Талисман на удачу.

       В четверг шёл дождь.        Патруль обычно проводился два раза в неделю. После тяжёлого дня и предваряя отдых. Иными словами: во вторник и в пятницу. По наблюдениям героев в эти дни недели акумы появлялись чаще (в те времена, когда они ещё появлялись), а значит и помощь населению нужнее. Но в этот вторник Леди слишком часто спрашивала все ли с ним нормально, все ли у него хорошо, и ещё с десяток вариаций этого вопроса, что Адриан замучился выдумывать синонимично успокаивающие ответы. Леди выглядела обеспокоенной, и Кот уже начал подозревать неладное, когда она созналась: — Мне мерещится твоё присутствие везде. Наверное, я переутомилась просто. Работы много. — А что за работа? Может я помогу? — Да разве ты разбираешься в... — со вздохом начала девушка, — Кот! Ты не должен ничего обо мне знать, как и я о тебе. Закрыли тему.        И его Багибу запустила йо-йо, стремительно отдаляясь.        Эх, черт.. а ведь почти прокололась! Вот в этом вся Ледибаг — в последнюю секунду, но все равно верное решение.        Больше на том патруле ничего интересного не произошло, и Адриан пересыпал в голове скудную информацию. Она? Или не она? Вот в чем вопрос...        Три дня очень короткий срок для человека, чьё расписание загружено поминутно. И к четвергу он подготовиться, естественно, не успел, квартира выглядела как... как дорогущее жильё с дизайнерским ремонтом, нафаршированное всем чем только можно, которое он собственно и купил. И под звание «катастрофа» оно не подходило от слова совсем. Бонусом было почти полное отсутствие мебели в гостиной, и недостача стола в столовой. В общем есть где развести из мухи слона. А большего и не требуется. Да к тому же, Адриан на самом деле никогда не жил один, и Маринетт, наверняка, что-то дельное сможет сказать об особенностях самостоятельного быта. Адриан постелил прямо на пол пледик, который будет считаться скатертью для «пикника», заказал несколько блюд на выбор, десерт на двоих, и принялся ждать.       «Ждать» это громко сказано, но Адриан успел сесть, когда в дверь позвонили, и он сорвался открывать. Маринетт на пороге была милой и нежной, он ловил себя на мысли, что она и Ледибаг были бы удачным дополнением друг для друга. Удачная часть для Леди Удачи. Он оценил собственный каламбур, и кот внутри довольно потянулся. — Привет! Проходи, я тебя уже поджидаю, после дождичка в четверг. — ухмыльнулся Адриан.        Мари вздрогнула. Эта манера шутить?.. это же Котовьи дурацкие каламбуры! Опять началось. — Ха-ха! Привет, Адриан. — девушка поставила сложенный чёрный зонтик-трость в уголок прихожей, мысленно похлопав себя по плечу за фразу без заикания. — Красивая квартира. Как раз под стать тебе.        Адриану показалось, что в ее словах был то ли скрытый смысл, то ли просто грусть. И да, свой зонтик он узнал. Сердце сбилось с ритма. Она наверняка считает, что он уже давно забыл о первом дне их знакомства, и не обратит внимания, а на самом же деле, он смотрит и видит, кажется больше чем за всю жизнь «до». Она была влюблена, может быть он для неё еще что-то значит, а этот зонтик — слабое, конечно, но подтверждение. — Хочешь кушать? Пока все тёплое. Я не говорю горячее, ибо кейтеринг занимает время. Я предупреждал. —Адриан пожал плечами и пошёл в направлении столовой, постоянно оглядываясь на свою гостью.        