Глава 11 "Охота не мой удел"
15 февраля 2021 г., 06:34
— Асталон, ещё раз!
Амаурон резко опускает поднятую руку, давая сигнал начинать. Асталон пыхтит, старается вставать в правильную позу, натягивает тетиву, стреляет несколько раз подряд, из пяти попадая два раза. Чем больше он устает, тем хуже получается, поэтому эльф учит его выносливости, заставляя повторять упражнение вновь и вновь, потому что на поле боя, если он утомится, никто перерыва не даст, и он сам станет мишенью.
А я, закончив на сегодня достаточно быстро с обязанностями, жду мальчика, а заодно с интересом наблюдаю за тренировками, сравнивая их с моими в моем детстве. Меня, как нежную принцессу, тренировали не так жестко, поэтому и училась я куда дольше мальчишек моего возраста, и когда те уже участвовали в первых очистках границ, я ещё пропадала на тренировочных полях с учителями.
Да, я помню это. Занятия с Радагастом действительно дают свои плоды, и я начинаю вспоминать мелкие отрывки. Я помню некоторые моменты, но мне трудно вспоминать мою семью. Я помню, как выглядит лишь брат, но и то наверняка он уже давно не юнец, которым являлся в видениях о праздничном пире в Лориэне.
— Ладно, на сегодня достаточно, — воин даёт знак рукой, чтобы его ученик остановился. Тот облегчённо выдыхает и идёт переодеваться.
— Асталон, ты умница, — когда он проходит мимо меня, я провожу по его волосам и улыбаюсь, искренне хваля. Но он уворачивается и откидывает мою руку, а после поспешно уходит. Даже не поднял головы, чтобы посмотреть на меня. Остаётся лишь поджимать губы и вздыхать, терпя его выходки. Я иду ему навстречу, пытаюсь подружиться, но он постоянно отталкивает меня. Когда же это закончится.
— Вы поругались? — Амаурон чуть приподнимает бровь, наблюдая за этой сценой, а после подходит ближе, дабы поговорить. Он всегда рассказывает мне об успехах моего сына лично, поскольку тот ничего не желает рассказывать ни мне, ни Эарине, продолжая все время молчать, пока мы рядом.
— Нет, — я смотрю в сторону, куда ушел маленький эльф, — Просто с тех пор, как я взяла его к себе и назвала своим сыном, он не хочет разговаривать и контактировать со мной. Я мало знала его родителей, но они действительно были хорошими, я никогда их ему не заменю, он это знает, поэтому так себя ведёт.
— Наверное, прошло ещё слишком мало времени, — он старается подбодрить меня и улыбается. Я знаю, что мало, но это не отменяет того, что у меня сердце обливается кровью, стоит лишь мне подумать о том, как страдает дитя.
— Спасибо за поддержку, Амаурон.
— Амаурон!
Неподалеку раздается голос. К нам приближался неизвестный эльф. Сначала я бы подумала о том самом Варно, но потом разглядела черты лица идущего. Нет, это не он, это совершенно другой придворный. Высокий и статный светловолосый юноша с тонкими и живыми чертами, а также яркими глазами. По его глазам я не могу сказать, сколько ему лет, весь его вид переполнен энергией, несвойственной эльфам, которым много лет, но и явно не одну сотню лет на свете живёт.
— Уже иду, nin mellon, — эльф, стоящий напротив меня, повернулся к нему с улыбкой, — Прости, что я задержался сегодня.
— Ничего страшного, — незнакомец тоже улыбается ему, а потом переводит взгляд на меня и приветственно кивает.
— Леголас, это Турэ. Это с ней я столкнулся на очистке границ от пауков, когда был укушен, — теперь он обратился ко мне, представляя подошедшего, — Турэ, Леголас — мой старый друг, — смешок, — который постоянно беспокоится обо мне, как будто мне все также лет этак восемьдесят.
— Ты и так иногда ведёшь себя, как ребенок.
— Не позорь меня перед эллет, — шуточный тон, и я вижу, как они друг к другу относятся. Язвят, подкалывают друг друга, шутят, им по-настоящему весело общаться. Я улыбаюсь. Пусть продолжают, а мне пора идти, меня ждёт ребенок.
— Доброго вечера вам, господа.
