Одна на двоих

Следующий вечер Гермиона провела вместе с Эрни. Они сидели в библиотеке. Девушка притворялась, что читает, а парень внимательно за ней наблюдал. У гриффиндорки был очень мучительный день. Мысли о Драко мешали ей сосредоточиться на уроках. На глазах то и дело выступали слёзы, а когда кто-то это замечал, ей приходилось придумывать отговорки. — Герми, что с тобой? Ты сегодня такая грустная… — сказал наконец Эрни. — А? Нет, я в порядке. Просто столько домашнего задания… — Нет, я же вижу, что дело не в этом. Говори, я пойму, — Юноша пристально посмотрел ей в глаза. Его слова подтолкнули Гермиону сказать то, что мучило ее всю предыдущую ночь и этот день. — Эрни, мы не можем быть вместе. Она увидела смятение в его глазах. Он спросил в чём дело. — Дело не в тебе, ты отличный парень и нравишься мне, но… Я люблю другого. Прости, я должна была сразу тебе всё сказать, но у нас с ним не ладится, я думала, что забуду его. Прости, если сможешь. Да, сказала. Она это сказала. Эрни всё понял. На прощание он поцеловал Гермиону в щеку и сказал, что она всегда может к нему обратиться. Как же ей повезло с этим парнем. В сердце девушки не было боли. Только радость за то, что она теперь свободна для Драко. С мыслями об этом она спешила в их гостиную. Войдя в комнату, она увидела Драко на диване, но он был не один, рядом сидела та самая блондинка. Гермиона затаилась в углу, чтобы её не заметили. — Драко, я так рада, что мы снова вместе, — промурлыкала блондинка, гладя его по волосам. — Да, милая, я тоже, — голос блондина был холодным и жестоким. Как впрочем и всегда, за исключением вчерашнего вечера, когда он признавался в любви гриффиндорке. — А зубрилка не вернется? — поинтересовалась блондинка. — Нет, она торчит в библиотеке со своим кавалером, — ответил Драко. На слове «кавалер» его голос немного надорвался от, с трудом скрываемой, ярости. — Кавалером? — прыснула блондинка, — Не может быть… — Как видишь, может, — ответил ей юноша. — А кто он? И давно они вместе? — не переставала она расспрашивать. — Не хочу об этом говорить! — взорвался слизеринец, и блондинка сразу же умолкла. — Все, дорогая, тебе пора идти, — настоятельно попросил Драко. — Но еще так рано, я думала... — сказала девушка. — Иди, — Это прозвучало словно приказ. Блондинка чмокнула Драко в щёку и ушла. — Выходи, Грейнджер, — из потрясения Гермиону вывел голос слизеринца. — Как ты узнал, что я здесь? — тут же спросила она. — Не знаю… Гермиона не поверила, но спрашивать больше не стала. Она присела на краешек дивана, рядом со слизеринцем. — Я только хотела сказать, что рассталась с Эрни, но вижу, ты уже успокоился. Так что, я пойду, — с этими словами Гермиона встала и направилась к лестнице. — Грейнджер! — Да? — Гермиона обернулась. — Ты бросила Эрни ради меня? — поинтересовался Драко. Он пристально вглядывался в лицо гриффиндорки, будто сможет прочитать ответ там. Она немного помолчала. Но всё же решила сказать правду: — Да, — ответ был холодным и четким. Этому она, скорее всего, научилась у Драко. — Если я брошу Сьюзен, то все будет по-честному, — предположил Драко. Он подошел ближе. — Нет, не будет. Ты меня бросил, и я начала встречаться с другим. А потом ты захотел вернуть меня обратно, но не стал дожидаться, легко нашел замену. И, скорее всего, ты это сделал на зло мне. А я думала, ты ждёшь меня. Так что, все кончено, Драко, — Гермиона проговорила это без малейшей нотки обиды в голосе, хотя в душе ей было невыносимо больно. Она хотела быть с ним, но всё-же, снова не была уверена в его искренности. — Ты