You belong to me

      Они покинули территорию леса, прошли еще немного и оказались напротив дома довольно внушительной величины. Он казался очень старым и заброшенным. Возможно, был всего на немного моложе его хозяйки. Зайдя в дом, вампир очень осторожно положила девушку на диван. Её движения были аккуратными, медленными.       К удивлению кареглазой, пришли они довольно быстро, хотя, может, Юхён просто уснула на чужом плече – ведь сознательно видеть начала только окажись они в огромном, просторном доме, возраст которого насчитывал несколько столетий. Обои были – постельного оттенка; мебель – незначительная, но, видно, уютная; а руки вампира на своём теле – совсем привычными ощущались, словно без них Юхён не чувствовала себя живой более.       – Я подготовлю ванну. Будь тут… – Юхён оказывается на мягком диване, после чего аккуратно переворачивается на бок, взглядом провожая удаляющуюся ровную спину Минджи. Та отправилась к двери слева от того самого дивана – ванная. Набрав горячей воды, девушка довольно долго регулировала температуру, подбирая оптимальную для нежной кожи Юхён. Для тела Минджи температура не имела значения, а вот для охотницы… Ей должно быть комфортно. Каким бы не был исход, какими бы не были желания вампирши, она должна волноваться о состоянии её “донора”. Или Больше, чем донора…       После её ухода Юхён чувствовала себя будто не в своей тарелке... атмосфера этого дома давила, девушке было немного неуютно одной здесь лежать. Но встать и последовать за вампиршей было выше ее сил – ноги до сих пор были слабыми и непослушными – поэтому блондинка продолжала лежать на диванчике, нежно поглаживая свою коленку, не зная, чем себя ещё занять до возвращения Минджи. Девушка взглядом осматривает помещение, замечая несколько других комнат и лестницу на второй этаж – Юхён было бы интересно побывать во всех частях этого старого дома – дома Минджи.       О комфорте. Дом, в котором сейчас находились девушки – был обставлен по минимуму, но всё равно казался очень обжитым: немного мебели, справа от дивана виднелась кухня, затем лестница на второй этаж, разные лампы-светильники еще со старых времен, с желтоватым светом; столик при диванчике, на котором было несколько книг и журналов разных годов, и даже веков.       – Сладость моя, – подойдя к дивану, девушка наклонилась к человеку, – ванная готова… – Вампирша шепчет немного приглушенно, словно пыталась не напугать Юхён своим внезапным и незамеченным приходом. Блондинка вздрогнула, но особо не напугалась.       Когда охотница обвила её шею руками, Минджи взяла её вновь на руки и понесла в ванную комнату. Юхён же тем временем немного смущается, носиком утыкаясь в изгиб ее шеи, вдыхая приятный и уже полюбившийся запах, пока Минджи шла в комнату, где несколько минут назад настраивала воду. Вампирша помогла ей наконец-то встать на ноги и, придерживая, взглянула в сторону горячей воды, а Юхён, как только оказывается на своих двоих, тяжело выдыхает, аккуратно обхватив Минджи за плечи, пока та мягко держала за талию, слегка прижимая к себе. У Юхён от этого – голова немного затрещала, а в животе – бабочки залетали. Тут её взгляд вновь встретился с взглядом вампирши.       – Тебе помочь с одеждой? – Доносится от старшей девушки, пока она мягко поглаживала её талию, слегка губы облизывая в ожидании ответа.       – Помоги. – Тихо проговаривает кареглазая, аккуратно личико своё спрятав в чужой шее и волосах – теперь у Юхён есть её любимое место. Чувствует руки, что крепко её держали, а сама неуверенно оставляет нежный поцелуй на чужой шее, сразу отмечая то, как Минджи вздрогнула. И нет, это не была та дрожь, которую испытывают при неприятных ощущениях, но охотница могла подумала иначе. Так и случилось. Блондинка неуверенно отстранилась, смотря в глаза немного виновато.       