My Little Dream

Проходит неделя. Чимин редко покидает квартиру, так как боится оставить младшего одного. Гук мучается от боли и его спасает только удвоенная доза обезболивающего, да и то на несколько часов, а потом опять нескончаемый ад. Чон почти не ел, хотя Чимин с силой заставлял его, хоть немного. Старшему было больно смотреть на омежку, но глаза он мог избавить, выйдя из спальни, а вот со слухом было посложнее. Стоны и всхлипы целыми днями были слышны из комнаты, а Пак радовался, когда тот засыпал и в квартире воцарилась тишина. Масло в огонь прибавил Мин, когда на второй день позвонил и сообщил, что Тэхён достал информацию про родителей Чонгука, но чтобы её получить он хочет заполучить его самого иди хотя бы встретится с ним. Чимин ногти грызёт, думая, как потом об этом сказать омежке, что до сих пор так же невинна и мила.

***

— Гуки? — Пак удивлённо смотрит на парня, что выходит из душа в одном халате, — твоя течка уже прошла? — омега подходит к другу, что полотенцем ерошит волосы, высушивая их. — да, она прошла, — облегчённо улыбается младший, — кстати... хён.. — да? — у Пака в груди всё порхает. Его малыш назвал его хёном, он дожил до этого момента! — я слышал, как тебе звонил Юнги-хён...о чём вы говорили? — интересуется Чонгук. — как обычно ни о чём таком, что тебе нужно знать, — чуть криво улыбается Чимин, а сердце бешено колотиться, лишь бы эта ложь была принята за правду. — ты лжёшь, — спокойно, но как-то грозно произносит омега, — ты после обычных разговоров так не нервничаешь, как после того. А ещё, — прищуриваться младший, а Пак уже покрывается холодным потом, — ты нечаянно включил громкую связь и говорил так минут пять, как раз на моменте, где вы говорили обо мне. Чимин смотрит на парня и ни одного слова выдавить не может. Как? Как он не заметил, что включил громкую связь? — тебе, наверное, послышалось, — не особо уверенно отвечает Чим, отходя от друга и беря телефон, набирает номер альфы и слушает долгие гудки. — нет. Я слышал всё чётко. И о Ким Тэхёне, что нашел информацию о моих родителях, и о том, что ему нужно моё тело, чтобы он всё рассказал, — Гук говорит так спокойно, будто книгу читает. — ты ему всё рассказал что-ли?! — через несколько секунд молчания после реплики Гука из телефона раздался голос Юна, — Чонгук...ты не так понял... — я всё прекрасно понял! Особенно, как ты отзывался об этом Киме, называя его конченным извращенцем, ублюдком, и как ты хотел его убить! — громко говорит Чон, потом посмотрел на испуганное лицо друга. — я скоро приеду и мы разберёмся во всём, а пока...даже не думайте ссорится! — Юнги отключил телефон и нажал на газ, смотря на пейзаж, что с быстротой света проносился за окнами автомобиля. — Чонгук! Ты же знаешь, что мне теперь не сдобровать! — кричит Пак, откинув телефон. Он подходит к парню, что застыл, смотря на хмурого хёна. Тот прижимает его к стене и шипит в лицо младшего, что смотрит в глаза старшего, — Юнги не хотел говорить тебе этого, но благодаря случайности это случилось...и ты не представляешь, что этими словами, ты обрёк меня на не очень нежный секс, а на явно грубый и безжалостный, что довольно таки больно! Хотя ты же этого не знаешь! У Чимина глаза злостью горят, а рука обжигает шею младшего, сильно сдавливая её. — Чимин, — хрипит Гук, хватаясь руками за руку друга, что подминает его, отрывая от пола. Чонгук начал плакать. Он хочет жить, — отпусти...отпусти...

