неидеальное убийство.

      В столице штата ночь никогда не была тихой. Ночные клубы, шумные машины, люди, снующие в разные стороны, не замолкали ни на секунду. Жизнь города с наступлением сумерек не останавливалась, лишь слегка приглушалась за счёт спящих работяг и примерных семьянинов. Однако этой ночью ни непрерывная жизнь города, ни смолкшие дворы и закоулки не имели никакого значения.       Девушка бежала вдоль длинных домов и стройных рядов кирпичных коробок, внутри которых уже не работали рестораны, а в жилых квартирах верхних этажей давно спали люди. Она преодолела ещё один поворот, слыша лишь хруст камешков под ногами и собственное учащённое дыхание. Она чувствовала приближение неминуемого, знала, что ей не сбежать, но отчаянно пыталась это сделать. Бешено стучащее в груди сердце отвлекало её от навязчивых мыслей о скорейшей смерти и заглушало любые другие звуки вокруг. Она не знала, где он и как близко он уже успел подобраться. Она свернула за ещё один угол, оставляя неосвещённую улицу за своей спиной, и уткнулась прямо в кирпичную стену, скрытую за парой мусорных баков. Липкие, холодные мурашки пробежали по её спине, когда она осознала: ей больше некуда было бежать. Она попалась из-за собственной беспечности и невнимательности. — Как ты понял? — она крикнула это вглубь переулка, тщетно вглядываясь в её темень, но так никого и не увидев. Тень мелькнула по зданию слева от девушки, а после уже сам человек вышел на светлый участок улочки. В его опущенной вниз руке девушка отчётливо узнала пистолет. Похоже, это её финишная прямая. После всего, что она прошла, всего, что сумела раздобыть, этот конец не казался ей таким уж безнадёжным. Жаль было лишь того, что она так и не успела всё рассказать. — Это уже неважно, — мужчина подошёл ещё на пару шагов ближе, едва качнув подбородком. Она могла бы броситься на него сейчас, сопротивляться, возможно, ей бы даже удалось оставить ему пару синяков, но это было абсолютно бессмысленно. Ввязавшись во всё это, она разумно оценивала риски, и она знала, что всё может закончиться именно так. — Не думала, что заслужу твоё лично присутствие на казни, — она горько усмехнулась, вскинув взгляд на своего палача. В его подчинении было больше сотни отпетых головорезов, - она меньше всего ожидала, что он сделает это самостоятельно. Похоже, она серьёзно его задела своим поведением. В её распоряжении и без того было слишком много причин для сожалений, и его задетого эго в этом списке точно не было. Мужчина поднял пистолет к её лицу и направил дуло прямиком между глаз. Она смотрела прямо в его холодные глаза, стараясь дышать ровно, не выдавать своего страха: она была готова умереть, но лишь с высоко поднятой головой. Ей было жаль, что всё закончится именно так.

***

      Эндрю просыпается моментально, резко, былые привычки никак не оставят его в покое. Прошло уже тринадцать лет с его последнего визита тюремной камеры, но беспокойный сон по-прежнему не покидает его. — Миньярд — выдыхает хрипло в трубку и вслушивается в приятый голос девушки на том конце провода. - Выезжаю. На завтрак не остаётся ни времени, ни сил, ни желания, поэтому Эндрю быстро принимает утренний душ, одевается и, взяв пистолет и значок из верхнего ящика прикроватной тумбы, спускается вниз. Вчера ночью на парковке почти не осталось мест, и мужчине пришлось парковать машину немного дальше обычного. Машина, в общем-то, крайне не полицейская, о чём ему не забывают напоминать напарники как можно чаще, однако его вполне устраивает. По пути на место преступления Миньярд успевает захватить себе спасительный утренний кофе в большом стакане, приторный и крепкий, чтобы взбодриться.       