Минджи усмехается, когда человек резко отстраняется, но всё ещё ожидает помощи с одеждой. Обойдя её, вампир продолжает придерживать ослабевшую после их встречи девушку за талию, взглядом проходясь по всему телу охотницы. А Юхён была рада, что Минджи бережно за талию её придерживала – на лице смущенная улыбка расползалась. Вампирша аккуратно развязывает пояс и убирает его, после, прижав девушку к себе, расстегивает пуговицы на спине, и, коснувшись губами шеи, спускает цветастое платье вниз, оставляя человека в одном нижнем белье – вгоняя охотницу в краску – но вскоре и оно лежало рядом с платьем. И так красные ушки девушки покрываются ещё большей краснотой, когда белье аккуратно спустилось по худому телу вниз, больше не оставляя закрытых участков тела от любопытных глаз вампирши. Блондинка не может сказать, что эти касания ей неприятны – соврёт ведь.       Юхён слегка вздрагивает, когда чувствует мягкие и горячие губы на своей шее, слегка тыльную сторону руки кусая, чтобы заглушить стон наслаждения – с каждым разом ей все сложнее сдерживаться.       Ещё ни разу Юхён не оголялась перед незнакомым человеком; обычно: её осматривал один единственный доктор каждый месяц, и то, он не видел того, что было под нижним бельём – никто не видел. Поэтому находиться перед вампиршей совсем нагишом было чем-то… новым.       Девушка чувствует горячее дыхание на своей шее, прежде чем Минджи проговорила настолько нежные слова, что все внутри охотницы приятно сжалось, а сама она слабо улыбнулась.       – Ты так приятно пахнешь… Этот запах сводит меня с ума… – Минджи утыкается носом в шею девушки. Почему она сейчас с таким трепетом относилась к этому человеку? До этого она бы без особых проблем лишила любую девушку жизни, а сейчас… Всё так сильно изменилось буквально за… час?       – Спасибо... Твой запах мне тоже очень нравится...– Признается кареглазая, поворачивая голову в сторону, когда настойчивые пальчики её подбородка коснулись, дабы та приблизилась. Они сливаются в совсем недолгом, но приятном поцелуе. Минджи после покрывает поцелуями щеки, нос и помогает ей сесть в ванную. Юхён тихо хихикает из-за этого; бережно сжимает чужую руку и аккуратно проходит вглубь ванной комнаты, чтобы после залезть в ванну с не сдержавшимся полустоном.       Ноги, руки и волосы охотницы были – в грязи, а шея – в крови, и ей нужно привести себя в порядок. Юхён до этого даже не замечала, насколько она была грязной. Из-за этого девушка вновь смущается, ругая себя в мыслях за неосторожность, ведь Минджи, в отличии от неё, была в прекрасном виде, не считая небольшой дырки на её рубашке в области живота, куда прикасался клинок охотницы до этого.       Собрав светлые волосы Юхён в хвостик, вампирша провела тыльной стороной ладони по щеке охотницы, призывая её заглянуть ей в глаза – улыбаясь после вместе, счастливо. Берет в руки мочалку, намыливает её и после начинает медленно тереть ею спину, руки, плечи и уже руками смывать засохшую кровь на шее Юхён, а когда от неё не было и следа, медленно целует место укуса.       На самом деле Юхён не ожидала, что вампирша будет настолько с ней нежна – она никогда бы не поверила, скажи ей кто-нибудь о таком поведении кровопийцы. Но блондинка была рада, нет, она была крайне счастлива, когда нежные руки с аккуратностью оттирали грязные пятна с кожи рук, ног - немного смущенно бёдра вместе сводя, когда Минджи оттирала место чуть выше колена. Блондинка, чтобы девушке было удобнее, слегка приблизилась к бортику ванны, глаза свои прикрывая, пока ощущала руки на шее. А когда та их убрала, приоткрыла свои тёмные глазки, сразу же пожалев: Видит, как горят глаза вампирши, как она мягко целует место укуса – и Юхён была уверенна, что укусит Минджи её сейчас, вот только не случилось этого, от того девушка в замешательстве. Наблюдает, как взгляд вампирши падает на её оголенную грудь, и Юхён уже желает прикрыться, вот только не успевает – чужая ладонь накрывает небольшую выпуклость, вырывая удивленный вздох с уст охотницы. Кареглазая была крайне смущена из-за чужих касаний, а ещё – приятно возбуждена, что было для неё впервой.       