Tears. Revival. Unknown. Smile. Tomorrow.

Для базы кабал там было слишком тихо. Именно это почему-то замечалось в первую очередь. Ни рёва, ни криков, ни чего-то ещё, чего можно ждать от обиталища монстров. Только далёкий тяжёлый перестук шагов, странное шипение в трубах под потолком да редкие всхлипы пленённых людей, жмущихся по углам камеры. Их всех держали в одном месте: раненных, контуженых, трясущихся и рвущих волосы во всепоглощающем отчаянии. Паллада вместе с остатками первой группы находились здесь же. Экзо единственная, казалось, совсем не потеряла решительности и веры в собственные силы, она присматривала за ранеными, одной своей стойкостью успокаивая окружающих. Наоми повезло: её раны не были серьёзными, единственным сильным повреждением оказалась левая рука – то ли сломанная, то ли крайне к этому близкая по состоянию. В остальном дееспособность сохранилась, и это не могло не радовать. Девушка не сомневалась, что судьба пленников не будет лёгкой. Кабал прежде почти не брали пленных среди людей – зачем, если их завоевание строилось через уничтожение? Они слишком уверились в собственных силах, чтобы вылавливать пленников для вытягивания информации о перемещении вражеских войск (или, скорее, их остатков). Конечно, Красным легионом управляли не дураки, но подход кабал к войне был прям и радикален, как вся их раса. Наоми не считала себя знатоком ксеносов, но уж в этом она не сомневалась. Потому особенно непонятным казалось стремление к захвату стольких пленных. Девушка обхватила колени руками, пристроив на них голову. Хотелось бы ей разреветься, но глаза оставались сухими, а на душе не было ничего, кроме тяжести и призрачного чувства вины. Перед Хоторн за мимолётный порыв самонадеянной безбашенности, перед Сейтрин за то, что ушла, и перед Ником – за то, что больше они, вероятнее всего, уже не увидятся. Чужая ладонь опустилась на плечо почти невесомо, но Наоми всё равно вздрогнула от неожиданности, резко вскидывая голову, чтобы обернуться на бесшумно подошедшую экзо. Паллада ничего не сказала, но в её позе, в выражении лица, наклоне пластин над глазами, чуть сжатых пальцах сквозило понимание и немая поддержка, которую не ожидаешь получить от почти незнакомого человека. Откуда у неё силы для всего этого? Как она умудряется не сломаться? Девушка не понимала. Ей самой было не впервые мириться с неизбежной смертью, но от Паллады исходило вовсе не смирение, а упрямый настрой идти до конца. Если Наоми была готова забрать с собой пред смертью как можно больше врагов, то экзо собиралась приложить все усилия для того, чтобы выжить и спасти всех, кого сможет. –Страж всегда остаётся Стражем, – словно прочитав что-то во взгляде девушки, негромко произнесла Паллада. – Не важно, отберут у меня оружие, Свет или жизнь, я просто буду стоять до конца. –Слова настоящего титана. –Во имя Странника, титан – это не обязательно груда мышц с приступами слабоумия, – неожиданно фыркнула экзо. – Как и варлоки не обязательно гении. Наоми невольно улыбнулась. Почему-то очень забавной казалась эта вспышка несерьёзного раздражения в их нынешней ситуации. –Я имела в виду твою стойкость, – девушка окинула взглядом измученных людей, многие из которых уже находились на грани. – Только она и не даёт нам окончательно впасть в отчаяние. –Не знаю, насколько её хватит, – почти беззвучно прошептала Паллада, опустив плечи. Лицо её потемнело, а пальцы дрогнули, но уже в следующее мгновение она словно бы испуганно отстранилась от Наоми. Вновь выпрямилась, подняла голову и, кивнув напоследок, направилась к группке из двух выживших, сидящих в обнимку. Неужели она всегда так сильно припадала на одну ногу? Стоило лишь слегка присмотреться, чтобы заметить, как экзо сжимает при каждом шаге руки, усилием заставляя себя идти ровнее. Наоми поймала себя на мысли, что ни за что не заметила бы это случайно.