***
«Подземный коридор. Грязь и пыль повсюду. Ноги, и так еле идущие, спотыкаются о кочки и мелкие валуны, а изорванный костюм цепляется за торчащие корни. — Сэриэль! — надрывающийся голос брата. Он зовёт эллет, но ту уже не держат ноги. — Анораглар… — кажется, что вот-вот ноги подкосятся, силы оставят, и девушка упадет, — Анораглар, я сейчас… Но она старается изо всех сил, чтобы сделать ещё шаг. Последний шаг, до выхода осталось совсем мало! Неужели она не продержится до спасения? Это же так просто — поднять ногу, ступить вперёд, повторить действие. Но почему ноги будто налились свинцом? — Айрэ, стой там, ты слишком слаба! — и Анораглар хочет спасти ее, хочет помочь, но он слишком далеко сейчас, чтобы уберечь ее от беды. А беда уже за спиной. Звук лезвия, что достают из ножен, и по спине пробегают мурашки. Эльфийка еле успевает обернуться, замечая блеск острого серебра под солнечным лучом. Подземный ход наполняется болезненным вскриком» Я чувствую эту боль наяву. Просыпаюсь в который раз в холодном поту, наверняка снова кричала. Страх сковывает меня, я глубоко и часто дышу, словно задыхаюсь, вздохи превращаются в всхлипы, сердце сжимается. Мне страшно. Очень страшно! Меня всё ещё трясет. Я понимаю, это сон, но ощущения настолько реалистичны, что я до сих пор чувствую холод меча на своей коже. В попытке успокоиться я оглядываюсь и натыкаюсь на испуганный взгляд зелёных глаз — Асталон сидел неподалеку от меня, вырезая стрелы. Когда я закричала и заплакала, конечно, напугала его этим. — Эру, прости меня, — я утерла мокрые от слез щеки рукавом и глубоко выдохнула. Сердце постепенно переставало биться о грудную клетку, словно сумасшедшее, страх медленно отступал, как и мнимая боль от оружия, которого здесь и не было. — Турэ? С Вами все хорошо? — повернув голову, увидела, что неподалеку за столом сидели ещё два эльфа — Амаурон и Леголас. Вопрос задал последний, но и первый глядел с вопросом и неким беспокойством. — Все хорошо… просто плохой сон. Да, просто кошмар, — окончательно придя в себя, я, лежавшая до этого момента на лавке, вернулась в положение сидя и стала поправлять волосы, растрепавшиеся во время дрёмы. Сегодня у меня и у Эарины выходной, но у Асталона назначалась тренировка, и я решила пойти с ним. На ней оказался не только его учитель Амаурон, но и Леголас присоединился. Сейчас был перерыв, я незаметно для себя уснула, и будить меня не стали. Леголас напоминал мне кого-то, но я спрашивать не решалась: я не помнила его, а он не показывал, что знаком со мной. Поэтому я рассудила, что попросту ошиблась, а это вполне вероятно с моими редкими и размытыми воспоминаниями. Сама я за это время узнала о нем мало, лишь то, что он мой ровесник и что он воин, а также глава отряда по очистке границ, но его вид говорил, что он относится ко двору. Я не спрашивала титул, посчитав это неприятной для него темой, раз он умалчивает. Не хочет говорить, и ладно. Главное, он относится ко всем нижестоящим с дружелюбием и уважением. — Вам стоит меньше работать, тогда и кошмары не будут сниться, — посоветовал добросердечный Амаурон. Прости, друг мой, но кошмар явно не с усталостью связан. Тем не менее я улыбнулась ему. — Постараюсь, но боюсь, это будет сложно. Я хочу много работать, дабы получить повышение. — Это заслуживает похвалы, — эльф улыбнулся, переглянувшись с другом, — Желаем удачи. — Спасибо, — потом я снова обернулась к сыну, — Я тебя сильно испугала? Асталон вновь промолчал, но в ответ слабо кивнул, подтверждая, а мне стало интересно: испугался он лишь из-за моих криков или же волновался за меня? Учитывая наши отношения, с грустью склоняюсь к первому варианту. — Турэ! — тут послышался голос Эарины, бегущей сюда. — Эарина, что такое? — разве она не пожелала остаться дома и заниматься хозяйственными делами? Что случилось настолько важного, что она прибежала прямо во дворец, когда на улице холодная зима? — Письмо из Ривенделла! — раскланявшись перед остальными присутствующими, дева протянула мне конверт с печатью Элронда. Неужели! Думала, уже