Моя любимая бета

***

-У вас хорошие анализы, рентгенограмма не выявила отклонений, — врач подписал результаты обследования семьи. -Вам повезло, вы находились в очень тесном контакте с больным. -Когда мы сможем его посетить? — Марк задал вопрос, который не давал ему покоя. -К сожалению, вплоть до полного исчезновения симптомов у больного с ним запрещено контактировать. Это для вашей же безопасности. -И когда моего сына выпишут отсюда? — поинтересовался Дерек. -Очень рано говорить о выписке. У вашего сына всё еще средне-тяжелое течение заболевания, — врач уже несколько раз отвечал на этот вопрос, но кажется, он привык к тому, что люди часто задают его. -Спасибо вам большое, доктор. Если у вас будут какие-нибудь новости, обязательно позвоните нам, пожалуйста, — Седрик поблагодарил врача, выпроводив из кабинета свою семью. -Мне нужно уезжать, вас отвезет домой второй водитель, — Дерек быстро направился к выходу, спеша на свою встречу. Марк медленно сел на стоявший рядом стул. Утром его семью попросили сдать анализы, чтобы проверить наличие заражения. Всю ночь он провел совершенно не сомкнув глаз, сначала плакал, и как только у него не оставалось сил плакать, он молился за здравие своего любимого человека, и снова начинал плакать. Синюшные мешки под глазами, и покрасневший от слез нос, выдавал отцу тяжелое положение подростка. -Сынок, всё хорошо. Томасу уже намного лучше. Теперь остается только ждать, пока твой брат полностью излечится, — мужчина положил руку на колено сына, пытаясь его подбодрить. -Да, понимаю. Но я чувствую себя ужасно, — без эмоционально ответил подросток. -Я скучаю по нему. -Это естественно. Помни, Томас бы не хотел, чтобы ты убивался от тоски. Он вероятнее всего, желал бы, чтобы ты усердно готовился к предстоящим выборам. Только представь, как только мы сможем посещать его, ты придешь к нему с такой замечательной новостью, что он будет светиться от радости за тебя, и от этого еще быстрее излечится, — мужчина похлопал сына по спине. -Дебаты уже в пятницу, я не знаю, что делать. Мне слишком плохо, — сухо отозвался Марк. -Делай это, чтобы не разочаровать своего любимого человека, сын, — Седрик поделившись советом, встал, ожидая сына. -Хочешь сварю тебе горячий шоколад? Совсем как в детстве. Марк вспомнил, как его отец делал для него горячий шоколад по субботам, когда ему было еще около восьми лет. Этот сладкий запах растопленного шоколада по всей квартире, и как папа разливал этот насыщенный, темно-коричневый напиток по чашечкам, и Марк пил его маленькими глотками, чтобы не обжечься. А с каждым глотком, вкус становился всё слаще и слаще. «-Папа, можно вторую чашку?» — спрашивал омега, «-Хорошо, но это последняя чашка» — с этими словами отец подавал ему новую чашку манящего горячего шоколада. -Неудивительно, что суббота была любимым днем недели, — усмехнулся Марк. -Что прости? — не расслышал Седрик -Ничего, пошли, — Марк направился к выходу вместе с отцом.

***

-Пей, сынок, — мужчина поднес чашечку ароматного горячего шоколада сыну. Марк вдохнул запах этого напитка, который так радовал его в детстве. Этот запах заставил вспомнить немногие счастливые моменты прежней жизни. Осторожный глоток, и восхитительный по вкусовым качествам шоколад обволакивает горло, возбуждая рецепторы языка. Снова свистящий ветер за окном, облака, скрывающие солнце, деревья, уцелевшие листья на которых можно было пересчитать — всё создавало некую осеннюю атмосферу, даже свитер темно-горчичного цвета на Марке, так и хотелось окунуться во всё это с головой, не хватает лишь его… Прошло чуть больше недели с момента официального признания их отношений. Но на столь раннем этапе они уже столкнулись с первым испытанием, то, что неподконтрольно никому. Он конечно понимает, что проблемы бывают всегда. Но, до этого момента казалось, что это не коснется их никогда. Это существует лишь там, где-то очень далеко. С каждой минутой Марк все глубже погружался в свои размышления. Тебе больше незачем плакать, он жив, он будет жив. Нужно просто ждать. Почему ты настолько глуп, что снова хочешь зарыться в свою постель и плакать часами напролет. Некоторым людям приходится ждать любовь годами, а ты не можешь вытерпеть такое небольшое количество времени. Пусть это будет испытанием. Испытанием для тебя, и для твоей любви. Покажи, что ты любишь его. Иди и борись, не подведи своих близких. -Сегодня ровно как пять лет со дня его смерти. Я пойду на кладбище, навестить его могилу, — Марк полушепотом предупредил отца. -Но, ты ведь… — Седрик удивленно взглянул на сына. -Ты ведь никогда не ходил туда, — мужчина замолк, словно потерял дар речи. -Мне нужно туда пойти, отец, — Марк встал, надевая куртку. -Приду к шести.