* * *

– Стражи вернулись… Сурая Хоторн, склонившаяся над столом с разложенными на нём картами, схемами и планшетами, оторвалась, чтобы вопросительно взглянуть на прибежавшего с новостью парнишку из сопротивления. Он, было, открыл рот, чтобы продолжить, но объяснения не понадобились. Женщина уже направилась к выходу мимо докладчика, всполошив резким перемещением дремавшего на жерди ручного сокола. Тот моргнул жёлтым глазом вслед хозяйке и негромко заклекотал, будто удивляясь её внезапному порыву. После короткого затишья на людей вновь посыпались удары судьбы. Всё, что могло пойти не так, шло не так. За пару дней исчезли сразу два отряда, а за ними и третий, собранный добровольцами за спиной Сураи. Рвать на голове волосы было поздно, уповать на удачу – глупо. Пусть Деврим сообщал, о том, что инопланетянка из отряда Кевина смогла выйти с ним на связь, спокойствия это почти не внушало. К счастью, на Ферме ещё оставались бойцы, вроде лорда Шакса, который вновь взялся за меч для защиты беженцев. За обычно дружелюбным (пусть и излишне настойчивым) поведением распорядителя Горнила всё ещё скрывался человек, способный кулаком пробить бетонную стену, о чём многие порой умудрялись забывать. Трое прибывших нашлись возле импровизированного лазарета, где уже шёл осмотр мужчины. Он, пусть и был в сознании, твёрдо стоять своими силами не мог: сказывались последствия полученных ран. Хоторн слышала о Кевине от своего опекуна ещё до Красной войны. Деврим отзывался о нём, как о хорошем человеке, а не верить тому, кто заменил тебе родного отца, Сурая причин не видела. Не то, чтобы в отношениях с Кевином имела место какая-то дружба или близкое знакомство, скорее, просто пара приятных встреч, в которых сама женщина не участвовала. Тем не менее, когда Кевин присоединился к её отряду, она незаметно для себя быстро приняла его помощь. Он не выделялся, выполнял поручения наравне с остальными, крепко держал в руках оружие и был надёжен. В тяжёлые времена таких людей особенно не хватает. Поэтому, увидев его живым, Сурая впервые за несколько дней ощутила, как у неё расправляются плечи. Словно опора, позволявшая им находиться в таком положении, вновь вернулась на своё место. Конечно, возвращение Сейтрин также радовало. Пусть Хоторн не могла не относиться настороженно к инопланетянке, но в итоге именно пришелица нашла способ противостояния падшим, благодаря чему вылазки стали немного проще. То с какой лёгкостью эта Избранная обернула привязанность врагов к машинам против них самих, вызывало не только уважение, но даже некоторый трепет. Жаль, что с кабал всё было не так просто. Убедившись, что её присутствие не требуется, Хоторн кивнула напоследок турианке и направилась вглубь Фермы, бросив быстрый взгляд на незнакомку в шлеме, которая пришла вместе с отрядом Кевина. По словам Сейтрин, именно благодаря этой девушке они смогли благополучно вернуться. Сильный духом боец никогда не был бы лишним в их рядах ополчения. Сурая посчитала для себя эту незнакомку Стражем, хотя отличительных признаков класса так и не заметила. Впрочем, сейчас было не время беспокоиться об отсутствии у новичка плаща, мантии или массивного доспеха. Не то, чтобы Хоторн вообще было хоть какое-то дело до того, как выглядят носители Света. «Авангард» гораздо лучше умел задвигать пафосные речи, чем заботиться о простых людях. Конечно, падшие или кабал забрали множество жизней, но задумывались ли «Избранные» с вершины своей Башни о том, сколькие умирали от голода в стенах «надёжного и безопасного убежища»? Сколькие зимой замерзали насмерть из-за перебоев с отоплением? Сколькие не могли найти работу, чтобы прокормить семью? Сурая покачала головой, прогоняя назойливые мысли. Конечно, её придирки были поверхностны, да и Стражам стоило сказать «спасибо» хотя бы за защиту от самых опасных врагов. Глупо было продолжать придерживаться детских обид. Но всё же, она не любила тех, кто контролирует простых смертных с позиции силы, называя себя чуть ли не Богом. Сурая Хоторн верила не «Стражам», а тем, кто действительно беспокоится о благополучии людей. И не важно, есть ли у них хоть толика «суперсил».

