Чёртов Призрак

Я не сомневался ни на мгновение, что он придет. Столик, а точнее — отдельный «кабинет для приватного общения за ужином» на имя Майкла действительно был забронирован. Вежливый и улыбчивый лакей любезно предложил проводить меня к нему. Конечно, вчера мы друг другу представились. — Майкл Мейер, прошу любить и жаловать! — на что в моей голове моментально пронесся язвительный ответ: «Любить? А может еще и интимно?» Но я вовремя поймал себя за язык. Что это со мной такое?! Мое имя он попросил написать на той же бумажке, что и телефон. Увидев явно непривычное «Бертран», он только хмыкнул и коротко бросил: «Берт». Я знал, что опоздал минут на двадцать, но раз стою перед этой дверью, то он всё ещё ждёт. Я попытался расправить плечи, прежде чем войти, но непривычные пиджак и галстук мешали почувствовать себя хоть сколько-нибудь комфортно. — Привет! Устраивайся поудобнее! — делая широкий жест, указывающий на столик, за которым сидел он сам, любезно предложил Чёрт по имени Майкл. — Я уже думал, что придется нанимать сыщика и выискивать тебя в той норе, в которой ты от меня спрячешься. Он вел себя как радушный хозяин, и от этого я чувствовал себя ещё более скованно. Самое смешное, что уже гораздо позже я осознал факт, что об узнавании в лицо я в тот момент даже не вспомнил! — Норы это, скорее, по твоей части… Да и с какой стати мне от тебя прятаться? — я искренне удивился, но лишь на мгновение. Потом пришел стыд. Я же действительно подумывал заблокировать номер и просто не прийти. — С такой, что ты почему-то меня опасаешь… — Почему-то?! — Я откровенно вспылил. — Человек из канавы на обочине, грязный с головы до ног, приглашает меня на ужин в дорогущий ресторан, не принимая отказа! — Сначала я смерил его возмущённым взглядом, а потом внезапно осёкся. — Прости, я немного… Ответом мне был весёлый, раскатистый смех, лишь слегка приглушённый мягкими стенами индивидуального кабинета, в котором мы сидели друг напротив друга за изящным лаконичным столом, покрытым белой хлопковой скатертью. Свет городских огней, проникающий через огромное окно во всю стену смешивался с мягким светом настенных светильников. — Извини, я не сдержался. Ты смешной. Не обижайся. Если ты не против, я сам сделаю заказ, тебе может быть сложно с местным меню. Есть что-то, что ты не можешь или не любишь есть? Я помотал головой и тут же, противореча сам себе, добавил: — Не рыбу. — Не вопрос, обойдёмся без рыбы, пусть себе плавает. Как только официант бесшумно удалился, Майкл поймал мой взгляд и с лёгкой улыбкой произнес так, как будто говорил о погоде или о птичках: — Ты мне нравишься. Мне стоило большого труда не вздрогнуть и по-идиотски не открыть рот. Надо просто понимать кто и кому это сказал. Напротив меня сидел не просто высокий и хорошо сложенный, но еще и красивый парень. Я никогда не задумывался о том, какой «тип» в моём вкусе. Присущая мне неопределенность проявлялась и в таких вещах тоже. Но сейчас у меня не было никаких сомнений — вот такой вот «тип». Тёмно-каштановые волнистые волосы, прямой нос, светло-карие живые глаза. А всё вместе — харизматичный красавец, каких поискать. Я не искал. Он сам нашелся. И выдает тут мне! — В тебе есть что-то очень необычное. Я заметил это еще вчера, потому и настоял на встрече. — Он на мгновение замочал, разглядывая меня чуть склонив голову набок. — Твое лицо и твои реакции… Они напоминают мне воду — в какую форму нальешь — то и будет. И каждое твое переживание — такая форма. Ты хоть сам осознаешь, на сколько по-разному ты можешь выглядеть?! Я просто не в состоянии оторвать от тебя взгляд! — Так, стоп. Я тебе не мутант для опытов. Бесишь. Из-за «необычности», о которой ты так легко говоришь… — Я оборвал себя на полуслове. Ещё не хватало жаловаться ему на жизнь! — Проехали. И знаешь, я лучше пойду. — Стоп-стоп-стоп! Я не имел ввиду ничего такого! — Майкл оживился и примиряюще поднял руки. — Вот именно, не имел, — сказал я, уже вставая из-за стола. — А я гей, и твои слова звучат для меня иначе, чем ты думаешь… Я не стал ждать его реакции или ответа, просто направился к выходу. Хотя, на самом деле, это было непросто. Чего я, собственно, ожидал от этого красавчика? Его «нравишься» и мое — совершенно разные вещи. И мне совершенно не хотелось чувствовать себя редким музейным экспонатом. Тем более — перед ним. Правда недалеко ушел. Видимо, пары секунд, пока я огибал стол, Майклу вполне хватило для осмысления, и еще через две я уже был прижат к стене без шанса на побег. Парень хищно посмотрел на меня и выдохнул: — Как же это все упрощает, Берт!

