Источник всех проблем
21 марта 2020 г., 04:45
Примечания:
NF - Paralyzed
Твой мир настолько примитивен, Что без тебя мне он противен.
«Джейс, Когда ты прочтешь это, скорее всего, я уже забуду о Сумеречном Мире и о тебе…» Письмо с пронзительно важными словами Джейс держал у себя в комнате уже неделю. Он перечитывал его снова и снова, ведь это — последнее, что сказала ему Клэри, еще помня о Сумеречном Мире и о том, кто она есть. Шел дождь, и в приоткрытые окна института залетали его холодные капли. Шум жизни здесь стих, и по-прежнему он звучал только в моменты отправления охотников на очередные миссии. Да, Эдом исчез, Джонатан убит, но демоны отнюдь не перестали терзать Нью-Йорк. Это была тяжелая неделя — неделя скорби. Но она вот-вот завершится: Клэри, конечно, герой для Сумеречного Мира, но для Конклава мисс Фэйрчайлд такой же охотник, как остальные, и по ее уходу скорбеть слишком долго не дело. «Она не умерла вовсе, и неделя тишины — слишком много, — сказал однажды кто-то в институте. — Даже по мертвым столько не скорбят.» И все же жизнь свою без Клэри Джейс не представлял совсем. Никакие разговоры с Лайтвудами (а они приходили к нему каждый день, невольно нарушая и тишину, и пространство его скорбных мыслей) не помогали. Она ворвалась в его жизнь так же неожиданно, как ушла из неё, оставив в душе ту самую сильную любовь нефилима, о которой слышал каждый. Нефилимы любят лишь раз, и очень сильно.***
Мало что изменилось в состоянии Эрондейла и через две недели, и через месяц. Однако ему пришлось вновь примерить на себя образ идеального сумеречного охотника, смысл жизни которого заключается лишь в охоте на демонов и охране примитивных от негативных проявлений Сумеречного Мира. Образ, который был у него до встречи с ней; образ, который разрушила Клэри Фэйрчайлд. Жизнь словно шла под откос. На языке было горькое послевкусие наконец-то наступившего спокойствия. Хотя о чем речь? Спокойствие только внешнее. Даже во время бесконечных семейных разборок Моргенштернов Джейс не чувствовал себя настолько подавленным и пустым. Его нынешние ощущения сравнимы только с агонией, которую он испытывал, когда считал, что Фэйрчайлд погибла от взрыва, вызванного меткой Кайна. Но ведь это длилось всего пару дней, а сейчас — месяцы! И это никак не исправить. Клэри Фрэй не мертва, но мертва сумеречная Клэри. Еще некоторое время спустя у Джейса возникла другая проблема — Алека все же призвали в Идрис, и после всего, что произошло за последние месяцы, его хотят сделать Инквизитором. Эрондейл не мог быть против, не мог помешать Алеку быть тем, кем тот хотел быть, не мог препятствовать ему в изменении Конклава в лучшую сторону, но расстояние для парабатаев — серьезное испытание. Да и кто станет главой института? Алек был идеальным, удобным руководителем, трудно представить себе перемены, грядущие в связи с его переводом в Идрис. Поредевшие ряды охотников перераспределяются по институтам, будут новые лица, новые порядки, изменения в Конклаве, Алек переедет… Что дальше?***
