Legacies

Тсунаеши нетерпеливо ерзал на кровати, пока мама с присущей ей нежностью сушила его лохматые волосы. Мальчик весело болтал ногами, но тут же замер, когда мать строго, но все так же мягко посмотрела на него. Прошла неделя с того инцидента. Все это время Тсуна проводил со святым отцом. Каждый день, ровно в девять утра, Фуджимото-сан забирал ее сына и в шесть возвращал домой. И каждый раз, каждый раз, ее младшенький возвращался с сияющими глазами, с розоватыми щечками и с широкой улыбкой на лице. Он увлеченно рассказывал про церковь, которая находится недалеко от Кокуе-Ленда, про некую Шуру — ученицу Фуджимото, про его детей — близнецов Рина и Юки. При имени последнего шатен забавно дул щеки и смущенно бормотал себе под нос, что он получает слишком много опеки от старшего близнеца. Но больше всего ее мальчик говорил про святого отца. У Тсунаеши всегда возбужденно сияли глаза, слова путались, а щеки мило розовели, когда речь заходила о нем. Иэмицу недовольно поджимал губы и хмурил брови на это, Хидеки совершенно не реагировал — ему было как-то все равно, и лишь Нана каждый раз по-доброму улыбалась, слушая про Фуджимото-сана, с внутренним трепетом смотря на такого счастливого, живого сына.  — Мам, — голос шатена отвлек женщину от мыслей.  — Да, милый?  — Ну почему мне нельзя сегодня к Широ? — столкнувшись с карими глазами сына, в которых плескалось непонимание и детская обида, шатенка глубоко вздохнула.  — Тсу-кун, — Савада отложила полотенце и присела рядом с сыном. Савада-младший смешно надул щеки и скрестил руки на груди, — Я уже говорила, что скоро должен прийти папа с дедушкой, — мальчик незаметно для матери закатил глаза, — мы все должны его встретить. Он так сильно хочет увидеть тебя и Деки-куна.  — Да-да, — опустил голову шатен, нервно теребя пальцами простынь. Родители, и даже Хидеки, так усердно готовились к приезду… дедушки. Отец не много рассказывал про него, ограничиваясь скупыми фразами и сухими фактами, но, как не странно, загадочный дедушка полностью покорил Хидеки. Тсунаеши же, в отличие от брата, не очень горел желанием с ним знакомиться. Что-то внутри беспокойно трепетало и натягивалось, подобно струне, что-то упорно качало головой. Это была не опасность, нет. Проблемы. Этот человек принесет ему немало проблем.  — Ох, ладно, хорошо! — женщина беспомощно развела руками и, столкнувшись с удивленным взглядом сына, мягко улыбнулась, — Давай сделаем так: я позвоню Фуджимото-сану и если он согласится, то после обеда с дедушкой он заберет тебя.  — Спасибо, мама! — шатен кинулся на мать с объятьями, крохотными руками обвил ее шею и ткнулся холодными губами в ее щеку. — Спасибо-спасибо-спасибо! Женщина в ответ звонко засмеялась, придерживая ребенка, чтобы тот не упал. Все же, ради такого вот счастливого сына ничего не жалко.

