И это моя судьба?

POV Варэс

      Сердце заколотилось чаще, когда я распахнул дверь и замер на пороге, любуясь своим седовласым чудом. Лиорэль, обычно такой собранный и величественный, сейчас напоминал взъерошенного воробья, мечущегося по кабинету в идеально скроенной одежде для совещаний. Эта картина вызвала у меня прилив нежности и умиления.       — Где они?! — эльф в отчаянии обвёл взглядом комнату, его голос дрожал от раздражения. Он нервно поправлял волосы, собранные в элегантный хвост. Затем, словно обессилев, Лиорэль бросился к книжному шкафу, небрежно смахнув с полки половину книг. Раздался глухой стук падающих томов, и эльф возмущённо топнул босой ногой по деревянному полу. Казалось, он был на грани истерики.       Я, закатив глаза, с тихим вздохом подошёл к заваленному бумагами столу и, покопавшись в хаотичной куче, выудил небольшую стопку документов.       — Дорогой, это ищешь? — спросил я, стараясь сдержать улыбку.       Лео, кажется, испугался моего внезапного появления. Он дёрнулся, поскользнулся на разбросанных клочках бумаги, но, ухватившись за край стола, сумел сохранить равновесие.       — Варэс! Что у вас, у людей, за маниакальная привычка подкрадываться к эльфам?! — возмущённо прошипел эльф, выхватывая из моих рук найденные бумаги, даже не удостоив меня взглядом. Я усмехнулся, наблюдая за его взволнованным лицом. Проведя рукой по волосам, я лукаво посмотрел на своего супруга.       — Где моя законная благодарность? Хм? — перехватив его на полпути к выходу, я нежно чмокнул его в щёку.       — Варэс, — раздражённо проворчал эльф, пытаясь вырваться из моей хватки. — У меня нет на это времени! — Он умоляюще посмотрел на меня, и я почувствовал укол вины.       — У тебя уже две недели нет времени! Две! Такими темпами я стану монахом при живом муже! — с наигранной обидой воскликнул я, но тут же подхватил его под зад и, не обращая внимания на протесты, отнёс к рабочему столу. Смахнув с него лишние бумаги, я усадил мужа на освободившееся место.       — Варэс! Что ты делаешь?! — возмутился Лиорэль, постучав меня по плечу папкой. Та, по щелчку моих пальцев, улетела в дальний угол комнаты. Я наклонился и стал покрывать лицо Лео лёгкими, дразнящими поцелуями.       — Бука, — прошептал я ему на ухо, просунув руку под полурасстёгнутую верхнюю часть его рубашки. — Злая и наглая бука.       — Варэс! — не унимался Лиорэль. — Я опоздаю на встречу, и это будет твоя вина!       Я крепче обнял эльфа, вдыхая аромат его волос, щекочущих мне лицо.       — Вот почему ты такой шумный. Пока ты в моих объятиях, пусть весь мир подождёт. А теперь помолчи, — сказал я, нежно касаясь пальцем его губ.       Скрестив руки на груди, Лео наградил меня уничтожающим взглядом. Довольный произведённым эффектом, я принялся неспешно снимать с него бежевые брюки. Всё ещё обиженный моими действиями, супруг легонько пнул меня ногой.       — Если ты не прекратишь, то будешь ходить в… — эльф нахмурился, пытаясь вспомнить, что я говорил ранее.       — Монахом?       — Именно! — победная улыбка слетела с его лица, как только я резко перевернул его на живот и широко раздвинул ему ноги. Пройдясь пальцами по упругим ягодицам, наклонился и, дразня, коснулся языком его входа, проникая внутрь.       — Варэс! — воскликнул эльф, красный как рак. — Будешь теперь каждую ночь с документами проводить и с послом, так как ты переезжаешь в кааабинет… ммм… — Лео, вцепившись своими острыми коготками в стол, оставил глубокие следы на лакированной древесине. Он сдавленно охнул и, выгнувшись, приподнял попку.       Я довольно улыбнулся. То-то же.       