***

Небольшое кладбище, огороженное низким забором. Ухоженные могильные плитки аккуратно стояли в шахматном порядке. В отличие от кладбища по соседству, могилы не были украшены крестами и другими ритуальными атрибутами, что выдавало особый протестантский стиль. Не было ни единой живой души, кроме кладбищенского сторожа, который вероятно, посапывал в своей каморке. Марк осторожно прошел через калитку забора, и глазами обвел всё пространство, пытаясь найти ту самую могилу. Листья хрустели под ногами, а холодный ветер то и дело, заставлял прятать руки в карманы. Наконец он подошел к одной могиле, на плитке которой было написано: «Саймон Трюдо, 1971-2015». -Вот мы и встретились, отец — Марк сел возле могилы, обнимая свои колени. -Прости, что не был здесь пять лет. Скажу честно, я радовался, когда ты умер, — омега начал разговаривать с надгробием, проливая слезы из-за той боли, которая скрывалась у него всё это время. Боль, которую нанес тот человек, перед которым он сидит. -Я ненавидел тебя, и все детство желал твоей смерти, и ты умер, я был настолько счастлив, что превратил день твоих похорон в праздник, — Марк захлебывался в слезах, еле перебирая слова, которые он хотел сказать. -У меня всё хорошо, папа. У меня появился любимый человек, с которым я счастлив. Но, вчера ему стало очень плохо, и всю ночь я волновался, что могу его потерять навсегда. И я вспомнил тебя, подумал, насколько я ужасный человек, что радовался твоей смерти, и лицемерно прошу у Бога сохранить чужую жизнь! — подросток ударил кулаком брусчатку, пытаясь выпустить все эмоции. Ветер усилился, заглушая своим свистом плач Марка, символично предупреждая, что это место упокоя душ. После нескольких минут беспрерывного рыдания, омега наконец смог прийти в себя и шепотом сказал: -Я прощаю тебя, папа. Сколько бы ты не доставил нам проблем, как сильно бы я тебя ненавидел, я всё равно прощаю тебя. И ты прости меня, пожалуйста. Я — идиот, Боже! — Марк вскричал на всё кладбище, привлекая внимание пожилого мужчины. -Молодой человек, я скоро закрою ворота, пожалуйста, поторопитесь, и сохраняйте тишину, — сторож осведомил подростка, подойдя к нему поближе. -Извините, я не специально, -Марк встал, оттряхивая пыль от штанов. -Это не мое дело, но, — мужчина глубоко вздохнул. -Я понимаю вас, я видел много людей, которые приходили к могилам умерших и подолгу плакали, я слышал их вопли, полные страданий и сожаления. Позвольте дать один совет, мертвые не смогут дать вам ответа, самое главное — простить себя, простить его, и отпустить эту боль, как бы сложно не было. А вот что важно, это ценить тех, кто есть у вас сейчас. Прощайте, любите, молитесь за живых, и у вас не будет сожаления об упущенных возможностях после их смерти. Живите здесь и сейчас. Сторож перекрестился, по-доброму взглянув на Марка: -Да благослови вас Господь, вы кажетесь очень искренним человеком. -Аминь, — омега запомнил каждое слово, сказанное собеседником. Его совет показался крайне нужным и верным для этого момента. -До свидания, спасибо вам. -До свидания, — мужчина кивнул головой в знак прощания.

***

-Нет, Алито, не проси у меня ничего, — Макконел злобно взглянул на одноклассника. -Митч, хватит быть недотрогой. Ты прекрасно понимаешь, зачем мне это нужно, — Алито разговаривал полушепотом, находясь в подсобном помещении вместе со своим другом. -С какой стати я должен дать тебе место вице-президента в случае выигрыша? -Это даст мне дополнительные очки при поступлении в университет. Мои родители обанкротились, акции отца прогорели. Он не сможет оплатить учебу, а мне нужно хоть как-то получить высшее образование. Эти очки мне жизненно важны. -Вот как. Ты вроде говорил, что мое участие в предвыборной гонке — это безумие. Отец денежек лишился, и ты сразу поменял мнение? — Макконел высокомерно усмехнулся над положением друга. -У меня уже есть достойный кандидат, а ты безответственный идиот, мне такие не нужны. -Мне есть что тебе предложить, — Алито начал копаться в своем рюкзаке, вытаскивая оттуда несколько небольших, герметично закрытые пакетики. В одном из них был белый порошок, а другие были набиты тонкими, квадратными пластинками темно-зеленого цвета. -Откуда достал? — настороженно спросил Макконел. -Не твое дело. Возьмешь или нет? Стоящие наркотики, я бы не пожалел ничего ради таких, — Алито протянул пакетики. Альфа подозрительно взглянул на одноклассника, на минуту погрузившись в раздумья. -Давай сюда, — Макконел открыл свой рюкзак, осторожно кладя туда пакетики. -Это всё? Алито раздраженно вздохнул, вытаскивая из карманов куртки стопку купюр, сложенных вдвое, и перевязанных тонкой веревкой. Митч тут же вырвал деньги у друга, расторопно пытаясь спрятать во внутренних карманах одежды. -Договорились, — парни пожали друг-другу руки, довольствуясь успешной сделкой.