***

 — Хорошо долетели, босс?  — Si-si, grazie, Iemitsu, (Да-да, благодарю, Иемицу) — Тимотео мягко улыбнулся своему Советнику, попутно поправляя воротник рубашки. — Che città tranquilla…(Какой спокойный город) Савада не удержался от беззлобной усмешки. Он лучше других знал, как сильно Девятый ценит тишину и покой, поэтому он не сомневался, что мирный Намимори босс оценит. Они шагали по улицам города, переговаривая обо всем, кроме дел Семьи, пытаясь раствориться в спокойной атмосфере. Разговор зашел о семействе Савад, и Иемицу, под мягкие смешки Ноно, начал светиться. Через несколько минут они дошли до двухэтажного дома, на табличке которого была написана фамилия семейства. Как только Иемицу открыл калитку, им навстречу вышла миловидная девушка. Именно девушка, женщиной ее назвать язык не поворачивался.  — Нана, милая! Тимотео не смог сдержать мягкой улыбки. Видеть настоящее, искреннее счастье на лице Иемицу было необъяснимо приятно, а звонкий смех его жены грел сердце. Он мафиози, и именно поэтому жизнь научила его с трепетом относится к таким чистым и по-настоящему светлым моментам.  — Здравствуйте, — шатенка смущенно хлопнула мужа по плечу, а после, с легкой улыбкой на лице, поклонилась. Смотря на нее, Вонгола совершенно не удивляла слепая любовь его Советника. — Я Нана, жена Иемицу.  — Приятно познакомиться, Нана, — собственный японский ударил по ушам, и мужчина удержался от желания поморщиться. Прошло довольно много времени с тех пор, как он говорил на нем. Мужчина мягко улыбнулся Саваде. — Я Тимотео. Ваш муж очень много про вас рассказывал.  — Приятно слышать, — шатенка прикрыла руками покрасневшие щеки и, все так же улыбаясь, пошла вперед. — Пойдемте внутрь, дети уже проснулись.  — Ах, мои мальчики! Как же папочка по ним соскучился! Иемицу снова вошел в свою роль веселого дурачка и зашагал в сторону дома, взяв в руки чемодан босса. Девятый только покачал головой и пошел за ним. Пламя нетерпеливо вспыхнуло внутри, а интуиция ненавязчиво зазвенела на периферии сознания. Тимотео насторожился, пусть и знаки интуиции ни о чем плохом не сообщали.  — Тсу-кун! Деки-кун! Идите сюда, папа приехал! Сверху послышался грохот, а после топот детских ног, и через секунду из гостиной вылетел маленький светлый вихрь, тут же врезавшись в Саваду-старшего.  — Папа!  — Деки-кун! — Иемицу, под звонкий смех, ловко поднял на руки мальчика, и прижал к себе. Ребенок тут же уткнулся носом в его шею, крепко сцепив пальцы на его плечах. — Как же ты вырос! Блондин поставил мальчика, и Тимотео смог его разглядеть. Мальчик внешностью пошел в отца: те же черты лица, те же светлые волосы, и маленькие морщинки вокруг карих глаз, которые были, пожалуй, единственным, что досталось ему от матери. Даже задорные огоньки на их дне были как у Иемицу.  — Здравствуй, Хидеки-кун, — Тимотео ласково улыбнулся, заметив на себе любопытный взгляд ребенка. Мужчина присел на корточки и поманил к себе светловолосого. Тот кинул неуверенный взгляд на отца, и, получив одобрительный кивок, подошел к нему. — Я очень много про тебя слышал. Приятно наконец-то познакомиться с тобой.  — И мне, — широко улыбнулся мальчик, с удовольствием подставив макушку под мягкие поглаживания.  — Нана, а где Тсу-кун? Он ведь дома, да? — спросил Савада у своей жены.  — Ох, да, он наверное опять засиделся с книжками, — кареглазая покачала головой, но недовольства в ее голосе не было. — Тсу-кун! Спустись, пожалуйста, у нас гости! — Нана повернулась к ним и виновато улыбнулась. — Пойдемте лучше в гостиную, Тсу-кун сейчас спустится. Интуиция снова загудела, на этот раз сильнее, но опять же, опасности не было. Мужчина немного растерялся: такое случалось крайне редко, обычно он с легкостью мог расшифровать знаки своей интуиции. Вонгола незаметно помассировал переносицу и пошел следом за своим Советников. Над этим он подумает позже.

