Пришедший из снов

Пять лет назад.

      Обшарпанное здание, не мытые, на вид около десяти лет точно, окна, за которыми сидят сотрудники налоговой инспекции. За окном идёт золотой дождь из листьев и дует прохладный сентябрьский ветер. На небе нет ни облачка, хочется выйти и постоять с закрытыми глазами хотя бы пару минут, так приятно пахнет влажной погодой. Чонгук прикрывает глаза.       — Мистер Чон, это просто неприемлемо! Я пытаюсь подать данную декларацию уже четвёртый раз, если не пятый! Ваши сотрудники не работают от слова совсем, — Чонгук глубоко вздыхает. За сегодняшний день это уже шестой недовольный налогоплательщик, а на часах только десять минут назад пробил полдень.       Пальцами потирая переносицу носа, Чон кивает.       — Ваш вопрос будет рассмотрен сегодня в течение дня, я лично за этим прослежу. А теперь извините, мне пора идти на совещание, — поднимаясь с места, проговорил своё последнее, как ему казалось, слово Чонгук, на что омега в возрасте, уже хотел начать возмущаться, на лбу выступила венка от подступающего гнева, но он был бестактно перебит выученным текстом, что отскакивает от зубов.       — Если Вы не довольны качеством обслуживания, Вы всегда можете оставить свои пожелания на нашем сайте или в книге отзывов, которая находится на стойке администрации. Все предложения будут учтены, а виновные в ненадлежащей работе уволены. Спасибо, за то что поделились со мной столь важной информацией, всего доброго, — Чонгук показывает в сторону двери, давая понять, что не намерен продолжать и грамма этого диалога. Омега возмутился пуще прежнего, но возражать начальнику отдела налоговой инспекции не решился и вылетел из кабинета сильно хлопнув дверью.       — Как же заебали, — Чон падает на рядом стоящий диванчик и смотрит на картину напротив. «Крик» Мунка идеально описывает весь этот кабинет. Кроме криков и ругательств в нём нет ничего святого и этой иронии Чонгук усмехается.       Отвлекает открывшаяся дверь, парень переводит на неё взгляд и закатывает глаза, снова возвращая всё своё внимание картине.       — Молодой человек, прежде чем зайти к начальнику отдела, стоило бы постучаться.       — Смотрите-ка, кто-то зазвездился? Чонгук, ты сидишь на этом месте не так давно, а про тебя уже столько слухов шепчут, — усмехается Хосок и кидает на стол папку. — Это отчёт за декларации за август.       — Отлично. А шепчут что?       — Что не сам ты здесь оказался.       — Ага, ветром попутным занесло, — усмехается Чонгук и снова прикрывает глаза.       — Смешно, — усмехается Хосок. — Мне тут птичка напела, что ты в директоры податься хочешь?       — Эта птичка, смотрю, много знает. Да, хочу. Директор Хан подал заявление на увольнение. Отработает пол года и уйдёт в отставку. Старый маразматик.       — Этот маразматик тебя выдвинул на должность, погоны которой ты носишь, — фыркнул Хосок. — А мне даже пару звёздочек не прибавил. А мы вместе вообще-то начали работать. Чимин вообще сказал, что ты гей и отсасываешь директору Хану.       — Чимин — это который?       — Который новенький. Он у нас месяц работает, сплетник ещё тот. Он кстати и есть птичка.       — Надо этой птичке клювик подрезать, — довольно грубо выдаёт Чонгук. Не хватало ещё сплетен о его постели. — Так, ладно, раз принёс отчёт, иди на рабочее место.       — У меня начался обед, господин Чон, — язвительно произносит Хосок и оставляет Чонгука в тишине, которые прерывает тиканье часов. Уже оказывается без двадцати час.