* * *

Тонкий лучик солнца проскользнул в палатку следом за вошедшим, прыгнул на носок сапога и вновь исчез через секунду по другую сторону тяжёлого опущенного навеса. Вроде бы дремавший на раскладушке мужчина открыл глаза. И улыбнулся. – Рад, что ты очнулась. –Как можно дрыхнуть, когда вокруг столько веселья, – вместо приветствия саркастично отозвалась Эгида. – Если уж даже ты вылез из своего бара… – В нём потолок рухнул, – невинно отметил мужчина. Экзо фыркнула, закатив уцелевший глаз. Правую сторону её лица закрывала плотная чёрная повязка, больше напоминающая заплатку из мягкого пластика, но это нисколько не умаляло выразительности. Можно было подумать, что ещё немного, и она разразится очередной тирадой на чистом матерном, а затем побежит бить морды. Но охотница тяжело уселась на пол, опираясь спиной о край раскладушки. Отвернулась, устроив на согнутом колене руку со сжатыми пальцами. –Нахера ты опять попёрся в вылазку? Мало тебе было потерять призрака? –Могу спросить у тебя то же самое, – мужчина завозился, явно приподнявшись на своём месте. – Ты ведь опять собираешься идти в бой? –Нет, что ты. Буду отсиживаться здесь, смотреть на закат и жрать плесневелую кашу на воде. – Эгида резко ударила кулаком по земле. – Я ё*анный страж, Кевин. Конечно, я пойду в бой! Даже без Йона. Это моя работа! –Ты сама-то в это веришь? – мягко спросил мужчина, опуская ладонь на плечо старой подруги. –Мне и не нужно. Чёрт подери, я просто хочу быть там! Хочу засунуть свой дробовик в задницу каждому из кабал, а потом нажать на спусковой крючок. Раз семь. Как тебе, достаточно уважительная причина?! Последние слова экзо почти прокричала ему в лицо, развернувшись в его сторону. И тут же вновь отвернулась. –Ты ведь скучаешь по Джинни? – негромко спросила охотница. – Вот и я, представь себе, скучаю. Он будто ещё вчера был со мной: трындел о какой-то ерунде, раздражал. Покраску на оболочке сменить хотел… А теперь его нет, и всё, что я могу – это убить как можно больше. А там и самой помереть не жалко. Кевин не ответил, только слегка сжал пальцы на плече экзо. На его памяти она впервые пребывала в таком состоянии. Когда они впервые встретились, Эгида была ещё молодым безымянным стражем, заочно недолюбливающим всех и вся. Он взялся её обучать, просто, чтобы не отпускать ребёнка (в его глазах) одного в дикий мир, где выживание могло обойтись слишком дорого. Эгида, казалось, вовсе не была от этого в восторге. Сейчас Кевин с улыбкой вспоминал, как в моменты особого раздражения она витиевато крыла его и весь свет такими выражениями, что уши в трубочку сворачивались даже у бывалых Стражей. И призрак у неё был ей под стать. Они оба прекрасно подходили под описание «сунь палец, и тебя сожрут к чертям». Позже, когда Кевин всё же умудрился чему-то научить подопечную, им даже удалось собрать боевую группу. Их было четверо: титан, варлок и два охотника. Эгиде их знакомство действительно пошло на пользу: постепенно она теряла ершистость и недружелюбие, возможно, ещё пройди несколько лет подобным образом, и всё сложилось бы иначе, но этого не произошло. Ведь не могло кому-либо везти на постоянной основе. В тот раз Кейд отправил их на задание. Всё как обычно: куча врагов, непроходимые дебри и самый «приятный» бонус – шагающий танк. Боевая группа поначалу справлялась с лёгкостью, они даже не сомневались, что всё пройдёт, как по маслу. Но во время миссии что-то пошло не так. Ошибка в данных или стратегический недочёт. Враги оказались подготовленными куда сильнее, чем от них ожидалось. Они даже додумались устроить ловушку. Боевая группа тогда всё же смогла завершить задание и эвакуироваться, но призрак Кевина, Джинни, в бою погибла. Тогда он решил, что с него хватит. Поменял броню на гражданскую одежду, спрятал метку в коробку на шкафу и ушёл «на пенсию». Эгида ничего ему не сказала тогда, но, казалось, так и не смогла простить ухода. С уходом титана вскоре распалась остальная часть группы. Их варлок вернулся к работе в рядах тайных людей Икоры, охотник отправился шерстить космос в бесконечных вылазках, а Эгида вновь замкнулась в одиночестве. Кевин этого не знал наверняка, но предполагал, что за редким исключением она больше не связывала себя с боевыми группами. А теперь она потеряла последнее существо, которому, по собственному мнению, могла безгранично доверять.