***

Юнги нервно барабанит по рулю автомобиля. Он знает взрывной характер своего парня и так же знает слабость младшего перед Паком. Пробка наконец-то начинает двигаться, и как только появляется возможность Мин обгоняет машины, направляясь к дому Чонов. Стук - стук - стук. Сердце бешено стучит, пока альфа ищет ключи от квартиры и открывает её. Он быстро вбегает в квартиру и смотрит на бледного Чона, шею которого со всей силой сжимают пальцы Чимина. Юнги подбегает к ним, толкая истинного в сторону и подхватывая полуживого Гука на руки. — Гук, — не сильно бьёт по щекам, смотря на закрытые глаза и еле слышное дыхание. — совсем с ума сошел?! — кричит альфа на Пака, — ты чуть его не убил! О чём ты вообще думал, когда делал это?! — подходит к омеге и поднимает того на ноги, смотря в его глаза и давая звочную пощёчину, — только попробуй прикоснуться к нему, сразу ударю, не раздумывая! Пак только сейчас, смотря на бледного друга, осознаёт что наделал и скатывается по стене, начиная плакать. Юнги посмотрел на него. Сердце сжалось, но он подошёл к младшему и несколько раз ударил его по щекам. Гук через несколько секунд открыл глаза, расплывчатым взглядом посмотрев на альфу. — Гук...слава богу, — прижал парня к себе. Дыхание омеги понемногу приходило в норму. — Юнги... — омежка поднял голову на старшего, и тот только что заметил слёзы на щеках Чона, — дай мне номер телефона Ким Тэхёна. — нет, — строго отвечает Мин. — тогда я доделаю то, что не сделал Чимин, — на полном серьёзе произносит Чонгук. Альфа прижал парня сильнее к себе. Пак не ревновал, потому что это объятия двух братьев, точнее старший обнимает младшего. В голове Юнги было две мысли. Он мог сказать номер телефона Кима или нет, но из этого тоже выходило два варианта событий. Если он даст номер, то Гук станет личной шлюхой Тэхёна, а если нет, то он вообще рискует потерять малыша, который стал ему, как младший брат. — я дам тебе номер...но обещай, что ты будешь по возможности писать или звонить мне, хорошо? — смотрит на парня. — а ты думаешь, что ему не хватит одной ночи? — Гук смотрит на альфу своими большими глазками и хлопает ресничками. — у него есть один из семи смертных грехов. — и какой же? — похоть, — произнес Мин, — поэтому он навряд ли отпустит тебя после одной ночи. Гук вздохнул и осторожно встал на ноги. — я в комнату переоденусь, а ты запиши его номер в мой телефон, — чуть улыбнулся и скрылся за дверью своей комнаты. Юнги взял телефон младшего и записал номер Кима. После того, как он сохранил номер того извращенца, на его сердце кто-то взвалил огромный камень, что стал давить на грудь. Юн хотел удалить номер, но из комнаты вышел Гук. Он был в белых джинсах и персиковом свитере, что открывал его ключицы, а чтобы скрыть следы удушья он надел белый шёлковый шарф. — как я выгляжу? — интересуется Гук, подходя к альфе и забирая свой телефон, — спасибо за номер телефона, — улыбка благодарности освещает его лицо. — а не слишком откровенно? — произносит Мин и касается голых ключиц парня, — по-моему это слишком, разве нет? — думаешь? А по-моему такому развратнику, как Тэхён это должно понравиться, — говорит омега и обувается в белые кроссовки с золотыми узорами. — ты собираешь его соблазнить на первой же встрече? — недоумевает старший, смотря как младший кивает ему, — ты точно готов к этому? — ты же знаешь, что я всегда ко всему готов, — улыбнулся парню, взял небольшую сумочку, куда положил телефон с ключами, и перекинул её через плечо, — я пошёл. И, пожалуйста, будь чуть ласковее с Чимином, — улыбнулся и выбежал из квартиры.

