Какая у тебя мечта?

      Субботнее утро, мне снился сказочный сон, который я, конечно, не запомнила. Смотрю на часы на прикроватной тумбочке, семь утра. Проснулась, как обычно, на левой стороне большой кровати, справа от меня ещё спокойно спит Кирилл. Мне нравится просыпаться раньше него, смотреть на спящую мордашку, легко касаться волос, ловить улыбку, наверное, мне это не надоест никогда.       Сажусь, сразу надевая на ножки теплые носки. Тихо иду по холодному паркету нашей квартиры. На кухне привычно завариваю кофе в турке. Варю на двоих, добавляю в чашки сливки. Разбиваю на сковородку три яйца, предварительно налив немного подсолнечного масла, нарезаю ветчину, помидоры, высыпаю, солю. Сама есть не буду, но Кирилла покормить надо. Приятный запах яичницы в перемешку с ароматным кофе наполняют комнаты, будя Кирилла.       Вместе позавтракав, он отправляется на работу, а я ложусь обратно в уютную кровать под теплое одеяло. Но вновь погрузится в этот прекрасный мир снов не получается. У меня нет миллиона мыслей по поводу возможной болезни, Марины или чего-либо ещё, просто момент уже упущен.       Мне не нужно особо собираться для того чтобы выйти на улицу, пойти в больницу, в последнее время мне стало все равно на то как я выгляжу. Я нравлюсь себе любой. Я нравлюсь Кириллу любой. Если раньше красилась для уверенности, чтобы выглядеть более красивой, чем я есть, думала, что же кто подумает, если я не накрашу брови или не замажу тоналкой прыщ, сейчас понимаю, что всем на это абсолютно плевать. Нанесла увлажняющий крем, гигиеническую помаду на губы, собрала волосы в хвост, надела любимую оверсайз толстовку и джинсы. Я готова.       На улице накрапывает мелкий дождик. Иногда он очень раздражает, присутствуют переживания, что потечёт подводка или тушь, сильно намокнут волосы или одежда. Сегодня я наслаждаюсь этими лёгкими каплями проходной воды. Они освежают. На деревьях уже появляются листочки, начинает выбираться наружу трава, пение птиц. Такая атмосфера не подходит для мыслей о серьезном заболевании, для придумывания нужных слов, как сообщить близким о нем, для раздумий о том, как буду жить дальше. Но мыслям все равно на атмосферу, они рождаются в моей голове, сильно заседая в ней. Не заметила, как подошла к дверям частной клиники.       Проведя клинико-акселерометрическую дифференциальную диагностику, получили информацию для анализа динамики тремора, ультразвуковую транскраниальную сонографию для определения, какая площадь нервных клеток мозга поражена, мне все таки поставили диагноз: Паркинсон, 1 стадия.       Странно, но эти слова не нанесли мне удар, не расстроили, никак не задели. Наверное, я уже понемногу свыклась с этой мыслью, сейчас только получила подтверждение. Может быть и свыклась, но не могу ее принять, понять, что все это происходит взаправду. У меня смешанные чувства. Но, к счастью, преобладает спокойствие.       Виктор Николаевич рассказал мне о лечении, диете, весь план действий на ближайшее время. Один из кусочков пазла оказался на своем месте, ряд вопросов отпал. Основной частью рациона должны быть кисломолочные продукты, зерновые, зелень, овощи и фрукты. Также рыба и мясо птицы, животный белок необходим. Четкий график пищи должен быть согласован с приемом медикаментов. Отказ от вредных привычек по умолчанию. Врач выписал мне рецепт, с которым мне нужно идти в аптеку, назначил следующий прием через неделю.       Все время, проведенное в кабинете, около часа, я держалась спокойно, слушая его речь, запоминая какие-то детали, что-то записывая, но как только вышла на улицу и вдохнула свежий воздух, на меня накатила истерика, в голову ударило понимание того, что это все реально, я больна.       Позвонила Марине, вся зареваная с дрожащим голосом, рассказала ей произошедшее, попросила встретиться, благо, живёт она не далеко.       Увидев ее на другом конце аллеи мне уже стало лучше. Белоснежная невинность, яркость, грация, искусство — вот какой я вижу Марину. Знаю эту девушку меньше суток, но ей хочется доверять, с ней хочется общаться, рядом с ней становится спокойно, она стала чем-то новым в моей обыденной жизни. Она не затмевает мне кого-то, скорее дополняет, создавая цельный образ жизни. Вообще, в этой моей жизни столько всего происходит сейчас, что многое в голове не укладывается.       