Аннигиляция тела

Взгляд Ваньиня то и дело возвращался к окну, наблюдая за легким ветром, который незатейливо игрался с ветвями деревьев, а разум все никак не желал сосредотачиваться на корпоративном праве. Ему казалось, что он делает это вовсе незаметно — молодой преподаватель ведь неотрывно всматривался в свой ноутбук, время от времени едва слышно набирая текст на клавиатуре. Но все же ему казалось. — Сосредоточьтесь, иначе мы зря тратим время, — прозвучал голос мужчины, разрушив напряженную тишину. — Я попросил, чтобы нам выделили данную аудиторию для дополнительных занятий не ради красивого вида из окна, хоть это и неплохой бонус. В ответ на сказанное студент лишь тихо фыркнул, надеясь хотя бы этот жест скрыть от внимания вездесущего Лань Сичэня. Как не крути, но номер не удался. — Вы явно чем-то озадачены. Что мешает сконцентрировать внимание на учебе? — Давайте просто продолжим, хорошо? Вы сами сказали — зря тратим время, — в привычной для себя манере грубо огрызнулся Цзян Чэн, пытаясь сильнее зарыться в бумаги с показным вдумчивым видом, когда на самом деле ни одна умная мысль в голову не хотела приходить. — Заставлять себя силой тоже не дело — вы так ничего не запомните. — Я не хочу останавливаться, тем более мне неловко тратить ваше свободное нерабочее время на то, чтобы просто поболтать о природе, о погоде. У вас, скорее всего, есть множество других дел куда поинтереснее, чем без толку просиживать со мной, пытаясь выяснить, каким непримечательным мусором забита моя голова. — А может мне интересно? Вы весьма интересный молодой человек, и я не вижу ничего плохого в том, чтобы время от времени разбавлять нашу работу более неформальными беседами — давать передышку мозгу. — Вы со всеми студентами так или же мне свезло выделиться? — парень сильнее нахмурился, пытаясь найти подвох в словах преподавателя. — Скажем так, мне приятно общаться с людьми, которые обладают хорошими умственными способностями и не боятся отстоять свою позицию. — Правда? Слова Сичэня звучали, как прямой комплимент в сторону Цзян Чэна, от чего студент только сильнее обозлился. Желание найти признание в чужих глазах, особенно в глазах матери и отца, было самой большой слабостью, которую Ваньинь всеми силами старался не показывать, постоянно будучи упрямым, сосредоточенным на учебе, возможно, даже в некоторой мере замкнутым человеком, который медленно, но уверенно продвигается к своим целям не растрачивая время на праздные беседы. Злосчастное «правда?» прозвучало так жалобно, как будто ребенку дали огромную шоколадку — столь желанную и сладкую. «Выставил себя дураком, » — подумал Чзян Чэн, снова делая серьезное выражение лица. — Правда, — увидев, как рядом сидящий парень снова нахмурился, Лань Хуань решил перевести тему. — Может, сделаем небольшой перерыв на чай или кофе? Мой младший брат, думаю, вы о нем слышали, уехал на олимпиаду в Ланьлин, но перед этим ударился в готовку и оставил мне необъятные запасы съестного — я взял немного с собой, но так и не съел во время обеда, возможно, вам придется что-то по вкусу. Подсвеченный экран телефона показывал пятый час вечера, а со своей занятостью Ваньинь уже позабыть успел вкус домашней еды, постоянно питаясь в каких-то закусочных или вовсе перебиваясь несчастным шоколадным батончиком и небольшой бутылочкой апельсинового сока, стоя с ребятами на перерыве межу пар — таким уж точно полноценно сыт не будешь. Потому не долго думая, Цзян Чэн согласно покивал головой, принимая предложение немного перекусить. — Замечательно, — улыбнулся Сичэнь, тут же пытаясь отыскать ключ от кафедры, — тебе чай или кофе? Кажется, я брал с собой лимонад, могу прихватить его. И, надеюсь, не против перейти на «ты»? Нарушим немного преподавательскую этику — буду современней своего дяди. — От лимонада не откажусь, — не отрывая взгляда от бумаг, ответил парень. Через десять минут вся макулатура освободила стол, а ее место заняли небольшие лоточки с