Минджи бы сейчас вновь впилась в эту тонкую шею, но еще рано – думает вампирша. Повернув девушку к себе, она скользит взглядом по ключицам, вздымающейся от учащенного дыхания грудей и вновь возвращается к её темным глазам. Минджи притягивает человека к себе, понимая, что теперь её одежда становится пропитанной теплой водой, но внимания на это не обращает, целуя эти мягкие губы.       На поцелуй Юхён отвечает, нежно углубляя его сама: языком чужой губы касается, прося разрешения, а после плавно ныряет в чужой рот, встречаясь с языком Минджи – тяжело выдохнув от новых ощущений. Так приятно...       Целуется недолго – Юхён отстранилась, чтобы что-то сказать.       – Ты... залезешь ко мне? – Проговорила блондинка, рукой касаясь чужой промокшей рубашки; касается чужого живота, плавно ведя её верх, доходя до лифчика, а потом опуская вниз, натыкаясь на пуговичку брюк. В глаза смотрит ласково, после чего вновь губ касается, медленно, совсем неуверенно вытаскивая заправленную ткань рубашки, рукой ныряя под, все так же плоского живота касаясь, дальше никуда не двигаясь.       Слышно как девушка шумно выдыхает, когда руки человека касаются её кожи и как она издает полустон, когда рука останавливается на плоском животике. Становится трудно дышать, находясь рядом с этой охотницей...       Замерев, брюнетка задерживает взгляд на глазах Юхён и медленно кивает. Убирает руки от тела девушки и расстегивает несколько пуговиц рубашки, после чего стягивает её с себя, тоже самое проделывая с остальной одеждой, особо не смущаясь. Да и вампиру чужды все эти человеческие эмоции.       Юхён заинтересованно наблюдала за Минджи, слегка прикусывая губу, когда на худом теле не осталось более одежды. Следом она облизывает свои губы, устремив взгляд на вампиршу, которая аккуратно залезла в тёплую воду и устроилась рядом с ней, напротив. "А вампиры чувствуют теплоту воды? Или им без разницы?" – не вовремя появившиеся мысли девушка ловко забросила куда подальше.       Минджи притягивает кореянку к себе, целуя её губы, шею, покрывая легкими поцелуями ключицы. Юхён от неожиданности вздрагивает, но чужим рукам поддается, пряча свое личико в чужой шее. Руки вампира находились на талии, поглаживая нежную кожу и порой поднимаясь к груди, но не прикасаясь к ней, опускались к бедрам. Блондинка тихонько простонала, ощущая настойчивые руки на своём теле, но против не была – аккуратно ложась сверху на Минджи, подставляя шею требовательным губам. Чувствовать её тело под собой было неожиданно приятно – Юхён буквально таяла от ощущения чужой груди, соприкасающейся с её, а также от смазанных поцелуев в губы.       Минджи провела языком по шее, вызывая тем самым волну мурашек, после чего впилась в тоже место клыками, начиная пить кровь – в этот раз более требовательно, жадно. Блондинка лишь тяжело выдыхает от очередной неожиданности, немного напрягаясь под чужим телом, но уже через пару секунд расслабляясь, только почувствовав прохладное тело, что под водой к её прижималось, создавая интересное сочетание с горячей водой. Больно не было – только непонятное наслаждение, заполняющее тело и разум Её Юхён.       Кровь несколькими струйками стекала по шее, плечу и груди человека, падая после в воду и будто растворяясь в ней – было бы красиво, если не наплевать. Оторвавшись от шеи, вампир провела языком по губам, слизывая с них красную жидкость. Руку медленно ведет к внутренней стороне бедра, останавливаясь на опасном расстоянии около разгоряченного места; даже сквозь поцелуй можно было почувствовать её усмешку и удовольствие от этой ситуации.       