Исцели мою душу

Ночная темень постепенно отступает, давая место рассвету, выпускающему свои сонные лучи. Лес вокруг совершенно тихий, и только две стремительно проносящиеся фигуры нарушают его покой, взъерошивая листву, что случайно оказалась рядом. — Тебе не обязательно было посылать со мной клона. — тяжело дыша, проговаривает девушка. — Знаю, — отвечает Итачи. — Но я хотел тебя проводить. К тому же эта техника не продлится долго, а мы уже и так слишком далеко. Кинайя прячет в глазах счастливую улыбку, продолжая мчаться вперёд. Ей приятно думать, что он проявляет к ней столь трепетную заботу, особенно после всего, что с ними произошло. И даже усталость и жар в груди не слишком заботят её сейчас, потому что она знает, ради чего отдаёт столько сил. — Мы уже близко. — произносит Итачи, останавливаясь у небольшой каменистой дороги, уходящей через лес куда-то вниз. Его призывной ворон торопливо скользит над верхушками деревьев, взмывая вверх, а затем осторожно опускается на предплечье хозяина. — Он нашёл его? — Да. Саске остановился в рыбацком домике недалеко отсюда вместе со своей командой. — сообщает он, внимательно глядя Шаринганом на птицу и явно внушая ей новый приказ. — Он отведёт тебя. Ворон тут же перелетает на небольшую ветку, дожидаясь, когда за ним последуют. А в это время Итачи, подойдя к девушке ближе, нежно убирает ей за ухо прядь волос. — Я не смогу пойти дальше. — шепчет он и оставляет на её лбу тёплый поцелуй, что разносит мурашки по телу. — Будь осторожна. С этими словами клон рассыпается тёмными крыльями, оставляя Кинайю одну. Теперь она должна выполнить свою часть плана и не совершать той ошибки, что произошла в прошлый раз.

***

— Суйгецу, сколько можно дрыхнуть? — недовольно бросает Карин, сдёргивая с него одеяло. — Вот принесёшь воды, тогда и встану. — А знаешь, можешь оставаться здесь. Мне даже… — Хватит. — серьёзно отрезает Саске. — Жду вас на улице через пять минут. — Опять раскомандовался. — бурчит себе под нос парень, поднимаясь с футона. Учиха его слов не замечает, направляясь в сторону двери. Покинув домик и отойдя от него чуть в сторону, он позволяет себе прикрыть глаза и сделать глубокий вдох, ощущая, как лёгкие наполняются запахом влажной травы. В его душе ещё царит смятение. Он словно лист на ветру, колышущийся из стороны в сторону в поисках верного пути. Но куда бы не бросали его собственные мысли, он всё ещё не может быть уверен в том, что его поступки окажутся правильными. Его желания и ярость куда сильнее рассудка, а боль, что разрастается в сердце от утраты, лишь подливает масла в огонь. Ослепляет Саске, заставляя забыть, кто он есть на самом деле, и зачем проделывал столь долгий путь. Всё это совершенно его не заботит. Ведь ненависть, копившаяся тяжёлым грузом, не утратила своей силы, став лишь мощнее. А единственное, что способно её затмить — это месть за брата, положившего свою жизнь ради глупой прихоти бездушной «верхушки». Слух улавливает противное карканье над головой, заставляя Саске вырваться из мыслей. Открыв глаза и скользнув ими вверх, он замечает на ветке нарушителя спокойствия, сверлящего его пристальным взглядом. — Похоже, он хочет, чтобы вы пошли за ним. — напряжённо выдаёт Джуго, глядя на птицу. Что-то холодное отзывается в груди Саске, заставляя почувствовать неожиданный страх. И если бы не его твёрдая выдержка, он бы тут же оборвал жизнь несчастного ворона, что своим видом возвращает тревожные воспоминания. — Подожди меня здесь и скажи остальным, чтобы не ходили за мной. Он не хочет следовать за птицей. Не хочет думать о том, что это послание от человека, с которым он так и не смог проститься и которого ещё не до конца оплакал в душе. Ведь это стало бы очередным ударом — безжалостным и мучительным напоминание об ошибке, что ему уже никогда не исправить. Но он идёт, проглатывая ту боль, что жгучим комом застряла в горле. Идёт, не надеясь абсолютно ни на что. Потому что знает, что Итачи больше не будет рядом, и что он никогда уже не даст наставлений, так нужных ему сейчас. И всё же то, что возникает перед взором Саске, вынуждает его застыть в смятении. — Надеюсь, в этот раз ты не будешь погружать меня в иллюзию. — произносит девушка с алыми волосами, однако теперь её лицо выглядит мягким и спокойным, а глаза опущены к его плечу. — Я пришла поговорить с тобой. Снова. И хочется верить, что ты всё-таки выслушаешь меня до конца. Учиха молчит и, к собственному удивлению, не испытывает того раздражения, что разрывало его в прошлый раз. Но у него нет желания слушать её речи. Он знает, что сотворил, и ему не нужно напоминать об этом снова. — Собираешься прочитать мне лекцию? — скрывая в голосе скорбь, отрешённо произносит Саске. — Или хочешь, чтобы я признал, что ты была права? — Ни то, ни другое. — Тогда зачем ты здесь? — Чтобы передать тебе это. Засунув руку в карман, девушка протягивает ему что-то в сжатом кулаке. И когда Учиха, чуть помедлив, принимает вещицу, в его глазах проскальзывает неверие. Он смотрит на шнурок с тремя колечками, ощущая, как по телу проходит холод, но ещё не догадывается, к чему она ведёт. Он даже хочет сказать ей спасибо, скрывая чувства, вспыхнувшие внутри. Но услышать то, что она скажет дальше, он определённо оказался не готов. — Ты должен знать, что Итачи жив.