***

      — Да ладно, — вздыхает Тэхён, снова оказываясь в реальности. Для парня стало привычно, засыпать тут, а просыпаться в параллельном мире. Груз чужого смеха на плечах парня не прошёл и с приходом утра. Для Тэхёна особо не было заметно его поведение там и здесь и, по его мнению, не видно и для окружающих. Выдают лишь синяки под глазами, но их можно спрятать тональным кремом и тонной консилера. Прошло всего-то два дня как Тэ начал путешествовать во снах для разговора со своим воображением и этого уже хватило чтобы привыкнуть хотя бы на половину, понять, что лучше об этом молчать и желательно слушать то, что говорит Чонгук.       С одной стороны, Чон был прав в том, что если он будет много говорить, о том кого видит, его сочтут за психически больного, но Тэхён очень хорошо себя чувствует, даже больше, сегодня он был бодр, как никогда. Смущали только синяки.       Фыркнув своим же мыслям, Тэхён пошёл принимать водные процедуры. Скоро нужно собираться на работу и поэтому надо поторопиться. Сегодняшний день обещает быть сложным, ему так казалось. На прикроватной тумбочке стоят таблетки и Тэхён их не помнит, но пьёт, употребляет на автомате, и бежит на кухню, чтобы приготовить себе завтрак. Не изменяя традициям, Ким делает себе что-то лёгкое и быстрое, чтобы сэкономить время по максимуму, для этого он берёт одно яйцо и кидает в кипящую воду, а после идет за телефоном. Найдя гаджет, Тэхён глухо матерится.       — Сука, разряжен, — парень закатывает глаза, ставя своё устройство на зарядку, и снова держит путь на кухню, садясь за стол, где его застаёт, прекрасно рассыпанный два дня назад, завтрак. Тэхён невольно вздыхает, понимая, что третий раз филонить не получится и хлопья надо убрать.       Когда яйцо уже достаточно сварилось, а пол был подметён от следов пищи, Тэхён достает свой будущий завтрак из воды, освобождает от кожуры и съедает по дороге в свою комнату. Перед омегой выбор как обычно не велик, поэтому быстро отряхнув влажные руки, Тэ надевает рабочую форму и бежит на выход, хватая ключи на ходу.       Выйдя из дома, он видит знакомую машину. В голове сразу мелькает вчерашний фрагмент, когда над ним посмеялись, стало дурно. Хорошее настроение как рукой сняло. Дышать стало тяжелее, будто вместо кислорода Тэхёна заставили дышать угарным газом. После вчерашнего Тэхён не хотел смотреть ни на друга, ни на парня. Ему нужно было время, чтобы отойти. И времени, которое он провёл с Чонгуком, парню не хватило, хотелось снова. Киму казалось, что они не договорили. Не обсудили. Впервые захотелось лечь спать.       Пройдя мимо машины, так, будто он её не заметил, Тэхён направился в сторону работы. Боковым зрением омега заметил вылезающего Хосока, у которого глаза чуть ли не на лоб полезли.       — Тэ? Ты чего? Забыл, что я тебя на работу подвожу? И почему ты не доступен? — начинает сыпать вопросами Хосок.       — Прости, я задумался и не увидел машины, — врёт омега, — А телефон у меня сел.       Альфа облегченно выдыхает, что не может скрыться от глаз Тэхёна.       — Тогда садись в машину, — улыбается Хосок и кивает на дверь автомобиля, Тэхён, вздохнув садится вперёд и машина приходит в движение.       На работе всё как обычно идёт своим чередом. Сначала писанина за столом, потом выслушивание жалоб людей о том, какие все работники налоговой вымогатели и бездари. Тэхён, если честно, подзаебался и просто следует своему плану: подошел, поздоровался, попросил паспорт, записал то что нужно, попрощался и так по кругу. Всё это было как-то на автомате, ведь мысли были заняты Чонгуком.       Уже заканчивая свою смену на приёме, Тэхён начал собирать с рабочего места декларации, чтобы отнести их на обработку, как вдруг, почувствовал на себе тяжёлый и проницательный взгляд, по телу пробежались мурашки и Тэхён сглотнул. Повернуться и посмотреть за спину стало непреодолимо страшно, декларации в руках помялись по бокам. Померещилось, что это кто-то из клиентов подошёл, однако сейчас должен начаться обед и в здании никого не наблюдалось. Эта мысль не давала посмотреть назад. Тэхён поднимает глаза, но перед собой никого не видит. Обернувшись назад видит пустые окна приёма, дурно, но терпимо. Мысленно дав себе по лбу, омега идет в сторону двери, но тяжёлый голос сзади останавливает его.       — Что уже подумал, что показалось? — Тэхён замирает.       — Чонгук? — Тэхён поворачивается на голос и видит Чонгука, сидящего на столе регистрации. Протерев глаза свободной рукой и проморгавшись, Тэхён смотрит ещё раз. Не показалось.       — Всё? Удостоверился? — усмехается Чонгук и слезает со столика.       — Я же сейчас в реальности, — Тэхён делает паузу, позволяя себе проглотить вязкую слюну. — Как это возможно?       — Со мной всё возможно, солнце, — Чонгук подошёл ближе, а Тэхён, который ещё не отошёл от шока, сам того не понимая, отпрыгнул назад и выронил все бумаги.       — Не подходи так близко! Это не сон! — омега зажмурил глаза и услышал смешок, а после голос Хосока.       — Тэ? Милый, всё хорошо? — Хосок быстро подошёл к Тэхёну, заглядывая в глаза. Омега пробежался взглядом по залу, но Чонгука не увидел. Точно бред.       — Тут был. Чонгук. — Хосок устало вздохнул. Тэхён снова наступил на свои же грабли. Дурак.       — Что ты несёшь? Тут никого не было, — эти слова привели Тэхёна в чувства. Сто раз убив себя за то, что снова сказал про Чонгука, Тэ замотал головой.       — А? Я сказал что-то про Чонгука? Тебе послышалось, — Хосок лучезарно улыбнулся.       — Значит просто оговорился. Не хочешь сегодня у меня переночевать?       — Да, давай, — омега особо и не слушал Хосока, осев на пол, он начал поднимать документы, альфа естественно помог Тэ с бумагами.       — Давай отнесу, — Чон забрал декларации из рук парня, — А ты отдохни пока, — альфа улыбнулся и пошёл относить документы в нужный кабинет. Вздохнув, омега направился к Чимину на обед.       Сказать, что Тэхён был в шоке — просто ничего не сказать. Если парень хотя бы смирился с тем, что теперь граничит между сном и реальностью, которые не так просто объяснить даже себе, то видеть плод своего, как казалось, воображения в реальности уже переходит все границы. Само появление Чонгука сплошная загадка, ведь альфа так и не сказал от куда он взялся.Тэхён ударил себя по лбу.       Тупой вопрос, ведь Чонгук плод его же воображения, а как известно, во снах мы видим лишь тех, кого встречали в жизни хоть на несколько секунд. Было сказано о том, что Тэхён его видит каждый день при входе. Единственное, где могло мельтешить лицо из сна была доска почёта сотрудников. Её Ким позже обязательно проверит, а сейчас омега падает за своё рабочее место, закрывая лицо руками.       — Я схожу с ума, — говорит Тэхён в слух, на что сразу получает возмутившуюся реакцию рядом сидящего друга.       — Тебе опять тот сон сниться? — усмехается Чимин, возвращая своим вопросом Тэхёна в реальность.       — Прости, ты что-то сказал?       — У-у-у, да ты в облаках летаешь. Может тебе взять отпуск? Я думаю, что тебе бы не помешало.       — Нет, я не… — голос, уже знакомого человека, не дал договорить.       — Ты устал, возьми отпуск, — смешок, Тэхён посмотрел на друга, но тот уже ел свой обед. Это сказал не Чимин.       Сглотнув ком в горле, Тэхён приступил к своей порции обеда, хоть на немного забывая о снах, но не о Чонгуке. В размышлениях лишь иногда мелькала мысль о взятии отпуска. Конечно, есть свои плюсы: можно уделить время себе. Или Чонгуку?       — Что б тебя. Ладно, Чимин, уговорил, я возьму отпуск, — фыркнул Тэхён.       — Так бы сразу, — улыбнулся друг, — Что сподвигнуло тебя вдруг передумать, работяга? — издевательски тянет Чимин. Тэхён фыркает, берёт свой бутерброд и уже готовится кинуть его в друга, как взгляд задерживается на зеркале, что висело в их кабинете около двери. Рядом со столом Чимина.       Вместо своего привычного отражения, омега видит Чонгука. Удивлению нет предела. Он стоит в чёрном пиджаке и штанах и белоснежная рубашка, будто только купленная. Тэхён на несколько секунд подумал о том, что Чонгук на похоронах, даже взгляд такой же, как у человека, который только что потерял кого-то родного. По телу Тэхёна пробежали мурашки, а Чонгук медленно поднёс указательный палец к губам, слега надавливая, прося молчать.       — Что ты делаешь, Чонгук? — спрашивает парень, как ему казалось у альфы. Путаться в реальности и сне стало куда проще.       — Тэхён? Какой Чонгук? Мы тут одни, ты чего? — друг встал с места, подходя к Тэхёну, который видел как Чонгук потихоньку растворяется в отражении омеги.       — Ты меня звал, Чимин? — Тэхён смотрит на себя, будто пытаясь увидеть Чонгука вновь.       — Да, ты только что разговаривал сам с собой. Точнее с… — Чимин запнулся, — Точнее с Чонгуком. Тэхён, всё в порядке?       — Да, просто показалось, что там стоит мой одноклассник.       — Да? Ну ладно, — продолжает есть Пак и делает вид, что поверил. Отмазка была так себе, никто бы не поверил в то, что в зеркале можно увидеть своего одноклассника. Чимин переводит взгляд на друга, задумчиво пережевывающего свой бутерброд, который минутой ранее хотел кинуть в него. Омега решил больше ни о чём не спрашивать Кима. Так сказать, пусть живёт в своём мире.