Дождь не прекращался. Мало кто возьмется вспоминать, когда он вообще начался. Блекло моргают фонари, на улицах практически нет людей, гуляющих хотя бы с зонтами. Совсем непохоже на Нью-Йорк. В спальных районах и вовсе мертво. Или… Усталые шаги разрушали целостность тонкой водной глади, которая образовалась на дорогах. Потекшая тушь, прилипшее к телу платье, насквозь мокрые, небрежно свисающие пряди рыжих волос — вот, что сказал бы человек, встретивший ее сейчас. В руках она держала бутылку чего-то если не крепкого, то вполне способного вызвать кратковременный эффект отвлечения от жизни. Ей совсем не идет быть без рун, Джейс так привык видеть ее с ними и с оружием в руках… Клэри чувствовала, как что-то очень важное ускользает из ее жизни, как будто кто-то бессовестным образом отнимает ценные воспоминания. Сегодня был ее очередной паршивый день. Исчезнувшие воспоминания и знания о Сумеречном Мире восполнялись странно и хаотично. Сама себе она не могла ответить на вопрос, где пропадала несколько месяцев. Последнее, что помнится ей лучше всего — эмоции, пережитые после смерти матери. Отчаяние захлестнуло ее, поглотило с головой. Она откинула бутыль, села на тротуар, опустила голову на колени и беззвучно заплакала. Что-то кольнуло в сердце Джейса, когда он увидел Клэри в этом состоянии. Сегодня он впервые решил выследить ее, ведь у него есть ее стеле, о чем он на минуту пожалел. Поддавшись эмоциям, он выглянул из-за стены, за которой скрывался, и намеревался было говорить, нет, кричать Клэри о том, что ее жизнь — нечто большее, чем сейчас… Легким движением сильной руки Эрондейл был остановлен и одернут назад, за угол. — Первое правило Сумеречного Мира — примитивный знать не должен, — строго сказала брюнетка, прижав отчаявшегося Джейса к стене. Он был не слишком удивлен тому, что кто-то из Лайтвудов все же отправился за ним, и когда его остановили бы, было лишь вопросом времени. — Отпусти! Я должен вернуть ее, — потерянность в голосе было не скрыть, пускай дождь и маскировал следы слез. Джейс из прошлого не узнал бы Джейса нынешнего… Он попытался оттолкнуть Изабель, но почувствовал клинок Серафима у горла. Лайтвуд была настроена решительно. — Разрушив ее старый новый мир до основания? Опять? Тебе не кажется, что это эгоистично? Дай ей пережить это, Джейс, оставь ее, — сказала она. Эрондейл бросил на нее неодобрительный взгляд. — Я тебя не узнаю, Иззи! Ты словно похоронила ее и советуешь мне сделать то же самое! С каких пор ты перестала бороться за Клэри? — охотник наконец-то смог оттолкнуть сестру, но не сильно — он уже не собирался никуда идти и что-то делать. Эмоции вновь взяли верх. — Ну же, тише, Джейс, — Иззи обняла парабатая Алека и потрепала его по светлым промокшим волосам. Внезапный шум, вызванный охотниками и их разговорами, отвлек Клэри от бесконечного потока мыслей. Немного испугавшись, она решила найти источник нетипичных для пустой улицы звуков. Охотники были начеку и не спускали глаз с Фэйрчайлд. — Может, ангелы и лишили ее рун и воспоминаний о Сумеречном Мире, но кровь Итуриэля все еще в ней, этого так просто не отнять, — Изабель достала стеле из рукава кожаной куртки и засуетилась. — Клэри нас увидит, — охотница торопливо активировала руну скорости себе и Джейсу, а затем они оба спешно исчезли из поля зрения рыжеволосой. Никого не заметив, Клэри вернулась к тому месту, где сидела минуту назад. Идея сесть туда снова показалась ей не слишком заманчивой, поэтому она решила вернуться в квартиру, ключи от которой ей заботливо отдал Люк. Джейс задумчиво смотрел вслед уходящей в дождливую даль Фэйрчайлд, и Изабель обратила на это внимание. Тишину нарушил Джейс: — Лучше б увидела, — по-детски обиженно и быстро проговорил Эрондейл. Обратный путь в институт не предвещал позитивных разговоров. Утешение здесь не сыграет никакой роли, Изабель это прекрасно понимала. Однако она решила разрушить маленькую иллюзию, которую сам себе создал Джейс. — Знаешь, вообще-то не ты один переживаешь об ее утрате. У нее были грандиозные