Adapting to the Fall

В шатком здании на окраине Александрии стоял стол. Он был покрыт обрывками бумаги, механизмами, пергаментом и другими деталями. К нему была прислонена обыкновенная трость, и ее владелец напряженно думал о схеме, на которую смотрел последние несколько минут. Это был немощный старик по имени Дедал, некогда искусный мечник и еще более искусный изобретатель, хотя теперь он не мог даже ходить без помощи палки или бронзовых скоб на ногах. Этот человек стеснялся называть себя старым и просто впал в отчаяние. Он давно уже начал сожалеть о своих непростительных проступках, но все ещё боялся встретиться в подземном мире со своим извечным врагом Миносом. Он молился своей матери, богине Афине, о ее прощении и помощи. Однажды она уже прокляла его и заклеймила пурпурной куропаткой на шее в качестве напоминания. А потом снова прокляла его за то, что он осмелился попросить ее о помощи. Она даровала ему бессмертие, но не остановила его старения, пока его кожа не стала дряблой, волосы не поседели, а кости не стали постоянно болеть. Много веков спустя (он уже сбился со счета) он все еще пытался раскаяться и убежать от призрака Миноса, который никогда не переставал преследовать его. С тех пор он ни разу не видел богиню и не ступал ногой в свой отвратительный лабиринт. Входы в него появлялись сами по себе, куда бы он ни шел, дразня Дедала, но у него всегда получалось игнорировать их. Поэтому для него стало полной неожиданностью, когда Афина появилась из люка в полу, которого еще минуту назад на том месте не было. — Дедал, — сухо сказала она. В её облике было нечто странное. Она выглядела старше и более усталой. Она казалась почти такой же... слабой. — Мама, — пробормотал хрупкий полубог. — Ты выглядишь... хорошо. Она нахмурилась. — Я пришла сюда не для того, чтобы вести беседы, мой позорный сын. У меня есть для тебя задание. Дедал уливленно уставился на нее, но ничего не сказал. — Греция падает. К концу этого года война закончится. Рим наверняка победит. — Неужели? — сказал Дедал. Он забрался так далеко на юг, чтобы избежать войны. Любой здравомыслящий человек мог бы предсказать крах Греции ещё более ста лет назад. — И какое это имеет отношение ко мне? — Это связано с Зевсом, — ее голос звучал ещё более язвительно. — Он проигнорировал мои бесчисленные предупреждения и отказался вмешиваться. Мы слабеем. Вот уже несколько месяцев, как Гестия спит. Неизбежно, что вскоре я и все остальные боги присоединимся к ней. — Что значит "спит"? — Она ни на что не реагирует. Ее очаг погас, и она оказалась в ловушке физической формы. Хотя она все еще жива, она угасает. Мы все угасаем. Наступит конец века, и никого из нас не останется. Если только ты не сделаешь что-нибудь. Дедал разинул рот. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? Если бы существовала машина, которую я мог бы изобрести, чтобы спасти вас, то Гефест уже построил бы ее. — Мне неприятно это признавать, но ты мне нужен, Дедал. Я готова признать это только потому, что это наш последний разговор. Полубоги — наша единственная надежда. Найди их. Всех до единого. Собери их вместе, обучи. Веди их, чтобы спасти нас. Это единственный путь. Сделай это, и все будет прощено. — Все будет... — Дедал замолчал, его глаза расширились, а сердце внезапно забилось быстрее, чем за все эти годы. — Но... Но как? — Это тебе предстоит выяснить самому, — сказала Афина. — Удачи. Пусть ты окажешься лучшим наставником для этих юных героев, чем был для Пердикса. Не сказав больше ни слова, она исчезла в люке. И еще долго ее дряхлый сын стоял там, потирая пурпурную куропатку на шее, и так много мыслей было у него в голове, что он не знал, с чего начать. Наконец он начал рыться в своих вещах, пока не нашел устройство, напоминающее толстый наконечник стрелы. Он положил его на свой верстак рядом со свежим листом пергамента и с большим волнением принялся рисовать новую схему. *** Несколько лет спустя Дедал уже ковылял к западу от Кирены. Перед ним летела маленькая металлическая птичка. Он последовал за ней в редкий лесок неподалеку