Ты - моя цель.

Чонгук стоит на крыльце больницы, держа в руках огромный букет ромашек. Да-да, Минни как-то проболтался, что во сне видел, как вокруг него лежат тысячи ромашек, так почему бы не воплотить сон омеги в реальность. Джисон в это время держал плюшевого мишку, смотря на часы. Чимина должны были выпустить уже как двадцать минут назад, а никакой весточки. Вот только радостный омежка не спешит к своим любимым альфам. Сейчас он лежит в кабинете доктора, смотря в экран маленького мониторчика, улыбаясь во все тридцать два. Еще несколько минут и заветный конвертик с фото отправляется в рюкзак. Чимин вытирает живот от геля, смущенно улыбаясь. Будет полный пиздец, когда Джисон узнает… На улице все более или менее, хотя как знать, если не считать двоих здоровых парней, пытающихся рассмотреть что-то в темном отражении стеклянной двери. — Чудики, вы так всех распугаете, — Чимин налетает на брата, чмокая того в щеку. Обнимает очень крепко, а после проделывает точно такое же действие с Чонгуком. На улице сейчас прохладно, а от парней жар так и идет. Ах да, ведь они еще минуту назад спорили, куда же поедет омега ночевать, а там уж и жить. Очевидно в споре победу одержал Чон. Ну, или он так до последнего будет считать.. — Чимина, боже, как я соскучился. — Альфа вжимает омегу в свою грудь, целует его пухлые щеки, любуется блестящими глазами. Все в порядке. Он рядом, он жив… — Как ты себя чувствуешь? Уже лучше? Хочешь чего-нибудь? — Да, я очень хочу домой, а еще хочу посидеть и послушать песни Джорджа Майкла, — берет за руку обоих парней, ведя к машине. Как и просил маленький омега, они приехали вместе, потому что сейчас они едут в квартиру Джисона. Пока шатен будет принимать расслабляющий душ, парни хотели посидеть за чашкой кофе, ну или же за бокалом прекрасного вина или виски, говоря о жизни. О да, спустя столько времени они нашли свои родные души. Ну, а потом будет что-то типа семейного ужина, где каждый из присутствующих скажет свое слово про дальнейшие планы.

* * *

Чонгук и представить себе не мог, как же трудно будет ему сидеть на попе ровно, сложа руки на коленях. Ему понадобиться очень много времени, чтобы стать полностью домашним котиком Чимина. — Я заказал нам мясо по-китайски и чай на травах. — Бухается на диван и тянет омегу на себя, загребая того в охапку. Целует, довольно прикрывая глаза. — Чимина, а ты в весе прибавил. Чем тебя в больнице кормили? — Узнаешь, — целует того в губы, медленно обнимая за шею. Как же он соскучился, невозможно такое передать словами, нужно действовать. — Ну-ка, разошлись, — Джисон бьет парочку подушкой, разгоняя их по разные стороны дивана, а после Чимин уходит в душ, прихватив с собой косметичку. Короче, он там надолго. Сейчас самое время расслабиться. Брюнет наливает в стаканы прекрасное вино, садясь напротив Чонгука. Такая расслабляющая атмосфера. В руках держит маленькую фотографию. — Не хочешь мне ничего сказать? — хмыкает, смотря лисьим взглядом. Не будь Чим такой растяпой, ничего бы не вываливалось из разных карманов. — Что? — не понимает, делает глоток вина, косится на друга. — Что это такое? — все равно не понимает, вертит черную фотографию в руке. Серьезно, не понимает. — Чимин решил податься в искусство живописи? Что ж, у него неплохо получается. Что тебе не нравится? — Ебанат, — Пак нервно смеется, забирая этот маленький квадратик из рук отца сей будущего ребеночка. — Насколько я понял, тут будут ручки, — тыкает на какую-то часть снимка, — а тут головка, — снова тычет, — ну, а в целом это мой племяш. Только я тебе яйца сейчас оторву, потому что какого хуя, Чонгук. Ему только восемнадцать скоро будет. Чон информацию переваривает долго. Головка, яйца, да что это, блять, за член? — Чимина! — подрывается с места и бежит в ванную комнату, вламываясь к омеге. — Чимина, скажи мне честно. — Липнет к ошарашенному мокрому парню. — Ты правда беременный? Шатен расширяет свои глаза, сразу пища от холодных пальцев своего парня. — Кто тебе сказал? — прикрывается полотенцем, смотря слегка обиженным, надутым взглядом. Черта с два он еще раз оставит портфель в комнате брата. — Это Джисон? Вот блин, я сюрприз хотел сделать, — теперь уже совсем расстраивается, надувая свои губки. Заворачивается в полотенце. — Чимина, и долго ты об этом молчать собрался? Специально до ужина тянул? — Чонгук недовольно ворчит, но после быстро успокаивается, обнимая омегу и прижимая к своей груди. — Твой брат пообещал мне яйца оторвать. Как же я обожаю вашу семейку. С вами так весело. — Мурчит, а после поднимает Пака за подбородок, смотря в его красивые глаза. У Чимина там миллиарды бабочек пархают, шуршат своими блестящими, как солнечные лучи, крыльями. — Я хочу, чтобы сегодня ты поехал ко мне домой и остался там. Желательно, на всю жизнь, как в моем сердце.