На лезвии ножа

Прошло восемь лет. — Алекс! Юный мальчишка поднял голову от учебника, в который он погрузился с самого утра. Мальчику, на вид, было лет девять-десять, хотя ему едва исполнилось восемь. Он был худощав, был довольно-таки высокого роста для его лет; так же он унаследовал от матери «фирменные» серо-голубые глаза и острые, идеально «очерченные» скулы. А от папы ему достались черного цвета, как смоль, волосы, знаменитая «поттеровская» прическа — невозможность пригладить какими-либо средствами топорщиеся волосы на затылке, нос и тонкая линяя губ. Тогда, восемь лет назад, Галина Рогозина и не думала, что она, утешая тогда Гарри Поттера, на самом деле влюбится в гражданина мира номер один, затем согласиться стать его женщиной-спутником, затем — женой, и, к тому же, забеременеет и родит ему сына Александра — назвать сына Сашей ни у кого из родителей и близких язык просто не поворачивался. Гарри же звал мальчика Алекс, и скоро малыш привык к своим двум именам. Как и двум языкам в доме — русскому и английскому, которые знал «на отлично». И сейчас бывшая «Рагозина» — ныне Поттер, очень хотела видеть их старшего ребенка. Помимо старшего Александра-Алекса, в семье полтора года назад родился еще один ребенок — зеленоглазый Кваетус, которого, как только его увидели, окрестили «уж точно родным сыном Поттера» — настолько новорожденный был уже копией своего знаменитого папы. Малыш оставался с дедушкой, няней, крёстным и папой, пока женщина работала. Сам папа, договорившись с мамой, сидел в декрете, периодически мониторя окружающую обстановку и новые сведения о Бюро. После казни главы Бюро, в течение долгих лет, шла ожесточенная борьба за верховенство центром. Ни один из выбранных глав долго не сидел — они не были такими профессионалами в своем деле, как Рон Уизли, и не умели сидеть «на двух креслах» сразу — нравиться и своим, и чужим. Гарри действовал очень хитро (это оценила даже Галина) — за прошедшие годы он смог взрастить и завербовать нужных ему, верных людей, которые докладывали ему обо всем, что происходит, и, если нужно, слегка способствовали смещению того или иного персонажа, который хотел стать кукловодом. Постепенно самая большая криминальная структура разбивалась на несколько более мелких группировок, и их успешно стравливали между собой те же поттеровские ставленники-марионетки. Власть их значительно ослабевала, а затем — они успешно ликвидировались до основания верными долгу, чести и государству полицейскими разных стран. Но все эти годы женщина продолжала внимательно следить за ребятами в России, чья их судьба могла решиться со дня на день. *** Мальчик, все еще сжимая книгу в руках, сбежал вниз по лестнице — встречать усталую с работы мать. Женщина просто обняла его, и громко прибавила: — А где еще двое моих чудесных мальчиков??? — Мы здесь! — послышался звонкий голос из глубины дома, затем раздались неторопливые шаги. Гарри, совершенно «домашний» — в старых джинсах, линялой футболке, взъерошенный, вел за маленькую ручку самого юного члена их семьи. Тот старательно пытался идти сам, но пока, местами, заваливался и топал неуклюже. Мать, опустившись на колени, раскинула широко руки и маленький Квай с восторгом начал рваться к маме. Поттер довел его до нее, и Галина обняла своего маленького сыночка. Алекс хихикнул, глядя как брат трогательно, но смешно, по-детски, обнимает их маму. — Га-а-ль, — многозначительно проговорил мужчина, глядя на нее, — нам надо поговорить… Супруга кивнула, и вручила младшего брата в руки старшему. Сзади моментально возникла Надежда и увела обоих братиков в большую комнату. *** Они сели в гостиной, любоваться на огонь в камине. Гарри проговорил все не сразу, просто наслаждаясь их коротким уединением: — Галь, Бюро зашевелилось. Женщина вздрогнула. Потом повернула голову — в соседней комнате зазвучал тройной смех — и один, совсем-совсем детский. — Что они натворили? — Пересекли черту. Подожгли торговый центр. Да, много жертв, — коротко проговорил ее муж, глядя как расширяются ее глаза, — но среди их жертв были родственники одного сотрудника твоего ФЭС… — Кого?.. — выпалила женщина. — Новенького, Круглов привел. Степана Данилова. Его сестра и племянница погибли… Он начал копать. И этот опер начал подбираться все ближе и ближе к разгадке. Лже-Рогозина занервничала, да и Степана точно уже вычислили… Вопрос времени — когда она оповестит Бюро, затем они будут либо разваливать следствие, уводя со следа, либо… убирать ненужного им свидетеля. — Значит… — Значит, наш счет пошел на часы. Собирайся и собирай детей. Мы возвращаемся. Пора остановить эту смертельную и криминальную игру… *** — (.) Суть преходящая… — бросил мимоходом лже-Баграев. — Форма вечна, — двойник проговорила это не сразу, но все-таки дернула подбородком, мысленно говоря себе, что, наконец-то, о ней вспомнили. Как ей надоело то, что она делает!!! Надоело соответствовать уровню, надоело постоянно находиться в напряжении — что узнают, поймут… — Я думаю, что Данилову надо отдохнуть. — Да, Данилову нужен отдых и покой, — лже-Рогозина выпрямилась и холодно взглянула вперед… *** Частный самолет с важными пассажирами на борту поднимался в воздух. Двое самых юных из них заснули практически сразу; взрослые тихо беседовали — чтобы их не разбудить. — Думаю, — обратился муж к жене и протянул ей чехол для одежды, — тебе пора это надеть… Рогозина с удивлением потянула собачку на молнии вниз. — Это же… -…твоя форма, — продолжил Гарри, — она давно должна была быть на тебе, но ждала своего часа. — ФСБ? — Рогозина начала скидывать свой пиджак, — уведомил? — Давно. Думаю, что шоу лже-Рогозиной и миссис Поттер произведет фурор! — глаза Поттера весело блестели… — Тише! Дети!