего, котёнок далеко не первый гибрид, что боится врачей. Об этом говорят следы царапин на кожаном кресле. — Ты в этот раз меня тоже ударишь, или…? — доктор, увидев отрицательный кивок, осторожно приблизился, включая лампу, и приборами начинает осматривать чужие зубки. — Ну тут всё хорошо… Открой глаза. Пока осматривали его, Чимин на пару с Юнги внимательно осматривал мужчину, которому явно за сорок, а может, и за полтинник. Подростку нравилось рассматривать людей и пытаться рассуждать на тему их возраста. Отложив стоматологические приборы, врач начал копошиться в чужой макушке — единственные движения, от которых Чимин не шарахался. После мужчина начал прислонять холодный стетоскоп к вздрогнувшей спине. Несколько команд по типу «дышать», «не дышать», и гибрид свободен. Он спускает свою кофту и уже идёт в сторону Юнги, надеясь, что больше врачу ничего не потребуется. Но не тут-то было. — Ладно, теперь тебе надо сделать укол, — Юнги, всё это время сидевший и наблюдающий за происходящим, встречается с жалостным и молящим взглядом, но не вмешивается, позволяя сделать доктору его работу. *** Мин, попрощавшись и заплатив доктору, выходит из перевёрнутого вверх дном кабинета с маленьким шмыгающим комочком на руках. — Неужели это настолько больно? — он утыкается в чужую макушку и вдыхает сладкий запах персика. — В этот раз ты хотя бы не ударил его. Чимин продолжает обиженно молчать. Как будто это столь важные процедуры, что хозяин не мог их отменить! Да и мало того, что ему сделали укол в не самое приятное место, так ещё и сладкого лишили из-за возможной аллергии! Просто несправедливо! — Я просто промазал… — Зато ты абсолютно здоров, — Юнги улыбнулся, сев с ним вместе на водительское сидение, — А это самое главное. — Зятё ти полнёстю здалёвь, — Чимин передразнивает его и фыркает. Досмерти сжимая в объятиях, Юнги расцеловывает шею, поднимаясь и на щёку. Под чужое глупое хихиканье альфа слегка отстраняется, фокусируясь на чужих глазах, которые Чимин тут же отводит, руками отстраняя от себя бледное лицо подальше. — Каким ты стеснительным бываешь, — альфа замечает, как рыжий хвост слегка проводит по его ногам. Последнее время Чимин довольно часто начал флиртовать с Хозяином. Не то, чтобы второй против, но намёки Чимина прозрачные. Юнги разумеется видит, но особого значения никогда не придаёт. Как минимум, потому что выглядит это забавно. — Правда? — мальчишка проводит осторожнее, но ближе. — Всё реже и реже *** Сокджин спускается вниз, чтобы уведомить Намджуна о том, что Юнги с Чимином приглашают их на пикник. Гибрид проходит к нему в кабинет, перед этим постучав: — Можно? — Заходи, — омега заходит и сразу же переходит к делу. — Не хочешь на пикник? Там Юнги, Чимин, может быть, его родители, Чонгук, Тэхён. — Не знаю. Сомневаюсь, что это хорошая идея, — Намджун следит за медленно подходящим Сокджином и закидывает голову. — Почему же? — тот подходит и начинает массировать его плечи, утыкаясь в волосы. Но альфе стоит лишь открыть рот, чтобы показать клыки, которые сложно контролировать во время гона, и лис отскакивает с испугом в глазах. — Не переживай, я могу себя контролировать, но твой запах ванили я чувствую слишком сильно, поэтому лучше выпить подавители, — Намджун встаёт и идёт на кухню, а Сокджин следует за ним, не уменьшая дистанцию в три метра. — Если хочешь на пикник, иди. Я попрошу, чтобы тебя кто-нибудь отвёз обратно. — Кто-то сказал «пикник»? — О, вы уже вернулись? — Намджун слегка улыбнулся Господину Мину. Сначала Киму казалось, что будет довольно сложно сжиться с ним, но оказалось, что беспокоился он зря. Отец Юнги не шумный, весёлый и добрый. А ещё Джину нескучно — и сейчас я не про то, что надо оттирать всю кухню, после