сама всё поняла! Я сделал это на зло! Но это не значит, что я не люблю тебя! — Но ты не стал добиваться меня! В то время как я ради тебя бросила Эрни, — криком на крик ответила девушка, — я не хочу снова быть использованной, — с этими слова Гермиона поднялась дальше по лестнице. — Ты будешь страдать! И я тоже! — кричал ей вслед Малфой. Гермиона ничего не ответила, только хлопнула дверью. Уже в комнате она могла бы дать волю слезам, но, к её удивлению, их не было. Она чувствовала только грусть и смятение. Девушка первым делом открыла дневник и сделала новую запись: «Я отказалась от него уже в третий раз. А всё из-за того, что как только он узнал про Эрни, так сразу же побежал к своей блондинке. А с Эрни мы расстались практически только что. Я бросила его ради Драко. Но теперь я уже не хочу быть с Малфоем, и снова страдать из-за него тоже не хочу. Боюсь, что он снова поиграет и бросит». Она закрыла дневник и ещё долго сидела у окна. Гермиона Грейнджер проклинала тот день, когда Драко Малфой начал проявлять к ней знаки внимания. Что же ей теперь делать? Она влюбилась в него. И кажется, это навсегда. А он, кажется, влюбился в нее. Всё прямо как в сказке. Но, ни Гермиона, ни Драко не верили в сказки, а жаль… Драко лежал в своей постели. Ему было ужасно жарко, он не мог уснуть. Юноша со злостью скинул одеяло на пол, перевернулся на бок и снова закрыл глаза. «Надо выбросить эту чёртову грязнокровку из головы! Зачем она мне вообще нужна?!» На следующие утро директор объявил, что будет бал-маскарад, чтобы поднять ученикам расположение духа. Все были рады этому, кроме Гермионы. Во первых, она была в ужасном настроении, во-вторых, не хотела ни с кем туда идти, и в-третьих, у неё не было костюма. Но, если о первых двух проблемах можно было забыть, то вот с третьей надо было что-то решать. Вся на нервах, злая, гриффиндорка вернулась к себе в спальню. Ну надо же, директор решил устроить сюрприз и сказал про бал в последний день. Где же ей теперь взять костюм? А пойти она обязана, ведь она староста. Девушка вошла в комнату. На кровати она заметила коробку, а рядом с ней сидела школьная сова. Гермиона взяла коробку в руки, та была очень была легкой. У совы к лапке был привязан маленький листочек бумаги. Девушка отвязала листок и прочитала: «Надень это на бал. Очень красивое и поможет спрятаться от ненужных глаз». Гриффиндорка, прибывая в шоке, открыла коробку. Девушка достала оттуда пышное, с корсетом, платье золотистого цвета. В коробке под ним лежала такого же цвета вуаль. Платье переливалось в руках. Гермиона написала на листочке: «Кто бы ты ни был, спасибо…» Она примерила платье: за вуалью её было совсем не узнать. Девушка с облегчением поняла, что теперь может спокойно идти на бал. Её можно было узнать только из-за густых каштановых волос. Но кто обратит на это внимание? И главное, кто прислал это платье? Оно наверное стоит кучу денег. Это мог позволить себе только… Драко Малфой. Гермиона была так восхищена платьем, что не подумала о том, кто его прислал сразу. От Драко она не хотела принимать такой подарок, но письмо уже отправлено и, скорее всего, оно уже в руках получателя. Теперь придется идти в этом платье, что ни капли не расстроило девушку, так как оно ей очень понравилось, невзирая на то, что, как она думала, оно было прислано Малфоем. Весь день у Гермионы было хорошее настроение и только к вечеру ее радость от подарка испарилась, так как в гостиной, куда направлялась Гермиона, сидел Драко. Причем он был не один: с ним сидели слизеринцы, человек пять-шесть. Все они