Подъехать к нужному адресу оказывается невозможным, поэтому Эндрю паркует мазерати на углу одного из домов и до конца улицы добирается пешком. Привычный шум работающих криминалистов и полицейских достигает его ещё до последнего поворота. Сегодня возле ограждающей ленты стоит новенькая, Миньярд видит её впервые и лишь немного кивает, проходя под лентой, когда патрульный её приподнимает. Они обмениваются короткими взглядами, Эндрю не нужно представляться, значок на шее и без его слов даёт понять, кто он такой. — Выглядишь паршиво, опять работал допоздна? — Кевин появляется слева от него, смотрит ничуть не обеспокоено сверху вниз, держа в руках блокнот. Эндрю коротко кивает, и они направляются к самому концу переулка, где уже вовсю работают криминалисты. — И он всё равно выглядит лучше неё, — спокойно замечает Рене, услышав их короткий диалог, а потом приветственно кивает Эндрю. — Что у нас здесь? — Миньярд отдаёт пустой стакан из-под кофе Кевину и приседает возле трупа, внимательно оглядывая его. — Нора Долсон, двадцать два года, аспирантка в Колумбийском, — Дэй старается не выглядеть сильно раздражённым, но всё-таки немного сильнее сжимает кулак, отчего стаканчик в его руке мнётся. Он ненавидит, когда Эндрю себя так ведёт, но никогда не говорит этого вслух, потому что за годы работы с Миньярдом выучил, как мантру: это бессмысленно. — Смерть наступила между часом и двумя часами ночи. Причину, думаю, озвучивать не надо, — она многозначительно смотрит на мужчину, который не отрывает взгляда от бездыханного тела перед ним, — девять миллиметров. — Выстрел в лицо, — Миньярд поднимается на ноги и складывает пальцы пистолетом, тут же направляя их на Кевина, — это обычно личное, — он делает «выстрел» и осматривается по сторонам. На нём, как всегда, чёрные кожаные перчатки, плотно обтягивающие его длинные пальцы и запястья. Он всегда в них, и чаще всего это вызывает много вопросов у людей, не знающих его достаточно близко. Кевин переглядывается с Рене, и та лишь пожимает плечами. — Кто нашёл тело? — Работник ресторана, — Элисон подходит к напарникам и слегка усмехается, увидев недовольное лицо Эндрю. — Они по утрам проверяют мусорные баки, — заметив вопросительный взгляд девушки-патологоанатома, Рейнольдс поясняет: — У них по ночам крысы стали ронять баки, вот они и проверяют теперь каждый день. — Понятно. Криминалисты, естественно, ничего не нашли? И в радиусе пяти кварталов, конечно, пистолета тоже не будет. Камер в радиусе двух кварталов не имеется. У нас ничего нет. Найдёшь что-нибудь в морге — напишешь, вы тут заканчивайте и поезжайте в участок. Родственников уже оповестили? — Эндрю выглядит ещё более сдержанным, чем обычно. И даже немного обеспокоенным, если верить его плотно сжатым губам. У них давно не было чего-то стоящего, чего-то такого, где нет ни свидетелей, ни следов. — Родители живут в Новом Орлеане, я позвоню им из участка, — Элисон слегка хмурит брови, а потом всё же спрашивает: — Почему ты думаешь, что мы не найдём пистолет? Патрульные уже осматривают мусорные баки в ближайших кварталах, — Кевин рядом издаёт тяжёлый, приглушённый вздох. — Работал явно не новичок, гильзы нет. Значит её кто-то забрал. Кто? Правильно, — он слегка раздражённо проводит рукой по волосам, а потом разворачивается на пятках, — увидимся в участке. Я навещу её научного руководителя. Эндрю, он не побоится этого слова, нравятся его напарники. Ему приходится использовать это официальное слово, потому что так положено, но вообще-то напарниками из них троих скорее являются Элисон и Кевин. Эндрю больше подходит на роль негласного главы, который по большей части работает в одиночку, но не гнушается помощью детективов. Капитан Ваймак бы ему голову оторвал, если бы Миньярд работал один. Так вот, ему нравятся его напарники, пусть иногда они и ведут себя очень непрофессионально. Он знает, что всегда может положиться на них, а они — на него. Эндрю уже давно не тот безумный мальчик-подросток, которого едва выпустили из тюрьмы. Он перестал бежать от отношений с людьми, более свободно научился налаживать контакты. Да, иногда у него всё ещё остаются проблемы с общением, но весь участок его понимает и принимает. А он делает это в ответ. У Кевина посттравматическое стрессовое расстройство, и он топит свои воспоминания в водке. После военной службы такое у многих бывает. Сложно продолжать спокойно жить, когда ты несколько лет работал в Бога, сидя по ту сторону винтовки и видя своих жертв сквозь стекло прицела. У Элисон тоже своих тараканов навалом. Девушке уже тридцать, а она, кажется, до сих пор не отпустила свою внутреннюю девочку-подростка, которая мечтает быть