Дневник сумашедшей

      Я смотрела на сцену, и невольно улыбалась. В данный момент я даже забыла, где нахожусь. Просто стояла и наблюдала за встречей матери и сына после долгой разлуки. Вспоминаю Веню, глаза наливаются слезами. Поворачиваю голову и смотрю на Диму, он тоже вытирает лицо от предательски выступивших капелек из глаз. Перевожу взгляд на Дана. Он сейчас в объятьях матери. Целует ее, так же, как и меня, в лоб, и крепко заключает в кольцо своих рук. Наши глаза встречаются, вижу растерянность молдаванина. После, Людмила продолжает свое «шоу», начинаются массовые объятья. Далее она уже бежит ко мне, я повторяю за ней ее же движения, направляясь на встречу женщине. И вот мы уже перед сценой синхронно делаем комплименты друг другу. Вижу в ее глазах искреннюю радость встречи. Я понимала теперь от куда у Дана его вот эта «душа на распашку», его такая тонкая внешняя и внутренняя красота. Он копия своей мамы. Он продолжение своей мамы. Правда, я еще не знала его отца, но была уверена, что черты его характера он унаследовал именно от матери. Далее происходит то, чего явно никто не ожидал. Людмила читает молитву Богу за своего сына на украинском языке. Вот тут я реально уже не сдерживаюсь, слезы блестят в глазах. Смотрю опять на Дана, но даже со своим зрением вижу, как уверенный в себе харизмат, секс символ, брутал до кончиков пальцев, коллекционер женских сердец, превращается в мальчишку: от смущения лицо становится красным, от переполненных эмоций – глаза на мокром месте, бедный не знает, куда себе деть. Сейчас он именно тот Дан, которого я безумно люблю – искреннего, без малейшего намека на наигранность чувств. Это видят все. И сейчас в этом павильоне зритель открывает для себя настоящего Балана, у которого просто до безумия такая же настоящая и мама. Эти двое за пару минут смогли здесь создать всепоглощающую домашнюю атмосферу, которая накрыла всех – начиная от операторов, всех зрителей, тренеров, заканчивая всеми участниками и персоналом голоса. Мы все вернулись в свое детство, каждого из нас накрыла теплая волна такой себе «юной любви» и неиспорченного счастья, надежды, наивности. Ее слова благодарности за такой прием сына в нашу семью голоса, где царит любовь и уважение, могут вызвать эмоции даже у самых циничных людей.       И вот оно, то, к чему мы с Даном за время пребывания его мамы на сцене, мысленно готовились. Катя, Катя! Я когда-то не выдержу, и прям всю правду на вопросы Осадчей, ответы на которые она и так знает, отдам на всеобщее обсуждение. И не сможет она больше заставлять краснеть меня и провоцировать. Не могла Катя не спросить о вере Людмилы в химию и чувства между нами. Надо отдать должное пани Балан, ведь она как жена дипломата, очень дипломатично и тактично ответила и на этот вопрос. «Я люблю все то, что любит Дан. А любит он сердцем». Дан во время этого ответа не сводил с меня глаз, в принципе, как и я с него. Знаешь, я готова многое отдать сейчас, лишь бы только он так и дальше продолжал на меня смотреть. Я видела любовь в его глазах, и эту любовь, наверное, в ту секунду заметил каждый, но для некоторых – это игра и дайте им оскар, а для некоторых – вера в существование настоящего в этом мире. Хотя мне в данный момент было все равно, кто что подумает. Были только я и он, и наше «настоящее» между нами. Я задумалась и выпала на мгновенье с реальности, и вижу Дан уже подходит к своему креслу, а мама начинает петь «Горіла сосна, палала». Да, украинскую свадебную песню. Дан в замешательстве, Настя не понимает, что происходит, Дима не знает, что делать, Леша же просто улыбается. А я продолжаю восхищается Людмилой. Вот Монатик у нас самый расторопный получился, ведь на месте не устоял, побежал поддерживать Людмилу, еще и с собой всех звал, танцевал на сцене с ней. Короче, Димка – это нечто. Весь зал подпевает. Все ждут нашей реакции с Даном. Балан немного отошел от своих глубоких мыслей (возможно думал о побеге), и решил, коль это шоу уже состоялась, надо сделать его еще более запоминающимся и эмоциональным. Берет меня за руку, и вот я уже возле Людмилы пою такую знакомую мне песню. Еще секунда, и мы уже с Даном вместе танцуем, слышу от него «Вы так похожи». Что-то Димка там говорит ему, а в моей голове лишь «это же мама моего Дана».       