что-то бурно обсуждали, но, увидев гриффиндорку, резко замолчали. Некоторые из них посмотрели на неё презрительно, другие же совсем не обратили внимания. Взгляд же Драко был хищным. Он сказал: — Что ты здесь забыла, тупая грязнокровка? Гермиона опешила. Как он смеет говорить ей такое, после того, что было между ними. — Ничего. Это общая гостиная, слизняк, — ответила она. Отлично, удар ниже пояса. Драко сузил свои серебристые глаза, но ничего не ответил. Гермиона вышла из гостиной и направилась в библиотеку. Её очень разозлило поведение слизеринца. Теперь девушка была уверена, что он был с ней неискренен и вообще не способен меняться. В библиотеке гриффиндорка разместилась за последним столиком у окна. Небо уже было тёмное, приближалась ночь. Гермиона просидела там около двух часов, писала реферат. Когда она закончила, то не знала куда идти, так как в гостиную возвращаться ей не хотелось, вдруг там ещё был этот Малфой со своими друзьями. Но библиотекарь, мадам Пинс, выгнала Гермиону, аргументировав тем, что уже поздно и библиотека закрывается. Тогда гриффиндорка собрала вещи и пошла обратно. Ей повезло, в гостиной никого не было. Гермиона с облегчением вздохнула и решила принять душ. Завернувшись в полотенце, она направилась в ванную. Проходя мимо двери в комнату Малфоя, девушка остановилась и прислушалась: было тихо. Это может значить одно из двух, либо он уже спит, либо его и вовсе там нет. Через несколько минут девушка уже расслаблялась под струями горячей воды. Она думала про завтрашний бал, когда из раздумий её вывел стук в дверь и голос слизеринца: — Грейнджер, вылезай оттуда. Тебе не одной нужен душ! — Подождешь, Малфой! Ты один пришел или друзей не забыл? — съязвила Гермиона. — Заткнись грязнокровка! Я имею право приводить к себе друзей, — ответил Малфой. Но голос у него был не грубый, а наоборот, какой-то уставший и примирительный. — Не смей меня так обзывать! — с этим криком Гермиона вылетела из-за двери, замотанная в полотенце, и врезала Малфою пощёчину. Он схватил её и прижал к себе. Гермиона начала вырываться, рычать, пыталась ударить его, но ничего не получалось. Драко подождал пока она остынет, а потом немного ослабил захват. Гермиона уже не вырывалась, она склонила голову ему на плечо, чтобы перевести дух. Драко поглаживал её ладонью по взъерошенным волосам. Гриффиндорка тяжело дышала, она слушала как бьется сердце слизеринца. Вопреки всему, она не хотела чтобы он её отпускал. — Больше никогда меня не отпускай, — прошептала Гермиона, зажмурив глаза. Драко удивился от такого заявления, но понял, что их война закончилась, и прошептал в ответ: — Не отпущу. Этот момент был наполнен нежностью и любовью. Драко наклонил голову, чтобы поцеловать девушку. Она жадно ответила на поцелуй и обвила его шею руками. Тогда слизеринец осторожно приподнял её на руках и отнес в свою спальню. Там они легли на кровать. Малфой стянул с девушки полотенце, а она, к его удивлению, стянула с него рубашку. Он снова навис над ней, она же притянула его ближе к себе и страстно поцеловала. Он отвечал, опустившись на неё, потом перешел к её восхитительной груди, лаская её, отчего Гермиона постанывала от удовольствия. Наконец, после многочисленных ласк, Драко не выдержал. Он стянул свои брюки, легонько раздвинул ноги Гермионе и глубоко вошел в неё. Из губ девушки сорвался громкий стон. Драко остановился на секунду, поцеловал её ещё раз и начал движения. — Как же я соскучился по тебе, — прошептал он. Гермиона лишь слабо улыбнулась. Она двинулась ему на встречу. Драко задвигался ещё