Madness

Эмма металась по квартире туда-сюда, спешно собирая вещи. Она не особо любила эту часть своих поездок, так как её чистый дом, заботливо ей прибранный каждый день, превращался в сборище хаоса и раздора. Девушка бегала из коридора в коридор, подбирая то блузку коралловую цвета, то пижамные брюки в синюю полозку. Пытаясь не подскользнуться на паркете, она всё же уронила вазу и наступила на хвост бедной кошке по кличке Коко, которую, увы, ей пришлось оставить дома. - Ну, кисонька, прости, пожалуйста..! - взмолилась отчаявшаяся Уотсон, стараясь хоть как-то загладить свою вину перед равнодушной к ней кошкой. - Хочешь я закажу тебе лечение в Швейцарии? - передразнил крайне писклявым голосом Фелтон, стоявший у неё в дверях. - Что ты здесь делаешь? - смеясь, спросила шатенка. - Да вот, пришёл помочь с переездом... Ты же девушка, одна не справишься, - замялся парень. - Ой, кто бы говорил! - Грейнджер, ты нарываешься? - Вот только не надо... - не успела закончить Эмма, как Том бросился к ней и защекотал. - Хах... Фелтон отстань! Уйди, говорю! - девушка всеми силами пыталась отбиться. - Ну, как хочешь, - парировал блондин. - Ладно... - она растянула слово и закатила глаза, явственно давая понять, что её напрягает этот разговор. - Отлично. Сок будешь? - простодушно спросил парень. - Да... Содержательный диалог, ничего не скажешь. Эх, давай... - процедила девчонка, беря бутылку из его рук. Погрузив последние чемоданы в Maserati GranCabrio Sport Тома, ребята, весело переговариваясь, сели в машину. Это авто было, пожалуй, единственным, которое сохранилось у парня со времён Гарри Поттера. Десятки других машин забрали государственные сборщики за налоги. Когда финансовое положение Фелтона улучшилось, он позволил себе купить ещё несколько автомобилей, но именно эта "крошка" была его любимицей. Как рассказал Эмме её друг, он будет играть противного сынка барона (Ральфа). - По сюжету я буду влюблён в тебя... - Что? - Уотсон не смогла сдержать смеха. - Да-да, я не шучу. Спилберг сам так сказал... - продолжил молодой человек, поворачивая руль. Тут их машину подрезали, и девушка чуть не выронила пластиковый стакан с холодным чаем, купленный в кафе по дороге. - Вот чёрт! Ну что за дебилы на дорогах? - не выдержал он. - Так... продолжай, - беспечно попросила шатенка, поправляя волосы. Том рассказал ей про то, что Хелена исполнит роль герцогини Де Орланкруа, которая будет наставницей и некой помощницей героини Эммы. - Она будет доброй? Что!? Такое вообще возможно? - воскликнула Уотсон. Фелтон вытянул лицо и пожал плечами. - А парни кого будут играть? - Руперту досталась роль твоего брата, который в конце погибнет от болезни. А у Дэна своя роль, особая- он умрет на войне, - сказал Том и прибавил, - Такие вот дела. - Грустно... - хмыкнула девушка, отпивая сок. - Нормально, - улыбнулся он. Прошло минут 15... - А как будут звать твою героиню? - вымолвил шатен. - Элизабет... Ну, то есть Лизи. Дурацкое имя, если честно. - Неплохое... Нормальное, - хило запротестовал Фелтон. Эмма предпочла промолчать и выглянула в окошко. Мимо неё на огромной скорости проносились деревья, люди. Она наблюдала, как медленно и вальяжно в Лондон приходит лето. Оно словно забирается в каждый уголок и отогревает его теплом настолько, что становится немного неуютно. Лето обещало быть жарким, а Уотсон не любила такую погоду. Ей хотелось дождя. Нещадного и холодного. Кажется, впервые в жизни. Прошёл ещё час. Время- такое дикое и необузданное, сейчас больше походило на убийцу. - Ты ведь трусливо; мелкое воровство – Все, что ты можешь. Вежливый извращенец. Ластишься, щерясь, – брось: у меня священность Самых живых на свете. А ты – мертво, - сочинила девушка, запрокидывая голову немного назад. - Что ты там шепчешь всё время? - слегка возмутился Том. - Нет, ничего... - Эмма старалась звучать убедительней, но у неё слабо выходило. Она вновь высунулась в окно. Ветер сердито развевал её волосы, а тёмно-коричневые очки в роговой оправе намертво пристали к лицу. Уотсон чуть прикрывала глаза, когда думала о происходящем. Конечно, ведь работать на одной площадке 6 лет и жить в одной квартире неделю, тем более, без права покинуть последнюю- это совершенно разные вещи. Нет, она не боялась, но, в тоже время, сильно переживала. Быть может, всё потому, что испытание ею неоднозначных чувств к коллеге выматывало её ужасно... Стоп! Какие чувства? Эмма не знала. И это мучило её так сильно, что она готова была лезть на стенку, чтобы хоть как-то расслабится. Бедняжка так устала, что уснула в дороге. Фелтон не хотел будить её лишний раз и поэтому решил, что ей нужно поспать. Однако... - Наконец-то вы приехали! - возгласил режиссер, держа сценарий в руках. Услышав знакомый голос, девушка вскочила и открыв дверь, едва ли не вывалилась из машины. У заспанной Уотсон на лице отчётливо отпечатался след от автомобильного стекла, делая её довольно забавной. Из помещения, похожего на гигантский амбар в белой рубашке и джинсах вышел Файнс. - Привет, - еле уловимо прошептала Эмма. Мужчина сделал вид, что не заметил, что она поздоровалась только с ним. Эта ситуация так забавляла его, готового на всё, чтобы играть до конца. - Привет, - он обошёл девушку, наслаждаясь ароматом её духов. Уотсон вся сжалась, а Ральф подошёл ещё ближе, заставляя её дрожать, как осиновый лист. Она тянула его к себе, он захотел попробовать её на вкус- такую нежную и сладкую. Он встал ещё ближе, еле удерживаясь, чтобы не обнять её. Всю дорогу в автобусе они сидели на соседних сиденьях и молчали. Эмма, видимо, была так утомлена этими переездами, что "вырубилась" сразу же, как только они двинулись в путь. Он крепко держал её за руку, ласково поглаживая. Файнс пытался понять, что же снилось девушке, раз она так стонет. Уотсон прижалась к нему, кусающему губы. Он мечтает, чтобы она принадлежала ему. Немедля.