berorings

Воздух, тихо сдувая кудряшки на голове одного глуповато влюбленного подростка, казался теплым, но как говорят все мамы на свете, был обманчивым, и, конечно же, вызывал простудные кашли у еще сотни таких же подростков. Джош сильнее укутался в шарф, однако, вместо шапки у него был капюшон, что не менее безопасно, даже более полезно, ведь от холодной погоды защищается еще и затылок. Солнце ярко освещала не менее солнечные лица двух молодых людей, которые стояли друг напротив друга и разговаривали. Помимо них в этом месте гуляли дети, ведь это была детская площадка, поэтому между их словами доносились радостные крики или горестные рыдания, но их это не особо беспокоило. Они были слишком сосредоточены друг на друге. — Когда у тебя заканчивается терапия? —спросил мальчик с глазами цвета мокко и отпил кофе из стаканчика, который держали его окоченелые пальцы. Однако, сейчас холод был последней вещью, о которой он думал. Одним ухом он слушал Тайлера, а в другом играла песня одной известной старой музыкальной группы. — Не знаю, когда я вылечусь? — ответил второй парень с непримечательной, но красивой внешностью. Он тоже держал кофе, только не горячий, а фраппучино. Он попивал его из трубочки, иногда доставая её, чтобы облизать взбитые сливки поверх напитка. Он был весь во внимании своего парня. — Ты не думаешь, что таблетки могут все усугубить? Разве они не вызывают привыкание? —спросил Джош. Для него это не было таким же обычным делом, как вылечить простуду или купить средство от насморка. Он переживал за близкого ему человека. — Наверное…но ведь это все равно лучше, чем переживать то, что переживал я? — Тайлер немного занервничал, когда сказал это, потому что это заставило его частично вспомнить то, что происходило тогда. Он сжал ледяной стакан, но тут же почувствовал, как рука Джоша накрыла его, и тут же успокоился. — Если это тяжело для тебя, мы можем не говорить. Тай, все в порядке? — Тайлер и не заметил, как его зубы застучали то ли от холода, то ли от нервов, то ли от всего сразу. Он тут же взял себя в руки. — Мне надо закурить. Подержишь? — и Джош молча взял стакан и наблюдал, как Тайлер дрожащими руками достает сигарету и прикуривает. Несколько затяжек и Тайлер выглядел гораздо лучше. — Прости что такой…нервный, — он снова взял стакан и теперь попивал кофе всякий раз, когда прикуривал. Джош с улыбкой смотрел на него. — Ты не нервный, это жизнь — нервная штука, — Джош приблизился к Тайлеру и приобнял его за плечо. Они оба стояли, пока Тайлер не докурил, а после пошли в кино. Поход в кино был для Тайлера красного цвета, с запахом сладкого попкорна и громким шумом в пустоте. Они долго не могли выбрать на какой фильм им стоит пойти, в конце концов, им намного больше хотелось просто подержаться за руки и поесть попкорна, чем посмотреть сам фильм. Сошлись на романтической комедии. — В конце концов, это лучше, чем торчать дома, — сказал Джош на входе в зал. Они сели на самый задний ряд, чтобы никто спереди не мог им помешать. — Как тебе фильм? — спросил Тайлер в середине фильма. Джош осторожно передвинул свою руку с руки Тайлера на его плечо. — Ты мне нравишься намного больше, — Джош помял его плечо, а после положил на него голову. Они были в ожидании поцелуя или чего-то вроде того, чтобы у них был повод сделать это самим. Когда главные герои наконец пали в объятья друг друга и начали целоваться, Тайлер положил одну свою руку на коленку Джоша, а второй провел по его щеке. Тот незамедлительно приблизился к нему и медленно зажал между своими губами его нижнюю губу. Они начали целоваться, медленно, но чувственно, закрыв глаза и касаясь руками щек друг друга. Когда они закончили, Тайлер убрал свою руку с ноги Джоша. — Дурацкий фильм, пошли отсюда, — и они ушли. Они часто уходили с фильмов, потому что почти все из них были довольно скучные. Для Джоша это было, как темный туннель посреди светлой улицы, а для Тайлера, как засушенные цветы. Деньги никогда