Юхён аккуратно кладёт руки Минджи на плечи, после пуская их чуть дальше, чтобы нежно за шею обнять.       Очередной поцелуй - горячий, влажный, настойчивый. Юхён тихо выдыхает в чужие губы, слегка бёдра сводя, тем самым сжимая чужую руку между своих ног. Юхён смущена, но возбуждена не менее.       – Я... Я никогда не...– Начинает кареглазая, но фразу договорить не решается, носиком утыкаясь в чужое плечо, наконец, губами ощутив мягкую кожу вампирши.       Юхён дрожит всем телом и Минджи точно это чувствует. Человек оставляет слабый поцелуй на нежной коже, после чего слабо прикусывает своими не острыми зубками, слушая тяжелый вздох со стороны брюнетки.       – М? О чем ты говоришь, сладкая? – Шепчет кореянка со все еще не сошедшей ухмылкой на припухших от недавних поцелуев губах. Конечно она понимает о чем ей хочет сказать Юхён, но просто так поддаться навстречу? Минджи все-таки любит поиграться, и, даже если эта девушка – уже стала её собственностью, донором, вампирша все равно не поменяет свои интересы.       Видит, как девушка покрывается еще большей краской и Минджи решает, что готова все время её так смущать, если в итоге кареглазая вот так взгляд в сторону уводить будет, пытаясь скрыть его за рваной челкой, разбрасывающейся неаккуратными прядями по мокрому лбу. Минджи руку свою к чужому лицу тянет, мягко приподнимая челку верх, тем самым открывая себе прекрасный вид на красивые и в то же время смущенные глаза.       Юхён ей не отвечает. Девушка чувствует, как её глаза начинают щипать от приближающихся слез – из-за собственной робости и неопытности.       Минджи мельком усмехается – этот ребенок такой нерешительный. Ей нужно дать время. Убирая руки от тела Юхён, девушка отстраняется от неё. Она осторожно поглаживает её щеку тыльной стороной ладони и какое-то время молча наблюдает за её действиями. За тем, как её глаза “бегают” по помещению, останавливаясь на вампирше и после вновь эти глаза изучают ванную комнату. Она такая забавная.       Проведя пальцами по еще свежему укусу Минджи выдыхает. Она видела и чувствовала как тело человека было измотанным физически. Сейчас ей нужен отдых. Времени у них, благо, достаточно.       – Ох, сейчас тебе не помешает поспать. И, наверное, покушать, так? - натянув доброжелательную улыбку спросила девушка. Юхён была полностью сосредоточена на красивом и аристократичном лице напротив, рассматривая его, словно такой шанс у неё – единственный. Она рукой касается чужой щеки, мягко проведя по ней ладонью, после чего слабо кивает на предположение Минджи о том, что она, скорее всего, устала.       Водные процедуры закончились довольно быстро, и вот, девушка уже лежит на мягкой кровати, в легкой белой сорочке. Она не была ее размера, но и не настолько мала, чтобы вообще отказаться – лишь немного выше колена.       Было трудно сказать принадлежала ли комната, в которую ее принесла Минджи, самой вампирше или была одной из гостевых, но в ней по крайней мере была удобная кровать, столик и шкаф у окна. По минимуму, но с комфортом.       Положив на кровать охотницу, вампир легла рядом с ней и видя как та волей-не-волей погружалась в сон, начала аккуратно перебирать длинными пальцами локоны волос человека. Вампирам не нужно спать в кроватях, но они могут наблюдать за своими донорами, проникать в их сны и делать их куда интереснее...       – Только не уходи никуда, пожалуйста... – Шепчет Юхён совсем тихо, наконец, проваливаясь в глубокий и тревожный сон. Тельце девушки аккуратно лежало подле вампирши, полностью ослабевшее. Её рука была около чужого живота, мягко сжимая ткань чужой одежды, словно боялась, что вампир может от неё уйти.       После таких ярких событий у девушки вряд ли будут хорошие сны, но, может, Минджи постарается и скрасит их своим присутствием?

