И всё же... Кто он?

Я сижу на балконе, смотрю в отражение, Вижу себя, я вижу проблему. Наверное, так станет легче, Мои мысли не вечны… Просто мы разные, а я другая, Совершенно другая! Я вижу всё то, что не видно другим, Я уже знаю, когда уйду от них. Холодная кожа, погасшие мечты… Плачет счастливый финал… Я не хочу больше слышать их голос, Я не хочу больше слышать свой голос. Можешь меня спасти или просто уйти, Знаю, что демоны мои будут жить, Я вижу их всех, в самый последний раз. Я закрыла глаза… Почему им меня не понять?

***

      Я проснулась от жуткой головной боли и сухости во рту. Еле-еле разлепив глаза, огляделась, насколько мне позволяло это сделать моё положение. Я находилась в ну очень знакомой комнате, она была похожа на гостиную в моём доме. Даже на журнальном столике, стоявшем возле дивана, на котором я лежала, были такие же царапины, как когда-то сделанные мною в детстве (ох и влетело мне тогда!). Ну не-е-ет, это не может быть моя гостиная, ведь я была в своём номере, в гостинице, в Париже и слушала музыку, а потом на меня кто-то напал… Стоп, напал?! Нет, это однозначно была девушка, кажется, даже блондинка, а потом пришёл Фэш, точно! Но что было дальше? Хм… Вроде, я помню, как его обнимала… Или нет?       Запутавшись окончательно, я предприняла попытку встать и мне это удалось! Не сразу конечно, хм, раза, так, с пятого уже стояла на ногах, правда, голова немного кружилась, и поэтому пришлось передвигаться держась за предметы. Ничего, сейчас я выпью таблеточку, и всё пройдёт! Надеюсь…       Медленными шажками я продвигалась на кухню, держась за стены, ручки дверей, кресла, стулья и так далее. И вот, когда почти уже зашла на кухню, я услышала, ну уж очень странный, разговор родителей. — Она же совсем ребёнок! — говорил женский голос, кажется, это была мама. — Нельзя её туда отвозить! — Ну, а что мы можем сделать, Лисса? — сказал папин голос. — Это её природа, ничего с этим не поделаешь! — И ты так просто об этом говоришь?! Ты хочешь отдать нашу дочь, слышишь? НАШУ дочь в эту академию! — Я не вижу в этом ничего такого, академия предназначена для таких, как наша она — санжуази. — проговорил отец. Опять это странное слово! Тот мужчина в поезде упоминал его, и Фэш, а теперь ещё и родители, что это значит? — Говорил же нам Родион, что нельзя нам сходится и, тем более, рожать детей… — Лисса, ты жалеешь, что у нас родилась Василиса? Я тебя не узнаю. Что с тобой? — Нет, Нортон, я не жалею, просто на хрупкие плечи нашей бедной девочки ложится непосильное для неё бремя. Всё-таки, не просто быть санжуази, да ещё и какой — полумаг, полу…       Договорить мама не успела, так как я, устав стоять, прислонилась лбом к двери, и, из-за моей неуклюжести, дверь открылась, а я ввалилась в комнату, упав на пол. М-да, такое себе появление… Хотя, чётко в моём стиле. — Василиса, солнышко, — мама подскочила ко мне, помогла подняться и очень сильно обняла меня. — ты жива! — Мам, конечно я жива, но если не отпустишь, то буду уже не столь уверена в этом. — кое-как выдавила я. — Да-да, конечно. — Мам, я — полумаг? — мама явно опешила от моего вопроса, но через некоторое время пришла в себя и сказала. — Давай сначала поедим, ты нам расскажешь, что с тобой произошло, а потом я отвечу на все твои вопросы, хорошо? — она попыталась улыбнуться, но вышло у неё плохо. — Мам, я — ПОЛУМАГ?! — повторила я настойчивее.       Глубоко вздохнув и посмотрев на отца, мама произнесла: — Да, Василис, ты полумаг, а если быть корректнее, то маг-санжуази. — Почему вы мне раньше не говорили? Что я ещё не знаю? А?! Может я по потолку ходить умею или летать?! — Дочь, послушай… — начал было отец, до этого молчавший, но я его перебила. — Мам, чем я не заслужила правды? — Но… — хотела что-то сказать мама, но осеклась.       Я развернулась и пошла к выходу из кухни, но на пороге остановилась и посмотрела на родителей. — Ещё вопрос: где Фэш? — Он ушёл… — В смысле ушёл? Просто взял и ушёл?! — Ну, да-а-а, — неуверенно протянула мама. — А может это вы его выгнали?! — Василис, он представлял угрозу… — ОН. МЕНЯ. СПАС! — прокричала я, выделяя каждое слово. — Я вас люблю, очень… Но как я теперь могу доверять вам?       Я пулей поднялась по лестнице в свою комнату и заперлась там. Свалившись на кровать, я зарыдать от несправедливости жизни. «Ну я и плакса, прям настоящая ТПшка» — пронеслось в мозгу. Всё, хватит! Я сильная! Нужно срочно развеяться, а для этого подойдёт мой лучший друг, главное при нём не зарыдать…