от берега, все время опираясь на чересчур искусно сделанную трость. В конце концов птица издала негромкое чириканье, означавшее, что то, за чем он следил, было уже совсем близко. Он бросил взгляд на темнеющее небо, прежде чем махнуть тростью, и птица улетела. К тому времени, как она вернулась, древний полубог невероятно быстро построил целую деревянную хижину и устроился внутри, глядя в окно. Когда через несколько минут он увидел, что его крошечный автоматон приближается, он открыл дверь и позволил ему приземлиться на его запястье. Но птица прилетела не одна. В стороне, явно нервничая, стоял молодой парень с черными волосами и ярко-зелеными глазами. — Подойди ближе, мальчик, — сказал Дедал. Мальчик настороженно послушался. Птица чирикнула, и Дедал одобрительно кивнул ей. — Тебя окружает сильная аура, дитя мое, — сказал он. — Кто ты такой? — спросил мальчик. — Меня зовут Дедал, и я здесь, чтобы помочь тебе. Мальчик не решался ответить. — Я Персей. Хотя моя мама обычно называла меня Перси. — Монстры доставляли тебе неприятности? Перси кивнул. — Как ты смотришь на то, чтобы сегодня спать, имея крышу над головой? Потом я смогу отвести тебя в безопасное место, к другим таким же, как ты. Глаза мальчика загорелись, хотя он явно сомневался. Но прежде чем он успел ответить, из леса донесся глухой рев. Уши старика дернулись. Он узнал этот рев. Перси в панике попятился назад и испуганно уставился на какое-то движение среди деревьев. Под ногами послышалось быстрое дребезжание. Кто-то быстро приближался, громко топая ногами. — Минос, — выплюнул Дедал. Мгновение спустя в поле зрения появился двуногий зверь и забарабанил кулаками по волосатой груди. С телом человека, но головой и туловищем быка, его нельзя было не узнать. Это был Астерион, Минотавр. И только один человек мог послать его сюда. — Персей, назад! — закричал Дедал. Ноздри монстра раздулись, и он обратил свой свирепый взгляд в ответ на его голос. Старик сжал свою трость и остался стоять на месте. Астерион топнул ногой и, казалось, приготовился к атаке. Перси, придя к такому же выводу, бросил камень, который попал монстру в голову. Зверь зарычал и повернулся к нему, а затем, не колеблясь, бросился бежать. — Глупый мальчишка! — Дедал начал хромать вперед, но это было бесполезно. Перси застыл на месте, когда Минотавр кинулся к нему. Мальчик наверняка был напуган. Но он был полубогом, и совершенно очевидно, очень могущественным. Его естественные инстинкты, казалось, сработали сами по себе, и он с огромной скоростью отпрыгнул в сторону. Астерион промахнулся мимо него, и ему потребовалось целых три секунды, чтобы остановиться и обернуться. Он снова двинулся вперед, но Дедал направил свою трость вперед и нажал кнопку. Маленький предмет вылетел из конца и взорвался возле морды зверя с ослепительной вспышкой. Астерион отпрянул и яростно заморгал, ошеломленный. — Мальчик! — настойчиво повторил Дедал. Перси посмотрел на него, безуспешно пытаясь скрыть страх на лице. — Как только он наберет скорость, он не сможет остановиться или повернуть, — сказал Дедал. — Используй это. Это твое единственное преимущество. — Что же мне делать? — сказал Перси. — Не надо слишком много думать. Просто поймай свой шанс, а потом убей его! Мальчик выглядел так, словно хотел сказать еще что-то, но в этот момент Минотавр пришел в себя. Он стучал кулаками по земле и смотрел острыми глазками на Дедала. Перси бросил в него еще один камень, но на этот раз монстру было все равно. Он ударил ногой по земле, а затем резко бросился на старика. Дедал был слишком медлителен, чтобы увернуться, но, к счастью, Астерион все еще был дезориентирован вспышкой и пробежал мимо него. Дедал попятился от него так быстро, как только мог, проклиная свои хрупкие кости. Затем, когда чудовище уже было готово развернуться для новой атаки, мальчик сотворил невероятную глупость. Он рванулся вперед, вскочил ему на спину и попытался обхватить руками шею. У него не было оружия или вообще какого-то способа причинить ему боль, а руки были слишком коротки, чтобы дотянуться до