Я продолжил подготавливать его, лаская языком и доводя до изнеможения. Быстро смазав слюной свой собственный, уже почти каменный член, приставил его ко входу в горячее, податливое тело любимого. Застонал протяжно, глядя на то, как моя напряжённая плоть погружается в тесное, обжигающее нутро.       — Мой Ушастик, — у меня моментально пересохли губы от волнения и желания поцеловать его. Я тут же жадно впился в его приоткрытые, покрасневшие губы. Член сдвинулся внутри тугого кольца мышц, проехавшись головкой по простате, и Лео выгнулся, застонав от удовольствия. Я впился зубами в подставленную шею и начал двигаться, не дав ему времени привыкнуть к ощущениям. Я двигался быстро, резко, но мне этого было мало. Рыкнув, закинул его ноги себе на плечи, подтянул его к себе и бешено заработал бёдрами, входя всё глубже. Мой муж вцепился в мою руку, двигаясь навстречу каждому толчку. В голове роилось столько мыслей и желаний, что я не мог сосредоточиться ни на чём. С искусанных губ срывались грязные словечки, которые тонули в жадных, болезненных поцелуях; тягучие стоны толкали к краю сильнее, разжигая пламя страсти. Ещё, ещё и ещё… Лео вздрагивал, когда я облизывал его красные ушки, впивался ногтями в плечи, оставляя следы, если я останавливался, дразня. Губы покраснели, а потом рот словно в судороге свело. Я задвигался между раздвинутых бёдер рвано и бешено. И оргазм, как волна шторма, захлестнул нас, ослеплённых, задыхающихся от удовольствия…       Острый вкус наслаждения обжёг финальным аккордом, который прозвучал, как органный пассаж, или инфразвуковой звук, вибрирующий где-то глубоко внутри, заставляя потеряться во множестве ощущений и погрузиться в тёплую глубину забытья. Лео кончил чуть раньше меня, вздрагивая и дрожа, обвил мою шею руками. Я чуть приподнял его и начал яростно двигаться, тут же изливаясь глубоко в него.       Со скрипом мы рухнули на стол, тяжело дыша. Я обнял его и нежно поцеловал в шею. Собрав последние силы, перенёс своего любимого в спальню и осторожно, чтобы не раздавить, прилёг рядом.       — Что ж, отложим встречу на завтрашний день, — прошептал я и тут же заметил, что мой эльф уже сладко задремал у меня под боком. Я по-хозяйски положил руку ему на бедро и, со счастливой улыбкой на губах, провалился в сон.

***

      Хмурый супруг что-то оживлённо обсуждал по сфере с правителями других земель. Им, видите ли, срочно нужна поставка пшеницы! Я из-за этой пшеницы…! Эх, ладно, меня вроде бы не убили, но он пока ещё явно в обиде. Вот чего хмуриться? Ему же понравилось, и я ни за что не поверю, что он этого не хотел. Хотя, если вспомнить его фанатичный целибат, то, возможно, некоторые вещи его не настолько и интересуют. До меня он вообще бобылём ходил!       Семейный завтрак проходил в тягостной тишине до тех пор, пока самый младший из детей — Лейр, маленький светловолосый мальчик шести лет с курносым носиком и голубыми глазами — не задал интересующий его вопрос:       — Папочка, а кто такой ушастик? — беззаботно спросил малыш, размазывая тыквенное пюре по тарелке, которое, по словам мужа, было очень полезно. За столом после этого вопроса стих звон металла, а перешёптывания Алазара с Евой переросли в ошарашенные гляделки.       Я, только что сделавший глоток сока, поперхнулся и закашлялся. Супруг же с невозмутимым видом отложил столовые приборы, встал из-за стола и, подойдя ко мне за спину, начал энергично похлопывать меня по хребту. Причём с каждым разом удары становились всё сильнее. А с виду такой хрупкий! Правду говорят, что внешность бывает обманчива.       — М, спасибо, мой хороший, — я перехватил занесённую руку супруга. — Я уже в полном порядке.       — Да? Ты уверен? — последний удар превзошёл все остальные по своей силе. — Могу добавить, — с улыбкой дьявола на лице заправил выбившийся локон волос за острое ушко.       — Абсолютно уверен.       Дети с интересом наблюдали за нами, а старшее поколение явно жаждало продолжения этого циркового представления.       — Кхм… знаете, дети, — я откашлялся, поставил стакан на стол и призадумался, как лучше сформулировать ответ, и, главное, чтобы это понравилось ещё и мужу. — Когда мужчина и женщина влюбляются… Они влюбляются и… у них появляются…       Лейр с открытым ртом уставился на меня, явно не улавливая никакой связи со своим вопросом. Лео же закатил глаза и отвесил увесистый подзатыльник накосячившему мужу, то есть мне.       — Ты что такое рассказываешь?! Они же ещё дети!       — А что я не так сказал? — не понимая причины его ярости, я с невозмутимым видом отхлебнул сок. — Мне в детстве отец точно так же рассказывал, я ещё опустил парочку деликатных моментов!       — Теперь понятно, почему ты такой озабоченный… — супруг резко замолчал и уставился на хрюкающую от смеха Еву и Алазара, который, спрятав лицо в книге, отчаянно пытался успокоиться.       — Папа, а почему ты на отца кричишь? Он что-то плохое сказал? — шмыгнув носом, эльфёнок погладил меня по руке.       — Не то чтобы, но тебе ещё рано это знать. Вот подрастёшь…       — Ну ладно, — вздохнул самый младшенький и продолжил ковыряться в тарелке.       — Ну и слава Богу! — прохрипел я, залпом выпив оставшийся в стакане сок, и подумал, что не мешало бы плеснуть туда чего-нибудь покрепче. — А теперь, если все позавтракали, марш к себе!       — Но…       — Быстро! — дети, не сговариваясь, быстренько ретировались.       Проследив за ними взглядом и убедившись, что они больше ничего не услышат, Лео медленно повернулся ко мне.       — И что, интересно, ты хотел им поведать? Ты вообще помнишь, сколько лет нашему ребёнку?!       — Да не забыл я ничего! Да и ничего серьёзного я не сказал… Будто я ему «Камасутру» показал! — выпалил я и тут же замолчал.       — Что? Что за ка-ма-сут-ра? — по слогам произнёс эльф незнакомое слово и с приподнятой бровью посмотрел на меня, ковыряющего скатерть.       — Тебе, солнышко, лучше не знать… Меньше знаешь, крепче спишь.       — Варэс-с, — прошипел супруг в миллиметре от моего лица, опасно сузив глаза.       — Ну, это книжка для взрослых, — сказал я и попытался вкратце описать все «прелести» этого издания.       — И? Что у тебя за извращенский мир… И что, интересно?       — Я её один раз открыл и сразу же закрыл. Мне тогда, наверное, было лет пятнадцать.       — Сколько?! Куда смотрели твои родители?! — охнул он точь-в-точь как моя мать, когда застукала меня за просмотром не детского мультфильма. Ох, сколько шума тогда было!       — В наше время большая часть детей с семи лет знает больше взрослых. Откуда они это узнают, остаётся загадкой.       — Ладно, но чтобы ты даже не пытался объяснить это нашему Лейру! Он ещё не готов к таким потрясениям.       — Понял, понял. Я всё понял. Успокойся.       Без сил я опустился на стул. Лео подошёл ко мне сзади и приобнял.       — Прости. Я тоже перенервничал, — почувствовав, что я под ним немного поёрзал, спросил:       — Болит? Я немного перестарался… Может, мазью помажем? Я помогу?       — Всё в порядке. Немного тянет, но не больно. Скорее наоборот, — Лукаво усмехнулся я.       Я потёрся носом о его макушку.       — Обожаю тебя. Может, до обеда… пойдём прогуляемся до нашего озера? — мурлыкнул ему на ушко, опаляя его горячим дыханием. — За Лейем присмотрят старшие.       — Но…       — Насчёт документов не волнуйся. Я всё сделаю. Взамен на мою маленькую прихоть.       — Ты просто невозможен…       — За это ты меня и любишь!       — Люблю.