Адвокатская этика

Сэлин внимательно разглядывала Эрика, пристроившегося на диване и подобравшего под себя ноги, как раз так, как он делал это в студенческие годы, когда они еще учились вместе в колледже. Мужчина выглядел озадаченным, внимательно рассматривающим бумаги, которые услужливо передавала ему Дора. Здесь, в полутьме вечернего освещения, он выглядел совсем не так, как ей пришлось вновь его увидеть, через пять лет. Вместо четкого, острого образа, перед ней предстал тот мягкий вид Эрика, с которым она была знакома с самого начала. Его волосы больше не были гладко разложены на пробор, а верхняя пуговица рубашки небрежно расстегнулась. Он сосредоточенно покусывал губу, когда перед ним возникал новый документ, свидетельствующий о полном перевороте в текущем деле. В какую-то секунду, Сэлин с трудом удержалась, чтобы не встать и не обнять мужчину, потрепав его по волосам. Мирон, поглощенный новыми фактами в деле, все равно не мог не почувствовать этот пристальный взгляд, однако, списал это на эффект алкоголя в крови адвокатши. — Я не могу поверить, что ты ничего не сказала об этом, — Эрик подхватил одну из бумаг, которую Дора положила на его колени, — Почему? — А меня разве спросил кто? — улыбнулась девушка, — Тем более, Мэнди… Мы были очень дружны до того, как она… В общем, это сложно. Я не хотела ей ничего портить и никак мешать, но теперь я вижу, что ей нужна помощь. И если бы я знала, что Сэлин тогда приходила «наниматься» в офис с именно этой целью… Дора перевела взгляд на адвокатшу, которая сидела прямо на полу, разложив вокруг себя какие-то бумаги. — Сэлин? — позвала девушка, и Картер, таки, оторвалась от созерцания Эрика. — Ау? .. — Может, тебе спать пойти? — с улыбкой сказала Дора, — Вторая бутылка явно была лишней. — Я все понимаю, и знаю, что говорю, — заплетающимся языком ответила девушка, — И меня тут теперь терзает один вопрос. Адвокатша снова уставилась на Мирона, который читал многостраничный договор. — Эрик, — достаточно громко сказала девушка, повысив голос, — А почему ты уехал тогда? Мужчина замер на мгновение и перевел взгляд на свою знакомую. В таком состоянии он ее еще никогда не видел. Или это новый образ жизни Сэлин, или он многого не знал о своей подруге из колледжа. — Сэлин, не думаю, что сейчас… — У нас потом не будет возможности! — резко отозвалась девушка и даже попыталась встать, но тщетно, - Я, черт побери, все эти годы задавалась этим вопросом. Дура, не могла даже додуматься, чтобы просто спросить тебя прямо. Я должна это знать, перед тем как… — Эм, мне бы, наверное, лучше уйти, — не кстати сказала Дора, отвлекая внимания Эрика от Сэлин. Мужчина приподнял руку вверх, давая понять девушке, что все в порядке, и она может остаться. — Сэлин, иди спать. — Я не пойду, пока ты мне не скажешь, почему ты уехал, — девушка не твердо встала на ноги и покачнулась назад, ухватившись за тумбочку у дивана и повалив ее на пол. Картер облизнула сухие губы, не двинувшись больше в места. — Сэлин, — Эрик постарался улыбнуться, — Не место и не время. — У нас никогда не было место и времени! — адвокатша сердито пнула документы, лежавшие у ее ног, но промахнулась, шагнув еще дальше назад. — Я пойду… — Дора снова тревожно посмотрела на Эрика, но тот указал девушке в сторону кухни. — Сделай чай… Или что-нибудь теплое, если найдешь, — ответил мужчина, наконец отложив в сторону бумаги. Дора тут же метнулась в указанном направлении. — Видишь ли… — Мирон отвел взгляд и продолжил, — Мы тут разбираемся