Madness

День 1 Ударила молния. Эмма, наконец-таки, разлепила глаза. Она смогла увидеть, как холодный весенний дождь хлестал по поверхности огромного окна. "Вот тебе и тёплая погода... Впрочем, это как раз то, чего я хотела..." - с облегчением выдохнула девушка и задумалась. Было о чём... С этого дня вступило в силу её недельное "рабство". Ничего сверхъестественного от Ральфа и Эммы не требовалось: они должны были отдыхать, учить текст и потихоньку вживаться в роль влюблённых. Только с одним не очень удобным условием... Они не смогут покинуть пределы этого дома целых 7 дней. Еды, воды и прочего здесь было предостаточно. А также интернет, телевидение и целая домашняя библиотека - просто рай на земле! Но Уотсон было явно не позавидовать. Её чувства, некогда тщательно скрываемые обладательницей, с недавнего времени просто переполняли её, заставляя дрожать руки и подкашиваться ноги. "Я не влюблена... Это просто вечный дефицит тепла. Но его прикосновения... Чёрт!" Вынести подобные пытки было нереально болезненно, особенно для молодой девушки, недавно потерявшей молодого человека. Ей страшно, очень страшно... Остаться без него. Все эти сумбурные обрывки мыслей и даже стихов крутились в голове, мешая собраться с силами и встать. Конечно, ведь Эмма почти не спала эту ночь. Ночёвка не в своей постели выводила её. Раздраженная шатенка уткнулась лицом в подушку, жалобно сетуя на непрекращающуюся головную боль. "Ещё 6 таких ночей и я взвою!" Она сделала последний отчаянный рывок, но, как назло, запуталась в дурацком одеяле и... с грохотом упала на пол. Уотсон не знала, кто виноват в этом: слишком большая высота кроватей, утренняя раскоординированность или же она сама. Но тут... В дверь выжидающе постучали. - Эмма, всё в порядке? - обеспокоенно поинтересовался мягкий мужской голос. Шатенка была настолько обескуражена, что ответить не удосужилась. Ральф ворвался в комнату и, улыбнувшись, ласково склонился над девушкой, пытающейся выбраться из объятий ткани. Как только Файнс помог своей неудачливой коллеге, та внимательно оглядела его. Он был в голубой рубашке и джинсах, со слегка растрепанной причёской. - Да, порядок! - расплылась в улыбке Эмма, поправляя тряпку. Надо заметить, что девушка была одета только в это синеватое нечто и любимую рваную майку, заменявшей ей пижаму. Ральф незаметно для самого себя облизнулся. - Ага, я вижу, - ухмыльнулся он, - Я... я просто рядом проходил... Услышал, как что-то упало. Точнее кто-то. - Ну, я не всегда такая неуклюжая... Только когда на новом месте сплю, - пыталась оправдаться Уотсон, но тут заметила, что сидит у Файнса на коленях, пока тот прижимает её к себе. Его теплые руки обжигали её плечи и талию, от чего девушка мгновенно покрылась мурашками, - А ты чего не спишь? - вдруг ляпнула она. - Так... Ведь уже час дня. - Оу, ясно... Они от чего-то рассмеялись. Вот так чисто и искренне. - Ну ладно, ты одевайся. Я завтрак... то есть, обед сейчас приготовлю, - сказал Ральф, выводя девушку из некого состояния оцепенения. - Отнеси меня на кухню, - заскулила девчонка и рассмеялась, - Или тащи еду сюда, а то мне идти лень... - ничуть не соврав, хихикнула Эмма. Файнс был несколько шокирован, но потом, поняв, что это в его же пользу, бережно укутал её в одеяло и закинул себе на плечо. - Эй! Я же пошутила! - запротестовала удивлённая Уотсон. - Ничего не знаю, - нахально пропел мужчина, наслаждаясь ароматом девушки. Яблоко, корица и ещё что-то печёное... Это сводило его с ума. Сам он уже давно свыкся с навязчивой целью, показавшейся любому другому на его месте чрезвычайно недостижимой. Цель звали по-простому: Эмма. Наглая, наивная, игривая... но, при всём этом, умная и талантливая. А про внешнюю привлекательность и говорить не стоило.... Ральф не знал, что он испытывает к ней: любовь или просто непреодолимое влечение. Эта игра забавляла его, ему ужасно нравилось смущать её. Некоторое время он боролся с собой, стараясь быть более предусмотрительным и менее