***

От веселого лепета Хидеки его отвлек звук легких шагов.  — Ну, наконец-то, Тсу-кун!  — Прости, мам, я заснул, — послышался детский голос со стороны кухни.  — Папа и дедушка в гостиной, иди к ним.  — Хорошо. Девятый насторожился, сам не зная почему. Пламя внутри нетерпеливо полыхнуло, посылая жар по всему телу. Мужчина покачал головой, поймав на себе вопросительный взгляд Иемицу, и выжидающе уставился на порог гостиной. Через секунду в дверном проеме показалась маленькая фигура. Тимотео замер. Мурашки пробежали по спине, вызывая нервную дрожь, и мафиози надеялся, что это не отразилось на его лице. В главном особняке Вонголы было множество портретов предыдущих глав и их Хранителей. За исключением Первого Поколения. Напоминанием о нем служил один-единственный портрет, что висел в кабинете Тимотео сколько он себя помнил. И взгляд Примо, мягкий и ласковый, с еле заметной грустью на дне янтаря, каждый раз вызывал у него чувство неправильности. Будучи еще мальчишкой, он долго всматривался в спокойное лицо основателя, сам не зная почему. У ребенка напротив были его черты лица, его непослушные вихри, пусть и темнее. У ребенка напротив были его глаза и тот самый взгляд. Который ни Тимотео, ни его мать в свое время понять не смогли. Скайрини ободряюще улыбнулся, сдержав секундный порыв отшатнуться, когда мальчик нахмурил брови. Кровь, конечно, не вода…но это?  — Тсу-кун! — Савада, не заметив легкой напряженности босса, сразу же бросился к сыну и поднял на руки. Шатен нахмурился сильнее, крепко вцепившись в рубашку отца, но через секунду расслабился, когда его прижали в сильной груди. — Что же ты заставляешь папочку ждать, а?  — Прости, — Тсунаеши смущенно потер кончик носа, а потом коротко поцеловал отца в щеку. Лицо Иемицу буквально засветило, а через секунду, под визги ребенка, он ловко подкинул его вверх. — П-папа!  — Ну все-все. Блондин звонко расхохотался и наконец поставил сына на пол. Почувствовав твердую землю под ногами, Тсуна облегченно выдохнул, но вскоре вцепился в штанину отца. Взгляд янтарных глаз внимательно прошелся по лицу Ноно и замер на глазах.  — Здравствуйте, — тихо произнес он, не переставая хмуриться.  — Добрый день, Тсунаеши-кун, — Скайрини постарался улыбнуться как можно мягче, и судя по тому, как мальчик отпустил отца, у него это получилось.  — Ну что ты так отстраненно, Тсу-кун, — Иемицу мягко, но настойчиво подтолкнул старшего сына вперед. — Не чужие же люди.  — Да он всегда такой, — буркнул себе под нос Хидеки скрестив руки на груди. Тсунаеши в ответ надул щеки и обиженно зыркнул на брата.  — Дорогой, обед уже готов, — из кухни показалась хрупкая фигура Наны, в руках она держала кухонное полотенце. При виде младшего сына ее лицо украсила светлая улыбка. — Ты наконец спустился, — Тсунаеши смущенно кивнул. — Замечательно, значит мы сможем спокойно вместе пообедать, — женщина радостно хлопнула в ладоши.  — Тогда, Хидеки-кун, Тсунаеши-кун, вы не проводите меня? Светловолосый засиял, и под смешки Девятого, быстро схватил его за руку и начал тянуть вперед. Тсуна замялся на секунду, но, наткнувшись на мягкий взгляд матери, с тяжелым вздохом пошел следом.