Маринетт шла за хозяином квартиры и вертела головой. Да что тут ещё впихнуть можно?! Элегантный утончённый, и видно что «мужской» интерьер. Здесь специально для Агреста ремонт делали? Зачем ему помощь давнишней одноклассницы? Все выглядит завершенным и не требующим никаких доработок. Маринетт, дойдя до предложенной полянки, уже смутно догадывалась, что Адриану Агресту нужно от неё что-то кроме поиска приемлемых дизайнерских решений. Она перебирала в голове мотивы один дальше другого от реального: подослал отец с какой-либо корыстной для компании целью? (Но непонятно какая цель может вообще таковой являться?!), сам Адриан заинтересовался ее работами? (Откуда он вообще видел ее работы?!), и самая ужасающая: Бражник раскрыл ее личность и хочет отомстить?! (Используя Адриана, который с ним в сговоре?! Так, хватит бредить). Адриан так открыто смотрел, и добродушно улыбался, что Мари устыдилась последней гипотезы.        А мотив: «Кот Нуар хочет узнать меня поближе, выяснить судьбу своего коллежского подарка, и подтвердить что я — Ледибаг» — даже вскользь нигде не мелькнул ввиду полной своей абсурдности.        Когда Маринетт умостилась на импровизированный пикник, она уже была прилично встревожена и сбита с толку. Адриан видел это и судорожно перебирал варианты ее успокоения, или хотя бы отвлечения, когда удача наконец улыбнулась ему. Мари достала из сумочки телефон и наброски, которые, видимо готовила для него. («О Боже! Моя Леди думала все это время обо мне!» — пискнуло сознание Кота) и за них зацепилась веревочка с бусинами. Та самая! Адриан точно знал! Мгновенно стало нечем дышать, сердце загрохотало подбираясь к горлу, ладони вспотели, а сознание заполнила одна мысль: это она! Никому она не отдавала его подарок! Она! Господи, это правда она!       Маринетт заметила, как собеседник весь напрягся, глаза его расширились, и он немигающим взглядом уставился на неё. — Адриан? Что случилось? — Ничего, моя Леди. Я просто в шоке, это скоро пройдёт. Ты хранишь подвеску, которую я тебе подарил? — пролепетал блондин еле шевеля губами, не меняя позы. Казалось каждая мышца была натянутой струной.        Что?! Он сказал «моя леди»? Леди? Маринетт тоже напряглась, перебирая варианты: отчего поведение любимого снова сильно напоминает Кота, и может ли сын Бражника знать ее тайну. Как? Откуда? Что делать если знает? Зацепившись за первую фразу, Маринетт уже не услышала слов про подарок, и квами в ее кармашке с сожалением цыкнула. — Леди? Ох... к сожалению я не благородных кровей. — нервно хихикнув, Маринетт всматривалась в парня напротив стараясь уловить малейшие изменения в лице. Про себя отметила: «Боже, что за чушь я несу? Какая благородная кровь?» Но главным бился в пульсе вопрос: «Знает или нет? Просто оговорка?» — О... Кхм... я... — Адриан стушевался, — Я имел в виду, ты... ты хотела бы стать моей Леди? — плохо соображая что делает, блондин схватил девушку за запястье, притянул к себе, прижал ее руку к своему сердцу. — Моей. — выдохнул чувственым шёпотом почти ей в губы, а в глазах Мари видела отчаянье, одиночество, и надежду.        Она совершенно перестала понимать что творится, и ошарашенно хлопала ресницами. Кислорода катастрофически не хватало, так близко... можно почувствовать аромат его парфюма, или может это гель для душа... можно дотронуться до его волос, наверняка мягких... под ладонью ощутимо быстро бьется любимое сердце. Маринетт плыла очарованная моментом, и уже почти поверила, что это все ей снится. Оба они стояли на коленях, на пледике для импровизированного ужина, Адриан прижимал ее к себе, второй рукой все еще держа запястье, Глаза любимого светились безумной нежностью, как в самых смелых мечтах Маринетт. Бумаги рассыпались по полу, а в ладони все ещё зажата веревочка на удачу, это ведь его подарок, неужели она помогла? — Моей... — завороженно повторила она.        