У меня тяжёлая болезнь, но у кого-то может быть и тяжелее. Так, не стоит самой же обесценивать свои проблемы, пусть этим займётся кто-нибудь другой. Моя жизнь не заканчивается, я не умираю через месяц, просто она немного изменилась. Только Кирилл об этом ещё не знает.       Крепкие теплые объятия вывели меня из задумчивости. — Ты в порядке? — тихий обеспокоенный голос.       — Мне лучше, наверное, — слишком неуверенно сказала.       Уже привычно мы купили по стакану кофе с карамелью и сели на том же месте в отдаленном уголочке парка. Рядом с ней мне не хочется думать о плохом, от нее веет позитивом, светом, мне даже стало неловко из-за моей истерики, хотя я и понимаю, что это вполне нормальная реакция.       — Не знаю, станет ли тебе легче, может быть, наоборот, но хочу поделиться с тобой. Это не в коем случае не нытье, я не жалуюсь. — я кивнула. Вновь начал накрапывать мелкий дождик, в воздухе чувствуется свежесть.       — Из-за моего панического расстройства, мне пришлось очень тяжело. Сначало все не так страшно, но потом наступило время, когда я не выходила из дома, потому что атаки стали настолько сильными, что было страшно потерять сознание на улице или ещё что-то. Я часто вызывала скорую, потому что думала, что умираю. Ушла из универа на втором курсе. Мой парень бросил меня, что мне кажется было подлым поступком в такой ситуации, но, возможно, его можно понять. Когда уже обратилась к психологу, сказала об этом родителям, на что они ответили, что ничем я не больна, нужно быть позитивнее и все будет хорошо. Наверное, их можно понять, они не могли принять, что их ребенок болен. Я не перестала ходить к специалисту, из-за чего родители отвернулись от меня, отношения стали натянутыми. Я была на грани депрессии. Из-за стресса и всего остального сильно похудела. Были мысли покончить с собой. Спустя время сеансы и лечение начали помогать, но далось мне это не легко. С родителями не помирилась, в университет возвращаться не захотела. Начала рисовать. Мне всегда нравилось творчество, но именно тогда особенно, оно помогало мне жить и справляться со всем, как и мой психолог.       Я слушаю молча, не зная, что отвечать и обдумывая каждое ее слово. Знаю Марину настолько мало, что не успела ни разу подумать о ее панических атаках, о причинах, о том, как она справлялась с этим, как жила. Ни разу не поинтересовалась, только говорила о своих проблемах. Это не эгоистично, наверное, но довольно сильное упущение. Ещё раз убеждаюсь в том, что ты никогда не знаешь, что происходило в жизни другого человека, и важно это понимать. Я восхищаюсь ей, она пережила ужасные вещи, справлялась со всем почти в одиночку, справилась, не смотря ни на что смогла остаться таким солнечным человеком.       — Я рисую до сих пор, недавно это начало приносить мне какие-то деньги, но они лишь приятный бонус. Погрузившись в искусство, я поняла себя, в каких-то аспектах — жизнь, оно помогло мне остаться в этом мире и стать лучшей версией себя. Оставшись одной, я всё-таки смогла со всем справиться. Тебе в этом плане очень повезло, у тебя есть Кирилл, по твоим рассказам, я уверена, что он будет поддерживать и помогать тебе во всем. Ну и скромно предлагаю себя в качестве приятного собеседника.       Я улыбнулась. Да, она действительно права. Пусть у нас разные истории, разные пути, проблемы и их решения, но она точно чувствует меня, говорит именно те слова, которые мне чем-то помогут.       — Знаю, что у тебя есть свои страхи и переживания, но, пожалуйста, расскажи ему как можно скорее, тебе самой будет от этого лучше.       Ее монолог закончился, так и не получив моего ответа. Но как будто мне и не нужно что-то говорить, Марина видит эмоции на моем лице, понимает все по глазам. Она, конечно, не экстрасенс, но получается у нее точно неплохо. Мы начали говорить о другом, диалог вновь ушел далеко. Слушать ее истории из жизни, рассказывать что-то о себе, узнавать с каждым словом все больше и больше о новом человеке, понимать ее с полуслова и чувствовать, что многое ещё впереди, просто чудесно!       К сожалению, как только мы разошлись, голову опять наполнили угнетающие мысли. Как рассказать Кириллу? Я переживаю, что когда он узнает о моей болезни, изменит отношение ко мне: чрезмерная забота и внимание, сочувствие и жалость. Я так не хочу. Не хочу, чтобы он видел во мне только больную, а со временем это точно станет так. Все неизбежно, я понимаю, но все стало очень сложным.       