с делом Мэнди… — А с нашим делом? — тут же прервала его Картер, — С нашим делом мы когда будем разбираться? — У нас нет дела, Сэлин, — миролюбиво улыбнулся Эрик, — Нам не с чем разбираться. Ты выходишь замуж, у тебя новая жизнь, мы не виделись в течении пяти лет. Слишком много времени прошло. — Почему ты уехал? Эрик отрицательно помотал головой, но встал и приблизился к адвокатше. Он внимательно окинул взглядом ее нетрезвый вид, пытаясь вызвать в себе какие-то неприятный чувства по отношению к ней, но тщетно. Даже сейчас, когда она была агрессивна и вообще вела себя так, как он никогда не видел, он не мог испытывать к ней ненависть или даже раздражение. — Сэлин, — он аккуратно положил руку на ее плечо. Девушка продолжала стоять на месте, слегка покачиваясь и придерживая себя рукой за спинку дивана, — Иди спать. — Но, дело Мэнди… — вдруг внезапно сказала она, медленно оглядывая бумаги вокруг, — Нужно разобраться. — Ты все равно в таком состоянии не сможешь ни в чем разбираться. Он уже было собирался потянуть ее за руку в сторону спальни, но она вдруг дернулась назад, уставившись на него глазами, полными ужаса. — Мне плохо, Эрик, — судорожно прошептала она, — Мне очень-очень плохо. Я больше не могу так. Она схватилась за голову, практически рухнув на колени. Ошеломленный Мирон отступил назад, бросив тревожный взгляд в сторону кухни, откуда так и не появилась Дора. На мгновение его как будто пронзило током: перед ним был человек, который действительно в нем нуждался, который действительно жаждал его поддержки и его расположения. Нет, это была совсем не Кэти, которая сбежала от него, как только появилась подходящая возможность, это была Сэлин — уставшая, слабая, беззащитная и просто не выдержавшая такого напряжения. Она глухо зарыдала, закрыв лицо руками. — Сэлин… — Эрик чуть двинулся вперед, но остановился. Пять лет — большая пропасть. Они разные люди, у них разные жизни, — Ради бога, Сэлин, я тебя умоляю, только не плачь. Я не могу смотреть, как ты плачешь. Он присел на колени рядом с девушкой и стал неуверенно поглаживать ее по голове. Из кухни, наконец, вышла Дора: — Я не нашла ничего, кроме кофе и молока, — сказала она очень тихо, с сочувствием посмотрев на Картер. — Молоко теплое? Девушка кивнула и протянула небольшую пиалу с белой жидкостью мужчине. Он неуверенно взял ее и также неуверенно обратился к Картер: — Выпей молока, тебе надо успокоиться. Адвокатша с трудом отняла руки от лица и посмотрела на пиалу, появившуюся прямо у нее перед носом. Она молча отодвинула ее рукой, а потом запинаясь и икая сказала: — Я… Я все потеряла, вообще все! У меня теперь больше ничего нет! — она захлебнулась собственными словами, — Все было хорошо, пока ты не приехал! Она снова зарыдала, теперь уткнувшись головой в колени. Эрик опешил на мгновение, а потом с недоумением взглянул на Дору. Та сочувственно пожала плечами: — Похоже, что у нее истерика. Ее и правда лучше уложить спать. Адвокат весьма рассеянно кивнул, но подхватил рыдающую Сэлин под мышки, пытаясь поставить ее на ноги и таким образом двинулся вместе с девушкой в спальню. Он кое-как примостил ее на кровать, которая, к счастью адвоката оставалась разобранной и прикрыл одеялом. Все это время девушка не подавала никаких признаков адекватности, однако, когда Мирон уже почти оказался на пороге комнаты, она вдруг отчетливо позвала его. — Да, Сэлин? — он повернулся, понятия не имея, как вести себя в такой ситуации. — Подойти ко мне. — Сэлин… — Пожалуйста. Немного