не останавливали эту пару. Держась за руки, они шли в сумерках по городу, в котором прожили всю жизнь, и, наверное, проведут тут остаток дней. Пусть у них и были грандиозные планы на жизнь. Снег кружился, попадая мальчикам на лицо, застревая в ресницах и тая на губах. Вдруг Джош побежал, потянув за собой Тайлера, и начал громко петь какую-то песню на французском: « Relever ta tête, sois courageux À deux, on est plus forts que l’ennui» — Не знал, что ты знаешь какой-то язык, кроме английского, — прокричал Тайлер, бежав вперед за своим парнем. Тот продолжал, будто бы не услышав его: « J’aimerais baisser tes yeux douteux J’aimerais chasser ta nostalgie» Для Тайлера всё резко стало бело-розовым с запахом варенья и утреннего кофе. Его дыхание рассредоточилось, сам он улыбался и сильно жмурил глаза от летевшего в них снега. Тут Джош резко повернул в сугроб, и оба они повалились на снег. Они очень сильно рассмеялись, продолжая держаться за руки. — Не знаю, что делал бы без тебя, Тай, — они смотрели на небо, сегодня оно было чистое, настолько, что были видны звезды. Их руки уже давно оледенели и не могли согревать друг друга, сами они замерзли и устали после университетских будней. Напротив них на лавочке сидел старик, и странно было видеть его в такой поздний час. Дорогу освещал желтоватый свет фонарей, снег осторожно ложился на дорогу, ярко переливаясь. Вокруг них были деревья, в основном елки, покрытые тем же снегом, они качались из стороны в сторону из-за ветра. Мальчики все еще улыбаясь рассматривая небо, время от времени показывая что-то друг другу. — Что бы ты загадал на падающую звезду? — Чтобы ты никогда не покидал меня. Тайлер вновь достал сигарету и закурил. Джош не одобрял то, что Тайлер курит, но с пониманием относился к этому. Он знал, что Тайлер постоянно нервничает, а сигареты — лучший и самый быстрый способ совладать со стрессом. — О чём ты сейчас думаешь? — О том, как было бы хорошо сбежать отсюда. Просто бросить все, эту сраную квартиру, эти чертовы воспоминания, все прошлое просто оставить позади и никогда не вспоминать. Хочу уехать на запад Калифорнии, только ты и я, понимаешь? Начать новую жизнь, чистый лист и никаких росчерков, никаких планов, — Тайлер глотнул, как бы поражаясь своим мыслям. — Ты правда настолько хочешь уехать отсюда? — Я просто хочу начать всё сначала. Чтобы не было никого, кроме нас с тобой. Чтобы никто не напоминал о том, что произошло. — Я всегда рядом с тобой, Тай, — он осторожно провел по волосам своего парня, стряхивая снег, который попал ему на голову, когда они падали в сугроб. — Спасибо, Джош, — нежные прикосновения заставляли его сердце трепетать. Ему хотелось улыбаться всегда, когда Джош был рядом. Ему захотелось рассмеяться, но он лишь ухмыльнулся и поддался руке Джоша. Они снова поцеловались. Как прекрасны были эти моменты, когда Джош показывал свою любовь, выражал её не просто словами, а действиями, когда он смотрел на его бегающие от смущения глаза, когда касался его побледневшей от холода кожи, когда просто держал за руку, передавая тепло. Он ощущал себя центром вселенной, он ощущал себя таким важным и желанным, что в ответ желал его еще больше — больше, чем когда впервые увидел его в университете и лихорадочно пытался успокоить дыхание и вышедшее из-под контроля тело. Его глаза сияли. От холода его зубы стучали, и он чувствовал себя, словно в гробу, но эта искра в глазах никуда не девалась. Джош заметил это и с еще большей любовью посмотрел на парня. — Я люблю тебя, — спустя продолжительную тишину произнес он. — Никогда не отпускай меня, хорошо? — наверное, старик на скамейке удивился такой продолжительной любовной сцене, но он никак старался не подавать виду. Просто наблюдал. Было уже очень поздно, поэтому они решили пойти домой. Джош проводил Тайлера до дома, а после и сам пошел в общежитие. Там его ждал чай и бессонная ночь, полная приятного волнения от любви к его прекрасному мальчику Тайлеру Джозефу.