оружия. Астерион взревел и тут же стряхнул с себя Перси, который отлетел в сторону. Но это привело к результату: Перси теперь завладел его вниманием. И снова, теперь еще более разъяренный, Минотавр бросился в атаку. Дедал смотрел на эту сцену с большим беспокойством, не в силах сделать больше, чем он уже сделал. С огромным усилием мальчик поднялся на ноги, морщась от боли. Он стоял на месте и ждал. Затем, в самую последнюю секунду, он отпрыгнул в сторону. Астерион, не в силах остановиться, врезался прямо в дерево. Его рог застрял. После недолгой борьбы зверь сумел освободиться, но с оглушительным треском оставил рог в дереве. Он тут же дико рванулся к Перси, но тот выскользнул из его хватки. Мальчик метнулся между его ног, вырвал из дерева рог и вонзил его в бок Минотавра. Астерион испустил последний вопль и рассыпался в золотую пыль, не оставив после себя ничего, кроме окровавленного рога. Когда Дедал ковылял к мальчику, который упал на четвереньки, он довольно улыбался. Он знал, что нашел кого-то действительно замечательного. *** Дедал неуклюже шел через лагерь, который они разбили неподалеку от Александрии. Повсюду ходили полубоги, тренировались, смеялись и просто свободно жили. Старик сомневался, что теперь их осталось много, если вообще осталось. Боги спали уже больше половины десятилетия, так что вряд ли они могли зачать кого-то нового. И судя по среднему возрасту тех, кого он нашел, отношения богов со смертными стремительно уменьшились даже в годы, предшествовавшие падению Греции. Самые младшие из них только-только достигли подросткового возраста, и, вероятно, так оно и останется. Перси помахал ему рукой, когда он проходил мимо, сидя рука об руку с блондинкой по имени Аннабет. Недавно у них начался роман, хотя и не непредвиденный. Они были близки уже долгое время, но у Дедала были свои сомнения. В данный момент они были счастливы. Он надеялся, что ошибается, думая, что они не останутся такими навсегда. Но он не стал бы озвучивать эти мысли, так же как не стал бы озвучивать свои подозрения относительно серых глаз девушки. Старик добрался до своей личной мастерской и заперся изнутри. Он взглянул на бесчисленные скомканные листы папируса и пергамента, разбросанные на полу. Затем он сел, тяжело вздохнув и потирая висок. В течение многих лет, с тех пор как его мать обратилась к нему с просьбой, он пытался решить эту загадку, но так ничего и не придумал. Дедал проводил почти все свое время, увядая в этом сарае, записывая мысли, которые приходили ему в голову, а затем немедленно отбрасывая их. По правде говоря, он не имел ни малейшего понятия, как спасти богов. Ему удалось собрать всех полубогов в одном месте, но это была лишь половина того, о чем просила его Афина. Что касается более важной половины, то он терпел неудачу за неудачей. Старик был избавлен от своих беспомощных мыслей, когда в окно влетела металлическая птица. Инстинктивно он поднял руку, чтобы птица взгромоздилась на нее, но был удивлен. Она чирикнула, что означало, что она сделала новое открытие, хотя в последний раз это случалось более года назад. Он предположил, что это, должно быть, одна из тех немногих пропавших птиц. Знаменитый изобретатель посадил её себе на плечо и без промедления покинул мастерскую. Ему потребовалось несколько минут, чтобы преодолеть расстояние, которое должно было бы занять одну, будь он моложе. Он обнаружил, что Хирон проводит с несколькими молодыми полубогами какие-то упражнения, и оттащил его в сторону. Дедал столкнулся с кентавром всего через несколько недель после начала поисков, и Хирон с готовностью согласился помочь ему. Они разделились, выслеживая как можно больше полубогов и приводя их в безопасное место. Они оба согласились держать правду о богах в секрете до тех пор, пока полубоги не будут готовы, но Дедал предложил это по другой причине. На самом деле ему было слишком стыдно признать, что самый умный человек на свете был загнан в тупик. — Она нашла кого-то? — спросил Хирон, заметив птицу у него на плече. — Да, — сказал Дедал. — Я ухожу... немедленно. Хирон