* * *

–Так странно, что ты здесь. Я ведь отчаянно желала увидеть хоть кого-то ещё из своего мира, – Сейтрин смерила взглядом сидящую на заборе азари. Та в ответ лишь пожала плечами. –Осторожнее с желаниями, они имеют дурную привычку сбываться. Уж я-то знаю. Обманчиво-мягкий тон сквозил скрытой насмешкой и змеиными нотками. Возможно, турианка себе надумывала лишнего, но ей уже не терпелось отплатить новой знакомой за помощь и поскорее от неё отделаться. Понимание, что долгое общение с этой инопланетянкой не приведёт ни к чему хорошему усиливалось с каждой минутой. Возможно, виной тому было поведение азари, невольно вызывающее ощущение, словно ещё немного и та начнёт зазывать прогуляться с ней по барам в компании пары сомнительных рыл и закуси из красного песка. В общем, именно так выглядит тот, кто в любой момент может затянуть тебя в сомнительную историю. Хотя, казалось бы, не в ситуации Сейтрин стоит об этом беспокоиться: куда уж сомнительнее. –Так что ты хочешь за свою услугу? – прямо спросила охотница, за что получила ехидный смешок. –А ты не любишь ходить вокруг да около, да? Расслабься, я ведь говорила, что не потребую ничего ужасающего. Если быть совсем уж откровенной, всё, что мне нужно я способна забрать без твоего разрешения, потому давай сойдёмся на простой формальности: ты позволяешь мне находиться неподалёку и даёшь информацию, а взамен я совсем немного тебе помогаю. –Информацию о чём? –О себе, конечно, – словно маленькому ребёнку пояснила азари. – Чтобы кто-то вроде тебя смог стать Стражем, да ещё и затесаться в этот их «Авангард»? Само-собой, я хочу об этом знать. Сейтрин с трудом сохранила спокойствие, какой-то частью себя понимая, что Нео тоже напрягся. Пусть в этой осторожности не было теперь особой нужды, но никто из них троих, включая Кевина, так и не сказал Атаме об истинной сущности турианки. И как она могла узнать об этом, если ни с кем больше не разговаривала? Сейтрин сильно сомневалась, что кроме охотников в этом мире никто больше не носил плащи, а классовых меток на её одежде не было. Следовательно, либо азари ткнула пальцем в небо, либо была подозрительно хорошо осведомлена. –Я даже отсюда слышу твои параноидальные мысли, – хмыкнула Атаме, лениво качнув в воздухе ногой. – Если тебе интересно, это просто догадка. Что-то мне подсказывает, что верная. Сейтрин молча смерила её долгим взглядом, от чего азари вздохнула. –Зануда. Я не заставляю тебя отвечать. И вообще: торчать тут со мной. Иди, куда хочешь, я пока не собираюсь уходить, так что ты легко найдёшь меня, если надумаешь ответить. Посчитав, что, раз ей предложили, грубостью это уже не будет, турианка кивнула и, развернувшись, охотно направилась к месту, где у них с Наоми располагалось общее спальное место. Истощённый организм требовал еды и отдыха. Очень много отдыха. С последним, конечно, имелись проблемы. Ввалившись в помещение и лишь мельком отметив отсутствие Наоми, Сейтрин без сил упала на застеленный уголок, чтобы моментально отключиться. С учётом всего произошедшего, наверное, совсем не странно, что ей приснилась азари. Не Атаме, а другая, до боли знакомая. Она мягко улыбалась, рассказывая что-то бессмысленное, но ужасно забавное, задорно смеялась, прищурив от веселья глаза цвета фиалки, а затем вновь начинала говорить. И Сейтрин слушала её, не понимая ни слова, просто потому что хотела слушать, ловить каждое движение и смеяться вместе с ней. Давно уже не случалось такого, что ей совершенно не хотелось просыпаться. Но она проснулась – от странных ощущений, словно кто-то осторожно тыкал в неё пальцем. Вернее оболочкой. Скосив взгляд на призрака, охотница вяло поинтересовалась, который час. –Ты проспала день. Я не хотел тебя будить, но тебе нужно что-нибудь поесть. Выдохнув, Сейтрин послушно завозилась, разминая затёкшие ноги и неприспособленную под сон в таких условиях шею. В голову в очередной раз пришла мысль о том, что давно бы пора обзавестись специальной подушкой. И научиться спать на боку. За время сна турианка раскинулась на всю «постель», из-за чего, наверное, Наоми было тяжело пристроиться рядом. Однако её клетчатое одеяло лежало неаккуратным комком ровно на том же месте, что и раньше. На секунду замерев, охотница вновь подняла взгляд на Нео. –А Наоми?.. –Она не приходила, – качнулся из стороны в сторону призрак. – Я был с тобой, пока ты спала, так что, сам не знаю, где она может быть. –Сейчас же утро? –Да. –Если она опять работает без перерывов… – вздохнула турианка. Наоми не так давно попыталась проработать не только полный день, но и ночь. Сейтрин в тот раз чуть ли не силком вытащила её с рабочего места. Быстро проглотив какую-то консервированную ерунду, слабо напоминающую нормальное мясо, охотница отправилась на поиски подруги. Но той не оказалось на обычном рабочем месте, на ящиках у полянки, где девушка любила иногда отдыхать, да и в любом другом месте. И чем дольше Сейтрин не могла её найти, тем сильнее сгущалось нехорошее предчувствие. Наконец, охотница просто остановила одного из инженеров, которых видела раньше, и спросила в лоб. Тот, что-то осознав, замялся, опустил голову, невнятно проблеяв какую-то белиберду. Турианка почти зарычала, когда на несколько просьб повторить, ничего не изменилось. И тогда незнакомый паренёк, чуть побледнев, наконец смог внятно произнести: – Её здесь нет. Она отправилась на задание со спасательной группой.