поколебавшись, мужчина-таки двинулся в сторону кровати и наклонился над девушкой, чтобы разглядеть ее лицо в полутьме комнаты. Она лежала поперек подушки, с пугающе блестящими в темноте глазами. Было очевидно, что ее лихорадит. — Почему ты уехал? — почти шепотом спросила она, дыша через рот. — Ты знаешь, — ответил Эрик, отведя взгляд. — Нет, — она ухватила его за руку, не давая возможности уйти, — Ты сказал, что любил меня. Почему? Мирон попытался вырваться из хватки девушки, но она была настолько сильно, что сделать это так просто не представлялось возможным. — Я соврал, — сорвавшись на высокий тон, ответил мужчина, и, наконец, высвободившись из руки адвокатши. Он тут же отпрянул назад и быстрым шагом вышел из комнаты, остановившись на пороге, чтобы отдышаться. Повернуться, чтобы посмотреть не Сэлин, у него не хватило духа. Глубоко вздохнув, он вернулся обратно к Доре, которая сидела на диване в комнате. Он прошел мимо нее не глядя, и почти сразу же сел прямо на пол, рядом с коробкой с документами. Несколько минут они провели в полнейшем молчании, пока Дора не сказала: — Тут у тебя телефон пиликнул, — она жестом указала в сторону девайса, что лежал на диване, — Важное что-то, наверное. Эрик молча встал и взял телефон. На мгновение его лицо просветлело, и он улыбнулся девушке: — Кэти дома. — Так… Что мы будем делать? Мирон огляделся: — Честно сказать, мне все это нельзя было показывать, — уже спокойно сказал мужчина, — Так как я адвокат совсем противоположной стороны… Но теперь меня очень многое смущает в этом Мьюзе. Он замолчал и внимательно посмотрел на Дору. — Расскажи мне про свою историю. — Да брось, — девушка отмахнулась, — Это не имеет никакого значения в деле. — Нет, я уже не о деле, — ответил Эрик, — С ним-то мне как раз все понятно. Если Сэлин завтра… Протрезвеет и будет в адекватном состоянии, она справится со всем. Здесь нужно быть совсем глупым человеком, чтобы обвинить Мэнди в каких-то махинациях, с учетом этого всего. — Это да… — Дора согласно покачала головой, оглядев коробку с бумагами. — Я разговаривал с Берроузом, — продолжил Эрик, — Мне не нравится вся эта заваруха. Более того, мне не нравится, что там повязан мой дядя. — Сенатор? — девушка не успела скрыть в своих глазах удивление, — Сенатор Роджер Бенджамин Берроуз… твой дядя? — Именно. — Ну, ты же знаешь, что это его корпорация, он выкупил дело, Мьюз и Рэндольф лишь представители. — Да, — Эрик кивнул, — Мистер Берроуз сказал мне об этом. — Ну, значит, новостей особых и нет, — Дора пожала плечами. Мужчина глубоко вздохнул и бросил беглый взгляд на дверь, ведущую в комнату Сэлин. Затем он привстал с пола и пересел на диван: — Меня больше интересует, ты-то тут как повязана? — У меня нет какого-то особого интереса… — уклончиво ответила девушка. Эрик не сдержал смешок у указал рукой на бумаги кругом: — Серьезно? — Ладно, знаешь, я скажу тебе… — Дора нахмурилась и стала отчаянно покусывать внутреннюю сторону щеки, — Я лишь хочу помочь Мэнди не оказаться на обочине жизни, как это произошло… Она замолчала, но мужчина лишь внимательно смотрел на нее, не говоря ни слова, ожидая, пока она продолжит. Однако, Дора не продолжила: — В общем, я знаю, каково это. Терпеть несправедливость, хотя ты в этом совсем не виноват. — Что ты сделала? — не унимался адвокат. Теперь ему до чертиков хотелось узнать об этой ситуации как можно больше, и желательно, в обход своему дяде, с которым у него еще будет не один неприятный разговор. — Я перешла дорогу Мьюзу, так