едой, в которых аккуратно были разложены разнообразные блюда. — Я не рассчитывал, что разделю с кем-то трапезу, потому тут не сильно много, но ты кушай побольше — дома у меня еще есть. На эти слова Цзян Чэн отреагировал легкой улыбкой, и позволил себе не стесняться, активно налегая на еду. — Нравится? — поинтересовался Лань Сичэнь, довольствуясь любимым зеленым чаем. — Очень, Лань Ванцзи прекрасно готовит. — О, ты все же слышал о моем брате. Я обязательно передам ему твой отзыв, когда он вернется. — Угу, — кивнул Ваньинь, уперев взгляд в стол. — А, как твой брат поживает? Ванцзи о нем очень хорошо отзывался. Я так рад, что брат смог найти общий язык с такой яркой личностью, как молодой господин Вэй — думаю, они отлично поладят между собой. — Да, отлично… — с нотками раздражения ответил Цзян Чэн. За столом воцарилось минутное молчание. Ваньинь понял, что его сводный брат в очередной раз решил поступить по своему, полностью проигнорировав любые предостережения. «Я на него точно когда-то стадо собак спущу, » — парень продолжал внутри кипеть, от чего так сильно сжал в ладони палочки, что те едва не переломились. — Прости, если затронул неприятную тему, — попытался успокоить Лань Хуань, — я не знал, что у тебя с братом столь напряженные взаимоотношения. — Простите, — Цзян Чэн немного успокоил свой пыл, — на самом деле я люблю своего брата. Несмотря на некоторые трудности, мы провели прекрасное детство, он всегда был на моей стороне, всегда меня поддерживал и помогал во всех делах. Но его рвение совершать сумасбродные поступки не раз являлось причиной ссор — я просто не хочу неприятностей. Разве ваш дядя, у которого весьма консервативные взгляды, сможет спокойно принять тот факт, что один из его лучших учеников - его племянник выбрал такого человека себе в пару? — Да-а, — протянул Сичэнь, — у дяди седины прибавится, но если тебя интересует мое мнение, то я счастлив, если мой брат счастлив. Мы рано лишились родителей — это оставило свой отпечаток. Ванцзи замкнулся в себе — редко улыбался, редко проявлял эмоции, даже длительный разговор для него был в тягость. А сейчас мне самому хочется искренне рассмеяться и порадоваться за него, ибо от одного упоминания о Вэй Усяне он сразу же краснеет до кончиков ушей. Если молодой господин Вэй способен вызывать такие теплые чувства в сердце моего брата - я готов поддержать его. — Понятно, — выдохнул Ваньинь, пытаясь обдумать услышанное. — Вэй Ин один раз пошел против воли матери, поступив на свой излюбленный факультет — из-за этой выходки поползло много нелицеприятных слухов. Я не хочу, чтобы к личной жизни Усяня было такое же острое внимание… А уж зная его, то это лишь вопрос времени, когда «рванет» новость о его тесных отношениях с вторым молодым господином Лань. Общество жестоко к тому, что оно не способно понять… — А ты можешь понять? — Лань Хуань заинтересованно склонил голову в сторону. — Мне довелось случайно встретиться с твоим братом перед парой у вашей группы в понедельник — он сиял ярче солнца. — Наверное, я еще не знаю… Ему крепко досталось от жизни. По правде сказать, последний раз его голос звучал столь воодушевленно — на свадьбе у нашей сестры — он в ней души не чает. Я думал он все павлиньи перья Цзинь Цзысюаню выщупает, — Цзян Чэн уже начинал говорить сквозь накатывающий смех, — если бы Вэй Ин этого не сделал, то я бы сам набросился на этого напыщенного птица за то количество нервов, которые Яньли потратила на него. — Ха-ха, я не ошибся, молодой господин Вэй и в огонь, и в воду готов броситься ради любимых людей. — Да, есть такое. Мне очень хочется, чтобы семья не пострадала от того, что его сердце влюбилось в парня, а не в какую-то миловидную девчонку, на которых он заглядывался живя в Юньмэне. — Считаешь такие отношения проблемными? — Я не задумывался над этим. Мне известны предпочтения брата, но я всегда оставался отстраненным и никогда не интересовался его личной жизнью… До того момента, пока