***

-Марк, я желаю Томасу быстрее вылечиться. Ты ведь сможешь продолжить участие в предвыборной гонке? — поинтересовалась Одри. -Спасибо, Одри. Я тоже надеюсь на скорейшее выздоровление брата. Не волнуйся, я готов, как никогда. Кстати, вчера на дебатах ты была великолепна, — Марк улыбнулся, оценив способности Одри. -Спасибо. Мы обязательно выиграем. Завтра, ровно в пять часов начнутся дебаты вице-президентов, не опоздай. Мы должны повторить с тобой сейчас твою речь, — Одри вытащила блокнот, что-то усиленно вычеркивая. -Удивительно, что Макконел заменил своего напарника на Алито. Он даже не умеет спокойно общаться с людьми. -Ну и пусть, это сыграет мне на руку, — Марк подошел к доске, в кабинете находились только они двое. -Добрый день, уважаемые… -Уважаемые ученики и учителя школы Святого Лаврентия, — Марк поприветствовал зрителей, расположившихся по всему театральному залу. Его встретили с более бурными овациями, в отличие от Алито, что придало Марку уверенность. -Я приветствую вас, и желаю сделать правильный выбор. -Благодарю вас, господин Трюдо. Если оба кандидата поприветствовали гостей, то начнем обсуждение первого блока дебатов — системная дискриминация в образовательных учреждениях, — модератор дебатов дал слово Марку, включив его микрофон. Дебаты шли полным ходом. Кандидаты уже обсуждали последний блок, и за всё это время Алито несколько раз перебивал Марка и даже позволил себе его оскорбить, на что омега лишь улыбался и показывал полное безразличие. Большая часть аплодисментов была в поддержку Марка, а во время выступлений Алито пару раз слышались выкрикивания, призывающие его к «совести». -Самоуправление учеников — это не сказка, и мы можем взять со многих… — Марк затронул тему автономии школ, и Алито тут же его перебил, сказав: -А вы уверены? Ученики слишком неопытны, чтобы… -Господин Алито, это моя очередь говорить, искренне прошу вас замолчать, — не без доли раздражения проговорил Марк, получив необходимую поддержку от зрителей в виде оваций, которые тоже устали от перебиваний Алито. -Что ты себе позволяешь? — чуть ли не крикнул альфа. -Да ты хоть знаешь, кто я? -Господа, это дебаты, — модератор хотел привести кандидатов в спокойствие. -Да, я прекрасно, знаю, кто вы, — Марк вышел на середину сцены. --Уважаемые ученики и учителя, вас наверное интересует то обстоятельство, что господин Макконел не пришел на дебаты поддержать своего напарника. Сейчас вы увидите, что же действительно помешало ему. Внезапно проектор начал транслировать на объемную интерактивную доску, которая стояла позади кандидатов. На экране был открыт сайт местного полицейского департамента. Курсор направился на раздел «санкционированные аресты», после чего взору зрителей предстал обновляемый список задержанных за последнюю неделю, с прилагающимся ордером. -Митч Макконел, студент 11 курса школы Святого Лаврентия был арестован правоохранительными органами около полудня сегодняшнего дня за незаконное хранение наркотических веществ, в том числе и особо тяжелого наркотика героина, — Марк указал рукой на новую, открытую вкладку, на которой подтверждалась информация об аресте подростка. По залу прошелся гул удивления, множество зрителей повыскакивали со своих мест, чтобы подойти поближе рассмотреть текст. Почти все были поражены, и скорее всего, отказались бы в это верить, но действительный ордер на арест, и список полицейского департамента был у них перед глазами. -Это правда? Макконел? — ученики перешептывались, и снимали на видео происходящее. Сердце Алито сжалось, и по лицу потек холодный пот. Ему уже было некогда думать про эти дебаты, Макконел точно сдал его, и теперь остается только бежать. Внезапно он спрыгнул со сцены, и побежал к выходу под ещё более изумленные взгляды зрителей. Но его остановили пару сотрудников полиции, которые всё это время скрывались в толпе в гражданской одежде. Они предъявили Алито полицейский значок и ордер на арест. Люди столпились возле места происшествия, и шквал общественного негодования повысился. -Что вам от него надо? Отпустите его! — возмущенные возгласы послышались со всех сторон. -Мистер Алито, вы обвиняетесь в незаконном товарообороте запрещенной наркотической продукции, по решению управления департамента, которое было вынесено в 14:00 сегодняшнего дня, мы обязаны вас задержать и проводить в полицейское отделение для дальнейшего выяснения обстоятельств! — полицейские предъявили обвинения подростку, намеренно громко проговаривая каждое слово, чтобы успокоить взбешенную толпу. Алито пытался оказать сопротивление, и отбивался от полицейских, но в конце концов потерял надежду, и позволил надеть на себя наручники. -Да что вообще происходит! — вскричала директриса, схватившись за голову.