не смогу дождаться ответа от семьи. Мы постоянно переписываемся, но иногда письма задерживаются, хотя мы и стараемся писать и отправлять сразу после получения ответов. Честно говоря, я уже стала даже немного волноваться, не произошло ли что-нибудь в Имладрисе, но вот письмо, и немного спокойнее на душе. Надеюсь, и его содержание меня порадует. Дядя пишет, у них все хорошо. Сейчас Галадриэль и Келеборн вместе с Арвен у них в гостях, поэтому пишут одним письмом ото всех. Каждый здоров, только Аналтон умудрился подвернуть ногу, напившись эля на спор и упав с лестницы. Все скучают. Общаются, занимаются делами. Поиски других членов семьи не принесли никакого результата. Тогда я напишу им приятную новость, что Радагаст помогает мне вспоминать все больше и больше, вероятность вернуть память полностью становится выше с каждым разом. — Мне нужно отойти, — я поднялась с лавки. — Конечно, вас никто не держит, — улыбнулся учитель Асталона, — Увидимся позднее. Я кивнула и, попрощавшись, направилась к выходу из тренировочного помещения. Эарина, наоборот разглядывающее его, спохватившись, побежала за мной следом, не забыв также пожелать перед уходом всем хорошего дня и времяпрепровождения. Уже в коридоре она догнала меня. — Миледи, а кто из тех двух эльфов там является учителем Асталона? — полюбопытствовала эльфийка, поглядывая назад с явным интересом. — Тот, чьи волосы собраны в пышную косу, — ответила я, не особо задумываясь, почему она задала такой вопрос, поскольку мое внимание было обращено полностью к письму, — Владыки и все остальные интересуются, когда мы посетим их, им хотелось бы увидеть моего названого сына, — вздохнув, убрала прядь со лба, и повернула голову к подруге, — Я не знаю, что им ответить. Мальчик ещё не готов, он и ко мне никак не привыкнет. Боюсь, это затянется на долгое время. — Печально, — вздохнула та. Мы завернули на лестничную площадку и стали спускаться по каменным ступеням вниз до служебной комнатки, дабы написать ответ. Вынуждена буду признаться дорогой семье, что приеду в Ривенделл или Лотлориэн, лишь получив благосклонность воспитываемого мной ребенка, а это будет нескоро. Может, спросить у дяди совета об этом? Думаю, так и сделаю. После возвращаться на тренировку я не стала и вместо этого пошла прогуляться с Эариной до небольшого озерца в лесу. Пауков мы не боялись, так как отряд воинов Лесного короля постоянно очищали земли от этих тёмных тварей, чтобы жители королевства всегда находились в безопасности и не беспокоились о том, рискуют или нет попасть в чьи-то ядовитые лапы, выходя из дома. Кристальная чистая вода озера блестела бы под солнечными лучами, а в ней отражалась бы зелень деревьев и разнообразных трав, но сейчас зима укрыла все белыми хлопьями снега, деревья давно сбросили золотые одежды, а озеро покрылось коркой льда. Природа застыла, и только свист птиц давал напоминание, что время не остановилось, а неумолимо движется, подгоняя весеннюю пору. Мне бы сейчас больше хотелось увидеть озеро весной или летом, но вместо зеркальной воды был прозрачный лёд, сквозь который виднелось дно с камнями и песком. Казалось, ступишь на поверхность и сразу коснешься ногой дна, но нет. Когда я встала на лёд, словно оказалась стоящей в невесомости. Даже если он ещё не так крепок, я не боюсь провалиться под воду. Я эльф, а эльфийский народ по снегу и льду идет, будто тело у них такое же лёгкое, как перо пташки. Впрочем, поскользнуться возможно, особенно мне с моим невезением. — Сэриэль, прошу, аккуратнее, — Эарина идти на лёд не захотела, так что сейчас стоит на берегу, наблюдая за мной, ходящей по озеру и все время смотрящей под ноги с задорной улыбкой, — Эру, ты как ребенок, дорогая принцесса. — Даже если и так, я просто радуюсь всему, что окружает меня, каждой мелочи. Вот ты улыбнёшься — я ещё больше обрадуюсь. Поет птица, так сладко, и душа моя покойна, воспевая с ней. Шумит лес, снег скрипит и сыпется с ветвей, потому что по ним прыгают белки — все приводит меня в восторг. Именно сейчас я все чувствую так ярко, словно