случайно он не проговорился о своих чувствах к вашему брату. Не хочу показаться грубым, но мне трудно свыкнуться с тем, что двое мужчин могут любить друг друга, потому мне куда лучше удается сохранять нейтралитет, когда подымается данный вопрос. Каждый вправе любить, кого пожелает, а мое мнение пусть останется при мне. — Ты влюблялся? — в глазах Сичэня мерцал огонек. — Простите, но это личное… — Цзян Чэн насторожился. — Вы, правда, считаете, что можно так просто спрашивать о подобных вещах у своего студента? — Я ни в коем случае не хотел тебя обидеть, прошу прощения, — Лань Хуань поспешил исправить ситуацию, кажется, он немного поторопился с данным вопросом. — Ничего страшного, признаюсь, меня тоже увлек наш разговор, — Ваньинь улыбнулся, после чего отпил немного лимонада, — надеюсь, я не взболтнул ничего лишнего — не часто так откровенно с кем-то разговариваю. — Все в порядке. После разговора по душам желание возвращаться к работе свелось к нулю. Оставшиеся полчаса отведенные на дополнительное занятие прошло за обсуждением заданий, которые студенту необходимо будет выполнить до пятницы, после чего Лань Хуань предложил на сегодня закончить. Цзян Чэн учтиво помог прибраться на столе, приведя в порядок посуду после еды и собрав свои вещи в рюкзак. — Спасибо вам за сегодня, я приятно провел время, — поблагодарил Ваньинь. — Мне тоже было приятно пообщаться, и прошу, в неформальной беседе обращайся ко мне на «ты». — Хорошо, — кивнул парень. — Закроешь аудиторию? — Сичэнь передал ключи в ладонь Цзян Чэну, ненавязчиво прикоснувшись своими пальцами к его запястью. — И, пожалуй, отвечу хотя бы я, — голос стал тихим, спокойным, щекочущим, — я влюблен. Напоследок преподаватель улыбнулся своей самой лучезарной улыбкой и поспешил покинуть аудиторию, оставляя Ваньиня наедине с самим собой. — Что. Это. Черт. Возьми. Было? — отрубая каждое слово, произнес Цзян Чэн, не зная, что думать о произошедшем минуту назад. — Он странный… Очень странный. Не хочу забивать голову ерундой.

***

Соло электрогитары звучало так громко, что оно едва ли помещалось в стены небольшого бара, где третий час к ряду проходила репетиция пока еще толком никому не известной группы. В один момент игра резко прекратилась, а человек, который должен был доиграть свою партию, в очередной раз пропал, сосредоточив внимание на своем телефоне, при этом прикусывая нижнюю губу, словно влюбленная пятнадцатилетняя школьница. Парни в группе обладали более стойким терпением, да и сами были не против сделать небольшую паузу, дабы глотнуть пару глотков пива, но у Вэнь Цин на такие перерывы совсем другие взгляды. Уставшая девушка пришла после смены в больнице явно не для того, чтобы наблюдать за порхающим на крыльях любви Старейшиной, потому недолго думая она скрутила сильнее фартук брата и что есть силы ударила парня по шее. — Эй, принцесса! — громко разругалась Вэнь Цин. — Мы все тут, конечно же, собрались дабы отметить появление принца на белом коне в твоей жизни, но не соблаговолишь сделать нам огромнейшую услугу и наконец-то отклеить свое лицо от экрана мобильного! — Ауч! — взвизгнул Вэй Ин, потирая раскрасневшуюся от прилетевшего удара шею. — Раз я принцесса, то ты явно чудовище! С удовольствием потягивая яблочный сидр, сидя за барной стойкой, Не Хуайсан начал принимать ставки. — Ставлю сотню, что она его сейчас отметелит так, что он еще сутки с кровати не встанет, — Хуайсан положил купюру на стол. — Повышаю, — подключился Вэнь Нин, — я все же верю в свою сестру, потому ставлю сто пятьдесят, и Старейшина три дня будет валяться в постели. Остальные ребята тоже не стали упускать возможность поднять немного деньжат, при этом высказав дальнейшие догадки о развитии смертельно-опасной схватки между Вэнь Цин и схлопотавшим по шее беднягой Вэй Усянем. — Я что-то не так сказала?! — девушка перевела свое внимание на парней собравшихся у стойки. — Нечего расслабляться, мы сюда репетировать пришли. — Эх, шоу не будет, — с грустью констатировал Не Хуайсан, запихивая свою сотню обратно в карман. — Вэнь Цин, ты же сама мне посоветовала взять инициативу в свои руки, а теперь ругаешься за то, что мне удалось наладить личную жизнь, — все еще морщась от жгучей боли, ответил Старейшина. — Ты мог бы заниматься своей личной жизнью и парнем с чудо-мордашкой в любое другое время, а не когда мы пришли на репетицию. Телефон в руках Усяня снова пиликнул, оповещая хозяина о новом сообщении в мессенджере. Успешно забив на слова подруги Вэй Ин снова влип в экран.       