скажем, — девушка блеснула глазами и почти улыбнулась, — И он решил засунуть меня подальше. Но мне было это даже на руку. Я узнала больше, чем даже хотела. Эрик откинулся назад и улыбнулся, проведя рукой по своим волосам: — Ты собиралась использовать все это в подходящий момент? Дора постаралась не улыбнуться и закусила нижнюю губу, отведя взгляд в сторону. Почти сразу же она посмотрела на часы и встала: — Да, я тут задержалась, кажется. Мне пора, — оглядевшись, девушка прикинула, нужно ли ей забирать все, что она принесла. Заметив ее взгляд, Эрик отметил: — Оставь, Сэлин разберется утром. Даже, возможно, вернет тебе все эти бумажки. — Мне все равно, ты сам можешь ими воспользоваться, если считаешь нужным. Или можешь сделать вид, что ничего не было и спрятать их. Но тогда это будет на твоей совести, — уже почти у самого порога сказала Дора, — Закроешь за мной? Или ты тоже не останешься? Не вставая с дивана Эрик снова бросил беглый взгляд на комнату, где была Сэлин. — Я чуть задержусь, — он чуть помолчал, — Дора, погоди! Девушка задержалась в дверях, почти прикрыв их за собой. Она удивленно обернулась и посмотрела на мужчину, вставшего на колени на диване, лицом в двери. — Ты могла воспользоваться этим всем, чтобы буквально стереть Мьюза. Заставить его плясать под твою дудку. Почему? — Почему не воспользовалась? — уточнила девушка, и адвокат кивнул. Она опустила глаза и странная гримаса проскочила по ее лицу, но буквально на мгновение. Почти сразу же Дора улыбнулась и ответила, — У меня добрая душа. — Всем бы такую, — хмыкнул Эрик. Дора облокотилась на порог, чуть выставив вперед ногу, согнутую в колене. — Даже не знаю, стоит ли тебе этом говорить, — пробормотала она, — Знаешь, ты правда хочешь раскопать всю подноготную этих Мьюзов-Берроузов? Эрик пожал плечами и развел руки в стороны: — Мне кажется, что без этого я не успокоюсь, теперь. После этих слов в воздухе повисла тяжелая пауза. Дора снова в задумчивости стала покусывать внутреннюю сторону щеки, а Эрик просто наблюдал за реакцией девушки. — Ладно, — наконец сказала она, — Тогда, я думаю, нам есть о чем поговорить в этом случае. Она снова вернулась в квартиру, не мало удивив таким поведением Эрика. — Поговорим на кухне? — она жестом указала в сторону стола. Мужчина спрыгнул с дивана и подойдя к столу, облокотился на него бедром. — Неужели у тебя есть еще что-то? — Да, есть, — кивнула девушка, — подхватив первую попавшуюся чашку, — И не знаю, понравится ли тебе это. — Теперь я однозначно должен это услышать. Она положила себе три ложки молотого кофе, залила водой и помешала ложечкой, не говоря ни слова и заставляя Эрика ждать. — Что ж, — она отхлебнула от кофе, чуть испачкав верхнюю губу в пене, — начнем с того, что я дочь сенатора Берроуза. Сэлин с большим трудом открыла глаза. Ощущения, которые наполняли тело девушки были не просто ужасными, но еще и мучительными. Каждое движение давалось с большим трудом, а дневной свет, проникавший в комнату сквозь щель в занавеске казался ослепляющей лампой, направленной прямо в глаза. Приподнявшись на локте, девушка с трудом сдержала первый позыв желудка к сокращению. Изображение перед глазами не было отчетливым, а мысли вообще никак не хотели складываться воедино. Какой сегодня день? Ради бога, какой сегодня год? Что вообще произошло вчера, что ей так категорически дурно? — Лестер? .. — с большим трудом позвала девушка, облокотившись на спинку кровати, — Боже, как же мне плохо… Она почти на автомате спустила