Песня завершилась. Людмила снова обняла сына. Ведущие попрощались, а зал нас не отпускает, и я слышу это «Горько». Господи, я готова была провалиться сквозь землю. Возникает желание как можно быстрее отсюда убежать, хоть на край земли, мне все равно. В голове созревает план побега «На старт, внимание…». Дан тут же заметил мое истерическое состояние, и когда я уже практически начала бежать в прямом смысле этого слова, он аккуратно меня перехватил и обнял, прошептал «Тань, все хорошо! Успокойся». Я стояла и слегка дрожала в его руках. Через несколько секунд он сумел передать мне свое спокойствие, мне стало легче. Дан меня все же отпускает, видит, что я взяла себя в руки, только после этого взглядом разрешает мне уйти со сцены. Не убежать, как с места преступления, а гордо и достойно покинуть съёмочную площадку, как подобает Тине Кароль. За ее пределами меня сразу поймал Паша, который помог мне без приключений добраться к себе в гримерку. Меня сейчас переполняли чувства: с одной стороны, я готова была разорвать на сотни маленьких кусочков Завадюка и развеять по ветру эти кусочки, а возможно и Дана (я была не конца уверена в его неосведомлённости насчет приезда мамы), а с другой – я познакомилась с мамой Балана. Я теперь знакома с той женщиной, которую не так давно в сообщение благодарила за сына, так же, как и все фанаты молдаванина. Мне что-то там говорил Паша, кажется, он тоже был не в восторге от произошедшего пару минут назад, но я его не слышала. Ведь я только что обнимала самую важную женщину в жизни моего любимого человека. При мысленном упоминании о Дане, я расплылась в улыбке. У меня в голове воспроизвелась сцена объятий сына и матери и перед глазами возникла застенчивая, совсем мальчишеская улыбка Дана на слова Людмилы. Теперь я убедилась в том, что для него его семья, действительно, превыше всего. И тут я ловлю себя на мысли, что сейчас я напоминаю не взрослую состоявшеюся женщину, а капризную влюбленную девчонку. Сижу и прячусь в своей гримерке. Пашка пошел мне за кофе, и как только я вскочила с дивана и набросила на себя халат, двери гримерки без стеснения распахнулись и передо мной возник Балан. Мы с ним столкнулись, так как я уже была на выходе. И я сразу оказалась в его руках.       (Дан видел, в каком Тине сейчас состоянии, но решил сначала переброситься парой слов с мамой, а Кароль пока возьмёт себя в руки и сможет трезво выслушать его. Но в итоге Балан лишь завел свою маму в гримерку и попросил его здесь подождать и все же побежал к девушке. По дороге он встретил недовольного Орлова. Дан попросил дать им пол часа, но что Паша лишь махнул головой, дав понять, что их не потревожат. В самой двери гримерки Балан столкнулся с Кароль. - Малыш, ты как? –Дан аккуратно взял руками лицо Тины и поднял на себя, пытаясь прочитать ответ по глазам девушки. - Дан, ты чего? Все нормально – растеряно проговорила Тина, затем продолжила. - Ну приехала твоя мама, ну познакомились мы на глазах у всей страны. Попели, потанцевали под свадебную песню. Такое же у меня почти каждый день происходить – с иронией, пытаясь пошутить, проговорила Кароль, которая немного отошла от Балана, перевела взгляд куда-то подальше от мужчины, чтобы скрыть свое волнение. Но ее выдали пальцы, которые она так усердно заламывала.       Дан другого от нее и не ожидал, он сам еще не полностью отошел от происходящего. Как же он не любил такую публичность, и мама прекрасно это знала и все же пошла на такое. Балан не понимал причину этого поступка своей матери (хотя догадки то были), и в особенности, почему она ему ничего не сказала, не предупредила, но сейчас его больше волновало состояние его девочки. С мамой он потом разберется. И Завадюком тоже. Дан подошел к Тине, приобнял ее, и повел в направлении дивана. Кароль без сил упала на мягкий диванчик, певец приземлился рядом, продолжая ее обнимать и нежно поглаживать.       - Тань, извини, но я, правда, не знал. Мама всегда мне говорит о своих передвижениях и планах, но на этот раз решила, что контракт с Вовой о неразглашении важнее.       Дан притянул к себе Тину еще ближе и уткнулся носом в ее волосы, продолжил.       - Хотя она то намекала. Не даром у нее в инстаграме в последнее время так много было дантины, я просто не понял. Или не хотел понимать и верить. Когда она сегодня вышла на сцену, я, если честно, не очень удивился, где-то в глубине души я предполагал, что такое может случится. Прости, любимая…       Тина сидела и внимательно слушала мужчину. Дан же пытался оправдать свою мать, хотя и сам до конца не разобрался в причинно-следственных связях. Ведь глупой она не была, и что бы на такое решиться Людмила должна была быть уверена на все 100 в правильности своих действий.       - Она ведь очень хотела с тобой познакомиться, а зная меня, видимо решила, что лучшего способа, чем предложил ей Вова, не найти. Хотя со свадебной песней- это реально перебор. Сегодня маму ждет со мной очень серьезный разговор. Малыш, но все не так плохо, как кажется с первого взгляда. Шоу то получилось отличное. И вы, действительно, с ней безумно похожи.       - Спасибо, милый, большего комплимента ты мне за все время еще не делал – искренне улыбнулась девушка, ведь понимала, как сильно Дан любит и гордится своей матерью.       - Знаешь, она ведь у тебя действительно пожар. Приехать в другую страну, просто ради того, чтобы поддержать своего сына. Я ее как мать очень хорошо понимаю. И поверь мне, ни грамма обиды не держу ни на тебя, ни на нее. Сама виновата, надо было соглашаться и ехать тогда с тобой в Кишинев, сейчас было бы все намного проще. Ты можешь гордиться такой мамой, с ней не страшно покорять мир. Но со свадебной песней – я согласна, перебор.– улыбнулась Тина.       - Считай это репетицией – Дан решил выжать максимум с данной ситуации.       - Это что, предложение сейчас – подняла девушка глаза на своего собеседника, и удивленно спросила.       - Расслабься, малыш, только репетиция. – парировал мужчина, на что, услышав явно расстроенное «А жаль» девушки. Балан заулыбался, отпустил Тину и встал.       - Танюш, ты точно в порядке?       - Да, все нормально. Просто теперь мне надо подумать, что на это все сказать Вене. Он только сейчас начал мириться с тобой, и эти форсирования событий могут сыграть с нами плохую шутку.       - Так, сейчас самое главное, выбрось все лишнее из головы и хорошо отдохни. А думать мы будем с тобой вместе. И, Тань, мне кажется, нам сегодня лучше разъехаться по домам. Мне все-таки надо поговорить с мамой, мы с ней уже почти два месяца не виделись, а тебе нужен спокойный отдых. А завтра приезжай с утра ко мне, мы все вместе пообедаем, я проведу маму на самолет, и весь вечер будет только в нашем распоряжении. Тогда и начнем думать.       Тина также встала с дивана и обняла мужчину.       - Ты прав, Дан. Паша меня отвезет. Мне будет очень тебя не хватать. Только обещай, что Людмиле не очень влетит сегодня.       - Солнышко, ты маму мою видела? При всем моем желание высказать ей все свое недовольство, сейчас именно она будет меня отчитывать, как мальчика. И я еще и прощение буду в нее в итоге просить. – заулыбался Дан, после чего последовал короткий, но нежный поцелуй и их расставание до завтра. Уже на выходе из гримерки Дан напоследок бросил «Не забудь мне позвонить, когда доберешься»).       После разговора с Даном мне стало достаточно комфортно. Я нашла в себе смелость найти Людмилу и нормально с ней попрощаться. И я, практически сразу же после Балана, тоже вышла со своей гримерки. Мама как раз давала интервью на бекстейдже. Увидев меня, она быстренько закончила разговор и подошла ко мне. Мы перебросились парой фраз, напоследок я пообещала завтра приехать к Дану. Мы распрощались, и я со спокойной душой могла теперь переодеться и ехать домой. Моя мечта сейчас – это душ и теплая постель. Жаль, конечно, что без Балана. Это означало, что сегодня ночью я согреться не смогу.       