Meant for glory

— Cass, trust me, becoming the villain isn't the answer! — Is that what you think I am?

      — Вот видишь, Кассандра? Даже сейчас Рапунцель отбирает у тебя твою силу, — шептала ей на ухо призрачная девочка, пока красные скалы исчезали. — Так будет всегда, пока ты не уничтожишь ее. Она отбирает твою судьбу.       Да. С самого рождения Кассандра была в тени — все остальные, ослепленные золотом волос Рапунцель, не замечали ту, что была рядом. Не замечали ни усилий, ни работы. Отец говорил, что всего можно достичь трудолюбием и упорством — тот самый отец, который раз за разом отказывал ей, а других брал в гвардию после жалкого испытания.       Кассандра опустилась на одно колено и дрожащей рукой в последний раз коснулась пика красной скалы. Она чувствовала всех, кто был захвачен страхом сейчас, каждого жителя Короны, всех, кого она когда-то любила и защищала, всех, кто видел в ней не более чем тень Рапунцель… только лишь служанку, обреченную вечно быть на вторых ролях.       Бестолковый Юджин, самовлюбленный болван, ослепленный светом Рапунцель. Бесполезный Лэнс, который думал только о еде и Адире. Все те разбойники, которым незнамо зачем доверилась Рапунцель. Глупые девчонки-воришки, едва ли исправившиеся. И… Вэриан. Проигравший. Он попытался пойти против Рапунцель и не справился с собой.       Но Кассандра не из их числа. Нет, теперь Кассандра знала, что в мире найдется место лишь одной судьбе, и это будет ее судьба. Если мир не отдает ее добром, Кассандра заберет ее сама, проложит свой выстланный черными камнями путь, и все враги пожалеют о том, что посмели ее недооценивать.       Убивать и уничтожать? Нет. Слишком грубо. Кассандра покажет всем, на что способна. Они будут ее уважать — и наконец признают ее силу, ее способности, которые до того смели отвергать. Слишком долго Кассандра ждала, пока ей дадут шанс.       Настало время взять его самой.       Но возможно ли это, пока еще дышит Рапунцель? Возможно ли это, пока ради одной ее улыбки все склоняются перед ней, пока ее врожденное везение приносит ей победу за победой? Возможно ли это — или Кассандра снова окажется среди тех, кого с легкой руки Рапунцель уничтожили и забыли?       Как Готель.       Кассандра стиснула зубы. Ни за что этого не случится.       И все-таки. Последние месяцы Кассандра просто шла вперед, в Корону — не зная, что именно сделает, когда заполучит свиток. Призрачная девочка говорила, что нужно убить Рапунцель. Кассандра… сомневалась.       До сегодняшнего дня эта мысль даже пугала. И как относиться к ней, Кассандра не знала до сих пор. Гнев полыхнул в груди, когда вспомнилось, что Рапунцель украла часть силы у лунного опала — эту силу точно нужно вернуть.       Кассандра воскрешала в памяти один эпизод за другим — каждый момент, когда Рапунцель унижала ее, отбрасывала в сторону, выбирала случайных незнакомцев и слушала их, раскрыв рот. Воскрешала — и чувствовала, как снова начинает злиться, как снова начинает жечь лунный опал, и привычная огненная боль от него пронзает тело.       Этого было мало. Мало, чтобы заставить Кассандру переступить через себя и отнять человеческую жизнь. Виновные будут наказаны. Будут страдать. Расплатятся за свои ошибки, увидят истинную суть Кассандры и склонятся перед ее судьбой.       Но девочка говорила, что Рапунцель должна умереть.       Кассандра искоса взглянула на призрачное голубоватое лицо. Кривая, широкая улыбка совершенно не сочеталась с детскими чертами, а в глазах можно было найти что угодно — от сочувствия до злобы, и именно это никогда не позволяло Кассандре расслабиться в ее присутствии. Что-то… что-то в ней казалось странным.       Раньше Кассандра никогда не задумывалась, что это за существо вообще — ее слишком занимали собственные метания и сомнения. Она принимала помощь как должное. Теперь же…       Прежде чем принять решение, нужно выяснить все.       — Почему ты так сильно хочешь, чтобы я уничтожила Рапунцель? — осторожно спросила Кассандра, опустившись на землю и прислонившись к дереву. Она добьется ответов. — Почему ты ненавидишь ее так же сильно, как и я?       — Я знаю, что это такое, когда самый близкий человек отворачивается от тебя раз за разом, когда он тебя бросает и игнорирует, — девочка приблизилась, и на ее лице отразилась боль. Притворство? Или правда? — День, когда она выступила бы против тебя, наступил бы. Ты лишь сделала ход первой.       — О чем ты… — Кассандра помедлила, вглядываясь в черты девочки, пытаясь понять, лжет ли она. — Тебя… предали?       — Да. Мой учитель и мой самый близкий друг, — в ее голосе зазвенела печаль. — Наши мнения часто расходились. Он всегда ставил свое выше и однажды решил, что от меня нужно избавиться.       — Но кто ты? Откуда тебе столько известно о магии и силах лунного камня?       — Я… — девочка помолчала недолго, испытующе глядя на Кассандру, и все-таки продолжила: — …мое имя Зан Тири.       — З-Зан Тири?! — Кассандра вскочила и ощутила, как страх вперемешку с непониманием прошил ее тело как молния. — Та, которая наслала проклятие на Корону? Та, которую пытались освободить злые духи?! Что ты…       — Забавно. Вот, значит, как этот случай вошел в историю… — она хихикнула. — Но я здесь не ради себя, Кассандра. Я лишь хочу, чтобы одной обманутой душой в этом мире стало меньше. Когда-то я не нанесла первый удар — и ты видишь, что со мной стало. Теперь мне нужно помочь тебе избежать этого конца. Исполнить твою истинную судьбу.       Кассандра замерла, тяжело дыша. Во всем, что говорила Зан Тири, не было никакого смысла. То, что она рассказывала, совершенно не вязалось с тем, что уже было известно: с историей о древнем демоне, о войне с Деманитусом, обо всем… Значит, она лжет. Лжет, пытаясь добиться доверия. Существо, воплощающее чистое, абсолютное зло, не может иначе. И нужно…       Вспомнились вдруг все те случаи, когда Зан Тири пыталась освободиться. Когда ее ученица промывала мозги жителям Короны и заставляла их рисовать, наполняя силой дерево, способное открыть портал. Когда хозяин Дома Вчерашнего Завтра раз за разом пытался использовать Кассандру и остальных с той же целью. И, видно, именно поэтому теперь дух Зан Тири свободен.       Все еще не шевелясь, Кассандра впилась взглядом в призрачную девочку — образ, который колдунья выбрала, чтобы втереться в доверие. На ее лице ни намека на обман. Только искреннее сочувствие, застарелая боль, желание предотвратить, помочь… Но за этим точно кроется подвох, теперь, узнав, кто назвал себя «другом», Кассандра могла поклясться, что здесь все гораздо сложнее, чем казалось.       Нет. Стало ясно: Зан Тири ни перед чем не остановится в своих попытках уничтожить Корону и весь мир. И, видно, поэтому она жаждала смерти Рапунцель. Надеялась сделать Кассандру оружием в своих руках. Не вышло.       А значит… значит… вот он, шанс Кассандры себя проявить — шанс, о котором она мечтала. Если она остановит Зан Тири, то уже никто и никогда не посмеет недооценивать ее: в том мире, который будет существовать усилиями Кассандры. В мире, где все будут ей благодарны.       Но сейчас она еще не готова противостоять Зан Тири. Для этого нужен план. И если вспомнить легенды, то эта колдунья владеет такой магической силой, какая и не снилась никому из ныне живущих. Значит, нужно будет продумать все, составить план, идеальный до последней детали. Вызнать все, что задумала Зан Тири, и обернуть это против нее.       Притвориться, будто все по-прежнему. Ведь в эту игру могут играть двое, так?       — Что ж, кажется, нам нужно уничтожить кое-какую принцессу, — Кэсс усмехнулась и, сжав кулаки, повернулась в сторону Короны.       Зан Тири улыбнулась неестественно широко, посмотрев туда же.       — Да. Она заплатит за все.