явно колебался. — Ты уверен? Может быть, я... — Я бессмертен, Хирон. Нет ничего такого, с чем бы я не справился. Эти дети нуждаются в тебе больше, чем во мне. Пусть все идет своим чередом, пока меня нет. Дедал начал подозревать, что его бессмертие идет на убыль, но предпочел не делиться этим. По мере того как слабела его мать, слабело и ее проклятие. И его уже значительно состарившееся тело медленно начинало стареть еще больше. Старику оставалось совсем немного времени, и он сомневался, что доживет до того момента, когда исполнится желание его матери. Но он не собирался прекращать работать над этим делом до самой своей смерти, которая может наступить скорее раньше, чем позже. Покидая лагерь, он еще раз прошел мимо Перси, даже не потрудившись сказать ему, что уходит. Мальчик был его любимым учеником, и на него он возлагал самые большие надежды. Перси обладал не только природной силой, но и нравственностью и упорством, которые могли бы сделать его героем наравне с такими великими людьми, как Ахилл и Одиссей. Если бы это зависело от Дедала, Перси взял бы на себя роль лидера, когда он уйдет, но это было не в его власти. Скорее всего, этот титул получит Лука, к чему бы это не привело. *** Меньше недели назад Дедал прибыл в Карфаген по указанию птицы. Меньше недели назад он понял, что это ловушка. Он даже не успел войти в городские ворота, как римские солдаты заковали его в кандалы. Затем их легат, стоя рядом с довольно ухмыляющимся призраком, которого мог видеть только Дедал, приказал немедленно доставить его в Рим. Так что теперь, проведя одну ночь в камере в столице Республики, он был отконвоирован горсткой легионеров на переполненную площадь. На возвышении стоял человек, который его арестовал, легат по имени Катрей Грейс. Призрак и солдат с тяжелым на вид топором стояли у него за спиной. Зрители были горячо возбуждены, вероятно, задаваясь вопросом, кто он такой, и собирались посмотреть на его смерть. Когда он подошел ближе к своей плахе, старик почувствовал, что его охватывает страх. Он вспомнил тот день, когда Афина сделала его бессмертным, как он радовался, что его навсегда покинул Минос. Затем, по мере того как шли годы, он становился все более и более несчастным, понимая, что бессмертие действительно было проклятием. Мертвый король никогда не переставал преследовать его. Изобретать что-то новое становилось все труднее. В какой-то момент ему даже захотелось умереть. Несколько раз он получал смертельные раны и был уверен, что сильная боль вызвана самим Танатосом. И все же он исцелялся и продолжал свое горькое, бессмысленное существование. Но теперь, когда он знал, что наконец-то добрался до врат подземного мира, ему стало страшно. Дедал стоял перед кричащим народом Рима, теперь уже на возвышении. Его палач ждал позади, а легат бессвязно бормотал речь. Он не жалел, что оказался здесь. Он заслужил это. Никакое раскаяние не могло компенсировать того, что он сделал со своим племянником. Старик достаточно долго обманывал смерть и больше уже не мог влиять на мир. Он смирился с этим, несмотря на охвативший его ужас. Задача его матери была возложена в более умелые руки, чем у него. Полубоги справятся и без него. В это он искренне верил. — Я принимаю свою судьбу, — объявил Дедал. — Ты мог бы, по крайней мере, оказать мне честь и прочитать мои предполагаемые преступления, Минос, — последнее слово было произнесено так тихо, что его услышали только Катрей Грейс и призрак. Призрак царя Миноса выступил вперед, злобно улыбаясь, а затем заговорил с легатом, который отказал ему в просьбе. — Ты хочешь, чтобы тебе все объяснили, старик? Не жди от меня никаких почестей. Все кончено! Моя миссия на поверхности наконец-то подошла к концу. Старик стоял на коленях в нескольких секундах от смерти, его сердце бешено колотилось в груди. — После всех этих лет ты наконец победил. Не думай, что я сдамся, когда встречу тебя там, внизу, Минос. Призрак рассмеялся и не останавливался даже после того, как упал топор. Когда Дедал наконец предстал перед судьями мертвых, Минос все еще хихикал.