Дождь к вечеру усилился. В воздухе приятная влажность, уши ласкают равномерно падающие на карниз капли. Прохладный ветер дует мне в лицо. На балконе так спокойно. Поднимаю голову — завораживающее звёздное небо. Всегда я любуюсь им, всегда я люблю его. Прямо передо мной небольшой дворик, а за ним дома. Во многих окнах включен свет. Можно увидеть как кто-то готовит ужин для своей семьи, кто-то носится по комнате, в поисках необходимой вещи, кто-то ходит из комнаты в комнату, включая и выключая свет. Прямо напротив у окна стоит девушка, держит в руках кошку, она наверное так же, как и я, всматривается в даль, думая о важном. Любуюсь всей картиной.       Поежилась, достала из кармана толстовки пачку сигарет вместе в зажигалкой. Тонкими пальцами вытягиваю одну сигарету, зажимая между губами. Прикрывая рукой, поджигаю. Затянулась, закрывая глаза от удовольствия, медленно выдыхаю дым, наблюдая за тем, как он растворяется. Нервно стучу ноготками по подоконнику.       Мне нужно рассказать Кириллу. Сегодня. Скрывать это от него просто нечестно.       В своих мыслях я не услышала, как открылась дверь в квартиру, как Кирилл снял куртку, как зашёл на балкон. Коснулся моих плеч, я вздрогнула не столько от неожиданности, сколько от внезапной прохлады. Он обнял меня со спины, кладя холодные руки мне на живот. Он равномерно дышит, я продолжаю курить. Поджигаю вторую. Никотин разносится по моему организму. Я знаю, что это вредно, что они меня убивают, с каждой затяжкой все сильнее, но не могу остановиться. Чувствую внутренне удовольствие. Чувствую раздирающие меня эмоции. Чувствую успокоение.       Мне нужны его глаза сейчас, также как эти вредные сигареты. Поворачиваюсь к нему лицом. Взглядом указываю на стул, стоящий рядом.       Кирилл молча садится, он в ожидании чего-то. Я затеяла какую-то игру, сама не зная, какую. Не торопясь, перекидываю одну ногу через его бедра, сажусь на него. Коснулась ладонью его мокрых волос, глажу, наслаждаюсь тому, как пряди скользят между пальцев, а холодные капли стекают по ним. Я застыла в этом моменте, Кирилл меня не прерывал. Спустилась рукой к щеке, провела по ней большим пальцем, рассматривая такие знакомые черты лица. Смотрю так, будто через мгновение он исчезнет навсегда, а я стараюсь запомнить каждую детальку. Провела по скуле. Коснулась пальцами подбородка, приподнимая его лицо. Опять затянулась сигаретой, рассматривая эмоции в его глазах. Волнение, понимание, интерес...       Задержала дыхание. Убрала фильтр изо рта. Несильно надавила на подбородок, прося приоткрыть рот. Коснулась своими губами его, аккуратно выдохнула в него все до последней молекулы. Отстранилась, ожидая дальнейших действий. Неотрывно смотря мне в глаза, приоткрыл рот, и сигаретный дым заструился красивой струйкой из его губ. Так откровенно.       Резко приблизилась и вовлекла в поцелуй. Горький, чувственный. Мне больно, он чувствует это. Кирилл позволяет делать с собой все, что угодно, чтобы мне стало лучше. Смотрю в его глаза, на моих наворачиваются слезы. Больше ничего не могу держать в себе. Спроси меня, спроси. Я все тебе расскажу, только спроси. Прижимаюсь к нему близко близко, мне недостаточно. Обнимаю, насколько это возможно. Так мы долго сидим, пока его хриплый шепот не нарушает умиротворенное молчание.       — Что случилось? — он осторожен. — Скажи мне, — шепчет на ухо. Я не хочу отстраняться, не могу смотреть в его глаза, сразу начну плакать. Как люди говорят такие новости? Всем это так тяжело? У всех невероятная боль внутри? А страх?       — У меня... — также тихо шепчу на ухо, — болезнь Паркинсона, — он молчит, обдумывает мои слова. Уверена, что сейчас в его голове миллиард мыслей и миллион вопросов, на которые вряд ли найдется ответ. Он обнимает меня ещё крепче, целуя нежно в макушку.       Всю ночь мы провели на этом балконе, несколько раз варили кофе, обнимались, обсуждали все, что только можно. Я рассказала о Марине. Рассказала то, что говорил мне врач. Кирилл уверял меня, что все будет хорошо, мы проживем долгую, счастливую жизнь вместе, я его не переубеждала, стараясь самой не сомневаться в его словах. Но как будто я точно знаю, что это не так.       В душе у меня все та же тревога в перемешку в пустотой и болью. На губах все та же горечь от сигарет.