И прикрыв глаза потянулась к желанным губам. Как удивительно и невероятно приятно, наверняка, прикоснуться к ним. Мари зажмурилась в предвкушении. И тут, то ли до девушки дошёл смысл его слов, то ли она сообразила что за пределами этого внезапно созданного мирка есть жизнь, обязанности, стремления, то ли вдруг резко повзрослела. Но, скорее всего: она почувствовала, что несбыточная мечта вполне осуществима, и в эту же секунду в голове у Маринетт-Ледибаг сошлись все уравнения, сложились все пазлы, и вдруг все стало кристально ясным: она никогда не сможет быть с Адрианом. Он часть ее фантазий о прекрасной жизни, невозможной, наивной и романтичной. Он должен остаться мечтой. Для него в реальной жизни просто нет места. На Кота-то места не хватает, но он ещё более-менее реальный кандидат, потому что у них, считай, одна тайна на двоих, почти. А тут... гражданский, непосвящённый, от которого надо будет скрываться, обманывать постоянно, тайком убегать с семейного ложа, в ночь, на патруль, или экстренно к суперзлодеям, или поболтать о жизни к единственному настоящему другу — Коту, который навсегда останется ближе всех на свете. Такой жизни для своего любимого Маринетт не хотела, и с оборвавшимся сердцем осознала вмиг, что только в мечтах навсегда замрёт дрожащим маревом дом, трое детей и хомячок, которого они бы назвали... — Маринетт? Ты боишься? — вывел ее из ступора бархатистый голос.        В глазах девушки было написано смятение, испуг и неверие. Может, если бы сейчас Адриан проявил твердость, притянул ее к себе, сломил слабое сопротивление и поцеловал, наконец! Первый сознательный раз поцеловал свою Леди! Наконец почувствовал вкус ее губ, ощущение слияния с ней, единственной; стал бы одним дыханием, может тогда она бы приняла решение в его пользу? Может она осталась бы с ним? Но Адриан не мог позволить себе давить, да и просто не умел этого делать. Вежливость и деликатность вбивали в него годами, также как и покорность с послушанием, и даже Плагг не смог подкорректировать этого в достаточной мере. Адриан исполнял волю отца, Нуар - всегда слепо доверял своей Леди, был ее тенью, безгласной по сути. Нет, он много говорил, громко шутил, и вообще был шумным и задорным, конечно. Но не мог подтолкнуть ее к нужному для него решению. Глупо улыбался на каждый отказ, и все ещё не желал сдаваться. Сейчас ведь он Агрест! Мать вашу!!! Ну хоть в чём-то ему, именно ему лично, должна помочь эта репутация, долбаное положение в обществе, статус, деньги, рейтинги, популярность. Пожалуй, думать об этом было низко, и заподозрить Маринетт в корыстных мотивах или фанатстве тоже. Адриан отчасти это понимал, но он так желал обладать своей второй частью души — своей Леди, что согласен был и на такой вариант. Пусть ей понравится в нем хоть что-то, престиж или деньги, пусть она останется рядом. Пожалуйста. Адриан умоляюще смотрел в глаза не в силах нарушить ее личное пространство. —Прост-т-ти, Адриан. Я не могу. Не совсем понимаю что сейчас происходит, но... если ты... — Маринетт с трудом выдавливала из себя слова, — Ты хотел встречаться со мной, ну... в смысле быть парой... то... я не могу. Прости.        Она вскочила, с зажатой в руках веревочкой на удачу, оставив на расстеленном пледике в столовой шикарной квартиры свою сумочку, документы с телефоном, мужчину своей мечты и собственно все мечты... главное выйти отсюда, выйти. Мари бежала, быстрее и быстрее, даже кажется не спотыкалась по пути, и выскочив в парижский вечер подставила легкому ветру мокрые от слез щеки. Рыдания рвались из груди, и она закусывала руку чтобы не закричать в голос. Главное добежать до ближайшей подворотни, там за мусорными баками спрятаться и... — Тикки, давай!        ...вылететь уже супергероиней, выражение лица которой с крыш не видно, на балках эйфелевой башни ее и саму никто не заметит, а крик отчаянья заглушит свистящий ветер. ***        Она ушла. Сказала «прости» и ушла. И в этот момент погасло солнце. Он оказался не нужен ей, ни как Кот, ни как Агрест... Не нужен Нуар, что рисковал жизнью каждый раз чтобы спасти и защитить. Он ведь слепо доверял ей, готов был идти на край света с закрытыми глазами. Каждый раз ставил ее на первое место, столько раз пытался доказать, что достоин ее взгляда, но... она не воспринимала его всерьёз, а подобрать нужных слов или поступков Кот не мог. Это не было новостью, в принципе. Кот знал, что Леди не любит его. Но оставалась тонкая нить, что он ещё нужен ей как Адриан Агрест годами выстраивавший идеальный образ успешного золотого мальчика. Оказалось что скромная одноклассница уже переросла подростковую влюбленность. Блондин криво ухмыльнулся. Жалел, что марка «Агрест» Коту не может помочь в отношениях с Леди? Теперь убедился, что она бы и не помогла. Можно хоть об этом не жалеть, наверное. Он готов был сложить к ее ногам все что имел, но... Маринетт испугалась, отдалилась, отказалась и ушла.        Ушла... *** — Плагг, — позвал Адриан наконец перебравшись в спальню из гостиной, в которой тридцать минут сидел неподвижно в надежде что она вернётся, но так и не дождался, — Ты ведь все знал? Ты знал, что Моя Леди это Маринетт! Ты знал, что мы постоянно соприкасаемся друг с другом! Да, черт возьми, даю голову на отсечение, ты и про ее влюбленность знал! И почему она Луку выбрала тоже!        Адриан закрыл голову руками, и свернулся на кровати клубком, совсем как кот. Он не хотел признавать поражение, хотел закрыться от реальности, от всего мира. — Нет, вот этого не надо, пожалуйста! Про Луку я не в курсе. Это Тикки все время с ней, а меня в подробности не посвящают. — проскрипел чёрный котёнок вылетая из-за монитора. — То есть все остальное ты даже не отрицаешь?! Ты! Ты. Ты... ты сочувствовал мне, говорил, чтобы я забыл о ней, говорил что мы не должны знать личности друг друга, и все это время знал что она... что моя Леди — это стеснительная Маринетт. Плагг, как ты мог? — Адриан уткнулся лицом в подушку, и голос его приглушился. — А что я мог?! — вспылил Квами. — я не могу назвать тебе имени, я намекал на кандидатуру Маринетт как твоей возлюбленной. И она совсем не стеснительная! Это она с тобой так себя стала вести, когда по уши втрескалась. Я в самый первый день тебе что сказал?! Но нет же! Заладил «она просто друг!» Тебе проще было с Кагами мороженое жевать! Я подневольный, знаешь ли. — существо развело в стороны чёрными лапками. — Решил на меня вину спихнуть за бесцельно прожитые годы?! Нет уж дудки! — Плагг надулся, и собирался улететь прятаться в книжные полки. Не успел. — Плагг, когти! ***        Кот Нуар летел над крышами невысоких парижских домов к самой романтичной точке. Он не знал куда деть отчаянье, что заполнило его до краев, не знал как дальше вести себя с Ледибаг, не знал как переживет эту встречу. Он хотел побыть один, подумать, собрать осколки своей гордости, жизни, мыслей, да... черт знает чего. Хоть бы что-нибудь собрать, чтобы понимать нужно ли встречать завтрашний рассвет, или сегодняшнего уже достаточно для его жизни? В костюме Адриану стало толику легче. Плагг делился с ним своим пофигистическим отношением к жизни. Старался помочь, как мог. Кот Нуар приземлился привычно на левом берегу Сены, сразу за Эйфелевой башней, в своём излюбленном месте. Сегодня нет патруля, Леди не придёт, и можно побыть здесь в одиночестве. Но... — Кот?        