ноги вниз, ощущая нездоровую слабость в коленях, и двинулась в сторону кухни, держась за каждый предмет, что попадался ей на пути. — Лестер, черт возьми, ты где? — с раздражение спросила девушка, больно ударившись лбом о дверной проем, не удержав себя на повороте, — Что происходит? До кухни дойти ей не удалось: споткнувшись обо что-то на полу, она рухнула тут же почти навзничь, ощутив что-то не мягкое, но хорошо прогибающееся под головой. Даже не пытаясь встать, девушка с трудом вздохнула и закрыла глаза. Желудок безобразно собирался сократиться второй раз, не желая слышать никаких протестов от своей хозяйки. Подгоняемая этим позывом, адвокатша встала на четвереньки и почти ползком добралась до раковины. Хватаясь руками за все, что попадалось, девушка чуть приподнялась и упала на раковину локтями как раз в самый подходящий момент. Зеленая склизкая жижа упала на белое дно раковины и стало медленно сползать по керамике вниз к стоку. Сэлин откашлялась и вытерла рукой рот. На какое-то мгновение даже показалось, что стало легче. Почти в то же мгновение отчаянно запиликал телефон. Передвигаясь в тем же темпе, и придерживая себя за мебель, девушка оказалась рядом с надрывающимся девайсом и ткнула кнопку принятия вызова: — Я слушаю, — как можно более увереннее попыталась сказать адвокатша, но прозвучало это не убедительно. — Сэлин?! — послышался нетерпеливый голос Мэнди, — Ради бога, где тебя носят черти? Вчера ты мне так ничего и не сказала! Слушание через три часа! А ты дома прохлаждаешься? — Слушания? — хрипло спросила девушка, и только сейчас ее сознание потихоньку стало проясняться. Ну, конечно, слушания, по делу Мэнди. Мэнди, ее подруги, которую обвиняют в махинациях. Помимо этих знаний в голове один за другим стали появляться и другие воспоминания: Лестер, планирование свадьбы, Эрик, попытки спасти подругу… — Сэлин? — снова настойчиво спросила Мэнди, — Ты слышишь меня? Картер старательно терла лицо рукой, пытаясь привести себя в чувство. — Я слышу, Мэнди, слышу. — Приезжай немедленно! — Да, я уже еду, — ответила девушка и отключила телефон. Она села на диван и осмотрелась по сторонам, внезапно обратив внимание на бардак, который творился на полу, включавший в себя кипы разнообразных бумажек и коробку, которую она успела примять головой, когда упала, выйдя из комнаты. Адвокатша взяла один из листов бумаги и пробежалась по нему глазами. Оффшорные счета на имя Мьюза с баснословными цифрами. Ну, конечно. Это то, что принесла Дора. Картер отложила в сторону бумагу и осмотрелась. — Я не могу никуда ехать, — почему-то вслух сказала она, — у меня же отозвали лицензию. Девушка схватилась руками за голову, упершись локтями себе в ноги и несколько минут просидела абсолютно неподвижно. — Это было очень тяжело. Я была буквально на грани, — шатенка с веснушками поджала ноги поближе к себе, расположившись в полумраке помещения на кожаном диване. — Что вы думали? — спросил ее мужчина напротив, держащий перед собой планшет с записями. Девушка ответила не сразу. Она покачала головой, как будто не соглашаясь с чем-то невысказанными, а потом ответила: — Я думала, что… Я хотела провалиться на месте. Не каждый день внезапно теряешь абсолютно все в своей жизни. Мужчина кивнул: — Как же вы справились? — Я встала, постаралась привести себя в порядок и поехала на слушания, — она развела руками, — У меня не было другого выбора. Даже когда у меня отозвали лицензию, я все еще представляла интересы Мэнди, да и я должна была поддержать свою