***

— ласковее? — Юнги морщит нос, закрывает двери и идёт к Чимину, что уже перебрался в свою комнату. Он лежит на кровати, отвернувшись к окну и тихо плачет. Юнги долго смотрит на это сокровище, что ему досталось и думает как его наказать. — хватит так смотреть на меня... — раздаётся хрипловатый голос от слёз, — ты сжечь меня заживо хочешь? Юнги ухмыляется и садится рядом с парнем. — ты зачем Гука душить начал? — тоном наигранного спокойствия произносит Мин, хотя у самого в голове неразбериха. Он не знает что ему делать, а ещё Гук со своей просьбой. "По ласковее"? Это как? Юнги всегда наказывает жестоко, потому что лишь так до Пака доходит суть того, что он натворил. — ну ...я испугался, что ты опять накажешь меня за то, что я так сильно промахнулся и Гук всё узнал... — Чим сглотнул, — ну...а он был ближе всех, на ком можно было выместить страх и предстоящую боль... Юнги переваривает информацию, при этом вспоминая особые детали их прежних разговоров. Точно...Пак привык считать себя большим, а когда его называешь малышом или ведёшь себя с ним, как с ребёнком, то он бесится и довольно сильно. — это необдуманно и через чур по-детски, — произносит Мин, одним движением кладя омегу себе на колени. — эй, ты что делаешь?! — Чимин никак не ожидал такой реакции, но спидометр гнева стал раскаляться. — раз ты у нас ребёнок, — продолжает альфа, не обращая внимание на возгласы парня, но принимая их и анализируя, — то наказание тоже будет не совсем взрослым, — произносит Мин и спускает с парня шорты с боксерами до колен. — да что ты несёшь, Мин Юнги?! — Чимин не может понять шутит старший или это всё серьёзно и он просто сходит с ума? — не шевелись, а то будет больнее, — только прозвучало последнее слово и первый звонкий удар прилетел на левую ягодицу омеги. Тот прикусил язык, так как ещё хотел что-то сказать. Второй удар пришелся по правой ягодице и из глаз потекли слезы. Нет, это не слёзы боли, это слёзы обиды. Так наказывают только детей и то совсем маленьких. — надеюсь, что у тебя больше не появится желания душить или причинять вреда младшим, особенно Гуки. Он же твой лучший друг, он доверяет тебе, а ты так его спокойно можешь придушить, — пока говорит, бьёт омегу по ягодицам, не жалея сил. — прости...я правда больше не буду обижать младших, особенно Гука, — говорит сквозь слезы обиды парень. — извинишься потом перед ним, — Юнги посмотрел на ягодицы, на которых остались красные отпечатки его рук. Он усмехнулся и укусил по одному разу каждую половинку. Натянул вещи обратно и посмотрел на парня. — надеюсь, что ты усвоил урок, Пак Чимин, — произнёс Мин и вышел из комнаты, направляясь в гостиную.