и не жила две тысячи лет. Я хочу насладиться этим, чувством новизны моей жизни. Это не значит, что я не хочу вернуть прошлое, но пока я, как будто переродилась. Эарина, услышав мою фразу, не смогла сдержать той самой улыбки. Решившись, она спустилась на лёд ко мне, я поймала и стала поддерживать ее за руки, и мы засмеялись. Мне так хорошо здесь, вдали от королевского титула, обязанностей и хлопот по статусу. Ах, если бы я только не была принцессой! Мне вдруг так захотелось остаться в Лесном королевстве обычной эльфийкой! Слухом уловила шум вдалеке. Звук раздается ст стороны тропы, ведущей из дворца. Слышится цоканье копыт, говор. Кажется, целый отряд скачет, но сейчас не время очистки границ, куда могут направляться столько эльфов? Ответ один, и он, думаю, самый правильный — охота. Да, лесные эльфы охотятся, но у них это больше развлечение, чем способ добывать пищу. Увы, не могу за них порадоваться и пожелать удачи. Я не могу слышать и тем более видеть, как бедного зверька гоняют по всему лесу, а потом ранят или сразу же убивают, чтобы объявить своим призом. Эру, мне от одних мыслей становится худо. Сам отряд оказался куда меньше, чем представлялось: с десяток воинов, сопровождающих чету придворных. Все бы ничего, я и внимания бы на них особо не обратила, вот только взор притянул один эльфийский муж, который меня крайне удивил. Он был верхом на гигантском лесном олене. — Где он отыскал его? — вырвалось у меня. В Зелёном лесу не живёт этот зверь, деревья слишком близко растут друг от друга, животному с такими рогами было бы очень трудно передвигаться, и он стал бы слишком лёгкой добычей. Может, я ошибаюсь, но и на охоте он не будет таким уж быстрым. Но как это чудо вообще здесь оказалось? Как интересно… — Не знаю, моя принцесса, — дева видит мой косой взгляд, обращённый на нее, и вздыхает, закатывая глаза, — Сэриэль, давай скорее вернёмся. Нужно забрать Асталона. — Погоди… Эльф, скачущий на олене, был впереди всех, явно возглавляя сию охоту. Следом за ним никто иной как Леголас. Так и думала, что он высокого положения, а не просто отрядом управляет. Мне почему-то казалось, что любой бы гордился таким положением при дворе. Хотя, и я ведь тоже не очень радуюсь тому, что принцесса. Возможно, его мучает та же проблема, оттого и молчит. Впрочем, не думаю, что меня это как-либо касается, в конце концов, я здесь простая слуга, и рада этому. Да и не желаю лезть в чужие дела, когда у меня и своих с лихвой хватает. За Леголасом скачет ещё пара знатных персон, судя по богатым одеждам и снаряжению. У всех охотников колчаны за спиной, луки на плечах да клинки в ножнах. Не желая думать о том, каким образом они все будут их применять, я с Эариной стала возвращаться на берег, чтобы вернуться во дворец и забрать ребенка. Вот только… — Что такое, Айрэ? — Ты только посмотри… на отряд, внимательнее. Среди наездников я вижу одного стрелка с пышной светлой косой. Амаурон едет на охоту. Но главная суть в том, что рядом с ним на младом жеребце скачет, пытаясь угнаться за учителем, Асталон! И как же понимать мне это? Он решил взять его на охоту? Возмущение. Вот что я почувствовала. Они даже не сказали мне, что планируют ехать на охоту! Не предупредили, не спросили, а можно ли! Пусть я и не мать родная, но я воспитываю мальчика, неужели я недостойна хотя бы слова? Если бы сейчас их не заметила… Им что, просто не хотелось волновать меня? Но я волновалась бы в любом случае, где они! Боялись, что запрещу, потому тайно сбежали? Так не доверяют? Пришлось все же возвращаться во дворец. Ждать их возвращения придется долго, но мне не к спеху, не хочу идти домой, лишь сильнее там буду переживать, и все будет валиться из рук. Неужто ко мне, как воспитательнице этого юного эльфенка, так можно было отнестись, бессердечные… Сердце из-за них не на месте. Эарину я отправила домой, а сама осталась дожидаться их приезда. Воримэ здесь каждый день, поэтому я побуду с ней. На работе она строга и требовательна, но все мы все равно знаем, что она такая же, как и мы — простая и