***

После рабочей смены, Хосок, как и предлагал, отвёз Тэхёна к себе, по пути подбросив Чимина домой. Длинный путь и уже тёмное время суток предавали Тэхёну какую-то нервную обстановку. Он особо не знал, что творится у него на душе. Нужно было как-то переварить всё, что парень увидел за эту смену. И это оказалось куда сложнее, чем он думал изначально. Всё представало перед ним каким-то страшным сном, в котором Тэ путается всё больше и больше. Парень утопает в своих мыслях и почему-то ему кажется, что не по собственной воле. Его туда тянут и омегу это напрягает. Нет, не так, это бесит.       Машина Хосока заворачивает за угол, что свидетельствует о скором прибытии пары в апартаменты альфы. Тэхён выходит из своих мыслей, берет вещи, которые мог случайно оставить в машине, готовясь выходить.       Хосок живёт в не большом двухэтажном доме и имеет личный гараж. По сравнению с квартиркой Тэхёна, всё выглядит достаточно дорого, а размерчик комнат увеличивался так в двое. Белые тона, которые отдают в молочный из-за чего здание не так сильно бросается в глаза. В самом доме комнат не так много. Всего лишь четыре, не считая кухни и ванной комнаты. Так же как и снаружи дом выполнен в слегка молочных тонах, чтобы не резать глаза. Тэхён уже не раз был в гостях у альфы, но постоянно волновался. «А вдруг, что-то не так сделаю и придётся платить за этот евро ремонт?» — мысленно себе говорил омега.       — Проходи, — улыбнулся Хосок, приглашая Тэхёна в дом. Парень огляделся, находя вход в большую гостиную. Она располагалась практически на весь первый этаж. Тэхён сел с краю, довольно просторного дивана, ожидая альфу, — Ты чего так скромно сел? Как не родной, — усмехается Хосок, — Чай будешь? — Тэхён молча кивает и провожает Чона взглядом.       Омега снова утопает в свои мысли и идёт по направлению к уборной, чтобы справить нужду. Хотя даже там Тэхён думает не о том. И знаете, это уже как проклятье. Тэ подходит к раковине, моет руки, опять же думая о своем, не важно кто рядом или что.       — О чём думаешь, милый? — слащавый голос донёсся из ниоткуда. Тэхён поднимает голову и вместо своего отражения видит Чонгука. На этот раз омега и с места не шелохнулся.       — О тебе, — на выдохе произносит Тэхён. Омега облокотился на раковину руками, смотря на альфу из-под челки, всем своим видом практически спрашивая: «Ну и что ты мне сделаешь?»       — Ути, какой грозный. Я вообще поговорить пришел, — Чонгук резко стал серьезным, смотря на Тэхёна.       — Ты совсем? Нашёл блять время! — прикрикнул Тэхён. Вот именно сейчас, в эту минуту Чонгук решил поговорить по душам.       — Чего ты кричишь? Решил, что теперь можешь на всех полагаться? Если хочешь остаться один, то зови своего альфу и доказывай, что я существую, а потом ляг в психушку, давай, действуй, чего стоишь, — грубо говорил альфа, на что Тэхён лишь поджал губы.       — О чём ты хотел поговорить?       — Так бы сразу, — глаза закатываются, почти делая зрачок с радужкой не заметными, — О том, что идёт уже третий день, а ты так и не сдвинулся в поисках.       — Ты про что?       — Тэхён-и, не тупи, — прошипел альфа.       — Сука, — шикнул Тэхён, — Чонгук, ты же понимаешь, что я физически не могу так быстро? Мне нужно найти информацию. И вообще, ты мне не помогаешь! Как я должен это сделать? И сейчас вообще-то только второй день, — выгнул бровь омега.       — Я уже сказал тебе, где стоит смотреть, — Чонгук складывает руки на груди и вопросительным взглядом скользит по омеге.       — Ты очень помог, спасибо, — омега фыркнул, закрывая глаза. — Даже если я посмотрю, ничего не поменяется.       — Связался же я на свою голову со смертным, — устало вздохнул Чонгук.       — Всё сказал? Теперь исчезни уже, — махнул, перед зеркалом, рукой омега и оттолкнувшись от раковины пошёл на выход.       — Двадцать шестой номер, — Тэхён оборачивается к зеркалу на голос, но уже никого не видит. Глухо выдохнув, омега возвращается в гостиную.       Хосок уже сидит на своем месте, беря кружку с маленького столика, который стоит возле дивана. Тэхён вздыхает и садиться рядом, взяв напиток со стола. Ким просто рассматривает своё искаженное изображение в кружке чая. Альфа это прекрасно замечает. Парень видит, что всё уделено своему образу в отражении, а мысли вообще находятся не здесь.       — Тэхён, тебя что-то тревожит? — Хосок посмотрел в глаза омеги, беря его руку в свою, поглаживая тыльную сторону ладони большим пальцем, как бы пытаясь вернуть на землю, да и успокаивая тоже.       — Нет. Просто задумался, — Тэ повернулся в сторону Хосока, заглядывая тому в глаза. Тэхён делал иллюзию того, что он спокоен и не о чём не думает, но сам понимает: «Всё плохо. Я явно схожу с ума» — говорил себе омега, пока так четко пытался показать альфе, что он само спокойствие. Хосок лишь усмехнулся.       — Хорошо, верю, — альфа улыбнулся и, поставив кружку на стол и повалив Тэхёна на диван, впиваясь в губы омеги жадным поцелуем, сминая их.