того, как Мин попытается что-нибудь приготовить. — Да. И ты можешь не переживать, я за ним прослежу. Единственная проблема — это пристрастия старшего к алкоголю, который Джин уже как на протяжении месяца старательно прячет и начинает обругивать старшего, когда тот всё равно приносит из магазина виски. Но и за Джина переживать не стоит. Он ловко ускользает из рук Мина-извращенца, подчастую специально дразня. — Буду очень признателен, — Намджун вновь направляется в сторону своего кабинета, но через несколько секунд разворачивается. — А ты его слушайся. Гибрид несколько раз неоднозначно кивает, переводя взгляд на Господина Мина. *** — Уммм, — Тэхён закусывает губу, когда Чонгук ставит его в коленолоктевую и нависает сзади. Не тратя времени на презервативы, старший медленно входит, доходя до половины, и начинает двигаться пока что так. Но омега уже не был столь чувствительным к таким чутким прикосновениям напарника. Неизвестно, что именно с ним сделал Чонгук, но Ким отныне не хочет быть послушным мальчиком, с которого сдувают пылинки. Ему хочется как можно больше баловаться, чтобы Чонгук его как можно дольше грубо отпугивал, шепча что-то сладкое и максимально извращённое. Мальчик сам начинает качаться бёдрами в такт движениям парня, насаживаясь поглубже со сдавленными стонами в постель. За этот месяц Чонгук с Тэхёном ссорились и не разговаривали друг с другом около пяти раз. И не так, чтобы на утро вновь сдружиться, сплетая свои языки в страстном танце. Совсем нет! Своим языком Ким танцевал лезгинку, жалуясь на всё про всё Сокджину, Господину Мину, когда тот был дома, Чимину и Намджуну, который не особо задерживался в гостиной во время этих разговоров. Юнги ещё давно дал понять, что не собирается выслушивать о личной жизни Тэхёна, чем сильно его обижал. А вот Чимину не повезло. Так как он новенький среди них — ему вкладывали в мозг больше всего информации. Котёнку казалось, что омега решил поведать ему историю всей своей жизни. Причём не в кратце, а с максимально возможными литературными приёмами. — Какой ты послушный однако, — таким младший был только в дни воссоеденения, после нескольких дней игры в молчанку. — Даже не будешь строить из себя жертву, прося быть нежнее и медленнее? С лёгкой ухмылкой Чонгук один раз звонко бьёт по одному из полушарий, получая сладкий, казалось бы, жалостный всхлип. Но Чон и сам прекрасно понимает, что мальчика, как и самого альфу, такое лишь заводит. — Не бери, — вошедший во вкус Тэхён сквозь стон произносит требовательным, нет, скорее умоляющим голосом, когда слышит, как у мужчины на прикроватной тумбе зазвонил телефон. Старший лишь прислоняет палец к своим губам, показывая знак «тихо», после чего тянется за телефоном и, недолго рассматривая контакт, берёт трубку. — Ал-ло. Привет, Юнги, — Чон хоть как-то пытается замедлить своё дыхание, при этом продолжая вдалбливаться в хлюпающий анал. — Нет, не занят. Что-то случилось? Тэхён закусывает подушку, тяжело выдыхая в неё звуки отчаяния, и мысленно начинает ненавидеть Чон Чонгука. А тот продолжает мило беседовать, медленно просовывая руку к чужому влажному члену, и начинает неспеша водить по нему указательным и большим пальцами. — Пикник? Идея неплохая. Когда? — альфа переворачивает мальчика на спину, входит снова, сильнее сжимая половой орган, и большим пальцем размазывает естественную смазку, слегка надавливая на уретру. — Ммм. да, хорошо. Да, он со мной. Да, помирились. Нет, как ты мог подумать о таком? Мужчина хмыкает и довольным взглядом смотрит на Тэхёна, закрывающего себе рот, чтобы случайно не проронить что-либо неуместное и чересчур громкое. Хочется, конечно, пораздражать омегу, но Чонгук решает, что и этих двух минут было вполне достаточно.