Antagonist

Прощаться, после столь прекрасно проведенных дня и ночи, выходило сложно, но оба понимали, что без этого никак. На лице Хуа Чэна следы от недосыпа, ибо почти всю ночь он занимался тем, что охранял сон Се Ляня. Уснул только под утро, да и то, совершенно случайно, а когда проснулся, парня в его руках уже не было. Немного обидно, но ведь они еще не в тех отношениях, чтобы просыпаться вместе. — Кофе с блинчиками? — Хуа Чэн выглядит откровенно сонным, выходя из ванны. Его глаз не скрыт привычной повязкой, а просто замотан чистыми бинтами, волосы растрепались и нуждались в расческе. — На моей памяти в квартире впервые так вкусно пахнет с утра. — Просто у тебя руки из задницы, — в отличие от парня, Эмин уже причесан, одет и почти доедает завтрак. Но судя по его довольной улыбке, Хуа Чэн думает, что что-то пропустил. — Се Лянь гэгэ расчесал меня и сделал прическу. — Вряд ли это можно назвать прической, но я пытался, — у Се Ляня немного влажные волосы и очаровательная улыбка на губах. Наверное, он недавно вышел из душа. Значит ли это, что его волосы пахнут шампунем Хуа Чэна? — Сань Лан, садись завтракать, а мне уже пора. А-Мин, ты остаешься за старшего, поэтому проследи, чтобы все было съедено. — Конечно, Се Лянь гэгэ, — мальчик кивает, доедая свою порцию и начиная прожигать взглядом свою новую жертву. — Ешь. Хуа Чэн фыркает, а после идет следом за Се Лянем, вышедшим в коридор. Неторопливо достает из шкафа пальто и накидывает его на чужие плечи. Парень улыбается, высвобождая волосы из-под одежды, а после тихо выдыхает, хлопая по своим карманам. — Вроде ничего не забыл, а если и забыл, то у тебя не пропадет, — Се Лянь тихо смеется. — Пойдешь на улицу с мокрыми волосами? — Хуа Чэн хмурится и думает о том, что болеть этому парню совершенно нельзя. Он и так недавно из больницы выписался. Се Лянь выглядит сейчас как нашкодивший котенок и парень старается сдержать так и просящуюся на губы улыбку. Кажется, кто-то даже не думает заботиться о своем здоровье, но ведь у этого кого-то есть Сань Лан, который может думать за двоих. Парень касается кончиками пальцев чужих волос, шепча про себя заклятие разрушения. Несмотря на то, что магия Хуа Чэна имела разрушительную силу, применять ее таким способом было можно. Нужно было только сосредоточиться на том, чтобы разрушить воду, и все. — Вот и все, гэгэ, — парень улыбнулся, убирая руки за спину и отходя на пару шагов назад. — Вау, как здорово, — Се Лянь удивленно проводит руками по волосам, а после переводит взгляд на парня, широко улыбаясь. — Спасибо, Сань Лан. Я чувствовал себя очень счастливым. Отдыхать нужно уметь, но работу никто не отменял. То происшествие на празднике не было случайностью, и, по идее, Хуа Чэн никак не впутан в это дело, но мысль о том, что Се Лянь мог пострадать, приводила его в неконтролируемую ярость. Хотелось свернуть шею тому гению-отравителю, а до этого заставить съесть десяток этих проклятых цветов. Но чтобы поймать виновника, сперва нужно получить информацию. И именно поэтому Хуа Чэн входит в дом своего довольно близкого друга Хэ Сюаня, который выступал информатором в компании и за ее пределами. Вот только на кухне, где он проводит больше всего времени, и в гостиной его не оказалось. — Может этот лентяй еще спит? Хуа Чэн кривится. Как можно спать до обеда, когда так много дел? Да и что может быть приятнее, чем провести как можно больше времени рядом со своим любимым — насколько парню было известно, Сюань и Цинсюань не жили вместе. На самом деле, принцип Хуа Чэна — не влезать в чужие отношения, но отношения своего друга в этот принцип не распространяются. — Проснись и пой, придурок, — парень с ноги толкает дверь, проходя внутрь. Задернутые шторы в комнате, парящий в воздухе сладковатый аромат и полумрак, настраивающий на спокойствие. Хуа Чэн прищуривается, ожидая, пока зрение привыкнет к смене освещения, а после разглядывает изящный силуэт длинноволосого парня. Запрокинутая голова позволяла кончикам вьющихся волос касаться груди Хэ Сюаня, а с приоткрытых губ то и дело слетали сладкие стоны. Парень двигался неторопливо, водя бедрами по кругу и все сильнее сжимая пальцами спинку кровати. На его ягодицах сжимались бледные руки, направляя и периодически поглаживая кончиками пальцев. Кажется, эти двое настолько увлечены друг другом, что не сразу замечают вошедшего, который просто замер. Не каждый день