***

      Девушка открыла глаза и поняла, что она находилась в домике в деревне. Более того, это всё напоминало пробуждение от кошмара. Перед ней лежал блокнот, в который ночью она записывала сведения о убитой цветочнице, на спинке стула висело её пальто, a рядом с блокнотом лежал серебряный клинок. Она будто и не покидала свой домик, но спустя пару секунд Юхён четко ощутила жгучую боль в области шеи. При прикосновении к ней на ладони оставалась кровь, а при своем осмотре девушка поняла, что её легкое платье было залито кровью.       В дом вошел мужчина, который был ментором охотницы и без особых вступлений налетает на девушку с обвинениями и угрозами обезглавить её до обращения в упыря.       Она укушена. Она слаба. Она бесполезна. Она больше не нужна в семье и организации. Едва мужчина пытается сократить дистанцию, Юхён делает несколько шагов назад и в метре от столкновения с охотником тот исчезает, а девушка оступается и спиной натыкается на кого-то. Холодные руки осторожно придерживают её за плечи. Вампир молча разворачивает её к себе и прикасается тыльной стороной ладони к окровавленной щеке.       Человек едва могла отвести свой взгляд от бледного лица вампира или вовсе пошевелиться, всем телом она ощущала её прикосновения: щека, шея, после плечи, талия, бедра. Руки крепко прижимали девушку к себе, поцелуи покрывали шею и плечи. Вампир спустила платье с плеч Юхён и с каждым сантиметром как её кожа оголялась поцелуи становились все ниже и требовательней, и едва эти поцелуи дошли до живота девушки, как всё прекратилось. Открывает глаза резко и испуганно, пытаясь несколько секунд понять где она. Запах вампирши, ее волос и тела моментом успокоил юный организм, заставляя её усмирить бешено бьющееся сердце, и привести своё дыхание в норму. Она крепко сжимала тонкими пальчиками одежду Минджи, которая в свою очередь продолжала перебирать волосы охотницы.       Юхён ещё никогда не снились такие сны. Обычно: чернота, а если и какие-то события, то всегда кошмары. Этот сон был очень похож на реальность, ведь чувствовала прикосновения вампира к своему телу четко, не считая конца – тогда холод рук пропал, отчего касания стали призрачными, а вскоре и вовсе исчезли.       – М-Минджи? – Испуганно проговаривает кареглазая, ощущая мягкую ткань чужой ночнушки. Вампир из сна и вампир из реальности почти ничем не отличались. Лишь тем, что в сознании человека она почти сделала то, что блондинка сейчас хотела больше всего на свете, а в реальности же – нет. После осознания слегка краснеет, но руку не убирает, ведь чувствовать чужое тело – как никогда успокаивающе.       На испуганную интонацию человека Минджи не реагирует. Будто ничего не произошло продолжает перебирать мягкие пряди волос смертной. Она знала, что происходило в голове этой маленькой девочки сейчас, но ничего предпринимать не собиралась. Она ждала.       События сна все ещё не покидали мысли Юхён. Она вспоминает те касания чужих губ, своё тяжёлое дыхание, мягкие прикосновения рук вампира.       После этого она понимает, что ей хорошо-плохо от воспоминаний. Хорошо – потому что ей нравились прикосновения, а плохо – потому что вампирша остановилась. Разожгла желание, но ничего с ним не сделала.       Юхён не может ничего с собой поделать, чувствуя приятные спазмы, которые низ живота сводили. Понимает, что между ног – чертовски горит, а лицо наоборот, немного прохладное – светлые пряди рваной челки прилипли к вискам от холодного пота, в котором она проснулась.       