* * *

Хоторн провела ладонью по перьям Луиса, с улыбкой ощущая, как ястреб довольно выгнулся под хозяйской рукой. Взаимодействие с пернатым другом всегда успокаивало, да и поговорить с ним было приятно, пусть птица по понятным причинам обычно не отвечала. А может, это было даже лучше. Если бы Сурая нуждалась в совете, она бы отправилась к Девриму – вот уж у кого их имелось столько же, сколько любви к чаю, только заикнись. Сейчас ей советы были без надобности, а вот желание просто поговорить, высказаться имелось весьма внушительное. Возможно, она бы это и сделала: как обычно, когда на душе становилось совсем паршиво, но охотница, смотрящая на неё из полумрака комнаты, требовала внимания. И Хоторн не могла просто от неё отмахнуться. Не после всего, что чужак вроде неё сделал для Фермы. Сурая ответила на все вопросы, местами односложно, но, кажется, Сейтрин большего и не требовалось. Её напряжение прекрасно ощущалось даже с другого конца помещения, но охотница почти ничего так и не сказала. Не попыталась накричать или ещё как-то выместить свою злость в духе «почему ты их не остановила?!». Молча развернулась, бросив напоследок, что уходит. Её намерения были очевидны – ровно настолько, насколько и самоубийственны. Хоторн не до конца понимала, почему ей так далась эта спасательная группа, но вот просто отпустить её значило сунуть в трёхпалые руки гранату за секунду до взрыва. –Там сгинуло две группы, не стоит идти туда в одиночку. По движению турианки казалось, что она продолжит идти, но та в последнюю секунду остановилась. –Это всё, что у меня есть, – вибрирующий гораздо сильнее, чем раньше, голос прозвучал глухо. Ей не требовалось объяснять, что именно она подразумевает под «этим». Качнув головой, Хоторн шагнула к охотнице, твёрдо глядя на неё со спины. –Я не стану тебя удерживать, но у меня есть один вариант. В глубине Мёртвой зоны находится большой осколок Странника – его видно даже с Фермы. Я не Страж, так что, не разбираюсь в этом, но, если в нём осталось хоть немного Света, он может тебе помочь. –То есть вместо того, чтобы спасти людей, ты предлагаешь мне погулять по лесу? Как ни странно, эта фраза не прозвучала озлобленно, скорее – устало. –Предлагаю, – спокойно согласилась женщина. – Соглашаться или нет, дело твоё. Ты не поможешь им, если погибнешь ещё на подходе. В обеих группах было гораздо больше человек и в каждой несколько Стражей. Если они не справились, ты сможешь? Сейтрин замерла. Комната погрузилась в длительное молчание, которое не нарушал даже Луис своей обычной птичьей вознёй. Словно вместе с охотницей замерло и само время, благосклонно замедлив своё течение, чтобы дать ей время на раздумья. Впрочем, если решение тяжёлое, может не хватить и всего времени мира для его принятия. Сурая прекрасно это помнила по себе. –К осколку можно пройти? Сколько примерно это займёт времени? – наконец, медленно спросила охотница. –Пешком добираться было бы долго, я дам тебе корабль. Что касается маршрута: его можно только предполагать, но чем смогу, помогу. Сейтрин выдохнула, на мгновение опустив голову. Она была немного выше Сураи, но сейчас от чего-то казалась совсем невысокой и ужасающе хрупкой. Невольно можно было задуматься, как такое существо вообще продолжает стоять на ногах. Тем более, что она явно нуждалась в отдыхе, а не очередной вылазке куда-то в дебри ради весьма эфемерной цели. Едва знакомая охотница. Инопланетянка. Страж. Она собрала в себе всё то, к чему не только Хоторн, но и любой нормальный человек отнёсся бы с недоверием и опаской. Но сейчас Сурая видела перед собой лишь хлебнувшую горя девушку, которая продолжала из последних сил держать голову над водой. Такую же, как и она сама.