Лань Чжань 8:23 РМ: Остался последний день олимпиады — завтра финал. В пятницу должна состояться масштабная вечеринка в честь закрытия, но наша команда решила в четверг отправиться домой, чтобы в пятницу устроить себе домашний выходной в придачу к субботе и воскресенью. На тебя друзья не обидятся, что ты со мной переписываешься вместо того, чтобы играть?       Вэй Ин 8:24 РМ: Забей, все хорошо ≧◠ᴥ◠≦ Не могу же я оставить твои сообщения без ответа (✿◠‿◠) Вэнь Цин уже замахнулась, чтобы нанести следующий еще более болезненный удар, но ее окликнул младший брат. — Даже если ты его изобьешь до смерти, он все равно продолжит писать сообщения. Он все пары не выпускал телефон из рук. — А вчера часов пять делал крошечную татуировку на работе, — подхватил Хуайсан, — хорошо, что клиент попался не вредный и спокойно ждал пока тату-мастер перестанет ворковать о любви. — Но в отличии от вас двух я могу дать ему по шее, — хмыкнула девушка. — Кажется, нас сейчас опустили, — тихо пробормотал Не Хуайсан. — Точно опустили, — поддержал Вэнь Нин, обновляя другу бокал Решив окончательно положить край бардаку, Вэнь Цин выхватила телефон из рук Старейшины и начала сама отвечать Лань Чжаню.       Вэй Ин 8:45 РМ: Это Вэнь Цин — подруга Вэй Ина. Я очень рада, что ты подобрал этого несчастного, теперь у меня будет меньше головной боли (шучу… или не шучу). Но я пока заберу его, а то мы никак песню доиграть не можем.       Лань Чжань 8:45 РМ: Прости, мне так неудобно. Я ему мешаю.       Вэй Ин 8:46 РМ: Ничего страшного, я рада, что у него есть ты. На этом все, верну ему мобильный, когда закончим репетицию. Вэнь Цин заблокировала телефон, после чего положила его в карман своих джинс. — Получишь обратно по пути домой, — успокоила возмущающегося Вэй Усяня. — Что ты ему там наговорила? — Написала ему «Лань Чжань, я тебя так люблю, я готов выйти за тебя замуж и не вылезать из твоей постели!» — девушка картинно скопировала манеру речи своего друга. — ЧТО?! — у Старейшины чуть не случился сердечный приступ от услышанного. — Успокойся! Я просто сказала, что мы репетируем, а ваши разговоры малость останавливают процесс. — Шутки у тебя не смешные! — фыркнул Вэй Ин, снова берясь за гитару. — Еще как смешные, — посмеялась Вэнь Цин, подмигнув остальным заливающимся смехом ребятам. — Все, теперь быстро взялись за инструменты, лентяи! Дальнейшее время прошло без каких-либо остановок — группа отыграла все запланированные на сегодня песни. По окончанию репетиции Вэнь Цин, как и обещала ранее, вернула телефон Старейшине, который едва ли не целовать начал свой теперь еще сильнее любимый гаджет. Оказавшись дома, Вэй Ин распластался на кровати, распаковывая пиццу, которую заказал с собой в баре, как можно скорее торопясь ответить на очередное сообщение.       Вэй Ин 10:15 РМ: Лань Чжань, я уже дома. Взял с пиццу, чтобы перекусить, поздновато для такой калорийной еды, но не смог удержаться — она острая с перцами чили ʕ•́ᴥ•̀ʔっ❤ Ты сам уже поужинал?       Лань Чжань 10:18 РМ: Приятного аппетита. Я поужинал еще давно, и уже лежу в постели. Сегодня был трудный день, а завтра снова необходимо проснуться пораньше, дабы подготовиться к финальным заданиям, потому я вынужден на сегодня закончить разговор. Не засиживайся долго, тебе тоже нужно хорошо поспать. Спокойной ночи, Вэй Ин.       Вэй Ин 10:20 РМ: И тебе спокойной ночи. Уже соскучился (ɔ◔‿◔)ɔ ♥