Кореянка слегка кусает свою губу, отпуская чужую одежду из своей ладони, чтобы после проскользнуть по талии дальше, мягко притягивая к себе в объятьях.       – Минджи... – Шепчет Юхён ей прямо в шею, пряча своё лицо там.       – Да, сладкая? – Усмехаясь, девушка шумно выдыхает после того, как Юхён утыкается в её шею. Погладив её макушку, вампир прикрывает глаза.       – Что случилось? Кошмар приснился?       Сложно было понять то, был ли сон охотницы делом ручонок вампирши или же разума самой девушки. Может быть, темноволосая вовсе не была причастна ко всему этому, а всё из-за их внезапной близости? Кто знает…       Юхён выглядит слегка потеряно после такого яркого и необычного сна. Она аккуратно приближается всем телом к чужому, заключая вампиршу в свои тёплые объятия.       На вопрос Минджи ответить как – не знает. Находит в себе силы на это только после того, как вампир обняла её в ответ, вызывая у человека смущенную улыбку. Юхён чувствует себя в безопасности сейчас, будучи в сильных руках девушки – от этого странные чувства от сна уходят, заменяя их лишь приятными воспоминаниями чужих губ на своём теле.       – Я... не знаю, был ли сон кошмаром или... – Шепчет кареглазая; предложение обрывается на конце, так как блондинка покрывается ярким румянцем, судорожно пряча лицо в чужой шее и в темных волосах. Минджи может слышать, насколько сердце блондинки быстро билось, и как кровь прилила к щекам.       – Мне снилось, как мы... то есть, ты трогала меня, – Продолжает совсем тихо кореянка, буквально пискнув в конце от того, насколько же говорить это было – неловко.       – И... мне понравилось... – Юхён не знает, чем ей двигало в тот момент, но говорить продолжала, даже после ужасной неловкости.       На лице вампирши расползается самодовольная улыбка. Она аккуратно опускает свою руку к чужой талии, нежно притягивая её к себе, позволяя их бедра счастливо встретиться.       – Тебе понравилось, сладкая? – Переспрашивает Минджи со все еще не сошедшей ухмылкой. Её рука мягко спускается к чужим бедрам, покоясь там, холодя разгоряченную кожу Юхён своими ледяными руками. Блондинка реагирует яро и очень эмоционально: смущенно ойкает, одновременно с этим покрываясь милым румянцем. Вампирша такому больше не удивляется, лишь впитывает эти эмоции в себя, как кровь.       Не получив ответа на поставленный вопрос, темноволосая аккуратно выгибает бровь, опуская взгляд с чужих пылающих щек на её грудь, слушая сбитое сердцебиение своим острым слухом. В голове вампирши почему-то не было мыслей о том, что это так странно – буквально в первую встречу называть человека своим. Такого у Минджи ранее – не было, но это не помешало ей с уверенностью назвать Юхён – своей. Соулмейты? Минджи особо не разбиралась в этих нынешних сленгах, так как все еще жила прошлым веком; да и не нужны ей слова и ярлыки. Для неё важно быть вместе с этим человеком, начиная с этого дня и заканчивая границей вселенной.       Юхён немного ёжится под чужими касаниями, всё ещё не отошедшая от своего красочного сна. Она нежится к чужой руке, которая сейчас находилась на её пояснице, мягко поглаживая и притягивая к себе. У блондинки всё в голове смешалось в одну кучу, не позволяя ей здраво мыслить.       – Тогда тебе понравится то, что я буду делать сейчас? – Доносится хриплый голос Минджи над ухом, смущая кореянку еще сильнее, пока холодные руки, не встречая преграду, мягко скользнули под ткань тонкой сорочки, касаясь пульсирующего живота только кончиками пальцев. От Юхён доносится удивленный писк, который удержать юной девушке было совсем не в силах. Для неё это – впервой, и Минджи у неё – первая. У вампирши, которая всю свою жизнь любила попутешествовать, поиграться с людьми, было много чего. Начиная от легкого романа, заканчивая случайным убийством