Братский комплекс

      Я мялся у входа в домик, пытаясь успокоиться и взять себя в руки. Чонгук зашел туда принять душ около пяти минут назад, а мама с отчимом уже ушли спать в палатку.       Мне хотелось приободрить его. У меня сердце сжималось при виде такого Чонгука, раздавленного в его же собственный день рождения. К тому же я ничего не дарил ему, так что это можно будет засчитать как подарок, наверное.       Собравшись духом, я распахнул дверь в служебный домик. Внутри помещение выглядело не так запущено, как я думал. Справа разместились туалетные кабинки, а слева — душевые. Снаружи домик был похож на помойку, но здесь было вполне ничего, к моему удивлению. Шум воды доносился из одной из душевых, и я направился на звук. Окинув дверь быстрым взглядом, я обнаружил, что та была не заперта. Я мог войти без каких-либо проблем.       Мои руки тряслись, когда я потянулся к дверной ручке. Скорее всего, это от нервов. Я был уверен, что Чонгук не попытается снова принудить меня к чему-либо, поэтому совершенно не боялся. Просто немного нервничал.       Встряхнувшись, я вошел в душевую. Дверь громко заскрипела, и Чонгук с удивлением развернулся.       — Хен?! — воскликнул он и тут же прикрылся.       Я уже там все видел, вообще-то. Но, бли-ин... Как же я завидую.       — Ч-что ты здесь делаешь?       — Ну... Сегодня твой день рождения, так что это мой подарок.       Кажется, Чонгук не уловил, о чем я — он выглядел смущенным и сбитым с толку, поэтому я снял с себя рубашку и бросил ее поверх его горки одежды на полу.       — А... ты хочешь помыться? — тихо спросил он.       — Помимо всего прочего, — согласно отозвался я, запирая дверь. Не хочу, чтобы родители нас поймали. Я уже откровенно задолбался, что все нас постоянно прерывают.       Я разулся, стянул носки, а когда взялся за пуговицу на штанах, Чонгук перепугался.       — Нет, хен, это очень плохая затея. Я не уверен, что смогу себя контролировать.       — Пока ты слушаешь меня, все будет хорошо. И я не собираюсь трахаться с тобой, если ты об этом. Можешь считать это просто пылкими обжиманиями, чтобы выпустить пар.       Тяжело вздохнув, я позволил джинсам и трусам свалиться на пол. У Чонгука перехватило дыхание, и он тотчас отвернулся, лишь бы смотреть куда угодно, но не на меня. Даже когда я переступил свою одежду и подошел к нему, Чонгук упрямо таращился на стену.       — Посмотри на меня, — позвал я, но упрямец лишь покачал головой.       — Мне нельзя.       Положив ладонь ему на щеку, я все же заставил его взглянуть на меня. Его глаза суетливо метались по сторонам, но наконец встретились с моими. Я убрал его руки от паха и тесно вжался в его тело. Его лицо дернулось, когда наши интимные места соприкоснулись.       — Джин-хен... — вздохнул он. — Я не уверен...       Я шикнул, коснувшись пальцем его губ.       — Я уверен, что ты сможешь держать себя в руках, ДжейКей. Ты не плохой человек. Я доверяю тебе.       Чонгук тяжело дышал, но я заметил, как что-то в его взгляде изменилось, словно он вновь обрел веру в себя. Он ласково заправил прядь моих волос за ухо.       — Ты доверяешь мне?       — Полностью.       Мое утверждение вызвало теплую улыбку на его лице, но ненадолго — очень скоро она превратилась в знакомую коварную усмешку. Хмыкнув, он хозяйски положил руку мне на поясницу. У меня мурашки побежали. От одного его взгляда моя собственная уверенность испарилась, будто и не было вовсе, и все, что мне оставалось — тянуться к его прикосновениям.       — Уверен, что доверять мне — хорошая идея? — шепнул он мне на ухо.       Я лишь мурлыкнул и кивнул в ответ.       — Ну, хорошо, хен. Я постараюсь быть нежным.       