Хель

      — Это был… странный вечер, — дипломатично высказалась Кейден по поводу проведённого в компании Хель времени.       — Да? — чуть выгнула Богиня бровь. — Мне показался самым обычным. Хотя, было необычно наблюдать за тем, как Лизе прилетало по попе ремнём.       — Лизе? — не поняла её Кейден.       — Так звали ту девушку в фиолетовом костюме, — пожала Хель плечами. — Я прочитала в её разуме это имя.       — Стоп, — вдруг резко остановилась Кейден, отчего не ожидавшая этого Астра, недовольно заворчала в коляске. — То есть как это прочитала в разуме?       — А, — махнула Хель рукой, будто сказанное ей было не стоящим внимания мелочью. — Я с недавнего времени научилась заглядывать в разум. Вообще не знала, что так могу, — задумчиво добавила она, чуть нахмурив аккуратные бровки. — Надо будет поговорить с Симург по этому поводу, может она сможет подсказать мне, что я ещё могу?       — Симург? — вновь несколько выпала из реальности Кейден, с подозрением посмотрев на Богиню.       — Ага, — беззаботно кивнула та. — Я её сделала Стражем Хельхейма, моего царства мёртвых.       — Не могу понять, ты сейчас так шутишь или издеваешься надо мной? — вскинула бровь Кейден, решив для себя, что Хель просто насмехается над ней.       — Нет, я говорю правду. Кейден, я же говорила тебе, когда мы стояли в том переулке — Я Богиня Смерти. То есть, реально Богиня, — пожала она плечами. — Правда, я несколько неопытна, — смущённо почесала она кончик носика. — Ещё не разобралась во всех своих возможностях.       — … — Кейден лишь молча прикусила краешек губы. Она с удивлением поняла, что не ощущает в словах Хель никакой лжи. Выглядящая не от мира сего девушка, действительно была в высшей мере странной личностью. И чтобы понять это, Кейден хватило этого странного вечера в ресторане Лунга, который завершился телесным наказанием мелкой злодейки. — Ты ведь не шутишь… — с каким-то даже неверием пробормотала она.       — Нет, — просто ответила Хель, на секунду задумавшись. — О, — стукнула она кулачком по раскрытой ладошке. — А хочешь я тебе покажу Хельхейм? Заодно и Симург проведаем.       — Эм… Хель, — осторожно произнесла Кейден, неосознанно придвинув коляску к себе. В её разуме вдруг поднял голову иррациональный страх. И, пожалуй, именно это и заставило женщину полноценно поверить словам Хель. Всё же, когда сама Богиня Смерти приглашает тебя в царство мёртвых… сама душа испытывает страх. — Может в другой раз?       — Как скажешь, я не настаиваю, — улыбнулась ей Хель, просто пожав плечами. — Тогда схожу туда одна. Только Мьёльнир заберу. Не стоит оружие Бога надолго оставлять в руках людей, это… чревато последствиями, — хмыкнула она, вновь вспомнив то, что случилось с её Мидгардом.       На мгновение сосредоточившись на своей связи с корнями Иггдрасиля, Хель вызвала их к себе. Пространство вечернего города разорвалось, являя миру то, что способно его разорвать на части. Корни стали распространяться, но Хель, мельчайшим усилием воли, заставила их остановить свой рост.       — Это ещё что такое? — широко распахнув глаза, уставилась Кейден на то, что недозволенно видеть смертным.       — Корни Иггдрасиля — мирового Древа, — ответила ей Хель. — Через них я могу путешествовать по мирам. И… — задумалась она ненадолго, пытаясь мысленно показать корням куда ей нужно. — Хочу попробовать использовать их для перемещения из одной точки одного мира в другую. А… — вдруг встряхнулась она, что-то вспомнив. — Тебя проводить?       — Нет, — покачала головой Кейден, бросив мимолётный взгляд на Астру. Девочка с большим интересом в глазах смотрела на разорвавшие пространство корни, пытаясь ручками поймать зелёные искорки исходящие из чёрного провала раскрывшегося словно бутон корня. — Нам, пожалуй, хватит на сегодня впечатлений.       — Хорошо, — кивнула Хель, подходя к корню. — До встречи, Кейден, — помахала она ей ручкой, заходя в черноту, окружённую зелёными искрами. Её тут же утянуло, а корни стали исчезать из этого мира, чтобы появиться в совершенно другом месте.       — Богиня… хах, — выдала Кейден нервный смешок. Покачав головой, она толкнула коляску, возобновив прерванный путь домой.

