Драконий приемыш

Спустя семь лет… – …и высокий профессионализм! Он стоял и слушал торжественную речь на вручении ему диплома. Учеба была.. сложной. Очень сложной. А еще была практика – интернатура и ординатура. Но он справился. Теперь он дипломированный специалист. Теперь он может найти работу, купить дом.. и наконец они с Милли могут сыграть свадьбу. С Миллисентой они виделись только на редких каникулах – она выбрала профессию дизайнера и вгрызалась в учебу наравне с ним. Но у нее был талант. Он успел повидать многое – даже в детских отделениях поработать на практике. И всякого навидался – и слез, и горя, и отчаяния.. и мужества, какое не каждый взрослый покажет… Некоторых помнил до сих пор. Девочку, чей диагноз был однозначен.. и можно было только облегчить ее последние дни. Его поразила стойкость ребенка… ей было всего лишь восемь лет… И за свою короткую жизнь она успела вынести столько боли… Может, это было нарушение всех правил.. но он пришел к девочке, когда стало ясно, что все… и, попросив оставить только ее и родителей, тоже остался с ней.. и да – использовал магию. Простенькая иллюзия, совсем простые чары… Но ребенок ушел без страха и боли. Был еще мальчик – но ему повезло больше – он поправился. А он запомнил слова серьезного одиннадцатилетнего ребенка "Волшебство творим мы сами.. каждый день. Я здоров – и это чудо". И еще были дети – храбрые, мужественно терпящие боль и процедуры, не плачущие рядом с родителями. И их родители – которые улыбались детям вопреки всему. Он выбрал специализацию и усердно трудился – так что… есть все шансы если не свою клинику, так попасть в хорошее место и наконец помогать людям. Детям. С этими мыслями он пришел к Милли. Девушка сидела, обложившись каталогами и образцами материалов. – Чем занимаешься? – Новой идеей сумок и аксессуаров. Должно получиться красиво. – Я в тебя верю, совушка… И вот с чем пришел… как насчет свадьбы… зимой? – Холодно? – Ну мы же с тобой маги.. или как? – А когда? – Надо уточнить у Жана, когда будет удачным время. Жан, узнав, что наконец-то они решились, посоветовал на День Серебра. И пояснил: – Как раз не слишком холодно… и платье можно подобрать подходящее. А серебро идет вам обоим. – А кто поведет невесту? – К алтарю? Ну она и сама может… у нас это как-то не распространено. – Я хотел по традициям Кланов… – Я расскажу, что и как. На том и порешили. До свадьбы было еще два месяца – так что он разослал резюме и характеристики в клиники. Путем долгих переговоров.. и даров и объяснений, и вообще… и ругани.. они пришли с Таисс к компромиссу. Он хотел устроиться на работу в своем родном мире. И поселиться там же. Таисс орала долго, обзывая его клиническим идиотом и дебилом, кричала, что "ради этой Грейнджер ты совсем мозги потерял!!", что его в тот же миг засекут аврораты всех континентов… Он стоял на своем. В итоге девушка выдохлась и, закурив, буркнула: – Да демоны с тобой, если такой дурак… Только потом не жалуйся! – Не буду. – И если Поттер убивать придет – тоже не приходи! Он усмехнулся. Поттер его, наверное, уже похоронил.. сколько лет прошло.. а сколько, кстати? Уточнив, слегка обомлел. ТАМ прошло двенадцать лет. – Ну он точно меня искать не станет. Я же не Тот-Кого-нельзя называть.. воскреснуть не смогу, по его разумению. – Ладно. На свадьбу позовешь? – Позову.. а откуда.. – А я все знаю. Лукавый прищур золотых глаз.