мягкая, заботится о нас. Она мне и предложила провести с ней время, и это лучший способ убить волнение за часы ожидания, а также посидеть за чашкой горячего напитка и подумать. Например, о моих методах воспитания. Я искренне стараюсь на благо Асталона, но мало знаю об его интересах и мнении об определенных вещах, потому что он молчит. Мне стоит узнать о нем больше. До этого я же приняла верное решение, когда перед определением на учебу сначала спросила, кем сам мальчик хотел бы быть в будущем. С ним всегда нужно считаться и уважать его мнение. Поэтому я бы и не запретила брать его на охоту, ведь он не маленький уже, но… — Ты действительно справедливо считаешь, что тебя должны предупреждать, — высказала мне Воримэ, когда та спросила о причине моего волнения и получила ответ, — Но ты должна знать, что Амаурон о тебе спрашивал. Видимо, и хотел предупредить, но тебя не было во дворце. — Мог и записку оставить перед тем, как уехать, да и до этого у него было много времени сказать, — вздохнула я, вслушиваясь, не едут ли. Но рог так и не слышен, а уже вечереет. — Он воин, что с него взять, — эллет усмехнулась, присаживаясь рядом на скамью, — У него в голове только оружие да стратегия боёв. — Это, конечно, очень важно для воина. Но помнить и об обычных вещах также было бы желательно, — я слегка улыбнулась ей. — Как бы то ни было, считаю, твоему сыну понравится охота. Если он и охотился когда-то с отцом, то с королем точно вряд ли, — погодите, что она сказала только что? — С королем? — Сегодня королевская охота. Владыка тоже нуждается в отдыхе, никто не может работать беспрерывно. — Вы правы, просто… — догадываюсь теперь, кто это такой важный и особенный ехал на олене, пока все остальные на лошадях, — Нет, ничего. Да, охота ему понравится. — Но тебе нет, — она внимательно посмотрела на меня, — Тебе это не по нраву. — Я не могу запрещать, если ему нравится охота. Он волен выбирать увлечения, — прикрыла глаза, прикусив губу, — Хотя, и буду за него волноваться и постоянно волнуюсь, не поранится ли однажды. Охота это не деревянные игрушки, это опасное занятие. — Но не вечно тебе оберегать его от ран. Когда-нибудь он их неизбежно получит. Путем ошибок и ран получают опыт, — я знаю. Сама такая, учусь на постоянных ошибках, пытаясь их исправлять. — Я знаю это прекрасно, но не могу уняться, — губы кривятся в жалкой улыбке, — Плохая из меня выходит мать, как ни пытаюсь пока. — Это сложно, не спорю, — в глазах эльфийки горит уверенность, — Но ещё и года не прошло. Все получится, Турэ, лишь наберись терпения. — Я и не собираюсь сдаваться. Но спасибо Вам, миледи, правда. — Нет нужды благодарить, — чуть повернув голову, она прислушалась, — Рог уже звучит. Едут. Услышав тоже, я поспешила к воротам, чтобы встретить отряд и Асталона с ним. Прошло уже достаточно времени, чтобы я успокоилась и все обдумала, поэтому не стану устраивать ругань совсем. Просто у них не вышло меня предупредить, к тому же, я ещё не слышала их версии событий. Да и ни одной уважающей себя девушке не к лицу кричать и спорить. Кроме меня охотников встречать вышли многие: слуги, конюхи, несколько придворных эльфов, стражники. Воримэ сказала правду, когда упомянула, что эта охота приходила с участием Лесного короля. Сборище довольно большое, все готовятся к приезду отряда. Все вернувшиеся верхом на лошадях появились во дворе вместе с оживлёнными разговорами и прошедшей охоте, и сам двор оживился вместе с ними. Я старалась разглядеть своего маленького эльфа среди всех и обнаружила почти сразу, Амаурон помогал ему слезть со скакуна. — Понравилось? — услышав мой голос за спиной, оба вздрогнули и обернулись. — Турэ, прости, — начал Амаурон, неловко и виновато улыбаясь. Асталон рядом с ним отвёл взгляд, — Мне предложили поохотиться, мы решили, что это хорошая тренировка в стрельбе. Хотел сказать тебе, но не нашел, а ждать твоего прихода не было времени. — Все нормально, — я улыбнулась. Вот как. В принципе так и думала, — Но я задала вопрос. Понравилось? — Ещё как! — рассмеялся эльф, — Асталон