***

Обед прошел в теплой, спокойной атмосфере. Девятый, как и хотел, понаблюдал за детьми. Хидеки много говорил, иногда забывая про еду. Мальчик много улыбался и активно размахивал руками, когда рассказывал что-то особенно интересное. Сдержать улыбку или желание потрепать ребенка по волосам было невозможно, хотелось дать ребенку то внимание и тепло, которое он так хотел. Тсунаеши же, в отличии от брата, почти не разговаривал, лишь тихо наблюдал за ними всеми и тайком улыбался от вида счастливого брата. Он вел себя очень, очень спокойно. И иногда, Тимотео казалось, что мальчик смотрел куда-то в сторону, и было в его взгляде что-то такое. Просто в дрожь бросало. Странно. Все, что он искал, безусловно, было в Хидеки, но его взгляд приковал в себе Тсунаеши.  — La somiglianza è impressionante…(Поразительное сходство) — тихо сказал Скайрини, бросив короткий взгляд в сторону дверей, что вели во двор. Иемицу как-то нервно кивнул в ответ. Во дворе был слышен звонкий голос старшего близнеца. Тсуна же сидел у дверей, держа на коленях книгу, но его взгляд метался туда-сюда, будто он чего-то ждал.  — Che ne dici, Nono?(Что скажете, Девятый?) Тимотео перевел задумчивый взгляд с Тсунаеши на своего Советника, краем глаза отметив, как расслабился ребенок. Иемицу выжидающе посмотрел на него, нервно стуча пальцем по столу. Скайрини знает, как много крови пролил Савада. Мало кто знает, на что именно готов пойти и не раз пошел этот человек ради Семьи. Он лучше всех понимает всю глубину привязанности и преданности Иемицу Вонголе и лично ему. И точно так же он знает о его любви к своей семье. Как бы велико не было обожание к Вонголе, блондин до конца не мог принять тот факт, что одному из его сыновей придется взять на себя бремя босса. Нана и дети — самое светлое, единственное, что у него есть, и он искренне хочет уберечь их от этой грязи. К сожалению, все сложилось иначе. Они оба знают, как наивны на самом деле желания Иемицу. Но оба ничего не говорят. Все-таки его Советник готов пойти на большие жертвы ради Семьи.  — У Хидеки-куна в будущем будет сильное Небо, без сомнений, — мягко хмыкнул себе под нос Вонгола, разрывая зрительный контакт. — Но Тсунаеши…  — Не думаю, — резко оборвал его Иемицу и тут же одернул себя, словив вопросительный взгляд своего босса. — Тсуна… В нем тоже есть Пламя Небо, но все же, — блондин как-то обреченно вздохнул, запустив пальцы в короткие пряди. — У него кое-какие… проблемы. Он не справится с этим.  — Ты уверен? — спросил Скайрини, щуря глаза. Интуиция дала о себе знать, мягко звеня в ушах. Тимотео не был уверен, что именно она хотела донести до него. В этом мальчике что-то есть. Это «что-то» у него в крови, это «что-то» определенно вонгольское. Но все же…  — Да, босс, — Савада поднял на него глаза, на дне которых плескалось Пламя.  — Хорошо, — Ноно кивнул, мягко улыбнувшись мужчине. — В таком случае, мы отправим к нему Реборна, когда он подрастет.  — Спасибо, — Савада расслабленно запрокинул голову, а после облегченно улыбнулся. — Хидеки будет прекрасным нас…  — Широ! Мужчины одновременно вздрогнули от звонкого голоса. Мафиози с удивлением отметил, что это был голос Тсунаеши. Ребенок резко подскочил с места, уронив книгу с колен, и помчался на улицу. Мафиози кинул взгляд на своего Советника и с удивлением заметил тень раздражение на его лице. Ноно с любопытством проследил за Иемицу во двор. Тсунаеши крепко стиснул в объятьях высокого мужчину, наверное одного с блондином возраста. При этом на его лице сияла широкая улыбка, которую Вонгола видит впервые за все время, что провел рядом с мальчиком. Мужчина ласково погладил ребенка по голове, что-то тихо прошептав. Тсуна улыбнулся еще шире и прижался к его ногам сильнее. Скайрини краем глаза заметил, как Хидеки подошел к отцу, недоверчиво смотря на сероволосого. От мужчины исходила какая-то странная аура. Это было не Пламя, но все равно настораживало. Его собственное Пламя свернулось кольцом, готовясь в любую секунду рвануть, но мафиози быстро взял себя в руки.  — Иемицу…? — Скайрини повернулся к Советнику. И опять же, Савада удивил его раздраженным вздохом.  — Широ-сан! — Нана вышла к ним, радостно улыбаясь гостью. Тот ответил ей тем же. — Простите, что сегодня так сложилось. Но я никак не смогла уговорить Тсу-куна…  — Ничего-ничего, — мужчина мягко рассмеялся, кинув насмешливый взгляд на ребенка. Тимотео показалось, что он покраснел. — Мне только в радость, да и в мои сорванцы с нетерпением ждут его.  — Тогда, позаботьтесь о нем, пожалуйста.  — Разумеется, — сероволосый мягко кивнул, а после его взгляд упал на мужчин. Он сощурил глаза, а после дернул уголок губ, в насмешливой ухмылке. — День добрый.  — Широ, — никто из них не успел ответить, как Тсунаеши нетерпеливо потянул за рукав мужчины, смотря на него горящими нетерпением глазами. — Давай пойде-е-е-ем.  — Идем-идем, — весело хохотнул он, подняв на руки шатена. Ребенок только блаженно зажмурился и прильнул к здоровому плечу. — Верну в целости и сохранности.  — Хорошего вам дня!  — Пойдемте, босс, — с тяжелым вздохом протянул Савада. — Расскажу вам все дома. Скайрини задумчиво кивнул, провожая взглядом фигуру мужчины с ребенком в руках.