планы, она предлагала мне стать ее парабатай — все рухнуло! — Иззи поймала на себе удивленный взгляд брата. Она так и не догадалась, чему он удивлен больше — печальным ли нотам в ее голосе, тому ли, что кто-то кроме него расстроен, или же этой новости. Иззи в течение нескольких месяцев была уверена, что Клэри поделилась с ним своими намерениями. Но, кажется, эта внезапно открывшаяся деталь только подсыпала соль на рану обоих. — Клэри очень много значила и для меня, ты и сам знаешь, впрочем. Меня восхищает ее уход — без криков о помощи, без единой попытки испортить всем праздник в честь свадьбы Алека и Магнуса, даже без публичного прощания — она хотела оттянуть момент, когда мы всё узнаем, понимаешь? Ты должен гордиться ей. Она прошла огромный путь от бесящей Алека эгоистичной девочки, — тут Иззи печально усмехнулась, — до самоотверженной девушки Джейса Эрондейла. — Иззи, я… Я не знаю, я… — Джейс словно начал задыхаться, всякие слова застревали в горле, так и не осмеливаясь прозвучать. — Я все понимаю. Можешь ничего не говорить, — теперь слезы мелькнули и у Иззи. Она вновь обняла Джейса, только теперь более чувственно. Он ощущал ее поддержку, на душе стало легче, но лишь на какую-то миллионную долю процента. Дождь продолжал поливать охотников, а заодно их костюмы и все снаряжение. Только им уже давно все равно на это. Кое-как успокоившись, Эрондейл и Лайтвуд-младшая все-таки направились в институт. За душевными разговорами обо всём на свете они не заметили, как осталось пересечь всего пару улиц.***
— Мда… Я такого беспрерывного дождя не помню с середины 18 века. Здесь, в Нью-Йорке, всегда было более-менее… Сухо? — с ноткой задумчивости вопрошал маг, стоя у окна и держа в руках очередной коктейль. Магия при нем, а значит, последствий этого самого коктейля и всего, что было перед ним, можно не бояться. И все же маг пил его медленно и с долькой опасений: слишком свеж в воспоминаниях жизненно важный вечер, испорченный примитивным похмельем. Теплый свет от ночника разливался по комнате, обставленной со вкусом. Звуки дождя вовсе не нарушили атмосферу спокойствия, скорее, наоборот, заставляли чувствовать себя здесь еще более безопасно. Почти как в крепости, только в уютной. И рядом с любимым человеком. — Глава Нью-Йоркского института изучает справочник об артефактах и не слушает бывшего верховного мага. Начинаю удивляться, — с легким сарказмом проговорил Магнус, отвернувшись от окна и изящно стукнув по бокалу. Алек лежал в постели, прикрытый одеялом, и был совершенно увлечен содержанием справочника ровно до того момента, как услышал звон стекла. Он напряженно посмотрел на Магнуса и приподнялся. Маг продолжил монолог: — Там нет ничего полезного. Полная чушь. Информации об артефактах, о которых ты не слышал, ты там не найдешь, — Бейн кивнул на средней толщины книжку в руках своего мужа. — И что ты только там найти пытаешься? Все здесь, перед тобой, — он обворожительно улыбнулся и присел рядом с Лайтвудом. — Я просто отвлекся, — Алек захлопнул справочник и почесал затылок, затем вздохнул и снова одарил Магнуса не самым счастливым взглядом. — И почему ты раньше не сказал, что этот справочник — очередная выдумка? — устало и недовольно спросил охотник. — Вот именно — очередная, — маг щелкнул пальцами и растворил пустой бокал. — Тебе не кажется, что ты слишком погружен в поиски того, чего, возможно, не существует? Ты даже не поделился со мной, в чем дело. Немного обидно, знаешь ли. Однажды сгоришь на своей работе, а я и причину знать не буду. — Неужели