даже смог подстрелить белку, а они очень шустрые, да и… Но его улыбка стала исчезать. Рассказывая, он повернул голову к своему ученику, но тот стоял, опустив голову и не смотря на взрослых, а руки скрепил в замок перед собой. Я, не особо горевшая желанием слушать о том, кого и как убили, поначалу обрадовалась, что Амаурон перестал говорить, но поняла, что что-то не так, и перевела взгляд на мальчика. — Асталон, — я присела на корточки перед ним, аккуратно кладя руки на его плечи и мягко улыбаясь, — Асталон, все хорошо. Я не злюсь. Наоборот, я очень рада, если тебе понравилось. Хочешь, в следующий раз даже тоже поеду охотиться с вами? — Мгм… Он чуть приподнял голову, недоверчиво смотря на меня, пока я говорила. Но через какое-то время он неуверенно кивнул, подумав. Лицо его осталось серьезным, но я видела облегчение в его глазах. Наверное, он боялся, что я разозлюсь. Я такая страшная, когда злая? Нет, просто он не знает, что от меня ожидать, вот и все. А я буду стараться во всем его поддерживать. Даже если ради этого мне придется ехать на охоту… — Турэ, уверена? — покосился на меня Амаурон, так как до этого видел кислое выражение лица при упоминании охоты. — Да, конечно, — людей же уже убивала. А это животные. Чем они отличаются? Хотя бы тем, что ни в чем не повинные… Вот пауков с удовольствием. Но думаю, Асталону лучше с ними не пересекаться, по крайней мере, пока.***
— Турэ, уверена? Спрашиваю в последний раз, назад пути не будет, — Амаурон в который раз подходит ко мне с одним и тем же вопросом, узнав, что я не переношу это, — Ты не обязана делать это, если тебе это противно. — Мне и людей было противно убивать, — ответила я немного резко, — Я убила их, чтобы спасти друга. А чтобы стать ближе к сыну, я пересилю себя и буду участвовать в охоте, — к тому же, она может быть и неудачной. Амаурон как-то не особо удивился убийству людей, наверняка полагая, что если ради спасения друга, это было оправдано. На самом деле Амаурону плевать на людей, это видно. Да, у всех есть пороки и недостатки, ни он, ни я, ни кто-либо другой исключением являться не будет. На охоту, конечно, мы одни не собирались, а дожидались следующей, которая состоялась уже через несколько недель. Правда, выпала она на мой рабочий день, но Воримэ отпустила меня с условием, что позже буду работать в выходной. Конечно, я согласилась. Ведь зато мне выпал шанс сблизиться с сыном, и я невероятно этому рада. Я не собиралась скрывать перед другими, что являюсь девой. К тому же, сегодня среди участников была ещё одна эльфийка — Артанис, дочь Гелиона, стражница во дворце. Она довольно необычна для жителя Лесного королевства — она имеет рыжие локоны. Но при этом, несмотря на огонь в волосах, лик ее довольно холодный и отстраненный. Хотя, это не так уж и важно. Я с ней пересеклась впервые, поэтому не размышляла об этом. Сейчас все мои мысли занимала предстоящая охота, а точнее, думы о том, как мне быть во время нее, но в голову не пришло ни одной хорошей идеи. Не действовать я не могу, это не поможет получить доверие Асталона, но и убивать мне будет очень сложно. Придется действовать по обстоятельствам. Отряд уже собирается. Зная, что ехать на лесном олене будет король, я решила рассмотреть его, раз появилась возможность. Одет в качественные и богатые одежды, высок и статен, он обладает светлыми волосами и гордым профилем. Красив, конечно, но это не впечатлило, Глорфиндель и то притягательнее будет. А этот — обыкновенный эльф из знати. Ничего интересного, впрочем, вся знать похожа друг на друга. Интересно, а в прошлом я тоже для других выглядела высокомерно? Охотники двинулись в лес. Сев на Лагора, удостоверилась, что Амаурон с Асталоном уже идут впереди меня, и последовала за ними по уже знакомой тропе мимо озерца, которое спряталось под сугробами снега. Тот обильно выпадал в последние дни, и все вокруг засыпало, но стало лишь красивее. И эта красота — единственное пока, что я хорошего увидела и, возможно, увижу за сегодня. Я никогда не присутствовала на охоте, поэтому Амаурон и