Чёртов Призрак

— Кто это был? — Да понятия не имею, я даже его лица не запомнил. Конечно не запомнил. Ещё бы ты запомнил! Я уже привык. Долго, правда, не мог понять, в чем соль — вглядывался в зеркало поворачивая голову и так, и эдак. Спрашивал пару приятелей, с которыми по необходимости поддерживал поверхностный контакт — они пожимали плечами. Друга, с которым можно поговорить по душам у меня нет. Ещё бы был! Я горько усмехнулся и пошел вдоль по улице, ёжась от холода. В лужах отражалось мое лицо с искажённой рябью кривой улыбкой. Я не урод, это я понимаю. И не красавец. Но, как ни смешно, обычным или заурядным меня тоже не назовешь. Да если бы дело было только во внешности! Хотя и этого могло хватить. В школе меня прозвали Призраком за совершенно незапоминающееся лицо и странную стену отчуждения, которая меня всегда окружала. Я ее не создавал. Сама выросла. Проникнуть за нее никому не удавалось. Да никто особо и не стремился. Когда стал студентом факультета Права, то почти совсем растворился на фоне — новое окружение меня не замечало, несмотря на отличные оценки и посещаемость. Даже лекции списать никто не просил. А мне одиноко. Вот так вот, в степени «совсем». Пары закончились, родители уехали в очередную командировку — спешить некуда и не к кому. Вот и бреду, не слишком обращая внимание куда, вороша носками ботинок опавшие листья. Солнце медленно ползет к горизонту, но все еще достаточно высоко, чтобы окрасить все вокруг в золотисто-красный. Сейчас мир вокруг такой же призрачный, как и я сам.

***

— Эй, парень! — Мои тоскливые размышления были бесцеремонно прерваны чьим-то хрипловатым голосом со стороны. — Руку не подашь? Я отсюда сам не выберусь. В своих блужданиях я забрел на окраину городка, где новые, глянцевые, как с обложки журнала, особняки всё ещё соседствовали с убогими халупками вековой давности. Повсюду виднелись следы активной строительной деятельности. Новое спешило стереть ушедшее, словно шершавым ластиком, как можно скорее. Голос звучал откуда-то справа, но я не видел говорящего, потому начал оглядываться в поисках источника звука. — Я здесь, внизу. Осторожнее, сам не провались, а то придется вместе коротать время по уши в грязи. Опомнившись, я полез в карман за мобильным. Нужно включить фонарик и не рисковать свернуть себе шею или переломать ноги в этих умирающих трущобах. — Цивилизация пришла! Я свой телефон, как назло, в офисе забыл, — смеясь произнес человек, голову которого я уже заметил. Он провалился в траншею глубиной почти в его рост! Это же еще умудриться надо! — Вытащить-то я тебя вытащу, вот только с одеждой потом придется попрощаться — никакая химчистка не возьмёт, — критически оценил я возможные последствия подобной помощи. Но не оставлять же этого беспомощного здесь. — Давай руки. Готов? Это было непросто. Он что, не в курсе, что тренажерки, как и всего остального, хорошо в меру? И только когда парень, наконец, поднялся на ноги я понял, что дело не в этом. Точнее — не только в этом. Метр девяносто с хорошим таким хвостиком и никак не меньше. — Здесь что, посреди дороги могилу рыли?! — Я настолько возмутился, что даже произнес это вслух, настороженно посматривая на то, что только что на свою голову вытащил. Его же там не хоронить собирались, правда? И во что я вляпался на этот раз? — Нет, не могилу, — фыркнул этот громила, отряхиваясь и попутно пытаясь осмотреться. — Похоже здесь готовят фундамент, причем солидный. Круто же надо мной подшутили. В кои-то веки решил выпить с приятелями и в итоге сам не знаю, как оказался здесь. Голова раскалывается, но в остальном вроде цел. Спасибо тебе. С меня, как минимум, ужин, — озорно улыбнулись мне, прекратив бессмысленные попытки привести себя в порядок. — Только не сегодня, я, сам видишь, не в форме. Я видел. Весьма смутно, ибо сумерки уже успели опуститься на город. Фонарик я давно уже выключил — заряд батареи почти израсходован, а мне бы еще добраться домой. Но истрепанный, измятый, грязный, к тому же частично мокрый прикид своего собеседника я успел заценить, пока вытаскивал из ямы. В гроб и то краше кладут. — Спасибо, не стоит, — мотнул я головой для убедительности, отказываясь от сомнительных благодарностей. — Лучше подскажите, где мы находимся — мне бы такси вызвать. Вам, кстати, тоже, но Вас в него не пустят. Уже слишком поздно для пеших прогулок. А приятелей бы Вам лучше сменить. В следующий раз так и с дыркой в черепе проснуться недолго. — Если дашь мне воспользоваться телефоном, то я позвоню и за мной приедут, не переживай. Мне был интересен этот человек. Было в нем что-то, вот только… Уже через полчаса он меня просто не узнает. Я говорил, что привык к такому. И, тем не менее, сейчас мысль об этом окончательно испортила мне настроение. Мистика. Еще один нюанс меня смущал, и я из-за этого чувствовал себя неуверенно и мялся, словно барышня. Я не ощущал обычной стеклянной стены отчуждения, отделяющей меня от людей. Это было странно, непривычно и совершенно неуместно. Почему сейчас? Я замялся, не в силах придумать достойного оправдания своему отказу. Да и стоит ли? — Да брось ты! — странный парень обезоруживающе улыбнулся мне. — Завтра суббота и планов у меня никаких нет. Встретимся в ресторане «Air Flow», поболтаем. Просто так, можно ни о чем. В 18:00, идет? Если неудобно место или время — назови сам, я же все равно не отстану. И действительно, не отстал до тех пор, пока я не дал согласие со своим номером телефона впридачу. Я не мог отпираться до бесконечности — в яме, где он сидел скопилась вода и он до нитки промок. И согласиться мне хотелось и не хотелось одновременно. Я гей, причем со странными особенностями. И ещё — я банально тру́сил...

***

Весь вечер и весь следующий день я провел в сомнениях. Идти уже совсем не хотелось. Вчера, в сумерках, на задворках, присутствовал определенный авантюрный дух и мистическая нотка. Они рассеялись вместе со вспыхнувшим светом в прихожей моей квартиры. Я сидел допоздна на кухне, глядя на свое отражение в кружке остывшего чая. Сегодня же, скорее всего, стеклянная стена будет на месте, и он меня не узнает. Хотя… Я внезапно засмеялся, как сумасшедший — сначала его не узнаю я. Это ирония, но в темноте и неровном, резком свете фонарика я так нормально и не разглядел его лица. К тому же он был грязный, как чёрт. После обеда, несмотря на сомнения, я все-таки решил, что обещание стоит сдержать, а не просто заблокировать его номер и забыть. Так что сегодня Чёрт встречается с Призраком. В самом дорогом ресторане столицы!