принцессой. Надо отдать ей должное, сложно быть похожей на принцессу, когда у тебя на поясе глок, а в рукопашном бою ты способна дать фору многим мужчинам. Но она с этим справляется. Как и с многим другим после отдела нравов и смерти бывшего напарника. ***       Элисон с Кевином возвращаются в участок ближе к десяти часам, когда на месте преступления уже почти никого не остаётся. Общение со свидетелями и родственниками всегда было занятием Рейнольдс, поэтому Дэй почти сразу отправляется к капитану, чтобы доложить о новом деле, а после заняться просмотром счетов и телефонных звонков, чтобы к возвращению Эндрю составить хронологию последних часов жизни Норы. - Берегите себя, мистер Долсон, - сразу после возвращения Элисон первым делом позвонила родителям Норы в Новый Орлеан. Оказалось, что они были не слишком близки, общались раз в пару недель, практически ничего не знали о жизни собственной дочери, но дали адрес квартиры, которую Нора снимала совместно с подругой. — Как они? — Кевин, минуту назад разговаривавший с кем-то по телефону, подходит к её столу, стараясь не выдать своей обеспокоенности. Он прекрасно знает, как тяжело Рейнольдс даются эти беседы, но не мешает честно нести её крест и выполнять её "миссию". — Подавлены, как и должна быть, — она рассказывает всё, что узнала, и понемногу начинает приходить в норму, — Но они практически ничего о ней не знают. Но дали мне адрес, Нора снимала квартиру в центре узнал что-нибудь? — Элисон ловит обеспокоенный взгляд Кевина и чуть пихает его в бок, давая понять, что с ней всё в порядке. — Просмотрел её историю звонков. За пару часов до смерти она звонила Жану Моро, — Дэй показывает напарнице фотографию, на которой изображён симпатичный брюнет с неприятным шрамом на скуле, и прикрепляет её на доску с уликами, — член банды Воронов, неоднократно привлекался, но ни разу не был осуждён из-за недостатка доказательств, — мужчина многозначительно смотрит на подругу. — Что примерной студентке нужно было от члена преступной банды? — Элисон внимательно всматривается в лицо Жана. Пока она служила в полиции нравов, ей неоднократно приходилось иметь дело с Воронами, но так ни разу и не удалось к ним приблизиться. Они были хороши и неуловимы. — Скоро Эндрю узнает это, он уже к нему едет. А нам, кажется, куда-то было нужно? — он многозначительно смотрит на напарницу, и та чуть трясёт головой, тут же поправляя волосы. — Да, нам нужно осмотреть комнату Норы. Напиши Эндрю, что мы будем там, я пока схожу за Деборой, — Элисон старается улыбнуться, но вновь качает головой, говоря, мол, «я в порядке», а потом уходит, бросив последний взгляд на фотографию Жана.

***

— Понял, сейчас поеду, — Эндрю кладёт трубку и возвращается к профессору, — так значит, Вы не заметили ничего странного в поведении мисс Долсон? — Миниярд открывает свой блокнот и нетерпеливо стучит кончиком ручки. — Она никогда не опаздывала, но последние пару недель стала уходить раньше и выглядела обеспокоенной. Мы стараемся не лезть в личную жизнь коллег, так что я об этом ничего не знаю, — мужчина пожимает плечами, а потом смотрит куда-то за спину Эндрю, — простите, детектив, боюсь, это всё, что я могу сказать, — профессор кивает, они прощаются и расходятся.       Кевин присылает адрес Жана Моро, поэтому Миниярд сразу же садится за руль, отправляясь почти на другой конец города. Через несколько минут от Дэя приходит новое сообщение, в котором он говорит, что они поехали в квартиру жертвы. Эндрю печатает в ответ, чтобы они нашли что-нибудь стоящее, и сильнее вжимает педаль газа.       Он подъезжает к пятиэтажке спустя тридцать минут. Утро было в самом разгаре, поэтому на улицу постепенно начали вываливаться толпы спешащих на работу людей, из-за чего движение стало невыносимо медленным. Несмотря на это, Эндрю добрался ещё довольно быстро. Этот район находится в юрисдикции другого участка, но, так как Жан может быть их свидетелем (или убийцей), Миниярд имеет все права.       