я похож на феникса? — уже более расслаблено говорил Алек. — И что за выражения? — Я побыл примитивным и даже успел выдрать первый седой волос. Примитивные фразеологизмы — меньшее, что должно тебя смущать. — Меня и не смущает, — охотник приблизился к магу, — наоборот, звучит очень интересно, — Алек поцеловал Магнуса. Несколько секунд спустя Бейна осенило, что пытается сделать Лайтвуд. — Так-так-так, Александр, я знаю все твои уловки, — протараторил Магнус, прерывая поцелуй. — Смена темы не твоя сильная сторона, уж прости. Ты мне хотел рассказать о цели поисков, не так ли? — недвусмысленно намекнул маг. Алек понял, что теперь ему точно не избежать неприятного разговора. — Не каждый день с охотника снимают руны. Но еще более редкое явление — ангельское вмешательство с полным стиранием всех рун и памяти о Сумеречном Мире, — Лайтвуд вновь сделался напряженным. Разговор о ней он начал издалека. Фэйрчайлд играла разные роли в его жизни: она была обузой, была источником проблем, была той, кто поставил под сомнения существование команды Лайтвудов, потом стала товарищем в бою. Но самое главное — она была единственной любовью его парабатая. — Ты опять о ней? — Магнус невольно коснулся лба рукой. — Мы же договорились не вспоминать об этом. Всем не хватает Клэри, но это вовсе не повод позволять воспоминаниям о ней отравлять действительность, в которой Фэйрчайлд нет. — Магнус, ты же знаешь, я не могу не вспоминать о ней, — Алек печально уставил взгляд в пол. — Часть переживаний, которые испытывает Джейс, легла и мне на плечи. И это не значит, что Джейсу от этого стало легче. Более того, каждый день, видя лица Иззи, Саймона, Люка, Джейса, я читаю в их глазах немую мольбу о помощи и возвращении Клэри. Джейс без нее погас внутри, пускай снаружи ему и удается делать вид, что он смирился с утратой любви всей его жизни. — Прости, — вполголоса буркнул Магнус. — Я и сам должен был догадаться. Теперь все части пазла складываются: ты ищешь способ вернуть Клэри в Сумеречный Мир? — Да. И не для себя. Хотя мне отчасти тоже станет легче, — охотник встал с кровати, резким движением снял рубашку с плетеного кресла, что было неподалеку, и так же резко стал одеваться. На секунду он взглянул на Магнуса: его муж закатил глаза и раздраженно вздохнул. — Уже уходишь? Какую ночь подряд ты не здесь? Точно! Столько не живут, — сарказм мага достиг своего предела. Алек не выдержал: — Вчера Джейс пришел в институт заполночь. У него был отсутствующий взгляд и минимальное желание обсудить причину этого взгляда. Но знаешь, я и без слов все понял! Пойми и меня — я стараюсь помочь людям, которые мне дороги, — охотник, застегнув рубашку и пройдя пару шагов, скрестил руки на груди и встал в дверном проеме между спальней и гостиной. По нему можно было прочесть его желание в данный момент — уйти, но чтобы при этом Магнус все терпел и не приставал с расспросами. — Алек, ты не улавливаешь суть, — произнес маг, заставив Лайтвуда притормозить с возвращением в институт. Немой вопрос Алека вынудил Магнуса продолжить свою мысль. — Ты не попросил моей помощи. И вспоминая наш разговор, замечу, что не попросил бы. — Знаю, было глупо молчать, но я все еще помню времена, когда все вертелось вокруг Клэри и ее семьи. Тебе жутко не нравилось, что тебя просили вмешиваться. Я просто не хотел тревожить тебя снова, — Алек отвернулся и медленно побрел к выходу. — Твои проблемы — мои проблемы, — Магнус догнал охотника и положил руку ему на плечо. — И усталость от дел, связанных с бисквитиком, этого