Он вернул улыбку. Затем было приглашение из клиники в Нью-Йорке – хорошей такой клиники, покупка и обустройство дома – зачаровать его помог Жан, он же сосватал нескольких йома человекообразной внешности. На них пришлось повесить каффы, чтобы выглядели как люди, а не как персонажи фильма ужасов. Он-то привычный, и Милли тоже – а ну как коллеги зайдут? Непорядок. А потом.. А потом он на полтора месяца удрал в клинику, честно сдав буйствующую невесту со-супруге Жана и его падчерице – Ивонн и Тайен. Трио "ведьмочек" занялись подготовкой к их с Миллисентой бракосочетанию. Он честно сказал – что ему понравится ВСЁ. Но принимать участие в этом тихом безумии он не в силах. Милли попыталась обидеться, получила в подарок артефактную брошку-сову, честное признание, что она для него в любом виде самая красивая и любимая, и обижаться не стала. В процессе налаживания работы отделения и подбора клиентуры все ж держал руку на пульсе и убедился, что супруга его обладает и вкусом, и здравым смыслом. Чуточку подпортило настроение явление одной..особы, видеть которую он бы хотел.. никогда. С какой радости эта.. любительница котяток и пыток… заявилась в человеческую больницу, он так и не понял, но факт оставался фактом. Мысленно призвав всю свою выдержку (она ему и тогда не нравилась, а слухи про.. методы доходили), он попросил впустить просительницу в кабинет. Мадам за минувшие годы.. не изменилась. Стала только гаже. Нет, он понимает, что нельзя перелепить скелет.. но следить за собой надо или как? На днях была милейшая леди с внуком – но как она выглядела. А ведь человек! А эта.. маг! Тьфу ты… Он вежливо поздоровался – розовая жуть его не узнала. Ну да, он стал старше и несколько все же изменился. Выслушал жалобы, просмотрел карту. Ага, кентавры ее все же основательно приложили о корни в лесочке тогда.. Плюс.. гм, а не употребляет ли? Да, похоже.. цвет лица.. еще признаки.. Ай-я-яй… А ведь алкоголь с такими травмами не очень… Да еще ведь и откаты небось… Ну да, ну да.. мигрени.. головокружения.. весь букет. Перед внутренним взором встало еще совсем юное лицо Поттера… и вспомнились шепотки про ее методы. Клятву он давал. Но как там – "не навреди"? А он может и.. навредить… – Мисс… как вас… – Амбридж. //Жаба.// – Мисс Амбридж, я вынужден отказать вам в дальнейшем обследовании и лечении. К сожалению, наша клиника не занимается такими случаями. – Да вы.. да как вы… Мадам закопалась в сумочке истошно-розового цвета и выхватила оттуда палочку, явно собираясь его шибануть или Империо, или Обливиэйтом – на выбор. Только ему давно не 14… а гораздо больше. И у него есть совесть и некоторые принципы. Он шевельнул бровью – на стенах и двери и на окнах вспыхнули зеленью анграммы. Мадам не поняла еще, что он не просто врач. Дрейк бережно снял с уха кафф, слегка корректирующий внешность. И полюбовался на выпучивающиеся глазки Розовой Жабы. – Я тоже рад видеть вас, мисс Амбридж. – Ма.. Ма… Малфой… Но ты.. же… – Вы. Это раз. Второе. Забудьте о том, что вы вообще меня видели. Третье. Он встал и, подойдя к ней, навис, впиваясь взглядом изменившихся глаз в глазки старой мерзавки: – Ты, ветошь… думаешь, я слепой или идиот? Твое чудо-перышко – черно-магический артефакт. Сдать тебя аврорам? В Азкабан хочешь? Тетка, став белей снятого молока, сжалась и, явно забыв о палочке, помотала головой. Азбакан Не хочешь. Вали из Министерства, а лучше из Англии. Есть дивное место - солнечный Магадан. Или Земля Франца-Иосифа. Вот там и окопайся. Раскроешь рот – найду. А я – найду. – Ик. – Информативно. Ковер не заблюй. – Ик. Он кивнул и вернулся на свое место, дождался, пока тетка немного станет поживей выглядеть, и, убрав анграммы, продолжил: – К сожалению, мисс Амбридж, ваш случай не для нашей клиники. Любой интерн сумеет вам помочь, а соблюдение определенных ограничений и вовсе облегчит ваше состояние. Доброжелательно улыбнулся – будто и не он несколько минут назад наводил ужас. Тетка сумела собрать себя в кучку и недрогнувшим голосом выдавить: – Жаль, что отняла ваше время, доктор МакФинлей… Спасибо за уделенное мне время. Он вежливо поулыбался, пока она покидала его кабинет и клинику. Стоя у окна, размышлял. Может, он и перегнул палку, но эту… Пусть радуется, что целой ушла.