***

Конечно, он меня поцеловал. Это было до смешного уместно. И до головокружения приятно. Начав с того, что просто лизнул мои губы, он разгонялся с ускорением стартующего истребителя. Взяв меня за подбородок и слегка надавив на него большим пальцем, приоткрыл мой рот и тут же скользнул языком внутрь. Я не сопротивлялся. В этом не было смысла — мне нравилось происходящее. И он мне тоже нравился. Глупо спорить. Я провел своим языком по его, отвечая, и втянул носом воздух. Рот неудержимо наполнялся слюной, а всё мое тело — желанием. О чем он только думает, делая это здесь? Мысль разлетелась на куски вместе с остатками здравого смысла и я обнял широкую спину Майкла, окончательно сдаваясь. Когда в дверь негромко постучали я вздрогнул, пытаясь отстраниться и оттолкнуть Майкла — куда там! Он лишь оторвался от моих губ и повернув голову к входящим официантам коротко кивнул. После этого молча смотрел мне в глаза, пока я не отвёл их в сторону. — Давай поедим, еда здесь что надо, и если нам не помешает немного остыть, то ей — нет. — Чёрт в человеческом обличии, взяв меня за руку, переплетая наши пальцы, подвёл к столу и галантно отодвинул стул. Я возмущённо посмотрел на него и покрутил пальцем у виска. — Ты за кого меня принимаешь? — Ни за кого. Тебя невозможно с кем-то перепутать. — Он был абсолютно серьёзен. Ни тени сарказма, ни отсверка веселья в глазах. А я — полностью беззащитен и открыт. Стена, отделявшая меня от окружающего, для него как будто не существовала… Беспомощно моргая, я опустился на стул, а затем закрыл лицо руками. Мне надо срочно бежать. Почему? А спросите что полегче! Это почти рефлекс. Если ситуация выходит из-под моего контроля — бежать куда глаза глядят, причем чем быстрее, тем лучше. Говоря аналогией Майкла, приходит время утечь сквозь пальцы. А говоря проще — я просто трус… — Хватит. Не надо убегать. — Он что, мысли читает?! Я чуть не подавился! — Я ведь тоже тебе нравлюсь. И поцелуй понравился. Само собой, я почувствовал твое возбуждение… И я не тороплю. Просто… Давай встречаться? От его слов я смутился больше, чем от поцелуя. Наверное стал похож на вареного рака — щеки невыносимо горели и уши тоже. Я молчал, и мы ели то, вкуса чего я совсем не чувствовал. А потом он предложил отвезти меня домой. Я пытался отказаться — не вышло. В какой-то-там навороченной тачке мне было неуютно и я всю дорогу смотрел в окно. Начавшийся меленький дождик рисовал незатейливый узор на стекле. А я всё думал, что в нем самом такого особенного, что он смог увидеть меня даже в темноте загаженного переулка? И к чему приведет это знакомство? А Чёрт его знает?