***

      Через час я была уже готова. Особо не заморачиваясь с одеждой, надела бежевые лосины и красную тунику сверху. Волосы тщательно расчесала (чтобы они не смотрелись, как осиное гнездо), оставив их распущенными. На лице лёгкий макияж, подчёркивающий мою естественную красоту. Бежевая сумочка через плечо и чёрные очки на голове. И вот, перед вами стоит совсем другая девушка, а не та, что плакала здесь час назад.       Через 15 минут я подошла к парку и увидела там его. — МА-А-А-А-АРК! — закричала я и побежала к нему навстречу, раскинув руки в стороны. Он обернулся в самую последнюю секунду и не успел подхватить меня, поэтому мы вдвоём свалились на асфальт. — Василиса, ты не меняешься! — пожурил Марк, потрепав по голове. Встал и помог подняться мне. — Да-а-а! — За это ты мне и нравишься… — я недоумённо посмотрела на него, а он хитро подмигнул мне и продолжил. — По-дружески, конечно, а ты что подумала? — Не-не-не, я так и подумала! — я мило улыбнулась. — Кто последний во-о-он до того колеса Обозрения, тот покупает мне мороженку! — Как это? — начал было Марк, но я уже убежала и ему ничего не оставалось делать, кроме, как последовать моему примеру.

***

      С Марком мы отлично провели время, я даже забыла о всех своих проблемах и недавней, чуть-ли не смерти. Мы покатались на всех аттракционах парка, посидели в кафешке, поели мороженку (правда, всё лицо Марка было в нём, так как я измазала его за то, что он не хотел меня катать на очередной карусельке), в общем, было круто!       Вернулись мы домой уже ближе к ночи. Часов в 10 мы уже стояли возле моего дома, я не хотела расставаться с Марком, поэтому пригласила его переночевать у нас, тем более было уже поздно и не хотелось бы, чтобы он добирался до дома по темноте.        Когда мы зашли в дом, в нём был погашен свет, что странно, ведь родители никогда такого не делали, даже ночью, у нас всегда по всему дому горели ночники. Я рукой нащупала выключатель, включила свет, оглянулась и увидела, что все вещи были разбросаны, вазы разбиты, повсюду деревянные щепки и фарфоровые осколки. Я оглянулась на Марка в непонимании, он тоже был ошарашен, но в отличии от меня, не испугался и был готов в любую минуту отразить атаку нападавшего своей магией.       Аккуратно переступая через груды мусора, мы прошли на кухню и увидели несколько алых капель на полу и столе, очень сильно смахивающих на кровь. Так же, на столе находилась записка, в которой, небрежным почерком, было написано всего несколько слов:

Ты сама во всём виновата, санжуази…