любовницы. Тогда она ещё была совсем молодым вампиром, ей даже за сотню не было, поэтому не мудрено, что она не смогла остановиться, будучи разгоряченной страстью. Жалела ли она? Нет, совершенно. Что касается настоящий любви – то у неё её не было. Даже будучи еще живым человеком, она была совсем не любвиобильная. У неё была одна единственная тяга - к рисованию, к которому на настоящее время уже давно угас всякий интерес. У неё не было музы, вдохновения, уже около 100-150 лет, поэтому сейчас, лежа рядом с красивой кореянкой, её нахлынуло приливом силы, желания совсем неожиданно. Она, будучи немного опьянённой после недавних поцелуев, тяжело выдыхает. Может быть, она была нетерпеливее самой Юхён, которая сейчас лежала рядом – такая податливая и покорная. Минджи любит таких.       – Наверное... – Всё же доносится от съёжившейся в простынях девушки, прежде чем она мягко протянула руку к чужой прохладной щеке, неуверенно смотря на Минджи своими щенячьими глазами. Её движения были слабыми, медленными, и лишь для того, чтобы подтолкнуть застывшую вампиршу к активным действиям.       Минджи намек поняла. Она аккуратно подминает послушную девушку под себя, ни на секунду не сводя своих черных глаз с чужих. Её движения были резкими, но аккуратными, чтобы не спугнуть охотницу.       – Минджи... – Шепчет кареглазая как только ощутила горячие пламенем губы на своей шее, которые после вычертили мокрую линию вверх по шее, до подбородка, а после до губ. Темноволосая лишь усмехнулась, услышав первый отчетливый стон, исходящий с чужих губ, мягко заглушая их своими. Руки мягко спускаются по телу охотницы вниз по талии к бедрам, аккуратно притягивая чужие бедра к своим, соединяя их резким движением.       Такое для Юхён – неожиданно. Она тяжело выдыхает, только ощутив горячие (интересно) бедра вампирши у своих. Губы девушки не позволяли ей что-либо сказать, давая проход лишь своему непослушному языку, который встретился с языком Юхён горячим пламенем. Легкое движение снизу, и нижняя плавно выгибается, откидывая свою голову назад. Светлые волосы мягкими прядями касаются подушки, пока челка безвозвратно прилипла ко лбу из-за жара в комнате.       Губы Минджи не упускают такую возможность и плавно переходят снова к шее, целуя покрасневший участок прошлого укуса. Клыки неприятно царапают внутреннюю сторону губ, разнося жжение по всей ротовой полости. Минджи такое – не нравится; ей не нравится чувствовать себя не под контролем. Её вампирская сущность словно жила своей жизнью, требуя у носительницы немедленно вонзиться этими жаждущими крови клыками в нежную кожу шеи охотницы. Но вампир хладнокровно игнорирует это, не в силах причинить Юхён вред. Её сейчас нельзя кусать в шею. Слишком слабая. А вот ниже..       Этим Минджи и занимается. Губы плавно скользят к ключицам, мягко их покусывая, но так, чтобы ни в коем случаи не прикусить девственную кожу Юхён. Тут позволено лишь оставлять красные следы, но никак не кровоточащие раны. Юхён аккуратно накрывает свой рот ладошкой, сдерживая вырывающиеся стоны. Эти ощущения до дури приятны, они отдаются болью и спазмами снизу живота, вынуждая охотницу неконтролируемо сжать бедра вместе. От Минджи это не укрывается. И ей это не нравится.       Брюнетка мягко отпускает бедра Юхён на кровать, больше не держа их в воздухе, прижатые к её. После этого она аккуратно устраивается между ними, касаясь своим животом её пылающего центра.       Это всё – слишком для Юхён. Из горла впервые доносится первый и настоящий громкий стон, который сдержать у девушки ну никак не получилось. Жар между ног неприятно обжигает, разнося его по всему телу, до кончиков пальцев, которые в этот момент подрагивали. Жгучее желание сжать свои бедра вместе появляется у блондинки, но провернуть такое у нее не получится. Но как хотелось увеличить давление на ноющем центре... Эти мысли выводили кареглазую, в чьих глаза летали звездочки, а дышать становилось все труднее и труднее. Юхён было жарко, мокро и невыносимо.       – Мин..джи... – Надрывающимся голосом вымаливает кареглазая, накрывая свои глаза тыльной стороной ладони. Грудь девушки продолжает высоко вздыматься и низко опускаться, соблазняя вампиршу самым непристойным способом. Брюнетка аккуратно поднимает свои глаза с чужого тела, замечая в каком положении сейчас лежала охотница. Так покорно... От этого зрелища у вампирши загораются глаза, а клыки начинают до крови врезаться в кожу собственного рта, разнося такой желанным привкус железа по языку.       Минджи сглотнула кровь, после чего аккуратно поднялась на локтях, чтобы быть на уровне лица Юхён. Пару секунд смотрит на ее приоткрытый рот с помощью которого девушка дышала, а после аккуратно склоняется, накрывая его своим, при этом поднимая вместе с собой свой корпус вверх, сталкивая свои бедра с чужими. Это было последней каплей.       От Юхён доносится громкий, почти скулящий стон, после которого она начинает дрожать, с силой сжимая свои бедра вместе. Ее голос высокий, несдержанный и такой манящий... Минджи от него всё сводит. Юхён под ней содрогалась в её первом в жизни оргазме, при чем даже без прямых касаний. От этой мысли глаза Минджи чернеют, а желание охватывает с утроенной силой. Только что Её Юхён кончила. Эта картина остаётся в памяти брюнетки. Она начинает прокручивать её заново и заново, пока не вспоминает о уже успокоившемся теле охотнице.       Девушка моргает пару раз, чтобы прийти в себя, после чего сглатывает ком в горле, смотря на притихшую Юхён. Девушка под ней выглядела безобидно и соблазнительно. С этими её приоткрытыми губами и прикрытыми глазами. Рука, которая до этого находилась на её лице, сейчас была на плечах Минджи, мягко поглаживая их.       Темноволосая растягивается в широкой и милой улыбке, аккуратно склоняясь к чужому лицу за мягким поцелуем. Юхён отвечает медленно, но с той же пылкостью. Рука, находящаяся на плечах плавно уходит за шею, притягивая брюнетку к себе ещё ближе.       Как только брюнетка отстраняется от её губ, Юхён прикрывает глаза и её руки расслабленно падают по обе стороны от уставшего тела. Вампирши смотрит на неё некоторое время, после чего аккуратно "пускает" между их телами немного пространства, больше не давя на кареглазую своим корпусом.       – Ты в порядке? – Интересуется Минджи у притихшей девушки, своей рукой касаясь светлых волос, мягко перебирая их между своими тонкими пальцами. Ответа от Юхён не поступает. Пару минут ожидания и поглаживаний, и снизу доносится тихое сопение охотницы.       Вампирша растягивается в счастливой улыбке, устраиваясь рядом с блондинкой, позволяя ей обнимать себя.       – Так и знала, что такой щеночек будет любить объятия... – Тихо шепчет Минджи, скорее для самой себя, чем для уснувшей глубоким и мирным сном Юхён. На лице брюнетки расползается ленивая улыбка, пока все её мысли крутились вокруг этой прекрасной девушки.       Минджи ни капли не расстроило то, что Юхён уснула, будучи в таком разгоряченной обстановке, оставляя вампиршу на взводе. Все-таки блондинка устала за день, с такими-то насыщенными событиями.       Голова темноволосой всё ещё трещала от неописуемого возбуждения, и её внутренняя сущность никак не успокаивалась, требуя немедленно и вдоволь насытиться. Но покидать Юхён в данный момент Минджи хотелось меньше всего, поэтому она лишь забросила эти желания глубоко внутрь себя, заперев их на железные цепи на какое-то время. Всё-таки, у них с Юхён еще очень много времени, и спешить в данный момент не стоит, тем более когда охотница была полностью истощенна.