***

      — Всем привет, я вернулась, — выдала Хель, лёжа на столе. Корни Иггдрасиля, можно сказать что в своей манере, вновь буквально выплюнули её из себя. И, так уж получилось, что выбросили они Хель прямо на стол, за которым всё ещё сидели члены Котла, хмурым взглядом смотря на Мьёльнир. — Вы чего? — спросила она, поднимаясь со стола.       — Хель, — кивнула ей Доктор Мама, не отрывая взгляда от молота. — Ты… заколдовала Мьёльнир?       — Чего? — не поняла её Богиня, тоже посмотрев на оружие Тора.       — Мы его поднять не смогли, — даже как-то обиженно выдал Эйдолон. — Я перепробовал десятки различных сил Бугаёв, но безрезультатно.       — Да? — очень удивилась Хель, направившись к молоту. Взявшись за рукоять, она легко подняла его, словно бы он совсем ничего не весил. — Хм?       — Ты подняла его, — скорее утверждал, чем спрашивал Легенда. — Как? — задал он простой, но вертящийся в голове у всех вопрос.       — Ну… просто взяла за рукоять и подняла, — пожала плечами Богиня, слегка подбросив невесомый для неё молот. — А почему у вас не получилось?       — Это, вообще-то, наш вопрос, — фыркнул Эйдолон, недовольно сложив руки на груди.       — Хм… — задумчиво протянул Счетовод, не отрывая взгляда от Мьёльнира. — Есть у меня парочка теорий.       — Каких? — тут же спросила Хель с интересом.       — Первая — Мьёльнир является оружием Бога Грома — Тора. То есть, это божественное оружие, как ни посмотри. И, я в этом уверен, доступ к нему должен иметь только другой Бог. То есть, не имея в себе частички божественности, которая у тебя, Хель, по определению есть, ты не поднимешь этого молота, — задумчиво потёр подбородок Счетовод. — У тебя, можно сказать, что есть ключ доступа к нему.       — Интересная и складная теория, — кивнула Доктор Мама, что-то помечая в своём блокноте. — А что со второй?       — Вторая теория базируется на прочитанных мной скандинавских мифах, — пожал Счетовод плечами, положив руки на объёмное пузо. — Мы с вами, господа, просто недостойны.       — Недостойны? — тяжёлым взглядом посмотрел на него Эйдолон.       — Именно, — кивнул толстяк. — По всё тем же мифам — Мьёльнир был выкован в Горниле Душ, а сам всеотец Один, наложил на него особые заклинания. Суть их в том, что лишь достойный мощи молота, сможет его поднять и использовать. Хель — достойна, мы — нет.       — То есть, мы недостойны этой силы, — нахмурился Эйдолон, погружаясь в тяжелые мысли.       — А как понять степень достойности? — спросила Хель, пытаясь разглядеть заклинания, которые якобы наложил на молот Один. И, что-то неуловимое, она действительно заметила. То, что раньше просто не бросалось ей в глаза.       — Это… сложный вопрос, — хмыкнул Счетовод. — Полагаю, что нужно обладать определёнными принципами и соответствующим характером. Плюс, могут ещё и влиять банальные мысли.       — Хм… это странно. Мне, по сути, Мьёльнир не так уж сильно-то и нужен, я и без него очень сильная, — произнесла Хель, закинув молот на плечо. — Я его и взяла из своего Мидгарда, чтобы ненароком своей силой не уничтожить всё живое.       — Именно, — щёлкнул пальцами Счетовод. — Поэтому-то ты и достойна. Тебе не нужна мощь Мьёльнира, ты не планировала никаких злодеяний. Ты всего лишь хотела использовать его, чтобы избежать ненужных жертв, защитить людей, защитить Мидгард.       — А мы, значит, этого не хотели? — совсем тихо, настолько, что его не услышали другие, пробормотал Эйдолон. — Я не хотел?..       — Ясно, — кивнула толстяку Хель. — Ну, я тогда заберу его. Оставлю в своём царстве, чтобы не случилось ничего, что случилось в моём Мидгарде.       — Ты возвращаешься в Хельхейм? — впервые проронила слова Контесса.       — Да, но ненадолго, — кивнула ей Богиня. — Оставлю там Мьёльнир, проведаю Симург и обратно. Не скучайте, — помахала им Хель и вновь ушла в провал корня Иггдрасиля.       — Недостоин… — раздался тихий голос Эйдолона, стоило корням исчезнуть.