Домой меня отвез Паша. Расспросами он меня не мучал, просто спросил, поздравлять меня, или наоборот. Естественно, я была рада познакомиться с пани Балан, но я себе это представляла совсем по-другому. У меня было двоякое чувство. Единственный, кто меня сейчас смог бы успокоить, сам, наверное, нуждается в усмирении своих эмоций. Паша предложил остаться у меня, но мне сейчас хотелось побыть одной. Ну разве только Дан приедет, что вряд ли. Утром Орлов должен был меня отвести к Балану, так что он сразу же и уехал. Я же, уже обнимая подушку, вспомнила, что забыла позвонить Дану. Певец молниеносно взял телефон, так как ждал моего звонка и по его расчетам я уже должна была давно быть дома. Извинившись, что сразу не перезвонила и пожелав друг другу спокойной ночи, я отбросила телефон. Изначально я думала, что уснуть не смогу, но моя усталость дала о себе знать, и практически сразу удалось выключить мозг и началась трансляция интересного фильма о каких-то там единорожках, придуманных моим подсознанием.       Следующий день пролетел очень быстро. Как будто бы я вот только что проснулась, а уже дома у Дана, общаюсь с его мамой. Ты знаешь, это уникальная женщина. Я в нее прям «влюбилась». Насколько открытая и светлая, она так к себе быстро располагает. В тот день мы решили вместе пересмотреть выступления Людмилы на голосе. Настроением были заряжены на месяц вперед. Мы были приятно удивлены количеством просмотров и комментариями, в которых все восхищались этой женщиной и ее сыном. И не зря. Но а про Кароль: «А как засмущалась Тина, ой как же ей идёт это» и все в таком духе. Самое интересное, что нас с Даном уже поженили. Каждый второй комментарий – это пожелание нам с ним счастья и безграничной любви. Я не думала, что мы так можем зацепить народ, кроме того – никто ничего не поддерживает же. За сутки это видео набрала 1 млн просмотров, и почти 2 недели держалось в тренде, причем 6 дней – на 1 месте. Вова явно не прогадал с таким ходом. Но здесь заслуга не столько продюсера, сколько Людмилы и Дана. Они магниты, они притягивают свет, они дарят его. Эта такая редкость в нашем мире. Некоторые писали, что все равно, даже если это все есть сценарий, то спасибо Людмиле Балан и «этим двоим», что подарили такие живые, настоящие эмоции за те 11 минут. Я с этим согласна: смотря на этот эпизод со стороны, я понимала, что глядя на нас можно начать верить в семью, любовь и счастья. Простые вещи, но мы о них забываем. Но только не пани Балан, именно поэтому ей удается создать уют в любом месте, где бы она не оказалась. По-моему, это дар. Я очень горда знакомством с Людмилой. И очень рада видеть черты мамы в характере ее сына. Это тот случай, когда "Учитель продолжается в своем ученике".       И вот я уже прощаюсь с Людмилой и обещаю, как только найдется окно у наших с Даном графиках, мы обязательно наведаемся к ним в Кишинев. Я этого очень хотела. Мне было мало того времени, что я провела с ней, мне хотелось еще. А учитывая то, как Людмила рассказывала о сестре Дана и своих внуках, мое желание утраивалось. Обнявшись, Баланы ушли, а я осталась одна. До возвращения Дана, я сидела и изучала ленту инстаграм, которая была завалена моментами с голоса. Сама не заметила, как уснула. Разбудила меня слегка колючая щека Балана, которой он потёрся об мое лицо. Весь вечер мы проговорили о наших планах на весну и о том, как дальше себя вести, что говорить Вене и когда же все-таки будет подходящий момент для серьезного разговора с сыном. И лежа уже в постели, каждый в своих мыслях, Дан вдруг вспомнил о нашем дуэте. Ему хотелось песню выпустить после окончания голоса, не на самом проекте, а в отдельности от него, причем презентовать не только песню, а и клип к ней. Мне стало интересно, как Дан планирует за полтора месяц записать студийку и снять клип, учитывая нашу загруженность другими проектами, особенно мою, ведь у меня же еще и тур. Кроме того, ни клипмейкера, ни идей к клипу, та и песни в принципе еще нет. Но Дан ничего так просто не говорит. Оказывается, он уже успел связаться с Бадоевым, даже текст песни ему показал. И тот уже спустя пол дня объявил Дану, что согласен взяться за такою «сложную» работу и при грамотном использовании времени, мы управимся с клипом и за месяц. Я была заинтригована, и на встречу с Аланом согласилась, тем более, что давно хотела с ним поработать. Даже в темноте я увидела, как довольная улыбка озарила лицо рядом лежавшего певца. Еще утром у меня не было ни единой идеи для этой главы. Так что получилось, то что получилось:) И вообще мне кажется, что слишком какой-то "мыльный" фанфик получается. Но ничего с собой поделать не могу. Они для меня такие - любящие и любимы, умеющие слушать и слышать...