подругу. Ну, тогда я так думала. — Что же получилось в итоге? — Мы проиграли, — почти сразу же и как-то безразлично ответила девушка, хотя почти сразу же поправилась, - Ну, как проиграли. Там особо не было и победителей, надо сказать. — Так как все обстояло на самом деле? — Как нельзя просто, — улыбка озарила ее лицо, — Я просто передала суду все документы, которые мне принесла Дора в тот вечер. Честно сказать, я даже не собиралась вдаваться в подробности того, что там было написано, мне достаточно было посмотреть на этот оффшорный список, чтобы понять, в чем обстоит дело. Мистер Мьюз по непонятной причине посчитал, что «Вэстер Мьюс Коммуникейшэнс» должна принадлежать ему. Он, конечно, имел на это все права, но тот способ, которым он пытался приватизировать положенное ему был весьма… незаконным. — Что он делал? — Если объяснять это простыми словами, он обворовывал собственную компанию, — объяснила девушка, — Но делал он это весьма не хитрыми способами: обладая природным обаянием и посверкивая своей состоятельностью, он входил во всевозможные отношения с сотрудницами своего подразделения, убежал девушек в своей бесконечной и верной любви. В доказательства этого он «дарил» подруге определенную сумму, которую она должна была «хранить» и «переводить», когда понадобится. — То есть, он просто переводил деньги на оффшор, но обставлял это дело так, как будто девушки единолично занимались финансовыми операциями в своих интересах. — Да. — Они даже не видели этих денег? — удивился мужчина. Девушка улыбнулась: — Однозначно сказать, что ни одна не видела этих денег, невозможно. Однако, он всем рассказывал замечательную историю, практически правдивую, только слегка перевернутую наоборот: якобы его брат — приемный, а отец завещал всю компанию только ему — Мьюзу, - но, корыстолюбие и желание наживы у Берроуза настолько сильное, что он так просто не отдаст свое. Там было много интересного. — Это правда, что он обещал жениться на вашей подруге, поэтому она пошла на преступление? Девушка кашлянула и чуть изменилась в лице: — Да, Мьюз действительно пускал в ход любые инструменты манипуляций, какие только мог. — При этом, он был женат? — Официально, нет. — Но… — Снято! — резко раздалось со стороны, и в помещении тут же вспыхнул яркий свет, осветив студию и людей, находящихся здесь: двух операторов, несколько гримеров и еще каких-то сотрудников телевидения. Мужчина, сидевший перед девушкой с планшетом с заметками встал и отодвинул в сторону свой стул, — Спасибо большое, мисс Картер. На сегодня мы закончили. Сэлин кивнула и, подхватив свои вещи, почти сразу же вынырнула через дверь в зал ожидания, где ее уже ждала Дора: — Ну как? — спросила девушка, улыбаясь адвокатше. — Ну… — загадочно ответила Сэлин, — Это было необычно. Никогда не думала, что окажусь на телевидении. Девушки медленно двинулись в сторону выхода по длинном коридору телевизионной башни. — Что они тебя спрашивали? — поинтересовалась работница архива — Все то же, — Картер, закатив глаза, — Что было, что будет, чем сердце успокоится… — И чем же успокоится сердце? — всплеснула руками девушка. Сэлин пожала плечами: — Кто знает? Оказавшись на свежем воздухе, девушки остановились, повернувшись друг к другу лицом. — Знаешь, я даже рада, что все так сложилось, честное слово, — серьезно сказала Сэлин, — Вообще не знаю, чтобы делала, если бы не ты. — Иногда друзья появляются внезапно, — Дора хохотнула, прикрыв рукой рот. Легкое разочарование мелькнуло по лицу адвокатши, что