Леголас учили меня, объясняли основы. Найти зверя, не упустить, догнать, подстрелить. Некоторые помогают королю гонять животное, приводя к ловушкам, но это не моя обязанность, потому я охочусь одна или с кем-то. Мне не оставалось ничего иного, как навязаться в команду к сыну и его учителю. — Все в порядке, Турэ. Не испортите Вы нам охоту, не нужно так на себя наговаривать. — Амаурон, считайте как хотите, а я хоть и постараюсь, но не уверена что справлюсь пусть навыки стрельбы и неплохи. — Сами виноваты, — усмехнулся эльф. Общались мы с ним еле слышно чтобы Асталон, осторожно бредущий рядом, не услышал и чтобы не спугнуть дичь. На его слова я ответила выразительным взглядом. А на моем месте как поступил бы? Не став продолжать разговор на эту тему, начала рассматривать окружающую природу. Хм, простите, я не знаток, но охота зимой разве не плохая затея? Нет зелени, чтобы спрятаться, а звери легко могут заметить и убежать. Или в сложности и есть суть? Ох, не разбираюсь и разбираться не желаю. Для меня это отвратительное занятие. Таким образом, стараясь не отставать от них, я следовала за командой и неотрывно оглядывалась по сторонам, высматривая кого-нибудь сквозь заснеженные деревья. Даже если мне не по силам будет убить, но я хотя бы смогу заметить животное и позвать в погоню за ним, так что я буду хоть немного полезной. Время шло. Иногда я искоса наблюдала за Асталоном. Поначалу он сторонился меня и не смотрел в мою сторону вообще, избегая, но чуть погодя привык к присутствию приемной матери, стал более открытым, иногда, кажется, даже забывая, что я здесь. Мне это было на руку, так я смогла увидеть его настоящего. Асталон почти не говорил, ведь все же находились мы на охоте, а не где-нибудь на тренировке во дворце, но было видно, что с Амауроном он разговаривает свободно, делясь мыслями, смотря в глаза. Слушая своего учителя, он легко мог улыбнуться. Со мной не так, с Эариной не так. Я… не знаю. Не понимаю, что мы сделали, что мальчик вёдет себя иначе по отношению к нам. Что можно сделать, чтобы он нам доверял так же, как этому эльфу? Я старалась сдерживать свои эмоции и не выказывать печаль, но что-то в моем лице все равно явно было не так, потому что оба неожиданно прервали беседу между собой, когда один из них заметил меня. А я в свою очередь заметила виноватый взгляд старшего. Нет, Амаурон, ты ни в чем не виноват. Сейчас мне вдруг захотелось побыть одной и избавиться от плохих мыслей, лезущих в голову. — Турэ, Вы… — Наверное, нам стоит разделиться, — я развернула коня, — Если я продолжу хвостом идти за вами, ничего не поймаем. Не дожидаясь ответа, я чуть похлопала Лагора по шее, и тот пошел в обратную сторону. Кажется, когда дело касается семьи, я не умею скрывать свои чувства, так что не стану портить им настроение и азарт от охоты, пусть развлекутся, как следует. Я ехала какое-то время, не смотря по сторонам, и подняла голову лишь тогда, когда совсем рядом раздался скрип снега. Обернувшись, увидела среди сугробов маленькую лань и замерла. Я случайно наткнулась на нее, и не пытаясь искать, но, обнаружив, по правилам охоты мне следует ее?.. Лань и так уже была испугана чем-то или кем-то, поэтому, только уловив посторонний шум, сразу пустилась наутёк. Мне пришлось погнаться за ней, потому что её увидели и Амаурон с Асталоном. Кажется, это они ее гнали, поэтому я присоединилась к погоне. Сама зверушка очень прыткая и легко ускользала от нас, но мы снова и снова ловили ее, лошади не отставали, хотя иногда и замедлялись, чуть не спотыкаясь о корни. И все же погоня была не настолько трудной, насколько сложно было ее окончание. Животное само успело где-то пораниться, поэтому, сильно хромая, остановилось. Вполне возможно, я могла бы добить, чтобы не мучать, но рана не такая серьезная, да и сердце сжимается, когда я мыслю об этом. — Прости, — выдыхая, я медленно вытаскиваю из колчана стрелу и натягиваю тетиву. Целюсь, чтобы выстрелить. Смотрю на голову, поэтому вижу глаза. Лань смотрит на меня, а я… почему это так сложно? Потому что мне