Ночь будет долгой.

Пять лет назад.

      — Твоё лицо так и треснет сейчас от улыбки, — достаточно язвительно подмечает Хосок. Теперь лицо Чонгука красовалось на доске почёта, уже никак лучшего работника, а как начальника отдела. Чонгук победно хмыкнул.       — Не завидуй, что моё лицо сменило твоё, — подмигнул ему друг.       — Так и знал, что ты ужасный человек, Чон Чонгук, — усмехается второй Чон. — Но будем честны, я рад за тебя. Не каждому удавалось завоевать местечко рядом с директором Ханом.       Чонгук лишь хмыкнул, ничего на это не сказав. Слова были излишни, особенно в его положении. И нет, Чон не поймал звезду и уж тем более не имел наглости положить весь мир к своим ногам, но прекрасно знал, кто ждал его промаха.       — Какие люди и не у себя в кабинете! — радостно сказал начальник отдела управления. Чонгук закатил глаза.       — И тебе привет Намджун, — фыркнул Чонгук, но руку пожал. Оба начальника, но разных отделов. Чонгук сидел в должности первого, и основного, отдела налоговой инспекции, решая все вопросы напрямую касающиеся директора и денежных круговоротов, при этом часто прикрывая задницу директора Хана. Директор при этом часто заваливал не той работой, которой следовало бы и об этом знали трое. Намджун же управлял персоналом и нанимал новые лица на работу, что не нравилось Чонгуку, понабрал бездарей.       — Не вижу радости на твоём лице. Я сегодня разрулил за тебя твоё работку, не думаешь, что пора бы отдать должок?       Чонгук фыркает и ничего не отвечая уходит в свой кабинет. Говорить с этим третьим не было никакого желания.       Стоило двери Чона закрыться, как взгляд Намджуна стал холодным и метнулся в сторону стоящего рядом сотрудника.       — Ты ещё здесь? Или мне вычесть тебе н-ную сумму из твоей премии за похождения по зданию?       — Не на Вас я работаю, Господин Ким, а на Господина Чона.       — Не долго, — усмехнулся Намджун и кинув короткий взгляд на фотографию нового начальника отдела, пошёл в направлении раздевалки.       Хосок на это лишь сжал кулаки. Ему не нравилась эта молчаливая игра, но и влезать в неё он не имел никакого права. Хотелось безоговорочно помочь другу с тем, чтобы устранить как минимум одну проблему, но они не в мафиозном клане и не сидят в правительстве, но место директора было велико в цене и каждых хотел его занять. Никто из этих двоих не скрывал, что подняться до вице-президента было основной целью обоих альф.

Знал об этом и первый из троих.