падким на эту девушку. Но когда она была рядом, Файнсу дико хотелось прижать её к себе, быть может, даже заставить Уотсон принадлежать ему. "Стоит выкинуть эти мысли из головы... Выкинуть её. Она мне никто, по сути..." Но он всегда добивался своего. Порой хотелось возвыситься над ней, но мужчину постоянно останавливало какое-то необычное ощущение. Странное, тёплое и сумасшедшее. Чувство абсолютной беспомощности перед ней. Безумие. За этими мыслями Ральф быстро спустился вниз. Зайдя на территорию просторной кухни-студии, он тщательно замотал Эмму в этакий "кокон" из огромного одеяла и усадил на барный стул. Затем подошёл к холодильнику и, открыв его, принялся вытаскивать все нужные продукты. - Эй-эй! Размотай меня..! - захныкала девушка, обреченно пытаясь сдуть чуть вьющиеся каштановые волосы, так небрежно упавшие на лицо. Мужчина усмехнулся и, едва повернувшись, посмотрел на неё через плечо. Такая по-детски беспомощная, чересчур милая и такая... "... Привлекательная..." Внутри у Файнса бушевал восторг, он будто чувствовал, как непреодолимое желание разливается по его телу... Желание обладать... Быть рядом. Обнять и согреть. Спрятать и любоваться только ей. Поцеловать её... Уотсон показалось. Показалось, что у него дрожат руки. Показалось, что он слишком медлит. Показалось, что Ральф пытает её, лишь распахивая одеяло. Ей показалось, что несколько простых движений длились вечность. Ей показалось, что мужчина что-то шепчет... Ей так хотелось, чтобы он... Но нет, ей показалось. Эмма всё ещё сидит в той же позе, в которой он оставил её, как только помог справиться с ненавистным одеялом и отошёл к плите. Они улыбаются одновременно и не видят этого. Девушка облокотилась локтями на стол, с любопытством рассматривая новое (хоть и временное) жилище. Дом был просто огромный! "А здесь миленько... Мягко говоря, конечно..." Но больше всего в этом доме ей нравилась одна вещь... "Нет, Ральфа нельзя назвать вещью..." - хихикала девушка над своими мыслями, с упоением наблюдая за тем, как он готовит. Точные, словно отточенные движения заставляли играть мускулы на красивой здоровой спине. "Чёрт возьми, у него тело как у 25-летнего пацана!" Шатенка тряхнула головой, пытаясь прогнать все эти "глупости", но, чуть позже поняв убедив себя, что пока она голодна, то не может думать ни о чём другом, предалась умалишённым мыслям мечтаниям, наотрез отказываясь отдавать себе отчёт о присутствии хотя бы капельки совести в этой дурной башке! Чуть позже, её взгляд, расфокусированный неудачным пробуждением, упал на 4 яйца, преспокойно лежавших на слегка шероховатой поверхности барной стойки. На одном из четырёх белоснежных яиц девушка уловила небольшой скол в виде молнии, такой незаметный... Эмма долго и внимательно присматривалась, не обращая никакого внимания на Файнса. "И чего она там увидела?" - невесело ухмыльнулся мужчина. Она торопливо взяла в руки телефон и начала фотографировать то, что вскоре станет аппетитной яичницей. - Что ты делаешь? - с полуулыбкой поинтересовался Ральф. - Взгляни сюда... - чуть ли не заговорщицким тоном процедила Уотсон. Мужчина, поправив рубашку, подошёл к ней сзади и положил голову на плечо. - Ну и? - Видишь вот это яйцо, - она указала пальцем на одно из белоснежных овалов. - Вижу и что? - всё также недоумевал Файнс. - Приглядись... вот здесь, в виде молнии... - Шрам! - рассмеялся Ральф, чуть приобняв смущённую девушку, - И что ты собираешься делать? - спросил он, вновь подходя к плите. - Отправить Дэну! Нет, ну а что... дескать, - Эмма всплеснула ладошкой, придумывая что написать, а затем вновь уткнулась в телефон, набирая текст, - "Думаю, это яйцо пытался убить Волан-Де-Морт. Фактически, теперь это крестраж. Значит, мне понадобится меч Гриффиндора, чтобы приготовить завтрак!" - ликуя, торжествующе произнесла Уотсон, оттеняя своим нежным голосом звонкий смех Ральфа. Он смотрел на неё с умилением, как на ребёнка. Она таяла под этими взглядами. Он никогда не остановится.