видишь, как на лице друга восседает красивый парень. Вот только Хуа Чэну хочется смотреть только на одного человека, изгибающегося на нем от удовольствия. — Какие движения красивые, так вот что ты нашел в этом парне, Ши Цинсюань. Умелый язык? Первым реагирует Ши Цинсюань, на самом деле у Хэ Сюаня даже нет возможности заметить, но возможно, он услышал обращение. Но пальцы на округлых бедрах сжались сильнее, вынуждая Цинсюаня резко приподняться вперед и застонать. Но поняв, что только что произошло, он быстро слазит с чужого лица, опускаясь на кровать, и прикрывается одеялом. Хэ Сюань же приподнимается на локтях и недовольно смотрит на облокотившегося на косяк двери Хуа Чэна. Парень даже и не помнил, когда в последний раз видел настолько недовольного друга. — Зачем приперся, мы тут немного заняты? — Я пришел по делу, так что, как закончите, я буду ждать внизу, — Хуа Чэн оттолкнулся, разворачиваясь на пятках, чтобы уйти, но в последний момент обернулся. — Ши Цинсюань, не задуши этого придурка случайно. Парень закрывает за собой дверь, за которой, кажется, матерился Хэ Сюань, а после спускается вниз. Наверное, стоит сделать себе кофе. После того, как Хуа Чэн закидывает в себя вторую кружку кофе и заканчивает жарить яичницу, по лестнице спускается Ши Цинсюань. У него румяные щеки, но на лице отражается весь спектр положительных эмоций. Хуа Чэн думает, что сейчас придется кормить этих двоих, как хорошо, что он сделал с запасом. И верно, через секунду спустившийся с лестницы парень выдыхает с легкой улыбкой: — Я ужасно голоден, — он садится за стол, кивая в знак благодарности, когда в его тарелке появляется ароматная еда. — Тебе повезло, что у меня хорошее настроение, иначе пришлось бы давиться едой твоего неуклюжего парня, — Хуа Чэн садится рядом и делает глоток кофе, подпирая подбородок рукой. — Думаю, я бы съел даже стряпню Сюань-сюна, — Цинсюань тихо смеется и начинает с аппетитом есть. — А у тебя хорошее настроение из-за того паренька? Хэ Сюань не говорил мне его имени, но сказал, что там сложная ситуация. — Ммм, его зовут Се Лянь, — Хуа Чэн неоднозначно ведет плечами, скрывая взгляд в кружке с ароматным напитком. — И он жених Цзюнь У. А хорошее настроение, потому что с утра он приготовил завтрак. — Что?! — кажется, Цинсюань подавился и пришлось похлопать его по спине. — Ты переспал с женихом Цзюнь У?! — Нет, — Хуа Чэн спокойно прикрывает глаза. — Мы просто смотрели всю ночь фильмы, а после спали в обнимку. А утром — завтрак. — Ты правда не понимаешь, что значит завтрак, после ночи, проведенной вместе? — парень, кажется негодовал, смотря на то, как его собеседник пожимает плечами. — Это гораздо интимнее всего, что могло произойти между вами ночью. Ух, он точно что-то к тебе чувствует. — Все равно, — голос Хуа Чэна едва заметно дрогнул. — Он сказал, что выйдет за этого мудака, потому что обязан ему. Я не думаю, что должен заставлять его отступаться от своих слов, это его выбор и я его уважаю. Не принимаю, но буду поддерживать и останусь рядом, как друг. — Ты так сильно любишь его? — Ши Цинсюань откладывает в сторону столовые приборы и подпирает подбородок рукой. — Думаю, Се Ляню очень повезло встретить тебя. В будущем вы сможете помочь друг другу, я в этом уверен. — Все может быть, — последний глоток кофе получается особенно горьким. — Сюань-сюну не помешало бы поучиться у тебя заботе, а то ты бы видел синяки на моих бедрах после секса, — Цинсюань смеется, снова возвращаясь к прерванному приему пищи. — Чему мне нужно поучиться? — Хэ Сюань появляется за спиной своего парня, оставляя легкий поцелуй на его губах. — Готовить мне завтраки по утрам, — парень расплывается в улыбке, смотря на открывшего холодильник. — Ты же говорил еще про… — Хуа Чэн удивленно моргает, когда его рот закрывает чужая ладошка и сам Цинсюань шикает с легкой улыбкой. — Я даже не буду спрашивать, почему вы так хорошо спелись, — Хэ Сюань достает из холодильника стакан апельсинового сока и делает глоток. Кажется, Ши Цинсюань немного залип на то, как на чужой шее вздрагивает кадык, а на верхней половине обнаженного тела напрягаются мышцы. Хуа Чэн тактично отворачивается, чтобы не мешать этой парочке обмениваться флюидами. — Так зачем ты пришел? — наконец выдыхает друг, тоже присаживаясь за стол. — Мне нужна информация о Цзюнь У. Все, что о нем известно в более узких, нежели социальные сети, кругах.