не изменит. Предлагаю тебе отдохнуть и подумать обо всем завтра. И как бы ты ни хотел разобраться во всем самостоятельно, я буду стоять сзади и хотя бы подкидывать идеи, — маг улыбнулся, почувствовав, что Алек «сдался» и принял помощь. — Спасибо, Магнус, — Лайтвуд обнял его, а затем поцеловал вновь. На сей раз Бейн его не останавливал. — А теперь мне надо идти. На завтра запланирована охота на демонов-перевертышей, а об их атаках могут доложить уже с раннего утра. — Демоны, демоны, демоны, — слегка передразнивал Алека Магнус, — когда проблемы с ними закончатся? — риторический вопрос. Бейн и не надеялся услышать ответа. Он не требовался. Однако… — Ты не поверишь, но очень скоро. В Конклаве многие вдохновились тем, как я преобразил институт и его взаимоотношения с жителями Нижнего Мира, поэтому меня позвали в Аликанте. Не просто так, разумеется. Они хотят, чтобы я занял должность Инквизитора. — Ого… Поздравляю! Но это значит, что тебе придется жить в Идрисе. И я… там магам не очень-то рады, если не забыл, — немного уклончиво разъяснял Магнус и без того известный факт. — Магнус, я обещаю: при мне все будет по-другому, — Алек приобнял мужа за плечи. — Ты поедешь со мной. Мы с тобой однажды бросили вызов устоявшимся порядкам, что помешает сделать это снова? — Ладно… — протянул маг и дождался, пока Алек дотронется до ручки двери. Ему и в голову не пришло открыть Лайтвуду портал: он видел жажду Алека пройтись по ночным улицам Нью-Йорка, подышать «мокрым» воздухом, а заодно убить парочку демонов в какой-нибудь подворотне и проветрить мысли. — Кстати, если не знаешь, куда направить свои размышления, подскажу: попробуй обдумать источник нынешней проблемы. И охотник ушел. Усталость сказывалась на нем. Алек оставил Магнуса с приятными мыслями о грядущих переменах и небольшой надеждой на то, что парабатайские проблемы станут играть уже не главную, а второстепенную роль в их отношениях. Лайтвуд же размышлял о назначении на столь серьезную должность с другой стороны: переезд в Аликанте означал, что придется бросить Джейса здесь. Брат Иззи вырос вместе с ним и поэтому знал, что Джейс не слишком-то любит Идрис. Институт — это дом Эрондейла. Ему было бы непросто покинуть место, где пережито практически все: и большинство тренировок, и нанесение руны парабатай, и праздники, и миссии, и первый поцелуй с Клэри, и… Все здесь теперь напоминало Джейсу о Фрэй. Алек шел под дождем, который, казалось, стал менее сильным. Под его действием в некоторых местах стала трескаться брусчатка, из которой выложены тротуары в этом квартале. Каре-зеленые глаза то и дело привлекали и другие мелкие детали: первый пожелтевший лист, слегка погнутая спинка скамейки, потертая табличка с названием улицы, где он часто мог найти Джейса и Клэри, беззаботно гуляющих в свой единственный выходной, который, порой, официально был у них в разные дни недели (но Алек закрывал на это глаза, чему Эрондейл и Фэйрчайлд были безгранично благодарны). Все, что видел сейчас симпатичный, насквозь промокший брюнет — все так или иначе вызывало какие-то ассоциации и воспоминания. «Обдумать источник проблемы…» — звучали слова Магнуса в голове Алека. Он сосредоточил взгляд на моргающем вдали фонаре. — Воспоминания — вот источник проблем. Их нет у Клэри вовсе… Но чересчур много у нас, — вслух сказал Лайтвуд. Отныне дальнейшие действия стали для Алека более ясными. Если нет человека, артефакта или явления, способного вернуть Клэри, значит, надо стереть воспоминания о ней. Всем, кто слишком ею дорожит.