Квартира шестьдесят восемь находится на четвёртом этаже, и Эндрю уже немного ненавидит это. У него с физической подготовкой всё прекрасно, особенно это важно, если большую часть жизни его никто не воспринимал всерьёз. Сложно быть грозным полицейским, когда ты ростом чуть больше пяти футов. Приходится брать физической силой и харизмой. Миниярд быстро преодолевает одну ступеньку за другой и оказывается прямо перед квартирой. Дверной звонок не работает, поэтому приходится стучать. — Полиция, откройте! — внутри тихо, никто не реагирует. Но Эндрю знает, что Жан там, потому что его машина припаркована снизу, — Жан Моро, это полиция. Я знаю, что Вы там! — Миниярд делает шаг назад и достаёт пистолет. Оглядевшись по сторонам, он совсем тихо «кричит» о помощи, а потом дёргает дверную ручку. Дверь легко поддаётся и открывается. Тот факт, что дверь оказывается не заперта, немного выбивает из колеи, однако Эндрю это даже не трогает. Он осторожно проходит внутрь, оборонительно держа пистолет наготове перед собой. Квартира небольшая, двухкомнатная. В гостиной на столике коробки от китайской лапши, ничего необычного. Простая квартира холостяка. У Эндрю примерно такая же. В ванной чисто, все окна в квартире закрыты, и шторы плотно задёрнуты. Миниярд знает, что что-то не так. Он аккуратно ступает в сторону второй комнаты, дверь которой плотно закрыта. Он на секунду останавливается возле неё, а потом резко открывает. На кровати у противоположной стены лежит мужчина. В его голове зияет дыра от выстрела. Эндрю громко ругается, опуская пистолет. — Эндрю Миниярд, номер значка 10613, убийство, — он называет адрес, и диспетчер оповещает, что скоро прибудут специалисты. Детектив кладёт трубку, снова громко ругается и начинает более внимательно изучать место преступления. Через сорок минут приезжают криминалисты во главе с Аароном, а ещё через двадцать появляются Кевин и Элисон. — Аарон? — Эндрю подходит к брату и выглядит немного удивлённым, — сегодня же смена Рэне, почему ты тут? — он делает особый упор на «ты» и хмурится ещё сильнее, чем прежде. Ему всегда было немного сложно видеться с Аароном, а уж работать вместе — тем более. Он пришёл на работу всего полгода назад, когда вернулся из Нью-Йорка, где закончил медицинский и не смог ужиться. Такой большой город был не для Миниярдов, — Эндрю ему сразу об этом сказал, но всё же отпустил. — У неё там с первой жертвой какие-то трудности, вызвала меня, — Аарон и сам явно не рад здесь находиться. Ничего удивительного, на самом деле, ведь это его выходной. Но по его лицу Эндрю понимает, что он воодушевлён своей работой, и лишний раз жаловаться точно не станет. — Аарон, привет, — мужчина лишь слегка кивает в ответ Элисон, а потом продолжает осмотр тела, — мы нашли у неё дома кое-что, покажем в участке. Кевин пошёл опрашивать соседей. Помощь тут нужна? — девушка кивает в сторону патологоанатома, и Эндрю отрицательно качает головой. — Помоги Кевину, я тут разберусь, — Элисон невозмутимо кивает и уходит, оставляя братьев, если можно так сказать, наедине, — ну, что скажешь? — Миниярд подходит немного ближе к кровати и внимательно смотрит на брата. — Умер он примерно между двенадцатью и часом ночи. Причина смерти на лицо, точнее, на лице, девять миллиметров, — он аккуратно касается плеча брата и отодвигает того в сторону, — больше сказать нечего, иди отсюда, затопчешь всё вокруг, — Аарон бросает недовольный взгляд на брата и отходит к криминалистам. — Он умер приблизительно за час до Долсон, всё то же самое. У вас есть что-нибудь? — Эндрю выходит в коридор и подходит к напарникам, которые что-то тихо обсуждают. — Один из соседей видел вчера здесь какого-то мужчину. Я уже вызвал художника, через пару часов у нас будет его портрет, — Кевин сдержанно улыбается и кивает головой на квартиру, — здесь вряд ли что-то ещё будет. Я дождусь художника, а вы езжайте в участок, Элисон тебе всё расскажет по пути, — Кевин отходит от них в противоположном направлении и скрывается за дверью. Элисон первая направляется вниз, а Эндрю не сопротивляется, направляясь следом. Он на секунду останавливается возле лестницы, чтобы ещё раз глянуть на ограждающую ленту и работающих криминалистов. — У нас много работы, детектив, не отставайте, — подгоняет его девушка, направляясь к машине Дэя, чтобы забрать толстую папку с заднего сиденья форда. Миниярд ждёт в мазерати.