не ускользнуло от взгляда девушки. — Как сейчас Мэнди? — тихо спросила она, ухватив Сэлин за локоть. — Я не знаю, — отведя взгляд, девушка пожала плечами и посмотрела в сторону, — Она уехала. Просто взяла и уехала. Вывалила на меня целый ушат правды и уехала. Даже не знаю, как к этому всему теперь относиться. Они помолчали. — По крайней мере, у тебя все налаживается, — ободряюще отметила Дора. — Да и у тебя тоже, — тут же улыбнулась Сэлин, внимательно глядя на подругу, — Каково ощущать себя признанной дочерью сенатора? — Просто не говори об этом, — брюнетка закатила глаза и потянула Картер к центру сквера, что располагался неподалеку от телевизионной башни. — Ты куда так торопишься? — удивилась адвокатша, увлекаемая своей подругой. — Я попросила Эрика забрать нас, — Дора внимательно вгляделась в лицо Картер, в надежде уловить что-то, но Сэлин лишь улыбнулась. — Ладно. Они поговорили еще немного, пока Картер не заметила знакомый автомобиль, моргнувший фарами и остановившийся около сквера: — Твой большой брат приехал, — нарочито гулким голосом продекларировала она. Эрик появился из машины и махнул девушкам, чтобы они подошли. — Ну как все прошло? — спросил он, оглядывая Сэлин, — Ты теперь звезда телевидения? — Ну, конечно! Вы прекратите это оба повторять или нет, в конце концов? — Нет, потому что ты и правда отлично смотришься в кадре, — ответила Дора, открывая дверцу машины. Адвокатша покачала головой и посмотрела в сторону Мирона, но тот лишь развел руками и покачал головой. — Эрик, мы же подвезем Сэлин, правда? — оказавшись на место пассажира, Дора высунулась наружу и дернула мужчину за край пиджака. — Да, конечно, запрыгивай, — он приоткрыл заднюю дверь. — Да мне и не надо никуда особо… — адвокатша сделала шаг назад. — Брось, залезай, — Мирон подтолкнул девушку чуть вперед, вынудив ее наполовину оказаться в салоне автомобиля. Как только машина двинулась с места, Картер с интересом стала разглядывать пейзаж, который двигался мимо нее. Она не вслушивалась в разговор Доры и Эрика. Удивительно, ведь и никто не мог подумать, что все вот так перевернется… — Сэлин, ты опять там в раздумьях? — адвокатша еще не успела остаться один на один со своими мыслями, как Дора тут же вытащила ее в реальность. Потом она обратилась к Эрику, — Она все время в раздумьях, последнее время. — Да я слушаю. — Я тут вспомнила, мне нужно заехать… По делам, — даже не посчитав нужным придумать вескую причину, сказала девушка, — Так что, останови-ка здесь, мой большой брат, у меня тут есть важное поручение. — Очень важное? — спросил Эрик, сворачивая к обочине. — Невыносимо, — кивнула Дора, не изменившись в лице. Она почти моментально выпорхнула из машины, оставив Сэлин и Эрика наедине, подарила им огромный воздушный поцелуй и скрылась в потоке людей, спешивших по своим делам. — Ну? .. — Эрик повернулся на водительском месте, положив руку на верх сиденья, — Куда тебе сейчас? — Да мне никуда не надо, я тоже могу выйти, — почти сразу ответила Сэлин. — Ладно, — Эрик вскинул брови, — Мне тоже никуда не надо, я тоже могу выйти. На этих словах он спокойно открыл дверцу автомобиля и тут же оказался на улице. Сэлин не удержалась от смешка, выходя из машины следом за ее владельцем. — Это не то, что я имела в виду. — Если ты никуда не торопишься, может, мы прогуляемся, тогда? — спросил адвокат, указав в сторону немноголюдной улицы, ведущей к центру города. — Ладно, — Сэлин пожала плечами, и они не торопясь пошли вдоль дороги. — Как там твоя