Уговор есть уговор

      Ладонями по бёдрам от коленей вверх, сжать полувставший член пальцами, шумно застонать, плавными движениями подняться к животу и груди, схватить материал горловины, потянуть его и вдохнуть запах — Коннор обожал этот серый домашний костюм Маркуса.       Он носил его при любой возможности, втайне купив точно такой же, чтобы не вызывать у внимательного бойфренда ни толики подозрений. Пока один высыхал после стирки, — свежий для своего настоящего хозяина, Коннор надевал тот, что хранил запах Маркуса. И ему было совершенно не стыдно за своё почти звериное желание втягивать его носом и касаться мягкого материала голой кожей или собственным членом, зная, что буквально утром эти же части тела Маркуса оставляли свои невидимые следы на материале.       Сегодня Коннора ждала ещё одна холодная ночь: Маркус улетел в краткосрочную командировку вместе с Элайджей три дня назад и возвращался только утром, поэтому они с Норт на пару страдали от отсутствия тепла в кровати, пусть и временно. Та решила закрыться в спа-салоне и снять напряжение неведомыми Коннору процедурами, а сам он лежал на их с Маркусом огромной кровати и беззастенчиво трогал себя, представляя на месте своих рук требовательные и чёткие прикосновения Маркуса. Как бы тот забирался под мягкую худи и рисовал линии на груди и животе, а потом, быстро потянув за шнуровку на бёдрах, юркнул ладонью к промежности. Влажно и тягуче оттянул кожу на члене, кончиком большого пальца обвёл сочащуюся головку, нарочно надавливая на уздечку кончиком ногтя.       Коннор застонал вслух и слегка выгнулся в спине. Он так хотел Маркуса сейчас, что был в шаге от того, чтобы позвонить ему и устроить секс по телефону. Единственное, что останавливало его — невозможность разговора просто потому, что Маркус сейчас пролетал аккурат над Атлантическим океаном.       И уговор.       Облизать указательный и средний палец правой руки, щедро оставить слюну на коже, перевернуться на живот и чуть приподнять бёдра, оттянуть пояс штанов, не потерять ни капли, подразнить самого себя и коснуться влажными пальцами входа, медленно толкнуться внутрь уже разработанного ануса, согнуть, надавить на простату и…       — Мар-ку-у-ус… — низко застонал Коннор и задвигал пальцами внутри себя ещё быстрее.       Мягкая ткань восхитительно тёрлась о кожу, Коннор дышал носом, чтобы не терять ни крупицы запаха Маркуса — терпкого и почти горького на языке. Ему до смерти хотелось целовать его карамельную кожу, кусать, облизывать живот и вбирать все девять дюймов члена в рот, наслаждаясь гортанными стонами, совсем как тогда на парковке, когда ему окончательно сорвало башню от вальяжно расставленных ног со стояком в штанах.       Быстрее. Быстрее. Быстрее.       Коннор терялся в ощущениях и хотел получить больше. Ещё пальцы — во рту. Ещё член — в себе.       Ещё. Ещё. Ещё.       — А я думал, ты умеешь держать обещания.       Раздался голос за его спиной, и Коннор вздрогнул не только от удовольствия, но и осознания кто был в комнате.       — И что я вижу? — продолжал Маркус. — Лежишь здесь в моей одежде и трогаешь себя. Хотя не должен был этого делать. Да, Коннор?       Именно по этой причине Коннор и не мог сдержаться. Перед своим уездом они с Маркусом договорились, что никаких дрочек и других способов самоудовлетворения использовать не будут, но три дня оказались слишком долгим сроком, тем более что каждодневный парад по квартире с запахом Маркуса задачу никак не облегчал.       Потянуть за щиколотки ближе к себе, придавить бёдра Коннора к кровати, вызвать стон, сжать промежность меж ягодиц требовательной рукой — Маркус был рассержен, и Коннор знал это.       — Все эти дни правило нарушал? — прорычал Маркус в левое ухо и укусил мочку.       — Н-нет, только сегодня-я-а.       Коннор приподнял бёдра навстречу движением пальцев Маркуса — оглаживать ягодицы по кругу, чуть развести их в сторону и натянуть материал штанов, провести ребром ладони по ложбинке и надавить на кольцо мышц кончиком пальца вместе с тканью.       — А я наш уговор выполнил, — прошипел Маркус. — Не дрочил. Не касался. Даже не гладил себя нигде.       Маркус сел на его икры, не давая возможности двигаться. Коннор и не сопротивлялся даже, прекрасно понимая, что ему не поздоровится. Они это уже проходили: тогда Маркус оттягивал его оргазм почти час в наказание за поцелуй с Элайджей, о котором Коннор сам же ему и рассказал.       — М-маркус, пожалуйста.       Он знал, что Маркус наслаждался своим триумфом и властью над Коннором, но ему так хотелось получить хоть что-то, хоть пятерню в рот, только бы кончить.       — Я ведь могу оставить тебя вот так, — Маркус лёг на него сверху, прижимая своим телом. Коннор застонал ещё громче, ощутив твёрдый стояк задницей. — Могу привязать тебя к кровати и не давать кончить. — Маркус двинул бёдрами, давая Коннору почувствовать всю степень своего возбуждения. — Буду дрочить себе, а ты будешь смотреть. Хочешь?       — Хочу, — задыхаясь ответил Коннор. — Тебя хочу. Сейчас.       Маркус не стал переворачивать его лицом.       Содрать свои же штаны с Коннора, рывком поставить его на колени и раздвинуть ноги, шлёпнуть по ладони, которая тянулась к члену, шлёпнуть по бледной ягодице, а потом ещё, заставить Коннора громко вскрикнуть, войти с размаху на всю длину без прелюдий.       Ему не хотелось никаких нежностей, только чтобы его трахали вот так — быстро, заломив руки за спиной и не останавливались. Коннору было невыносимо жарко, на пояснице выступил пот, который смешивался с потом Маркуса. Девятидюймовый член быстро и влажно вбивался в него, с шлепками кожи о кожу. Пряжка ремня на спущенных джинсах Маркуса звенела в такт его движениям. Коннору так и не дали подрочить, Маркус сжимал его запястья крепко, и плечи немного ныли, но ему это и было нужно.       Ещё. Ещё. Ещё.       Разноцветный калейдоскоп взорвался перед глазами, и Коннор протяжно застонал, исступленно облизывая пересохшие губы. Маркус вытащил член и выстрелил спермой на его задницу, а потом вошёл снова и стал лениво трахать его, целуя в затылок.       — Я тебе ещё один костюм куплю, если хочешь, — низким голосом произнёс он Коннору.       — А я снова нарушу обещание, если хочешь, — сжав член Маркуса мышцами внутри, Коннор улыбнулся.       — Уговор есть уговор.