***

Несколькими часами ранее Двое парней вышли из подсобного помещения, будучи убежденными, что сделка прошла без свидетелей. Как только оба свернули в другой коридор, медленно открылась дверь соседнего кабинета. -Ты всё слышала? — Марк шепотом спросил у Одри, которая до сих пор находилась в потрясении от произошедшего. -Да, они разговаривали тихо, вполне разборчиво. На этот раз Марк и Одри решили готовиться к дебатам в другом помещении, находящееся в самой тихой части учебного корпуса. Однако, они никак не могли ожидать, что уже выходя из кабинета, Одри краем глаза заметила двух альф оживленно о чем-то споривших в конце коридора. Она толкнула Марка в кабинет, не задев полуоткрытой двери. -Тихо, — шепотом приказала Одри, волоча за собой Марка вглубь кабинета. -Мне кажется, они что-то затеяли. Она была права. Парни начали приближаться к помещению: -Зачем такая секретность. Здесь и так никого нет! — громкий голос Макконела прозвучал в коридоре. -Не кричи, зайди в подсобку, — более тихо сказал Алито. Как только дверь подсобки закрылась, Одри и Марк тихонько подошли к стене, разделявшей подсобку и учебный кабинет. Внизу, почти у пола находилась небольшая решетка, которая непонятно зачем была встроена в эту стену. К большой удаче, чуть пригнувшись, можно было с легкостью подслушать и увидеть, что происходит в соседней комнате. Когда речь зашла о наркотиках, ребята удивленно переглянулись, словно это была звуковая галлюцинация, но никак не действительность. Под конец сделки парни вышли из помещения, пытаясь быстрее исчезнуть с места происшествия. -И что теперь делать? — Марк спросил у Одри, понимая, что они стали свидетелями преступления. -Как законопослушные граждане, мы можем сделать только одно, — Одри набрала номер экстренной службы. -Они нам поверят? -Если мы сообщим об этом как можно быстрее, то тогда Макконел не успеет избавиться от улик, и его быстрее задержат, — Одри получила одобрительный кивок от напарника, и позвонила по набранному номеру.

***

-Вот как всё было, уважаемые ученики и учителя, — Одри вышла на сцену, и начала по порядку рассказывать остальным предысторию. -В чрезвычайном порядке полицейские провели обыск Макконела, и прямо на улице нашли у него наркотические вещества, они перезвонили, пригласив нас в полицейский участок, и поблагодарили за донесение. Всё это произошло буквально за несколько часов. Сегодня мы хотели лишь показать вам ужасный поступок Макконела, и никак не ожидали, что полицейские задержат прямо в театральном зале Алито. После выступления напарников весь зал начал аплодировать стоя. Люди еще не отошли от предыдущего удивления, для них всё это казалось чем-то совершенно непривычным, больше напоминавшее какой-то голливудский фильм, а не обычную школу. -Мы точно не спим? — Марк прошептал Одри несколько слов, вызвавших у пары смех. Действительно всё кажется таким фантастичным, они стали свидетелями преступления, донесли полицейским, и устроили такой спектакль прямо на дебатах. -Кажется, нет, — ответила девушка. -Марк, мы победили заочно. Мы — настоящие герои! -Не зазвездись только, — омега улыбнулся, протянув руки для объятий. И под одобрительный шум зрителей, ребята обняли друг-друга. Марк представлял себе различные варианты исхода этой президентской кампании. Всё, кроме этого. Он уже не жалел о том, что ввязался во всё это — в предвыборную гонку, в новую школу, в новую жизнь. То, что было раньше не казалось чем-то более хорошим. Осознание чего-то важного переворачивало прошлые убеждения и размышления. Как говорил тот сторож? «Живите здесь и сейчас.» Невероятная фраза.