***

То, чего мы так упорно пытаемся избежать, рано или поздно всё равно нас настигнет. И встречаясь лицом к лицу со страхом, в конечном итоге осознаёшь, что он не более чем очередное препятствие. Можно его пройти или остаться на месте, но когда оно окажется далеко позади, то понимаешь, что это было не так уж и… страшно. Сейчас, глядя со стороны на то, как жители деревни восхищённо подбрасывают вверх защитника Конохи, Итачи с уверенностью может сказать, что Наруто свои страхи преодолел сполна. Это уже не тот шумный ниндзя, которого избегала и ненавидела вся деревня когда-то. Конечно, он мало что знает о жизни этого странного Джинчурики, но героями не становятся просто так. Ты можешь оберегать деревню из тени, защищая её от своих же товарищей и долгие годы оттягивая выполнение приказа. Можешь предотвратить гражданскую войну, сделав себя убийцей и предателем. Но только люди решат — герой ты или злодей. Что ж, Итачи на героя и не претендует. Ему достаточно и того, что он хоть ненадолго смог подарить спокойствие своей деревне. И что его брат теперь вернётся туда человеком, избавившим мир от нукенина, чьё лицо навсегда осталось под «маской». Он верит, что Кинайя справится со своей ролью и уведёт Саске с ошибочного пути, который успел выстроить для него Мадара. Но остаётся его собственная роль. И как бы старательно Итачи не убеждал себя в обратном, его страх сотворить очередную ошибку не уходит из головы. Совсем рядом раздаются хлопки крыльев, и вскоре из-за деревьев показался призывной ворон, почтительно усевшись хозяину на плечо. Бросив последний взгляд на свою деревню, Итачи разворачивается и устремляется туда, где его ждёт непростая встреча. Ей никогда не суждено было состояться вот так, но жизнь ни у кого не спрашивает разрешения. И всё же, несмотря на бушующее волнение, его сердце наполняется искренним теплом. Каким будет взгляд Саске при встрече? Наполненный презрением или счастьем, с ненавистью или принятием? В любом случае Итачи точно знает, что не станет скрывать от него правду сейчас. Он первым замечает младшего брата, несущегося сквозь деревья вперёд. И когда их короткие взгляды пересекаются, они оба замирают в нерешительности, глядя друг другу в глаза. Итачи смотрит молча, не нарушая тишину, что становится их общей дилеммой. Ведь слова не способны передать всего, но молчание лишь давит на спину. Вызывая те чувства, что таились внутри, годами запертые в сердце. Заметив Кинайю недалеко в стороне, он одаривает её благодарной улыбкой. Ему так многое хочется сказать. Но эта речь подождёт, ведь прежде он должен дать своему брату ответы на те вопросы, что горят в его глазах. И они оба уходят подальше в лес, где их уже не потревожат лишние взгляды, где им столько всего предстоит обсудить. Но теперь это его не пугает.

***

Какой бы странной и жестокой ни казалась девушке судьба, она никогда ни о чём не жалела. И даже если бы ей пришлось выбирать, она не поменяла бы эту жизнь ни на какую другую, будь та лёгкой или без страданий. Ведь и сама Кинайя была бы другой. Можно злиться, можно ненавидеть, но лишь приняв свою судьбу, тебе становится легче. Когда долгие ожидания оказываются позади, первым из леса выходит Саске. В его глазах больше нет жажды мести, как нет и холода собственных сожалений. Они наполнены задумчивым спокойствием, что таит в себе полное смирение. И прощение, которого Итачи не ждал, но несомненно принял с улыбкой. Проходя мимо девушки в сторону команды, он ненадолго останавливается рядом с ней и смотрит долгим, изучающим взглядом. А отвернувшись и задумчиво опустив глаза, произносит тихое: — Спасибо. Кинайя удивляется, не веря своим ушам и не решаясь что-либо ответить. Но понимает, что всё прошло хорошо. А потому торопливо отворачивается к лесу, где её ждёт под деревом любимый человек, чья душа, наконец, освободилась. Она подходит к Итачи, не сдерживая улыбки при виде умиротворения на его лице и неподдельного блеска в тёплом взгляде. О большем она желать и не может. — Всё хорошо? — скорее не вопрос, но точное и несомненное утверждение. — Спасибо. Он кладёт ладонь на её нежную щеку, даруя поцелуй — глубокий и волнительный. Утягивая в сон, что казался ей мечтами, а теперь обрёл реальное воплощение. И отдаваясь его тёплым и настойчивым губам, Кинайя точно знает, что назад не отступит. Да, будь их жизнь хоть сплошным кошмаром с преследованиями и вечным бегством ото всех, она будет бежать с ним плечом к плечу, заставляя забыть о прошлой боли. И будет целовать его также как сейчас, отдавая себя полностью и без остатка. И теперь уже не отпустит его никогда. Он прерывает поцелуй совсем ненадолго, наклоняясь к её уху и опаляя жаром, чтобы сказать ей то, чего она не ждала, но о чём так мечтала в глубине сердца. А его голос такой родной. — Я тоже тебя люблю.

The end