жаль ее, зверей. Как некоторые могут спокойно убивать? Не пойму, это же совсем нелегко… — Стреляй! — боковым зрением заметен Асталон. Он не сможет достать до цели, поэтому кричит мне, я ближе и опытнее его. А вот его учитель, не ожидая, что решусь, застыл на месте. Руки слегка трясутся, а глаза начинает печь. Асталон призывает, не понимая, что я не могу пересилить себя. Нет, сколько бы я не уговаривала саму себя, убить животное у меня не получится никогда. Я слышу рев. Стрела попадает в шею зверя. Но… то не моя стрела. Я резко оборачиваюсь и вижу, как эльф опускает резной длинный лук, а после прячет его за спиной, где также находится колчан, и оперения стрел в нем такие же, как на той, что вонзилась в дичь. А я почти сразу поняла, кто передо мной. Лесной король. Владыка поправляет рукав, с убитого зверя переводит взгляд на меня, пока я пытаюсь ладонями вытереть непрошенные слезинки. Я тоже смотрю на него, с удивлением. Впервые вижу его так близко. Оглядывая меня, он на секунду ухмыляется, но ухмылка и взгляд его, холодный, как лед, полны презрения, надменности. Презирает меня? За слезы? Или за то, что не смогла? Неважно, я сама себя презираю, но Слава Эру, кажется, он все же не узнал во мне никого. Так хочется сейчас поскорее уйти, но это будет оскорблением, и я лишь отвожу взгляд, чтобы не видеть его. После недолгого разглядывания он просто развернул оленя, на котором ехал, и стал возвращаться. Лань подобрали и забрали подошедшие в скором времени его воины. Чуть вдалеке прозвучал эльфийский рог — Его Величество дало знак, что охота закончилась. Уже? Король добился, чего желал? Эту маленькую лань? — Сегодня вышла плохая охота. Почти никто за эти часы не поймал дичи, и Владыка решил закончить охоту, — Амаурон наконец-то отмер и пояснил мне, когда проехал мимо, — Возвращаемся, Турэ. Охота вышла неудачной у многих, но чувствую себя отвратительно только я. Я могла выстрелить, попала бы без усилий, обрадовала Асталона, что мы одни из тех, кому удалось достать зверя, но я стала медлить, и в итоге упустила свой шанс. Человека убью с лёгким сердцем, а животное мне слишком жаль, и пусть я говорила, что в людях кроется столько пороков, а животные невинны, все равно. Не значит ли это, что мое сердце тоже отравлено злом? Вернулись мы очень скоро. Как и в тот раз, много встречающих, но я не обращаю на них внимания. Слезаю с Лагора, отвожу ближе к конюшням, чтобы дать ему воды. Он хорошо сегодня поработал, не как я. Мимо проходят другие воины с лошадьми, вижу одного конюха, что аккуратно ведёт в широкое стойло лесного оленя. Посмотрев на зверя мельком, я отвернулась. Лагор уже требует овса и чистки, так что пора домой. Где Асталон? В последний раз я видела его во дворе с учителем. Мальчик скоро сам подходит ко мне, чтобы ехать домой. Он немного угрюм и не хочет смотреть на меня, а я его прекрасно понимаю. Наверняка он считает, что я виновата, дала слабину. Я сама так считаю. Больше на охоту ни ногой. — Если не любишь заниматься чем-то, не занимайся, — вдруг слышу я его серьезный голос, — Нет нужды делать что-то против своей воли ради кого-то там. — Ты не кто-то там. Ты отныне мой ребенок, — я слабо улыбаюсь ему, понимая наконец, в чем дело. Он злится на меня не из-за упущенной возможности, а из-за того, что я пошла с ними, хотя всем сердцем того не желала, и всё ради него, — Тебе неловко, так? — он молчит, отводя взгляд, и я вижу, что угадала, — Я ведь действительно хочу подружиться с тобой, Асталон. — Больше так не делай, — буркнув это, он залез со мной на коня. Мы ехали домой в молчании. Названный сын всю дорогу пребывал в каких-то раздумьях и немного обиженно сопел, а я с улыбкой гадала, на что он снова обижается и о чем его мысли. Он начал со мной хотя бы общаться, первым заговорил со мной, а раньше невозможно было вытянуть из него и звука. Можно сказать, что попытка вышла неудачной? Нет, попытка провалилась, но она уже посеяла семена сомнений в ребенке и его правильном отношении к приемной матери. Когда-нибудь я соберу и плоды своих усердий.
