Почему именно он? Почему

Часть 14 Утро началось с того, что Джин долго смотрел на потолок чужой комнаты. На стене — гитара Юнги. На полу — стопка старых дисков, чёрный свитер друга, сброшенный на кресло. Запах кофе где-то вдалеке звал спуститься на кухню, но Джин не хотел. Не хотел возвращаться в реальность. Здесь было тихо. Он вспомнил, как вчера сидел на диване, уткнувшись Юнги в плечо. Друг не спрашивал лишнего — только слушал. Иногда этого достаточно. Когда он всё-таки вышел — Юнги уже сидел на кухонном столе, одной рукой держал чашку, другой пересматривал свой телефон. — Доброе утро, хен. — сказал он не поднимая глаз. — Кофе наливай сам, я не бариста. — Спасибо, — хрипло усмехнулся Джин и налил себе. Пара глотков жгли горло, но хоть так можно было проснуться. — Что думаешь делать? — спокойно спросил Юнги, отложив телефон. Джин сел напротив, обняв кружку ладонями. — Вернусь в кафе. Не могу всё бросить. У меня смена завтра утром. Надо закрыть график. — Ты же знаешь, я не про это. — Юнги наконец посмотрел прямо. — С домом что будешь делать? Джин пожал плечами. Внутри всё скрипело. — Пока останусь у тебя. Если не выгоняешь. Юнги коротко хмыкнул. — Выгнать тебя? Ты мне хоть стену ломай — я тебя выгонять не буду. Джин впервые за утро улыбнулся. Чуть-чуть. — Спасибо, Мин Юнги. — Не благодари. — Друг снова уткнулся в телефон, но голос стал мягче: — Я тебя сдам обратно домой только тогда, когда будешь готов. И не раньше. --- Днем Джин вернулся в кафе. Там всё было по-старому: запах свежего хлеба, музыка где-то на заднем фоне, хозяин Дживон махнул рукой: — О! Джинщи! Давно тебя не было. Говорят, ты взял выходной? Не болеешь? — Всё нормально, — устало сказал Джин и натянул фартук. — Просто... дела дома. Дживон ничего не спросил. Только хлопнул его по плечу: — Ну, если что — не надрывайся. Тебя никто здесь не гонит. --- В это же время Чонгук сидел в своей комнате. Перед ним — его старый фотоаппарат, новые зарисовки. Всё казалось таким чужим. В голове крутились слова матери. Отец. Джин. Он злился на себя, на них, на этот дом, где стены казались холоднее зимы. В какой-то момент он не выдержал. Взял куртку. Он не знал, зачем. Просто ноги сами привели его к тому самому кафе. Снаружи он стоял, спрятавшись за углом, как школьник. Видел, как Джин протирал столы. Смотрел, как тот что-то говорил с клиентами — тихо, без улыбки. Гук вдруг понял, что никогда не видел Джина настоящего. Только злого. Только закрытого. Внутри что-то кольнуло. Он хотел войти. Сказать хоть слово. Но не смог. Просто развернулся и ушёл. --- — О! Чимин-а, ты куда? — Чонгук врезался в Чимина прямо на углу. — Это я тебя должен спросить! Ты где пропадаешь? — Чимин схватил друга за локоть. — Ты сам не свой. — Всё нормально, — буркнул Чонгук и попытался вывернуться. Чимин сжал пальцы крепче. — Это из-за Джина? Скажи прямо. Чонгук поднял взгляд. На секунду глаза предательски блеснули. — Чимин, не лезь. — Поздно, — тихо сказал Чимин. — Ты мой лучший друг, Гук. Но если ты не разберёшься с этим — ты сам себя сожрёшь. Чонгук опустил глаза. Сжал губы в тонкую линию. — Я не знаю, как. — Тогда начни хотя бы с правды. Себе. Ему. Кому угодно. Но только не прячься. Они молчали. Ветер трепал волосы. Вдали гудел автобус. Чонгук резко выдернул руку — но уже без злости. — Спасибо, Чимин. — Не за что. — Чимин впервые за долгое время улыбнулся. — Пошли. Я тебя накормлю, раз ты опять не ел. --- В это время Джин стоял за стойкой, вытирая пустую чашку. Он не знал, что Гук был здесь. Он не знал, что мама дома разговаривала с Уджином, прося ещё раз «дать мальчикам шанс». Он просто делал своё дело — так, как умел. Тихо, осторожно, с закрытым сердцем.