Терапия

– Если продолжишь в том же духе, Мидория догадается.       Бакуго чуть не подпрыгнул от неожиданности. Двумордый умудрился подкрасться сзади совершенно бесшумно, и единственная причина, по которой он не получил взрыв в лицо – Бакуго осознал его слова. – Он слишком тупой, – Бакуго развернулся к двумордому, сунув руки в карманы штанов. От греха подальше. – Нет, – половинчатый принц всея 1 «А» иезуитски экономил слова. – И он знает тебя с самого детства. – А ты, значит, всё понял, – Бакуго раздумывал, куда ловчее всадить кулак. В невозмутимую и смазливую рожу или сразу в печень. Эту рожу даже шрам не портил, но всё равно добавлять ей новых почему-то не хотелось. – Это было несложно, – двумордый невозмутимо пожал плечами. – И меня это устраивает. – Когда я сдам этот грёбанный зачёт… – Кацуки крепче сжал кулаки в карманах. Тогда он потеряет причину приходить к двум придуркам учиться сдерживаться. – Сможешь выполнить своё обещание, – разноцветные глаза таращились так же невозмутимо и нечитаемо, как и обычно.       Бакуго некоторое время не моргал, а потом вспомнил, и губы сами собой невольно растянулись в широком оскале.       Мидория подошёл и встал рядом, глядя вслед решительно топающему к Сотриголове Бакуго. – Мы не поторопились, Тодороки-кун? – Ты же сам сказал, что он может сделать глупость, если эта ситуация затянется. – Теперь мне кажется, что он просто сделает другую, – вздохнул Мидория, украдкой касаясь кончиками пальцев ладони любовника. – И побольше. – Поэтому он тебе и нравится, – пожал плечами Шото. – И тебе, – улыбнулся Мидория. – Я вас семье представил, – Тодороки прямо посмотрел в зелёные глаза.       Мидория недоумённо моргнул, а потом медленно покраснел. – То.. Тодороки-кун, а на сколько вперёд ты просчитываешь?       Шото не ответил.

***

– У нас тут новое дополнение, – Двумордый протянул Бакуго шкатулку. – На будущее.       Бакуго хмыкнул и решительно откинул крышку. – Это ты так стимулируешь?       Среди знакомых флаконов и презервативов поверх «мухобойки» с короткой ручкой и бледной загогулины лежали две анальные пробки. Одна зелёная – классической каплевидной формы и приятно-шершавая на ощупь. Вторая расписанная красно-белой спиралью, как рождественский леденец – более продолговатая и глянцево-гладкая. – Стимуляция, да? – задумчиво протянул двумордый и взял в руки «мухобойку». – Кажется, этим мы ещё не пользовались.