Чонгук прихватил губами мочку моего уха, затем спустился ниже, жадно присасываясь к чувствительной коже шеи. Вообще-то, я не хотел, чтобы он оставлял следы на моем теле, но сегодня я позволю ему все, что пожелает. Я запустил руку в его влажные волосы. До чего же приятно чувствовать его так близко. Я буквально чувствовал его сердцебиение своей грудью.       Большие ладони скользнули ниже, обхватив мой зад. Чонгук замер на мгновение.       — Ты не против, если я... пальцами? — робко спросил он.       Когда до меня дошло, что он имел в виду, мое тело вздрогнуло от предвкушения. Обвив руками его талию, я прижался лбом ему в плечо. Было слишком стыдно посмотреть на него.       — Да, все в порядке, — шепнул я в ответ.       Я затаил дыхание, когда Чонгук, пробормотав «окей», медленно прошелся смоченными пальцами по моей дырочке. Меня охватило странное чувство удовлетворения. Дразнящими движениями он описал несколько кругов вокруг сжатых мышц, а после очень осторожно ввел внутрь один палец. У меня перехватило дыхание, а он входил все глубже и глубже. Я даже не подозревал, что у него настолько длинные пальцы. Нет, ну, да, у него большие руки, но все же...       Чонгук сгибал его и двигал им, а после в меня скользнул еще один палец. Внутри стало гораздо теснее. Я крепче обнял Чонгука, отчаянно сдерживая звуки, а он разводил пальцы на манер ножниц.       — Ты такой мягкий, — осоловело пробормотал он, просовывая в меня пальцы на всю длину до самых костяшек.       — А ты думал у меня зад, как наждачка? — отозвался я в его плечо.       Чонгук замер, прекратив абсолютно все, и я буквально ощутил на себе его взгляд.       Вау, я реально ляпнул хрень, не подумав, так? Я разрушил момент?       Спустя несколько действительно долгих напряженных секунд молчания, его грудь заходила ходуном, и Чонгук взорвался истерическим хохотом.       — Ты правда что-то с чем-то, — выдавил он из себя, когда приступ смеха стал отпускать его.       — Прости, — смущенно промямлил я.       — Нет, все хорошо. Я рад, что ты это сказал. Это помогло избавиться от напряжения. Я чувствовал себя немного неловко, делая это все с тобой.       — Ты? Неловко? Вообще-то, это мне должно быть неловко. Это у меня тут пальцы в жопе.       Чонгук усмехнулся и прижал к моей щеке свободную ладонь. Он так тепло и нежно улыбался мне, глядя прямо в мои глаза, у меня аж бабочки в животе затрепетали.       — Джин-хен, я люблю тебя. Больше всего на свете.       — ... И я люблю тебя, — прошептал я.       Мы стояли и смотрели друг на друга еще несколько мгновений, а потом Чонгук прильнул ко мне и поцеловал. Он снова начал двигать рукой, заставив меня простонать в его рот, когда его пальцы принялись массировать стеночки внутри меня. Это такое уникальное и ни с чем не сравнимое чувство, принимать что-то, точнее, кого-то внутрь своего тела. Чонгук с трудом протиснул еще один палец, и ему пришлось повозиться, чтобы он влез, а я пытался помочь ему, подаваясь навстречу его руке.       — Тебе нравится, хен? — искушающе прошипел он. — ... Впрочем, можешь не отвечать. Я чувствую, как ты трешься о мое бедро.       И только сейчас я обратил внимание, что у меня уже стоит, и я втираюсь членом во внутреннюю сторону крепкого бедра. Надо сказать, Чонгук делал абсолютно то же самое.       — К-кто бы говорил, — вспыхнул я.       — Естественно я возбуждаюсь, когда делаю с тобой такое.       Он вытащил пальцы, а я захныкал от утерянного чувства давления внутри себя.       — Не волнуйся, малыш. Сейчас тебе понравится еще больше. Упрись руками о стену, — проговорил он, опустившись передо мной на колени.       Я не особо понял, что он задумал, поэтому сделал, как было велено. Положив руки на влажную плитку, я обернулся посмотреть, что он делает — долго гадать мне не пришлось. Чонгук развел мои ягодицы, и я почувствовал его теплое дыхание возле своей дырочки. Я почти закричал, когда его язык начал облизывать меня, а потом и вовсе скользнул внутрь.       — А-ах, блядь... о, боже мой... — случайно и очень громко вырвалось из меня. Я шлепнул себя по губам ладонью, чтобы сдерживать стоны, но Чонгук убрал мою руку ото рта.       — Позволь мне послушать, что я с тобой делаю, малыш. И держи руки на стене. Я хочу, чтобы ты кончил, не касаясь себя.       Он вновь вернулся к прерванному занятию — трахать меня языком, и — бля! — как же это было крышесносно! Он вставил в мой зад два пальца, раскрывая меня ими шире, чтобы глубже скользить в меня языком. Я стонал как порношлюха, а этот и рад стараться, кажется, мои стоны его только вдохновляли и подбадривали. Когда он задел какое-то очень чувствительное место внутри меня, все мое тело встряхнуло, а коленки задрожали.       — Чонгук... ах... трахни меня, — жалобно проскулил я.       Чонгук никак не отреагировал и продолжал измываться надо мной, наверняка решив, что я просто выстанываю все подряд, не особо задумываясь. Как бы не так.       — Ах! Чонгук... Серьезно... Я хочу, чтобы ты т-трахнул меня, — повторил я.       Его язык прошелся по моей дырочке снизу вверх, когда он вытащил его из меня.       — Повтори?       — Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Прямо здесь и сейчас. Я хочу твой член в себе.       Чонгук поднялся на ноги и обнял меня всем собой со спины. Его член терся о мой зад, а его дыхание было сорванным.       — Не дразни меня, хен. Ты прекрасно знаешь, что случилось раньше.       — Я не дразню. Я правда хочу этого.       Низкое рычание прорвалось из его груди, а когда я обернулся, то увидел, что Чонгук тяжело дышал, впиваясь пальцами в мою кожу.       — Не играйся со мной, хен. Я нашел смазку в рюкзаке, и если продолжишь меня провоцировать, я вправду сделаю это.       Блядь, никогда в жизни я не был так сильно возбужден. Похер, если не смогу ходить потом. Хочу его прямо сейчас.       — Ну, и чего ты ждешь тогда? Принеси ее, — улыбнулся я ему.       Его глаза распахнулись, и он внимательно посмотрел на меня, после чего кивнул и метнулся к своему рюкзаку. Он перерыл его вверх дном, пока наконец не вытащил то, что так отчаянно искал. Чонгук выдавил немного смазки себе на ладонь, когда вернулся ко мне и встал позади.       — Сначала мне нужно еще немного подготовить тебя, — и с этими словами Чонгук скользнул в меня двумя смазанными пальцами.       Я подавился воздухом от внезапного вторжения, но очень быстро привык к ощущениям.       — Еще, — прохрипел я, и в меня скользнул еще палец.       Казалось, он растягивал меня целую вечность, но наконец он вытащил пальцы, и, если честно, я толком не видел ничего, но, судя по звукам, смазал себя. Когда звуки затихли, я почувствовал как головка его члена уперлась в меня. Я едва ли мог осмелиться вздохнуть. Он схватил меня за бедра, а я вновь оперся руками о стену.       — Готов?       — Д-да.       — Быстро или медленно?       Сглотнув, я призадумался.       — Медленно, — наконец выдавил я.       — ... Хорошо. Поехали.       Его хватка на моих бедрах усилилась, и он медленно направлял их на себя, когда начал проникать внутрь. Я чувствовал его. Я чувствовал, как он входит в меня. Его член широко растягивал меня, и было так больно, и в то же время так охрененно хорошо. Шум воды, мои болезненные всхлипы и его тяжелое дыхание — единственные звуки, которые сейчас наполняли небольшое пространство душевой. Я ощущал себя таким заполненным с ним внутри себя. Я без ума от этого чувства, и хотя казалось, что он разорвет меня пополам — плевать.       Вдруг Чонгук остановился и обнял меня со спины.       — Ты уже внутри?       Усмехнувшись, он провел пальцем по моим губам.       — Нет, малыш, даже не близко. Я бы с удовольствем хотел бы быть сейчас в тебе по самые яйца, но ты еще пока слишком узкий для меня. Нам нужно еще так постоять немного, чтобы ты мог привыкнуть ко мне.       Прижав меня к своей груди, он поцеловал меня, пока я пытался расслабить мышцы и впустить его глубже. Проще сказать, чем сделать — каждый раз, как я вроде умудрялся расслабиться, его член входил дальше и растягивал меня еще больше, а мое тело пронизывало острой болью. Чонгук скользнул ниже, покрывая мою шею поцелуями, и он был так нежен, мне ничего больше не надо было, лишь бы он уже вдалбливался в меня.       — Ладно, двигайся, — я подался бедрами назад.       — Уверен? Может, тебе нужно больше времени, чтобы привыкнуть?       — Уверен. Давай.       — Постарайся не кричать слишком громко, — предупредил он, чуть вытащив и быстро толкнувшись внутрь на всю длину.       И я сделал именно то, что меня просили не делать — из меня вдруг вырвался очень громкий стон. Я ронял эти звуки абсолютно каждый раз, как он потирался членом о мои стеночки в размеренном темпе. Хрюкнув, он восхищенно рассмелся.       — Ты из громких, да, хен? Все в порядке... мне нравится. А сейчас, если ты не против, я прибавлю скорости.       Уложив руку на мой живот, второй он обхватил меня за горло и притянул к себе, широким мазком языка провел по моей щеке и ускорил толчки. Рука на моей шее затрудняла мне дыхание, но мне даже понравилось. Чем быстрее он двигался, тем быстрее боль притуплялась, и волны чистого наслаждения накрывали меня с головой.       — Еще, — прохрипел я, и он улыбнулся.       — Сильнее или быстрее?       — В-все.       — Понял, малыш.       Чонгук вытащил почти полностью и с силой загнал в меня член обратно. Благо я держал руки на стене, в ином случае я бы точно потерял равновесие. Он повторял так снова и снова, не замедляясь ни на мгновение, а я изо всех сил старался устоять на ногах. До меня наконец дошло, почему он с такой уверенностью заявил, что я сам себя лишаю его члена. Действительно, я сам не знал, чего себя лишал все это время.       С одним особенным толчком мой голос взлетел еще выше, а тело едва не рухнуло.       — Приготовься. Сейчас будет еще лучше, — радостно отозвался Чонгук, вновь толкаясь под тем же углом.       Мое тело словно искрами прошило насквозь, оргазм накрыл меня совершенно внезапно. На меня обрушилась усталость, все мое тело охватила вялость, будто ваты напихали, Чонгук едва ли успел поймать меня, чтобы я не свалился на пол душевой. Не вытаскивая, он устроил меня на полу, опереться на собственные руки и колени, и продолжил вбиваться в мое тело. Я больше ничего не соображал, мое тело двигалось само по себе с каждым его толчком. Скоро из него стали прорываться полузадушенные стоны, и я мог только предполагать, что он уже близко.       — Джин-хен, — выдохнул он. — Можно я кончу в тебя?       Недолго думая, я кивнул, и пару толчков спустя Чонгук простонал мое имя, а я почувствовал, как его теплое семя разливается у меня внутри. Чонгук вытащил член, устало развалился на полу и просто наслаждался моросящим по его телу дождиком из душа, пока пытался прийти в себя. Я чувствовал, как вязкая жидкость вытекает из моего зада, и с этим я мало что мог поделать. Фу, конечно же, но какая-то часть меня хотела, чтобы с этих самых пор Чонгук спускал исключительно внутрь меня.       Чонгук легонько толкнул меня локтем, заставляя развернуться, и не теряя времени даром, снова вставил пальцы в мой зад, чтобы вымыть меня, хотя сам изможденный так и не поднялся. Когда он закончил с моим задом, он все же смог принять сидячее положение.       — Блин, малыш, ты такой охуенно сексуальный и горячий, — пробормотал он, тяжело дыша. — Вот теперь нам нужно принять душ по-настоящему.