лицензия? — спросил он, после нескольких минут молчания. — Спасибо, хорошо. А твоя? — на ровной ноте ответила Картер. — Нет, я серьезно. — Ты знаешь… Мне нужно еще месяца три как минимум, чтобы восстановить ее без последствий, — девушка улыбнулась, — Ты знаешь, получить ее, когда мы учились в колледже оказалось проще, чем восстановить сейчас. — Насколько отозвали? — Коллегия была снисходительной и предложила всего три года, — Картер закатила глаза, а Эрик присвистнул. — Сколько уже? … — Три месяца, — тут же ответила девушка, — И надеюсь, еще три месяца, и мне удастся сдвинуть все это дело с мертвой точки. Они снова помолчали. — Знаешь, на счет Доры… — девушка искоса глянула на адвоката, — Даже не могу поверить, что дядя Рэндольф… — Я тоже не мог, — кивнул Эрик, — Да и не поверил бы никогда, если бы она не принесла мне весь этот ворох документов, фотографий и всего, чего только можно было найти. Примерно такой же, какой она принесла тогда по Мьюзу. Запасливая девочка, молодец. — А ты как? — спросила Картер и остановилась, разглядывая мужчину. — А я… — заметив, что его собеседница стоит, Эрик повернулся и остановился тоже, — Да мне даже и лучше. Кэти решила не возвращаться сюда. Здесь ее ничего не держит, да и собственно… — Ты позволил ей жить своей жизнью? — Что-то вроде, — адвокат пожал плечами и чуть привстал на носках, — Тем более, теперь здесь есть Дора. — Я рада за Дору, — улыбнулась Картер, — И рада, что сенатор признал ее. — Это меньшее, что я мог сделать, — спокойно сказал Эрик, внезапно пристально посмотрев на адвокатшу, как будто наблюдая за каждым ее малейшим движением, — Потому что большее у нас еще впереди. — У нас? — удивленно спросила Сэлин. Эрик невозмутимо кивнул и достал и внутреннего кармана белый конверт, который протянул озадаченной подруге, — Что это? — Посмотри. Сэлин открыла конверт с легкостью, так как он даже не был запакован, достала лист бумаги и пробежала по нему глазами. Ей потребовалось еще раз перечитать некоторые предложения, чтобы поверить в увиденное. — Моя лицензия… — наконец, сказала она, хмуро посмотрев на Эрика. — Она снова твоя, — кивнул он. — Это неправильно, — девушка продолжала хмуриться, — Я не хочу пользоваться протекцией твоего дяди. Мужчина развел руками в стороны: — Скажем так, это первый шаг на пути к большему. Меньшее я уже сделал, это, так скажем, среднее. Сдержать улыбку Сэлин не могла, моментально прогнав с лица все напускное недовольство. Мирон молча обнял девушку за плечи, прижав ее к себе по крепче, и они вместе двинулись дальше. — Ну, вот, так как у тебя теперь есть лицензия, я хочу сделать тебе предложение… — То есть, ты не мог сделать мне предложение, пока у меня не было лицензии? — Картер усмехнулась. — О чем ты думаешь, Сэлин? — адвокат изобразил на лице удивление, но девушка ничего не ответила, — Так вот… Знаешь, зная твою давнюю любовь и упорство… — Эрик! — Картер резко дернулась от него в сторону, высвободившись из объятий. Мужчина всплеснул руками: — Что? Ты дослушаешь или нет? Зная твою давнюю любовь и упорство в работе, мне тут подкинули одно очень спорное дело, и я не мог не поделиться с тобой подробностями всего этого! Мужчина улыбнулся, снова обняв девушку. — Что там? — Ах, так тебе все-таки интересно? — Говори, давай. — Нет, — задумчиво сказал Эрик, — Я все-таки сделаю тебе предложение. Как насчет… если мы… скажем… Встретимся в суде, Сэлин Картер? Адвокатша заливисто рассмеялась и приобняла мужчину за талию: — Встретимся в суде, Эрик Мирон.