Сверху слетела сворачивая на ходу йо-йо пятнистая напарница. Видеть ту, что растоптала его душу всего час назад Адриан не мог, не был готов. Он замер не ответив, но ответа она и не требовала. Подбежала и обняла его со спины, прижалась дрожа и шептала заикаясь в рыданиях: — Котик, миленький, помоги, прошу тебя. Помоги мне. Роднее тебя у меня ведь никого нет. Я не могу больше, не могу, котик... даже поговорить не с кем... я его больше жизни люблю, понимаешь? Он смотрел... Я убежала, оставила его, второго шанса у меня уже не будет... он хотел... а я не смогла... обманывать его... Он лучший, самый добрый в мире, понимаешь? Ни с кем, кроме него... останусь одна навсегда... как мастер Фу. Это проклятье хранителя? Я не хочу всегда быть одна... как люблю его... котик, как же больно.        Супергероиня, уткнувшись ему в спину, бессвязно шептала обрывки фраз, которые Адриан складывал в полную картину, а чёрный костюм обжигали падающие капли. Она не разбила его сердце, ценила и любила его-Адриана, не хотела обманывать ведя двойную жизнь, она любит до сих пор. Ощущение от ее слов было очень странным. Будто он разделился на две части, и одна часть ликовала что наконец чувства взаимны, а вторая ревновала и злилась: почему она любит не меня?! Адриан не удержался, и съязвил из позиции обиженного Нуара: — Моя Леди, ты говоришь это все Коту, который влюблён в тебя столько лет? Это жестокость или безрассудство?        Адриан понимал — ведь сам был настолько же одиноким обладателем неподъёмном тайны — что она просто дошла до края, и в отчаянье найти поддержку могла только в нем, но все равно спросил: — Если с ним второго шанса у тебя нет, тогда будь со мной? Стань моей! — Котик, милый мой котик, ты самый важный и нужный человек в моей жизни, но это нечестно любить двоих. Я не могу унизить тебя тем, чтоб ты стал вторым, и его забыть никак не могу. Не могу. Не могу! — с новым витком отчаяния зарыдала гордая и сильная супергероиня.        И ее слова будто собрали во едино обе его части, давали крохи сил, чтобы продолжить бороться с отношениями увязшими в паутине тайн, и Кот уже готов был развернуться и сбросить трансформацию. У него появилось марево надежды, что он может стать важным и нужным для самого важного и нужного человека в своей жизни — своей Букашечки. — Плагг... — А ещё он сын Бражника, и как я могу ему это сказать? Он такой чистый, самый лучший. Как он сможет принять такую сторону своего отца? Я не могу... опять врать, скрывать, я не смогу. Котик, что мне делать? Помоги мне, Котик.        Кот Нуар закаменел, но Ледибаг этого не заметила, поглощенная собственным горем и осознанием краха надежд на счастливый финал с любовью всей своей жизни. Она говорила и говорила, сбиваясь, запинаясь, повторяясь обрывками. Сквозь капли в сознание проникал непрекращающийся лихорадочный шёпот, впереди невозмутимо колыхалась темнота Сены. И как можно выдержать столько потрясений в одни сутки? Кот пока не понимал. Когда слёзы кончились, Леди сумбурно просила прощения за свой срыв, потом смущено убежала, а Нуар долго сидел вглядываясь в чёрные воды, и мыслей его голове не было. *** Ранним утром в квартиру к Маринетт постучался мальчик-курьер, и принёс ей запечатанный пакет без надписей. В нем обнаружилась ее сумочка, телефон и аккуратно сложенные эскизы. Девушка разрыдалась снова, сползла по стене в коридоре прямо на пол и долго не могла успокоиться.