***

Гук написал тому парню, которого он ещё не разу не видел, но почему в голове сложился образ какого-то толстого парня, чей отец крупный миллионер. Ответ не заставил себя ждать, стоило вторым сообщением омеге написать своё имя. Тот назвачил ему встречу в роскошном клубе, который, как знал Чон, был частным и обычным людям, без пропуска, туда вряд ли можно было войти. Омежка вызвал такси и через полчаса пути, из которых десять в пробке, они прибыли на место. Гук расплатился с деньгами, что чудом оказались в сумке, ведь он не брал их с собой. Может это Юнги опять постарался или просто случайность? В принципе Гуку было без разницы и он, расплатившись, вышел из машины и направился к клубу. "Red Rules" или сокращённо "RR" вот, что гласила табличка над главным входом, светящаяся неоновыми лампочками. Чон мгновение постоял, наблюдая как меняются цвета вывески, и пошел к самому зданию, на входе которого его задержали. — я могу пройти? — вежливо, будто не его только что оттолкнули, спросил омега. — нет, — рявкает альфа с наушником в ухе и смотрит на Гука через чёрные очки. — я Чон Чонгук, Ким Тэхен сказал приехать мне сюда, — ему нужна та информация, что у Кима и он сделает всё, чтобы до него добраться, пусть это будет и вне закона. Он так решил. Если его не пропустят, он найдёт другой вход или ещё что-нибудь, чтобы пробраться внутрь. — а если так, то проходи, не смеем задерживать, — проговорил амбал, пропуская парня в здание. Гук зашёл в темное помещение, освещённое лишь прожекторами света и красными лампочками, что висят над каждым столиком. На удивление омеги здесь много людей. Большинство из них ещё подростки, некоторые жирные старики, что лапают тех, у кого задгица накачаная или есть грудь, если это девушка. Чонгук быстро пробежался взглядом по залу и, заприметив барную стойку, направился к ней. У него не было денег, поэтому на все предложения бармена он вежливо отказывался и ждал чего-то. Вскоре на телефон пришло смс, с приказом, чтобы Гук немедленно поднялся на балконы. Омега только что поднял голову наверх и обнаружил, что ещё есть и балконы с такими же красными лампочками. Спросив у бармена где лестница на балконы, Гук побежал туда. — 15 столик?... — омежка уже ненавидел того человека, у которого есть то, что нужно ему. Чон пошел рядом со столиками, считая их. — 15! — произносят прямо над ухом и, повернувшись на сто восемьдесят градусов, омега упирается прямо в грудь альфы, что пахнет кардамоном, — как не стыдно, Чон Чонгук! Ты пропустил столик своего нового хозяина. — хозяина? — Чон отошёл на один шаг, чтобы хоть как-то видеть лицо альфы, что говорил с ним. — да, своего нового хозяина. Тебе нужна информация, она у меня есть. Мне нужно твоё тело и, ты мне его любезно предоставишь, — улыбается Ким. Гук большими глазами смотрит на парня, — пошли присядем за стол. Точнее я присяду за стол, а ты на колени передо мной. Гук ничего не понимает, а ещё этот смех. Он очень красивый, но не подходит под поведение и слова парня. Тэ садится на стул, лицом в проход. — мне долго тебя ждать?! — кричит альфа и все посетители балкона оборачиваются на них. Гук сглатывает, а Ким всё не угомонится, — давай, садись передо мной на колени. Научу тебя сосать. Всё посетители шепчутся и улюлюкают, а некоторым жалко омежку, что уже весь бледный. Гук подходит к парню, покорно садится на колени перед ним. Растёгивает ширинку и спускает немного джинсы с боксерами. Чон сглатывает, когда видит член огромных размеров. — может...не надо? — поднимает свои большие глаза на парня омега, будто прося о пощаде. Тот лишь смеётся и берёт парня за волосы, насаживая на свой вставший член. Гуку сначала хочется блевонуть, а лишь потом у него выступают на глазах слёзы. Через некоторое время этот кошмар заканчивается и Тэхен кончает. Чонгук уже хочет выплюнуть это на пол, как его рот крепко смыкают и поднимают так, чтобы младший видел альфу. — глотай, — чётко, зло и с ноткой чего-то ещё произносит альфа, а Гук сквозь слезы и боль глотает все это до капли, — вот и хорошо. В первый раз довольно не плохо. Люди, что всё это время смотрели, начинают зло перешёптываться, а чуть позже продолжают трапезы. Тэхён смотрит на парня, что сидит перед ним. Милый, ещё совсем ребенок, но всё таки добровольно пришел сюда ради какой-то информации. Он думает, что получит её лишь за этот недоминет? Тогда его постигнет серьёзное разочарование. — встань, — слышит Гук и повинуется, вставая с колен перед своим новым ненавистником, — садись напротив меня, — омега садится на соседний стул и по телу пробегают мурашки. Почему? Почему только я настолько мог ошибиться? Почему я не послушал Юнги-хёна? За что мне всё это?...