быстрее. Как же ему это нравится. Они просто тонули в нежности и страсти. — Драко… — шептала Гермиона имя слизеринца, сквозь стоны наслаждения. Девушка крепко вцепилась ногтями в спину юноши. Он хрипло дышал и тихонько стонал от удовольствия. Вскоре, юноша обессилено прилег рядом. Гермиона придвинулась ближе и положила голову ему на грудь. — Я тебя люблю, — эти слова были для него чем-то новым, первым и таким удивительным. С ней было так уютно, так спокойно, вроде бы она была неотъемлемой частью его самого. Гермиона чувствовала тоже самое. Будто вернулось что-то родное и близкое. — А что ты теперь будешь делать со Сьюзен? — как бы между прочим поинтересовалась Гермиона. Драко услышал в её голосе ревность и ему стало приятно от этого. — Буду встречаться с ней дальше, ведь я не могу её обидеть… — протянул он. Гермиона приподняла голову и посмотрела на него с видом разъяренной кошки. — Шутка. Она улыбнулась и опять прилегла на него. Драко поглаживал её по волосам, они пахли чем-то особенно приятным, но неизвестным ему. — С кем идёшь на бал? — поинтересовалась Гермиона. — Обещал Сьюзи, — с неохотой ответил Драко. — А ты? — Одна. Но я замаскируюсь, не хочу лишнего внимания. Кстати, спасибо за платье. — Какое платье? — не понял Драко. — Ну то, что ты прислал мне сегодня утром, — улыбнувшись, ответила гриффиндорка. — Я не присылал тебе ничего, — Драко был не менее растерян, чем Гермиона, когда она это услышала. — А кто же тогда? — Не знаю. Ну кто мог прислать тебе платье? Драко, ревнуя ее к дарителю, пытался убедить ее не надевать платье, но Гермиона настояла на своём. Это платье действительно было великолепным. — Я не хочу видеть эту глупую куклу, — вдруг сказал Драко. — Ты о ком? — гриффиндорка не сразу поняла о ком он. Драко вздохнул. — О Сьюзен. Мне пришлось терпеть её несколько дней, чтобы насолить тебе, — с этими словами Драко улыбнулся. Гермионе сначала тоже тяжело было скрыть улыбку, но потом она нахмурилась. — Ты с ней был? Во время нашей разлуки… — тихо спросила Гермиона. — Ну конечно был, ты же сама нас видела! — Драко явно не понял вопрос. Гермиона зажмурилась. — Я имела в виду, ты спал с ней? Или с кем-то еще? — девушка покраснела. Она чувствовала себя неловко. Драко нахмурился и молчал. Она ревновала его? Он действительно ни с кем не спал после неё. Как это ни странно, но его аж тошнило от всех других девушек. —Нет, — тихо ответил слизеринец. Ему показалось, что Гермиона не поверила, и он решил сделать свой ответ убедительней: — Я не хочу больше никого кроме тебя. Да, Гермиона не поверила. Она задумалась. Неужели это могло быть правдой? Знаменитый кобель Драко Малфой не трахал никого почти две недели? Но правды она все равно не узнает, так что оставалось поверить ему на слово. И к тому же, Гермиона до сих пор сомневалась на его счет. Вдруг он решил во второй раз обмануть заучку Грейнджер. Драко вполне мог просто издеваться над ней. Вдруг сейчас вся гостиная Слизерин умирает со смеху? Но пока что, она решила надеяться на лучшее. — Давай после официальной части бала я скажу Сьюзен, что мы не вместе с ней уже, а с тобой встретимся в саду, — предложил Драко. — Хорошо, только скажи это как-нибудь по-деликатней. — Неужели тебе жалко слизеринку? — ухмыльнулся Драко. — Каждый человек чувствует боль от потери… — Гермиону разозлили слова юноши. — Ладно, ладно, — быстренько исправился Драко и поцеловал девушку в лоб, — а теперь спать… Гермиона улыбнулась и, устроившись поудобней, уснула. Драко, вскоре, тоже провалился в сон, перед этим подумав, как хорошо с ней рядом.