Щенки

В воздухе пахнет бедой Целых две тысячи лет, Жизнь так жестока На этой проклятой земле Ветер в твоих волосах Тот же, что вечность назад, Время застыло, Луна и солнце встали в ряд Ария - Беги за солнцем

- … она хорофенько накачалась и рефила утопиться. Офтальное ты внаеф, - рассказывал Дин, не отрываясь от пирога. - О, господи, Дин, - сморщился Сэм, убирая с лица вылетевшую изо рта брата крошку, - я и так терпел твое чавканье, но ты просто омерзителен! - Да брось, я же выяснил все, что нужно, я молодец, значит, я заслужил, - он отхлебнул из бутылки пива и скривился, - редкостная дрянь. Так вот, насчет дела, похоже, это все-таки русалка – младенец, убит собственной матерью в воде, по-моему, все логично. - Я бы даже сказал, мавка, иначе откуда такая неуемная жажда убийства? А значит, нам понадобится… хрен, чеснок или полынь. Только не смейся, Дин! Но было уже поздно, парень истерично всхлипнул и согнулся пополам от смеха. - Нет, ты серьезно, да? Только послушай, как звучит – убьем ее хреном! Будем тыкать в нее хреном, пока не сдохнет, - у старшего Винчестера даже слезы на глазах выступили. - Хреном, ну ты сказанул! - Посмотрим, как ты будешь смеяться, когда она под воду тебя потянет, - прикусил нижнюю губу Сэм. - Неужели так сложно побыть серьезным? Иногда ты ведешь себя как дите малое. - Иногда? Да ты мне льстишь, братишка! - Все, не желаю с тобой препираться, нужно достать все необходимое, - младший сокрушенно покачал головой, вышел из номера и направился в супермаркет. Уже второй раз за последний час. Кажется, в последнее время Дин немного не в себе – он бросал диковатые взгляды, почему-то старался избегать его, Сэма, общества, особенно в номере, а сегодня после участка вообще номер отвалил. Что-то не то с ним. Вот только... разобраться с этим до того, как они прикончат чертову мавку, или сначала дело, а потом попытаться вызвать брата на откровенный разговор? Проведя за сими нерадостными размышлениями весь путь туда и обратно (чем воспользовалась бойкая продавщица, обсчитав его на пару долларов), Сэм все-таки решил, что депрессия у брата не так страшна, как депрессия у водного монстра, он хоть людей не убивает толпами. Дин сидел на кровати, любовно затачивая нож. Собаки расположились по бокам от него, а Фрик даже положил морду ему на ботинок, являя собой образец покорности и спокойствия и с тихим одобрением слушая скрежет точильного камня по лезвию. - Простите, парни, что нарушил вашу идиллию, - Сэм с улыбкой потрепал за ухом Джека, радостно выбежавшего навстречу, и удивленно воззрился на полоску стали в руках старшего. - Неужели ты решил сам взяться за подготовку нашего оружия? - А то как же, - жизнерадостно донеслось в ответ, - ты ведь наверняка какую-нибудь хрень сотворишь. Лучше поспи перед делом, а то еще сомлеешь ночью, как юная барышня. - Когда это я млел как юная.. кхм, барышня? – возмутился младший. - Ну, может, и нет, не цепляйся к словам, кинь-ка мне лучше хренов и чего ты там купил, - получив требуемое, парень достал из пакета не особо ровный корень. - О, господи, Сэм! Ты серьезно? - Это самые лучшие, - тот поднял ладони в оправдательном жесте, - ты остальные не видел... - Ладно. Все, иди спать, не мозоль мне глаза. «Ну и ладно», - решил про себя парень и, быстро раздевшись, залез под одеяло. Сначала он думал, что совсем не уснет, но теплый бок немедленно приползшего пса и предвкушение напряжной бессонной ночи сделали свое дело, и Сэм плавно провалился в темноту. …дикая гонка по какому-то лесу. Ночь. Огромная белая луна то и дело мелькает в просветах между деревьями, ветки хаотично вылетают из темноты и бьют по лицу, груди, рукам, но останавливаться нельзя. Ты не знаешь, что это, однако оно точно знает тебя, и ненависть, источаемая им, гонит вперед почище плети. Воздуха становится меньше и меньше, ноги повинуются все хуже с каждым шагом, и, теряя всякую надежду, во всю силу горящих огнем легких ты зовешь того, кому безоговорочно доверяешь даже во сне: - ДИН! Тяжелое дыхание за спиной становится ближе, а отчаяние затапливает последние островки сознания. Оно совсем рядом, еще чуть-чуть, и его клыки вонзятся сзади в шею, перекусят позвонки, на землю хлынет теплая кровь, но во мраке леса она быстро станет незаметной, и без нее слишком много грязи скопилось под сенью этого… места. Секунда – и откуда-то из-за деревьев звучит ответ. - Сэм! Я здесь, Сэм! Открытое пространство. Крутой обрыв, за ним – темнота. Дин. Стоит совершенно безоружный и нежно улыбается. «Черт! Он беззащитен, я привел к нему эту тварь, он должен бежать, сейчас же!» - но из сдавленного, кажется, стальными тисками, пересохшего горла не доносится ни звука. Ты в изнеможении падаешь на колени, понимая, что уже не в силах противиться боли во всем теле, прижимающей тебя к земле. Оно, то, что гнало тебя к этому обрыву, вдруг перепрыгивает через свою добычу и несется к спокойно стоящей впереди фигуре. Хватает огромными зубами за ногу и тащит несопротивляющееся тело к краю пропасти. Ты срываешься с места в отчаянной попытке чем-то помешать… но не хватает каких-то пары сантиметров до его руки, монстр и Дин скрываются во тьме, и последнее, что ты помнишь – огромные зеленые глаза, полные невыносимой печали и нежности… - Эй, Сэмми! Черт тебя дери, Сэм! – Дин обеспокоенно смотрит на брата, крепко сжимая его за плечи. - Ты кричал во сне. - А? С тобой… - младший тряхнул головой, отгоняя остатки сна, и почувствовал каплю влаги, скользнувшую по щеке. Быстро утерев слезы, он облегченно улыбнулся. - Ничего страшного, всего лишь очередной бред. - Ну ладно, - парень всем своим видом дал понять, что ни капли не поверил его словам, но выяснять отношения сейчас не намерен, - пора выдвигаться, одевайся.